Зазеркалье. Часть 2

Мой любимый прохладный ковер. Как же я мог раньше жить без тебя. Ты и представить не можешь. — Хватит изображать из себя умирающего, — грозный окрик со стороны прерывает сочинение хвалебной оды ковру. А я уж было настроился хоть чуть-чуть отдохнуть. Увы-увы. Когда неделю назад фигурка волка перенесла меня на порог дома Джона, я и подумать не мог, чем все обернется. О нет, мистер Грин сделал лишь то, что обещал — начал учить меня управлять силой Чтеца. Первые пару дней было тяжело даже на улицу выйти. Эмоции и желания людей просто оглушали. И я позорно прятался за стенами защищенного коттеджа. Джон только неодобрительно качал головой: — Куда смотрел твой опекун, интересно? — Куда-куда, в Азкабане он был, на дементоров, наверное, заглядывался, — огрызаться я начал уже на второй день. Собственно, послушным, забитым ребенком я был слишком давно. Да и уважение к старшим мне как-то не привили. Точнее оно атрофировалось за ненадобностью, в прошлом году. Общение с представителями серпентария дает о себе знать. — Мальчишка, — пораженно вздыхал Джон, чтобы потом терпеливо в сотый раз объяснить прописные истины. Для него прописные, я же, как всегда, прекрасно жил в неведении. Честно сказать, между потоками информации выливаемой на меня ежедневно, я успевал предаться грусти о том, что рядом не было друзей, о невозможности вот прямо сейчас вернуться в школу, увидеться с крёстным, высказав ему все наболевшее, а выйти нормально на улицу получалось редко. Только когда никого из живых поблизости не наблюдалось. — Вставай, хватит валяться, я говорю, — в голове раздражение, ох сейчас мне прилетит какое-нибудь проклятье. Чтобы Мерлин побрал этих волшебников, владеющих беспалочковой магией. Но с ковра я вставать не спешу, хорошо, мягко и мне реально нужен перерыв. А неделю назад я ещё боялся выходить на улицу, глупец. Да лучше толпа народу, чем... Если верить книгам, любезно подсунутым мне прямо под нос, ничего хорошего от жизни ждать мне не приходится. Во-первых, со старой палочкой можно попрощаться, во-вторых, полностью контролировать свою силу я смогу лишь года через два-три постоянных тренировок. Спасибо, хоть специальные артефакты есть, которые могут блокировать дар Чтеца. А то точно можно было бы заказывать отдельную палату в Мунго, с мягкими стенами и решетками на окнах. Стильненько так. В-третьих, палочку мне можно сделать лишь на заказ, ибо для палочки Чтеца нельзя использовать части животных. Тут тебе ни волос единорога, ни перо феникса, даже жила дракона и та в пролете. Зато можно запихнуть камешек, разумеется, магический. Джон обещал найти мастера, способного взяться за подобный заказ. Но я же понимаю, что таких мастеров днем с факелом не найти, а уж если учесть наше с Джоном общее желание не светиться, короче, ждать мне своей палочки не известно до каких пор. Только больше всего меня расстроил четвертый «пункт». Мы, а именно, наша веселая компания по АД, вдохновившись примером мародеров, пример надо сказать так себе, особенно в свете последних событий, решили освоить анимагию. Сварили нужное зелье, стали тренироваться. И даже начало получаться что-то. Но... Теперь мне быть анимагом не грозит не под каким соусом. — Ты же понимаешь сам, это просто невозможно. — Но если я продолжу тренировки? — надежда в голосе настолько различима, что на лице Джона отражается сочувствие вперемешку с жалостью. — Магия не даст, покалечишься, но результата не добьешься. Да-да, мы это уже слышали, читали, проходили даже. Я тут, втайне от своего «учителя», попробовал было потренироваться. Ох, хорошо Джона не было дома. Иначе трепки я бы не избежал. И так отлеживался на ставшем любимом ковре часа три. Тело скрутило судорогой, а перед глазами плясали веселые ярко красные эльфики. На маггловских картинках их часто изображают с крылышками и флейтами. Магия устранила угрозу, фигурально говоря, погрозив пальцем, мол, ай-ай, как не стыдно. Собственно дело вот в чем. Чтец с развитым даром ощущает не только желания и страхи людей, но и животных. Отсюда гоблинская защита признала во мне какое-то существо не определенной наружности, отсюда невозможность пользоваться палочкой с частями «тел» живых организмов. И именно отсюда запрет на анимагию. Поэтому, если я все же смогу превратится, скажем, в оленя, то рога и копыта мне достанутся на всю жизнь. Животные, в большинстве своем, не настолько разумны как люди. А Чтец, воспринимая желания и страхи другого существа, все же может себя абстрагировать от него. Но если влезть в шкуру животного, то можно настолько себя почувствовать тем же оленем, что потеряешь себя как личность. Сроднишься с копытами и рогами так, что ни одно возвращающее заклинание не сработает. О, кстати, пить оборотное зелье мне теперь тоже не светит, да и мной вряд ли кто-то стать сможет, это, вроде, бонус такой. Ага, после всех минусов один ма-аленький плюсик. Я безумно счастлив. — Та-ак, ты ещё долго собираешься лежать? — а вот ярости не надо, хватит и того, что браслет на руке невозможно горячий. Сейчас как сниму ограничитель, как... Додумать я не успел, артефакт, блокирующий силы, вообще-то слушается мысленных команд и различия на «это я неудачно пошутил» не делает. О-ой, ярость, клокочущая где-то рядом, накрывает, я захлебываюсь. Зато с ковра вскакиваю. Да, не терять сознание при каждом удобном и не очень случае я научился. Помимо ярости, есть ещё сильные грусть и сожаление: на этих эмоциях я всегда качаюсь как на волнах. И желание помочь, направить — это словно рука, что мягко гладит по голове. — Джей, — Джон тяжело дышит, увы, с умением различать все тонкости эмоций и желаний пришло и умение проецировать эти ощущения на окружающих. Не всегда осознано. Так, взять себя в руки, вздохнуть, умерить свою злость, это все из-за неё и из-за усталости. Вдох-выдох. Закрываю глаза и представляю полет, радость, свободу, ветер, бьющий прямо в лицо. Кажется все, можно открывать глаза. Нет, лучше закрыть обратно, зажмурится и даже не думать ни о чем. — Да уж, — комментирует мой выпад Джон, он даже присвистнул, надеюсь от удивления. — Где мы? Хотел бы я знать. Единственное что могу сказать, вокруг много солнца, моря и песка. А ещё тепло, несвойственное осенней погоде Лондона. — Ну, ты даешь, — нет, все, мой наставник доволен, иначе, отчего бы я почувствовал такую радость. Делить эмоции на свои, чужие и ещё на чьи-то, я научился. А яркая вспышка удовольствия напополам с весельем, явно не моя. Мне-то хочется закопаться в песок. — Даже не аппарация, а перенос нескольких объектов на огромное расстояние. Я полагаю, мы очень далеко на юге, — Джон огляделся вокруг, наверное, попытался понять, где это «на юге». — Вернуть нас можешь? — Не знаю, — честно ответил я. Потом прислушался к своим ощущениям и, неожиданно, вот совершено, почувствовал что-то. Сложно описать, словно нечто теплое внутри. Как будто мягкими лапами скребет кожу. Шелковистой не шерстью, а чешуёй что ли (но разве это возможно?), по нервам, чертовски приятно и в тоже время так необычно, впору испугаться. — Что с тобой? — взволнованный голос, совсем рядом, только я потерялся в ощущениях и не могу вынырнуть на поверхность. — Не знаю, — повторяюсь, но ведь и правда, не могу понять что это. Внутренний зверь? Так я не анимаг и не буду, да и на оборотня не тянул, вроде бы. Собственно, луны на небе не наблюдается. — Не знаю, — голос с шипением наружу. — Джей? — Я здесь, — только это не мой голос, не мое шипение. Ой, мамочки... Стоит заметить, что стояли мы с Джоном на небольшом камне, аккурат сразу внизу начиналась вода, а по бокам желтоватый песок. Так вот, прямо из воды поднималось и шипело нечто. — Морской змей, — пораженно прошептал Джон. И тут же поспешно отвел взгляд. Зато я, не мигая уставился в бирюзовые глаза монстра. Если уж у змея голова такая огромная, то все остальное я видеть не хочу точно. — Что тебе нужно человек, что ты забыл в моих владениях? — Ничего, я вообще тут проездом, утром встал, дай, думаю, заскочу на море. Взгляд у змеюки изменился, стал удивленный что ли, если так можно сказать. — Странный ты, человек, но не совсем. — Ага, точно монстр, как мне сказали. Тьфу, опять я вслух чушь несу. Слушайте, да это болезнь, недержание языка называется. И кстати, чего это мой наставник на нас молча таращится? Нет, чтобы помочь, ну там, умным советом, например. — Не похож, — голова змея приблизилась, насколько позволял камень, по нему он ползать не желал. Он вообще хотел бы меня с собой забрать, чтобы изучить детально, но вот беда, человечки хрупкие и в морских глубинах долго не живут. А убивать такого «забавного» человека змей не хотел. Не интересно. — Да? Разве? — Странный детеныш, — повторил, чуть покачиваясь змей. Потом наконец-то обратил внимание на моего спутника: — Он твой? Джон Грин, тот самый, что вообще-то представился чуть ли магглом, отрицательно покачал головой. Так чудненько, а мы, оказывается, понимаем змеиный. Красота прямо. — Я не говорю на парселтанге, понимаю его, но не говорю, не волнуйся, — кажется, наставник понял мой красноречивый взгляд. — Жаль, упустил такого, — змеюка ещё и сочувствовать умеет. Чудненько. — Нам бы отсюда выбраться, но мы координат не знаем, — Дальше разговор взял в свои руки Джон. Змей, как оказалось, английский понимал, а значит, языкового барьера меж ними не предвиделось. Мне оставалось лишь сесть на песок да расслабится. Домой мы вернулись через пару часов. Джон со змеем только что погоду не обсудили. Наверное, поэтому он был крайне доволен. Весь оставшийся день ходил и загадочно улыбался. А перед сном выдал: — Морские драконы создания из вымирающего вида. Встретить хотя бы одного за жизнь, считается большой удачей. Ага, или неудачей, как обычно бывает в моем случае. Иначе, отчего бы эта змея пожелала мне удачи в будущих делах. Однозначно стоит ждать неприятностей. И они пришли, буквально на следующий день. То чувство, посетившее меня на лазурном берегу, было ничем иным, как открывающимся даром. Если раньше, я, так сказать, развивал его по крупицам, то тут на меня вывалили все и сразу. Получите автограф вот тут, пожалуйста. Сутки пришлось лежать пластом с намертво привязанным браслетом и отпаиваться зельями. Джон скакал вокруг меня горным козлом или бараном, приговаривая «надо же, как интересно вышло». А я хотел лишь одного — быстренько сдохнуть. Не дали. Сначала Грин со своими зельями, а потом во сне ко мне наведался старый, ну пусть будет знакомый. Том радостный до безумия, что я жив и почти здоров, пожелал приятных снов, поинтересовался, где я вообще нахожусь, посоветовал больше отдыхать, заодно попытался понять, что со мной. С пожеланиями я его послал, где нахожусь — не рассказал. А что со мной и сам толком не знал. Тогда этот гад, прямо во сне, меня поцеловал. Вот серьезно. А потом, заметно побледнев, исчез из сна. Я только с утра понял, что он что-то сделал со мной, иначе, отчего я проснулся бодрым, здоровым и без головной боли. А Джон в ступор впал, увидев мое жизнерадостно лицо. Он удивился, что я не просто с кровати встал и завтрак приготовил, ещё и тренироваться отправился. Кстати, теперь постигать азы владения даром стало легче. Опять повод для удивления Грина, он, бедолага, был уверен, что только медленное и постепенное получение силы и знаний способно принести пользу магу. Угу, обычному запросто. Не объяснять же, что у меня все ни как у людей. Единственный, что я четко запомнил из сна, ну кроме поцелуя, то, что я там был с короткой стрижкой, по-прежнему черными волосами, шрамом на лбу и очками на переносице. Наверное, ещё не привык к новой внешности, вот и проецирую старый облик прямо в сон. * * * Через недельку или около того, Джон, сидя на диване и потягивая нечто из высоко бокала, полагаю покрепче вина напиток-то, неожиданно спросил: — А чего бы ты хотел делать дальше, а, Джей? Честно сказать, вопрос меня обескуражил, ведь раньше Джон ничем таким не интересовался. Он, даже узнав, кто я отреагировал спокойно, повторил, что попытается помочь, и все. Никаких разговоров о светлом или не очень будущем он не заводил. Я же первые дни мало что соображал, а потом и вовсе утонул от свалившихся на мою несчастную голову знаний. А потом свалилось путешествие-перенос, встреча с морским змеем и открывшийся дар, было не до разговоров. Зато мне презентовали палочку. Не поверите, черный гладкий металл, подозрительно легкий с начинкой из изумрудной пыли. Можно не спрашивать, что это значит, я не артефактор и никогда не буду. Разве, у близнецов потом уточнить или Забини поспрашивать, они как-то ближе ко всем магическим игрушкам. Ну, так вот, отвлекся. Жизнь стала налаживаться, заклинания получаются, палочка слушается, Дар повинуется, не всегда, но все же, голова от людей не болит, эмоции, благодаря браслету и собственным тренировкам, экранирую отлично. В общем, хорошо, но... — Так все же? — Не знаю. Честно. Джон задумчиво покрутил почти пустой бокал: — В школу вернуться не планируешь, ведь так? — Разумеется. — А магический мир? Хм, сложно, с одной стороны шел бы этот самый мир далеко и надолго, а с другой… У меня же есть друзья, обязательства перед Вальпургой, обязанности главы рода, чтоб матушке Сириуса икалось на том свете. Ещё я очень хочу найти могилку папочки, точнее труп, желательно мертвый. А то что-то мне подсказывает... Ну и есть ещё одна синеглазая сволочь, с которой очень хочется побеседовать по душам, так сказать. Ладно, не буду врать себе, не только побеседовать. — Знаешь, я тут подумал, а почему бы тебе действительно не стать тем самым героем, которого все так ждут, — Джон выглядел вполне вменяемым и даже трезвым. — Эм... — Чтецы издревле были теми, кто наводили порядок и поддерживали равновесие. Благодаря дару, к ним прислушивались, ценили. Ну, раньше было так, пока не стали из детей растить этаких тепличных цветочков, без своего мнения и желаний. Но ты-то не такой. Или я ошибаюсь? — Тьфу, Джон, между прочим, мог бы сказать, как тебя на самом деле зовут. И как ты себе это представляешь? Приду я весь такой в Министерство и скажу, что так и так господа хорошие, теперь все слушаемся меня. — До моего имени тебе пока дела не должно быть, в магическом мире я официально очень пафосно умер. И возвращаться не планирую. Что же касается планов, есть предложение, сам же все о друзьях твердил, как я понимаю они вполне перспективные волшебники. Вариант событий — создайте свою третью сторону. Попытайтесь хотя бы привлечь внимание общественности, откройте некоторым глаза. Маги уже очень устали от войны, и смею тебя уверить, многие схватятся за любую возможность. Ты, что бы там не говорил, прирожденный лидер, пинка бы хорошего и, глядишь, все получится. А потом можешь уезжать в любую страну мира, ведь ты так планировал, да? Мы с Джоном проговорили почти до утра, нет, серьезно, я ожидал от своего наставника чего угодно, но не пожелания перевернуть этот мир. Видимо, засиделся он на работе простого сыщика, решил играть по крупному, оставаясь с тени. В разговоре раз или два промелькнуло что-то про серого кардинала. Нет, честно, я не очень горел желанием стать чьим-то орудием или способом достижения целей. Только в словах Джона был смысл. Рано или поздно Гарри Поттеру придется выйти из подполья, либо как Лорду Поттеру, либо как Лорду Блэку или ещё хуже — принять род Ромиана. Последнее меня не очень радовало, точнее, совсем не радовало. Ибо войти в его род — это равноценно заявлению, что я новый Темный Лорд, падите все ниц». Спасибо, есть уже один Лорд, вот пусть он и разбирается. Именно поэтому, примыкать ни к одной из сторон, желания нет, меня политические танцы не привлекают. Тут бы разобраться с обязанностями главы рода, научится виртуозно владеть даром, да и хватит на этом. Но выйти из тени сейчас, фактически попасть в лапы Дамблдора и Ко. Даже если я и докажу, мол, господа хорошие, я совершеннолетний и могу делать все, что вздумается, поможет слабо. Дедушка мастерски промывает всем мозги, а кому не промоет, того купит, коли не купит, запросто убьет. Темная сторона мне тоже не очень улыбается, не поверите, главный аргумент — там Снейп и Малфой. Ну, не нравятся мне они оба. Пусть Драко не обижается, только его отец совершенно не в моем вкусе. В смысле как человек. А организовать свою компанию, по-тихому предоставить населению компромат на тех же Светленьких, глядишь Темненькие не растеряются и наконец-то займутся ненавистной мне политикой всерьез. Своими танцами на раскаленных углях они порядком надоели. Министерство почистить не мешает, да и из аврората половину выкинуть, опять же не плохо. Только как все сделать грамотно? — Друзья, Джей, у тебя отличные друзья, думаю, они с удовольствием помогут. К тому же среди них есть перспективные молодые люди, которые с удовольствием покажут старому поколению, где ночуют фестралы. Засиделись наши старички совсем. Джон был видимо в той степени опьянения, когда говоришь все, что в голову придет. Иначе с чего бы он начал нести такую чушь, сам, кстати, не молоденький пацан. Ну да, я особо возмущаться не стал, ещё чего. Мне тут разрешили с друзьями встретиться, этого, пожалуй, хватит. А там посмотрим. Мастер плести интриги у нас Малфой и его змеи, вот пусть постараются. Дальнейшее получилось само. Для начала выяснив, что следующий день выходной, я связался с Гермионой. Благо, мой патронус мог вполне себе преодолевать такие расстояния. Палочка слушалась лучше прежней. Правда, как ребятам удалось быстренько переместиться из Хогсмида в названное мной кафе, ума не приложу. Ибо само заведение, где я назначил встречу, находилось в маггловской части Лондона, да и как-то не рассчитано было на АД в почти в полном составе. Допустим, Рона, Невилла, Гермиону и Фреда с Джорджем я ждал, предполагал, что если за время моего отсутствия они не успели разругаться со слизеринцами, то Малфой и Блейз никак не упустят возможности все узнать из первых рук. А вот Кребб, Гойл, Нотт, Панси и Миллисент под ручку с Джинни стали неожиданностью. Не скажу, что неприятной. — Эээ, народ, а чего вас так много... — начал я вместо приветствия, но договорить мне не дали, сначала Гермиона поздоровалась подзатыльником и словами: — Как ты мог! Потом чуть не досталось от Рона и близнецов, когда список решивших отыграться на мне включил в себя не только Малфоя с Блейзом, но и Панси с Кребом и Гойлом, я поспешно отгородился столом, стулом, да и вообще уже планировал быстро сбежать. Но народ великодушно пообещал больше не бить и даже сделать милость, выслушав очередной рассказ под названием «Как я умудрился вляпаться в неприятности». Пришлось поведать им весьма урезанную версию. Она включала в себя лишь упоминание вскользь об артефакте Морганы и совсем не включала Темного Лорда и осколок в моей ладони. Зато пришлось рассказать о наставнике и о разговоре, подслушанном в гостиной. Ну и планами и идеями Джона, отредактированными мной, я поделился. Ах, про родственничка, обнаруженного в зазеркалье, я тоже рассказал и озвучил подлянку Вальпурги. Малфой и Забини ржали аки кони. Особенно повеселило наших аристократов мое новое положение главы рода. Драко, разумеется, тут же сообщил, что возьмет надо мной шефство. Только вот предполагаемый «шеф» нагло заржал, после своего великодушного предложения. Малфой и дальше бы смеялся, если бы не получил от Гермионы подзатыльник. Как ни странно, подруга особо не церемонилась. А у меня появилась возможность закончить рассказ. И кстати, к концу повествования никто даже не вспомнил о желании пристукнуть героя магического мира. Скорее, наоборот, все как-то быстро согласились с моей идеей. — Нет, Гарри, ты серьезно решил? — Сами видите, что происходит. И если старшие маги не наигрались в войнушку, то это их право. Я просто хочу, чтобы все встало на свои места. Если хотят правды, то они её получат. Только правда ведь разная бывает, не так ли? — Шляпа ошиблась факультетом, определенно, — проворчал Малфой, хотя ворчал он больше для виду, самому же моя идея пришлась по вкусу, иначе почему его глаза так горели от предвкушения. — Если все согласны, значит, я завтра иду разбираться с наследством и подыщу нам подходящий дом для встреч и тренировок. У вас же на все про все неделя. Найти, разузнать, добыть, достать все нужные нам сведения. В следующий раз встречаемся здесь же. Только не стоит, наверное, всем таскаться, — компания дружно закивала. Ещё бы, близнецам, как одним из старших, пришлось накладывать чары расширения пространства и отвода глаз. -На мне пресса. Список нужных нам газет я обеспечу. Будь любезен, к следующей неделе полностью войти в род, любой или сразу все, — хмыкнул довольный Драко. Кажется, он уже что-то просчитывал в уме. — Стой, а разве можно сразу в несколько родов входить, — опешил Рон. И получив несколько уничижительных взглядов со стороны серебристо-зеленых, а так же отчаянный вздох Гермионы, оправдался: — Нет, ну я-то откуда знаю. — Действительно, Ронникс, ты же у нас книжки умные не читаешь, только по атакующей магии, а там такое не пишут. Не волнуйся, герой, мы его посвятим. — Ага, братец Фордж, обязательно, — Джордж одарил Рона такой хищной улыбкой, что я бы на его месте пошел топиться сразу. Но мой друг крепкий малый, закаленный на Малфое, поэтому он только фыркнул, пообещав взглядом парочку заковыристых проклятий в случае чего. — Так, господа хорошие, — Блейз глянул на часы, — давайте подытожим. Я кивнул и перечислил по памяти: — Малфой — газеты. Герми — история. Панси и Милли — сплетни в среде чистокровных. Близнецы и Джинни все, что можно узнать об ордене. Нотт и Рон займутся поиском новых неизученных заклинаний, которые нам могут пригодиться, если все-таки рискнем вмешиваться не только номинально. Кстати, почему вы без меня забросили учебу? — Поттер, без тебя скучно, и кто ещё остался из нас. — Невил и Луна пусть займутся Хогом, узнают, что там происходит в рядах преподавателей, что об этом думают остальные учащиеся, вы-то, я полагаю, давно на разведку забили. Ну, а Кребб и Гойл, как самые безобидные на вид, займутся нашей любимой Темной стороной. — Эх, — показно вздохнул Малфой, — за что ж ты так наших родителей не любишь-то интересно? Чего тебе Темный Лорд такого сделал, теперь то уж чего? — Да... — честно говоря, ничего такого Том мне не сделал. Разве что ночи со мной проводил, магии учил, собеседником был отличным, ехидным до жути, но это и к лучшему. — Так, давайте решать проблемы по мере их поступления, — Рон надел маску миротворца, ибо я, Малфой и разговор о Темных магах — это всем известная задачка про козу, волка и капусту. — Да, Гарри, найди нам домишко, желательно с видом на море, или нет, лучше на горы... — …равнину или пустыню, братец, чтобы можно было летать, — усмешка у Джорджа была многообещающей. Так я узнал, что они уже освоили анимагию и чуть не загрустил, но потом отогнал от себя невеселые мысли. Заодно решил узнать, как дела в школе обстоят. Узнал-таки на свою голову, как Гарри Поттера упорно искали все лето, и до сих пор ищут. Как большая часть АД разошлась по своим факультетским гостиным, а те, что остались, сейчас сидят рядом. Я честно даже удивился слегка. — Это все? — Ну да, понимаешь, первыми наши веселые собрание, покинули хаффлпаффовцы, они заявили, что раз Гарри Поттера нет, то и им делать нечего...-начал объяснять Рон, но, поймав хмурый взгляд Гермионы, замолчал. Зато девушка продолжила: — Ага, а потом ушли равенкловцы, ну кроме тебя, Луна. Они ссылались на необходимость заняться учебой, но на самом деле их всех просто достали вечные скандалы этих двоих, — кивок в сторону притихшего Рона и ухмыляющегося Малфоя. Что странно, никто из них ничего не отрицал. Да и остальные сидели молча, с выражением лица «ах, как же не стыдно то». Чую много я пропустил. Наверстывать и наверстывать. И прощаясь с друзьями вспомнил. — Народ, забыл показать, — чары маскировки спали, и под удивленным взглядами я даже повертелся пару раз, пока Малфой не брякнул: — Ты сейчас на призрака похож. Все дружно засмеялись, скрыв удивление и оставив вопросы на потом. Все же ребята опаздывали. Пропадать надолго такой компанией опасно, но в следующий раз вопросов мне не избежать. И так, пока я рассказывал, то один, то другой их моих друзей кривились, ясно замечая не состыковки, но акцентировать внимания не стали. Потом они обязательно поделятся друг с другом, кое до чего дойдут все вместе. А что не поймут, буду спрашивать по отдельности, дабы потом опять устраивать коллективные штурмы. Мы всегда так делали. Получаем задачу, каждый ищет свое, потом обсуждения, потом поиск недостающих деталей. Это и есть работа команды. И даже хорошо, что нас именно столько, сколько было в самом начале. Без лишних людей, вроде оставшихся гриффиндорцев. Без тех из равенкло, кому доверять я не привык, и без нерешительных хаффлпаффовцев. * * * Дело с наследством, а точнее его недвижимой составляющей, решилось быстро. Гоблины вообще ко мне прониклись, и лишь в самом конце разговора напомнили: — Мы вам всегда рады, мистер Поттер, надеемся, вы все же рассмотрите наше предложение. Обещав подумать в ближайшее время и ещё вернуться, я быстренько покинул банк. Никого из знакомых не видел и хвала Мерлину. Джон на время моих разборок с наследством и тяжелых дум о будущем устранился, оставив записку. «Если буду нужен, зови». То ли хотел дать подумать, то ли решил посмотреть, что у нас выйдет, а потом разнести все планы в пух и прах. Только я решил решать проблемы по мере поступления, как сказал недавно мой друг. Дома в магической части Британии нам не очень подходили, впрочем, за её пределами тоже. Пара тройка особняков не очень вписывалась в мое представление о доме. Нет, если я решу стать полноправным членом магического общества, тогда конечно. Навести порядок в Поттер-меноре, который, кстати, не был разрушен, как писали газеты, дело святое. Но жить там сейчас — увольте. На такую махину замучаешься чары наводить, да и прописывать там всех своих приятелей на постоянной основе проблематично. Одно дело в качестве гостей пригласить кого-то в магическое жилье, другое дело — делать их постоянными жителями. Не одна защита не позволит, коли вы в родстве близком не состоите. Грейджеров в моих даже дальних родственниках не было. Поэтому остались лишь обычные дома и по возможности в маггловской части, подальше от центра. И о чудо, Роми позаботился, был такой миленький почти коттеджик. Дом Ромиан выбирал похоже долго и со вкусом, такой особнячок на окраине Лондона. Прямо загляденье. Кроме того, домик слегка окружен защитой. Внутри дом был уже обставлен, правда, ни одной магической вещи я не нашел. Все чинно, благородно, по-маггловски. Красота, а не жилище. И самое главное никаких зеркал, только в ванных. Но это я, пожалуй, переживу. Магические вещички, а именно библиотеку и различные артефакты, я притащил из хранилища, переоборудовать подвал под мечту нашего штатного зельевара я смог с помощью Кричера. Домовик, разве что ушами от счастья не хлопал, когда меня увидел. А ещё он мне рассказал о чем любят посплетничать наши орденовцы на кухне особняка Блэков, когда не обсуждают дела, ибо тогда они додумываются ставить непроницаемый купол, домовику за него не попасть, увы. Крестный с Ремом молчат о моем воскрешении. Ну, Сириус понятно, он мне теперь даже если захочет, ничего не сделает, старшинство в роду и все дела. А вот Ремус похоже просто молчит. Спасибо ему на этом. Пока я умилялся дальновидности Люпина, разгулялся в одной из комнат на первом этаже. Получился дуэльный зал. Красиво, кстати, вот только зачем я в порыве задумчивости везде зеркала напихал, сам же хотел чтобы ни одного не было. Голова моя пустая. Джон жилище оценил, защиту одобрил, добавив несколько заклинаний от себя. Потом попросил показать план наших действий, предложил парочку корректировок и, как ни странно, выразил желание через пару недель увидеть всех в полном составе, сказав, что у него есть одна полезная идея. Я покивал головой и пошел заниматься, увы, послабление на волне моего нового статуса «главы нового непонятно чего» мне никто не давал. Всю неделю я занимался свалившимся на меня «приветом» от Ромиана, тренировками и совершенно забыл о Сириусе. Перед выходными до меня неожиданно дошло, главное, дошло-таки, что, пожалуй, стоит нанести визит, если не крестному, то хотя бы портрет Вальпурги повидать. Но моим планам не суждено было сбыться, каминная сеть просто не сработала. Либо кто-то успешно блокировал сам камин, либо меня так “хотели” видеть в доме. Ну и ладно, Кричер меня, если что, то перенесет, да и сам я могу теперь путешествовать без проблем. Научиться бы только не ошибаться с местом назначения. Поэтому, пожав плечами, я решил заняться более насущными проблемами. А именно — подготовкой к встрече с друзьями. В уже известное кафе явилась Гермиона с Блейзом, странная парочка я вам скажу. Особенно если учесть, что Забини галантно поддерживал свою спутницу под ручку, не менее галантно распахнул перед ней дверь, а потом и отодвинул стул. Да, дожили. А Гермиона-то, принимала все как должное. Это позже близнецы расскажут, что кое-кто кое-что проспорил, вот и пришлось Гермионе с Блейзом изображать этакую парочку. Отлично справились, надо отметить. Но на этом веселье заканчивалось. Увы, ничего супер интересного мне друзья не сказали. Во-первых, пришлось вносить ряд корректировок в уже существующий план действий, а во-вторых, вставал вопрос о главном — кто будет лицом нашего предприятия. Большая часть моих сокурсников отпадала, как несовершеннолетние, из тех, что оставались — светиться не хотелось никому. Нужен был сторонний человек, или кто-то очень хорошо замаскированный под этого стороннего. Догадайтесь, чью кандидатуру предложили на общем совете? Жаль, меня в Хогвартсе тогда не было, я бы им посоветовал. Но это был единственный выход, заручится поддержкой более взрослых коллег, мы не могли. Привлекать Джона я не рискнул бы, да и откажет гад. Он и так развлекается за наш счет. Вот узнаю, кто он, обязательно узнаю. Зато меня вполне можно было использовать. Ведь я вроде бы умер или исчез, оставалось придумать, как Гарри Поттеру стать кем-то другим, причем так, чтобы даже министерство не подкопалось. Близнецы пообещали поразмыслить над этим вопросом. А у меня уже была одна идея, но я решил приберечь её до лучших времен. Что-то не хотелось объявляться в виде Блэка. Ну, а что, родство моё кто хочешь подтвердит, спасибо Вальпурге большое. Но ненужные вопросы появятся, да с крестным придется дело иметь. Нет, не вариант. Зато если принять предложение Ромиана... Внешность я изменю влёт, спасибо Тому и моему дару. А документы близнецы на пару с гоблинами организуют. Первые придумают легенду, вторые её задокументируют. Только, видимо, придется поработать по мелочи на пронырливых гоблинов. Но может оно и к лучшему? Кстати, Гермиона поделилась впечатлениями о школьной жизни. Как-то в первый раз мы не очень про это говорили, ребята опаздывали, да и эмоции от встречи со мной зашкаливали. Новыми учителями ЗОТИ стали авроры, они менялись практически каждое занятие, что не очень положительно сказывалось на усвоении предмета. Наверное, поэтому то к Рону, то к Джинни, то к Невиллу стали потихоньку подтягиваться бывшие члены АД, с просьбой возобновить занятия. Пока от желающих отделывались. Но что будет дальше? Блейз предложил все же помочь страждущим и хотя бы раз в неделю проводить обучающий курс. Но Малфой здраво предостерег: «Зачем нам светится лишний раз?». Решили повременить с занятиями. А вообще в Хогвартсе все было «спокойно»: Дамблдор рвал и метал, Орден, по словам близнецов, которые по возрасту были допущены на некоторые собрания, сбился с ног пытаясь хоть как-то определить, жив Поттер или нет, тут уже не шла речь о поиске. Ещё Блейз рассказал, что Малфою пришло подозрительное письмо из дома, где Люциус очень интересовался, не изменилось ли чего в Хогвартсе, и что слышно с «полей», в смысле о моем нахождении. Драко, разумеется, тут же настрочил ответ: «так, мол, и так, папенька, все отлично. Старый маразматик из школы ни ногой, шрамоголового идиота в школе не замечено, гриффиндорцы все такие же придурки. А вот погода в этом году не очень — холода рано пришли, на тренировках без согревающих чар на метле не удержатся, руки коченеют. Да и метлы так себе, новые бы не помешали». Чего ему ответил Люциус, я не знаю, Блейз не вдавался в подробности, выпытывать я не стал. Информация от Невилла и Луны была более полной. Во-первых, многие ученики были крайне недовольны политикой в школе, раз уж народ потянулся к бывшему кружку Гарри Поттера. Во-вторых, корреспонденцию стали проверять не только на предмет проклятий и сглазов, но и на содержание. Поэтому вести из дома получали не все и не регулярно. Правильно, не каждый додумается письмо отцу из Хогсмида строчить. Да и не всех отпускают, если уж честно. Дамблдор из школы почти не отлучается, лишь на собрания, которые близнецы, о чудо, посещали. Иногда вместе, но чаще поочередно. По словам директора, так они меньше внимания привлекали к своим отлучкам. Тем более Фред и Джордж планировали доучиться лишь до зимы, а потом покинуть Хогвартс и уйти на все четыре стороны. Учеба, моих рыжих приятелей, порядком напрягала, ничего особо путного, по их словам, все равно не давалось. А нужные сведения они почерпнут из книг и их особых источников. Что за источники, никто кроме близнецов не знал и узнать не стремился. Меньше знаешь, легче дышится. В среде чистокровных и слизеринцев, хотя в большинстве своем это синоним, за редкими исключениями, лада и мира не наблюдалось. Напряжение можно было резать ножом. Гермиона предоставила полный отчет об истории образования ордена, что смогла отыскать сама и с помощью вездесущих близнецов, ну и Темный Лорд со сторонниками тоже подверглись изучению. В общем, теперь мои слова, что темный — не значит злой, были документально подтверждены. И даже не пришлось рассказывать, откуда я почерпнул сведения. Беседа получилась продуктивной, в конце я поделился наличием собственного дома, координаты прилагались. Блейз аж засветился аки солнышко, оказывается, вся честная компания уже вплотную раздумывала, как бы грабануть собственных родителей, ибо наши планы требовали приличных вложений. Пользоваться лишь моими средствами слизеринцы считали ниже своего достоинства. Впрочем, остальные тоже принимали «подачки» с неохотой. Даже Рон, которого все почему-то считали меркантильным идиотом. Нет, он, конечно, мог сглупить, часто не знал простых вещей, но никогда не мерил нашу дружбу деньгами. Зато прекрасно изображал простачка и эгоиста. Актер, одним словом. Но у них это семейное, Джинни вон тоже играла свою влюбленность в меня, хотя сама давно точила коготки на Нотта, и он, похоже, начал что-то просекать. Кто знает, что у них выйдет. — Ай, чуть не забыли, Драко почти приготовил список, как только появится официальное лицо, можно будет купить одну из наиболее подходящих газет. А Грег и Винсет на этих выходных умотали к себе в поместья, глядишь чего узнают у своих. Близнецы, правда, много сказать о собраниях не могут, обет о неразглашении, сам понимаешь. Я-то понимал, но понимал ещё вот что: — Блейз, слушай, а они могут дать доступ кому-то за купол тишины? Забини задумчиво потер переносицу, вот все у меня этим жестом заразились. — Думаю, они смогут. — Отлично, пусть тогда Кричера проведут. Он обетами не связан, будет собственный шпион. Тем более — Фред с Джорджем на собрания теперь редко ходить будут. Они вообще спешно уедут в отпуск. Скажем в тур по Европе. А школа, ну её. Гермиона усмехнулась, а Блейз оскалился. Картинка маслом. Расстались мы в крайне приподнятом настроении, а временные неудачи не беспокоили. * * * Через неделю, в мою скромную обитель явились два слегка помятых студента Хогвартса. Причем один из них очень злобно ругался на каком-то не известном мне языке, а вторая, тихо хихикая, прокомментировала: — Гарри, солнышко, ты, когда в следующий раз защиту ставить будешь, либо предупреждай заранее, либо включай нас в список приглашенных. А то, как бы, не Фред с Джорджем... — Панси, а это была именно она, засмеялась, а Малфой видимо выругавшись ехидно добавил: — Кстати, они на улице изображают статуй, заклинание окаменение такого уровня, Поттер, где ты научился? Пока бежал во двор, чуть сам не ругнулся, но вовремя вспомнил, что Морганой, пожалуй, будет не честно ругаться, а старика Мерлина мне уже искренне жаль. Близнецы действительно очень органично вписались в небольшой садик перед домом. Защитный купол, ставший по такому поводу видимым, подозрительно искрился и потрескивал. Я так бы и застыл в дверях, но за спиной раздалось сдержанное покашливание: — Поттер, знаешь, ты бы уже усмирил свою магию, это она ведь так на нас реагирует. — Ты про переливающийся купол? — рассеяно уточнил я. Но Малфой неожиданно закашлял. А прочистив горло, как-то подозрительно быстро отодвинулся и почему-то шепотом осведомился: — Ты что, реально сам ставил защиту? — Да нет же. — Но, ты видишь купол? Это что, допрос с пристрастием? — Вижу. — Кошмар, с кем мы связались, да Драко? — Панси всегда умудрялась подходить не слышно, и даже высокие каблуки, которые Гермиона называет шпильками, не были помехой. Все остальные девушки, за исключением, пожалуй, Луны, ей завидуют. — Да уж, — Малфой то ли отошел от шока, то ли от доброты душевной пояснил: — Видишь ли, уникальный ты наш, обычно маг способен видеть изменения в защитных заклинаниях, может основные дыры. Но чтобы весь купол, — Драко передернул плечами, — короче, сходу его может видеть только тот, кто защиту ставил. Либо нужно специальное заклинание, которое ты, разумеется, не знаешь. Отсюда у меня вопрос, если объект А до своего незапланированного исчезновения не способен был заметить простейший купол заглушки, выполненный студентом пятого курса, то как повлияло таинственное заточение на этот самый объект А, что он вдруг начал видеть защиту уровня Мастера? — Эм. — Очень глубокомысленный ответ Поттер, другого я и не ожидал, ладно, судя по твоему одухотворенному лицу, мы сейчас вряд ли услышим вразумительную ложь, а правду ты рассказывать не намерен. Поэтому предлагаю помочь двум клоунам. Под чутким руководством Панси и Драко мне удалось успокоить защиту дома, а заодно сделать её менее агрессивной по отношению к посетителям, по крайней мере, тем, кто не желал зла хозяину дома. И тем, кто не видел во мне монстра. Малфой, когда я ставил эти условия, как-то подозрительно переглянулся с Панси, но комментировать не стал. За что ему отдельное спасибо. Заодно и вписали всех присутствующих и отсутствующих друзей в защиту, как я мог забыть об этом, сам не понимаю, закрутился видимо. В итоге, когда все были расколдованы, а защита обновлена, в гостиной витал аромат свежесваренного мной же кофе, а все посетители удобно расположились в мягких креслах. Настал черед узнать, что же такого «накопали друзья». — Сначала я расскажу, что мы имеем, а потом кое-кто ответит на кое-какие вопросы, никто не против? — все, кроме меня, синхронно кивнули. Малфой удовлетворенно хмыкнул, поставил чашку на столик и продолжил. Картина вырисовывалась такая: близнецы дали Кричеру доступ на посещение собраний Ордена чего-то там, называть их фениксовцами у меня не поворачивался язык. Слишком уж благородны огненные птицы, чего не скажешь о Дамблдоре и его шайке. Хорошо, что теперь у нас был доступ к их секретам. Плохо, что не всегда орден заседал в особняке Блэков. Порой Нора или Кабинет директора являлись местом сбора. Тут пока помогали близнецы, но мы планировали их в скором времени отправить в бега куда-нибудь. Со второй стороной все было ещё непонятнее, Винсент и Грегори, под видом обычного визита домой, попытались навести мосты. Дело в том, что Гойл и Кребб-старшие отчего-то считали своих детей недалекими и слабыми магами, годными лишь на роль телохранителей, скажем, Малфлоя. А Винсент и Грегори не спешили разуверять родителей, видимо, от Рона нахватались, поддерживая амплуа этаких увальней. Эх, видели бы отцы в драке своих отпрысков. Откуда что берется? Неповоротливость исчезает, заклинания отскакивают от палочки на раз. И вообще, Грег, вон, стихи пишет, даже Малфой высокие оценки этому баловству ставит. А он у нас известный ценитель поэзии. Так что сыграть глупость для наших коллег запросто. Никто ничего и не заподозрит, подумаешь, детки решили отчий дом посетить. Им с этого года официально можно было по делам Рода в неурочное время отлучаться, то есть в выходные посещать дом. Только ничего толком ребята не узнали, разве что, большая часть Пожирателей окопалась в одном старинном особнячке, принадлежащем Малфою. — Интересная картина. — Ага, я же говорил, мы лучшие, раз уж сам Темный Лорд... — договорить Малфою не дали, забросали подушками. Зато пока он отбивался, я вспомнил. — Слушай, родственничек, а чего бы нам не использовать второго домовика? — Добби? О, Поттер, ты ведь можешь, когда хочешь, отличная идея. Самое смешное, что никто не догадается проверять обычного эльфа. Насколько я знаю, Добби вход никто не закрывал, потому как, по сути, не изгонял из поместья, это тупое животное само схватилось за грязный носок, кстати, надеюсь, он ничем там не заразился? Я бы тоже кинул в Малфоя подушкой, да они все закончились. Порешили на том, что Драко повелит Добби следить за поместьем и сообщать мне новинки в среде Пожирателей, а Кричер наблюдает за Орденом и тоже стучит мне. Дом становится штабом и мозговым центром. На следующей неделе в свет выйдет молодой мистер Дамиан Легранд. Раз уж Роми так хотел, вот посмотрим, как отреагируют Англия на ещё одно Темное семейство. Драко, вон, от радости, когда узнал имя Рода, чуть ли не прыгал тогда в кафе. Да и остальные, кроме Луны и Гермионы, ошарашены были. Луна-то просто всегда спокойна. А Герми, если её кто-то вот так шокирует, потом пару минут тупо молчит — в себя приходит. Список нужных нам изданий на грани банкротства, но при этом не со слишком скандальной репутацией, составлял всего из двух позиций. «Магический Вестник» занимался исключительно новостями в научной среде, и, к сожалению, аудитория у него соответствующая. Видимо, поэтому газета и на грани банкротства. Второй вариант «Око Дракона». И нет, ни про драконов, ни про прочую живность там нет. Просто развлекательный журнал. Очень популярный в среде простых обывателей. Только владелец на днях скончался, наследников не оставил, поэтому передать издание некому. На следующей неделе должен будет состояться аукцион. Желающих приобрести издание немного, все же цена не маленькая. А наши аристократы к подобной публицистике относятся не особо хорошо. — Предлагаю Дамиану появиться раньше и предложить больше, раз уж ты у нас такой не бедный, — закончил свою речь Малфой. И в принципе, я был с ним согласен. Научное издание нам без надобности. А развлечения ради, маги могут, нет-нет, да и почитывать «Око Дракона». Подозреваю, Драко ещё и название очень приглянулось. Менять-то то мы его точно не будем. Правда, я поинтересовался, отчего не взять газетку покрупнее, на что Малфой резонно заметил: — Они называют слишком большие суммы. Не вижу смысла столько тратить. И не надо напоминать про свою платежеспособность. Поттер, пойми, наконец, всегда нужно просчитывать наперед, особенно, если дело касается вложения капитала, — Малфой, с удовольствием на лице, сделал глоток из своей чашки. Нет, чтобы поблагодарить бедного меня за столь щедрый дар в виде замечательного напитка. Но дождешься от него, как же. Вторую чашку глушит, заставил бегать за добавкой и ни слова благодарности. Эх. — Действительно, глупо, — подтвердила слова Драко Панси. Фред с Джорджем переглянулись: — А почему бы нам... — ...не начать все с нуля — Так давайте говорите по одному, а не по очереди, — недовольно фыркнул Малфой, а потом вспомнил,— Кстати, Поттер, будь так любезен, поведай нам глупым и недалеким с каких пор ты у нас обзавелся новыми способностями? И ещё, не рычи только, я тут просканировал тебя, да не волнуйся, обычным целительским. Ты в курсе, что где-то в обозримом, по карте, пространстве Англии, есть маг, с которым ты связан. — ЧТО?! — Что слышал, давай колись, Поттер, о чем ты умолчал в первую нашу встречу. Честно говоря, я мог лишь предположить, что имел в виду Драко про связь. Но разобраться не мешало. Поэтому, сцепив зубы, я поведал всем собравшимся, как, точнее с кем, провел время в Зазеркалье. Заодно рассказал и про дар Чтеца, все равно к слову пришлось. Кстати, присутствующие не выглядели удивленными, услышав про мою очередную «уникальность». Или догадались, или устали удивляться. Утаил я лишь очень личные моменты. Но глядя на довольную рожу Малфоя было понятно — он все понял. — Поттер, ты кретин. Нет, серьезно, — заявил Драко, ухмыляясь так, что всем стало не по себе. — Драко... — осторожно начала Панси, но Малфой взмахом руки (царственным надо отметить, и где научился) её прервал. — Наш герой действительно связан, да и не с кем-нибудь, а с самым сильным волшебником, пожалуй, столетия. Вот только понять бы причину связи. То ли они родственники, да не надо на меня так смотреть, Рыжие, то ли зеркало их связало, или Гарри, солнышко, что-то умалчивает. Как я не покраснел, известно лишь Великим магам. А уж как захотелось использовать дар. Но контроль и только контроль. Малфой же продолжил: — А вот свой Чтец — это же вообще отлично. Конечно, если некоторые научатся управлять возможностями, причем обучаться будут по всем правилам, а не по-вашему гриффиндорскому: «может и так прокатит». Панси, молча слушавшая до этого, неожиданно спросила: — Так, я понимаю, почему ты это не рассказал всем, но я не могу понять, почему ты это выдал нам сейчас? Мы, конечно, да, Драко, конечно, и сами кое-что поняли, а благодаря Грейнджер и её тяге к знаниям, практически догадались о твоих возможностях. Правда, предполагали, что дело в артефакте, а не в наследственности. Но почему ты рассказал именно нам? От долгого поиска ответа спас меня, как ни странно, Фред: — Креб и Гойл у нас скорее в качестве «силы», как бы мы не ценили их способности, но атакуют они куда лучше, чем строят глобальные планы. Миллисент слишком эмоциональная, её реакция непредсказуема. Нотту, Гарри, по-моему, банально не доверяет. Рон, как ни прискорбно, трепло, каких поискать, да и вряд ли он отреагировал бы хорошо, несмотря на всю лояльность к Темной стороне. Гермиона слишком дотошна, она бы копалась во всем, искала бы любые сведения о Зеркале, заставила Гарри пройти кучу тестов, запретила бы пользоваться магией, и ещё что-то в этом же духе. Остается Джинни, Блейз, Невилл и Луна. Джинни, тут уж могу предположить — наш «герой» просто бережет её от ненужных сведений, считая, что она слишком мала. Луна, ну-у, мне кажется, ей Гарри все сам расскажет, потом. То же с Блейзом и Невиллом. Фред замолчал, давая слово Джорджу: — А почему именно мы: прискорбно, но факт — ты Малфой один из самых здравомыслящих и хитрых в нашей компании, а Панси мало того, что очень хорошо скрывает эмоции и здраво оценивает любую авантюру, она ещё почему-то доверяет Гарри, причем почти с самого начала. Ну, про наше скромное участие я промочу. Малфой во время всей речи подозрительно пришиблено молчал. Видать, не ожидал, что его запишут в «нашу компанию». А Панси, наоборот, перестав сжимать стакан, опустила глаза в пол и тихо произнесла: — Я истинный провидец, с полностью развитым даром. Теперь уже Фред и Джордж уставились на слизеринку во все глаза, а Малфой злобно зашипел: — Если кто-то из вас об этом расскажет, — многозначительная пауза в исполнение Драко вышла зловещей. — Да, ладно, Драко, ты чего... — ... мы могила. Затянули близнецы, а Малфой, наградив их взглядом голодного василиска, пообещал, что в случае чего он запомнил последнюю фразу и примет её как руководство к действию. В общем, после откровений, обсуждение нашего «дела» ушло на второй план, вместо этого Джордж выразил желание осмотреть дом, Фред поддержал его затею, а Малфой, явно пытаясь скрыть интерес, решил составить близнецам компанию, отговорившись тем, что если вдруг эти два клоуна вновь попадут в ловушку, то он, так и быть, великодушно позовет меня на помощь. На этом они и покинули гостиную. — Гарри, ты ведь нам не все рассказал? — Панси неожиданно присела на подлокотник моего кресла. — Паркинсон, ты о чем? Выглядеть веселым, когда белыми от напряжения пальцами впиваешься в ручку кресла, ой как не просто. А уж если встретишься взглядом с человеком, который внимательно тебя разглядывает, словно выискивает ответ, вообще удовольствие ниже среднего. Тем более, когда проваливаешься в чужие эмоции и ощущения, запоздало отмечая — тебя не просто пустили в душу, тебя туда настойчиво подтолкнули. Водоворот чужих эмоций, отголоски каких-то воспоминаний. Солнечный день. Маленькая девчушка, лет пяти, с радостным смехом носится по саду за диковинными бабочками. Кажется, у малышки сегодня счастливый день, должны вернуться из поездки родители. Вот тот же день, но уже вечер. Да, действительно, вернулся, но лишь один отец. И он заперся у себя в кабинете, даже не взглянув на дочь. Как же это больно и обидно, а главное ребенок не может понять, что сделал не так, раз уже папа не хочет её видеть, а мама и вовсе не приехала. Наверное, она чем-то расстроила родителей. Именно поэтому нужно вести себя ещё примернее, чтобы в следующий раз... Вот девочка стала взрослее, и она стоит, спрятавшись в нише за одним из гобеленов, а в паре шагов ругаются родители. Бросают друг другу страшные оскорбления, а между делом: — Это ты родила такую тупую и магически не одаренную дочь, я то думал, она хоть красотой в тебя пойдет, но нет, и тут провал, а может, ты её вообще неизвестно где нагуляла, а? — Ты сошел с ума, это она в тебя пошла, вообще, как ты смеешь... Больно, как же больно, сердце вот-вот остановится, поэтому, все подозрительно качается. Девчонка хватается за стену, пытаясь не упасть, но, кажется. не выдерживает. — Врачи сказали, магический шок… — Она может стать сквибом. — ...это все ты. С крыши поместья Малфоев (сам не знаю откуда, уверен, что это именно дом Драко) открывается потрясающий вид. Двое ведут неспешный разговор. — Они так ничего и не знают? — Нет, уверены, что никакие "особые" способности мне не грозят, а дар и вовсе не откроется. — Странные они у тебя, может...— ему не дают договорить: — Не может, Драко, пусть лучше они считают меня не способной ни на что волшебницей.</i> Кажется, теперь я ощущаю легкую грусть, злорадство и ещё что-то странное — чувство близкой беды. * * * В сознание я пришел на полу, благо мягкий ковер, да подушка под головой. Правда, подушка оказалась не совсем предметом интерьера. Оказывается, я удобно устроился на коленях у Панси. Девушка с виноватым выражением лица перебирала мои отросшие волосы. Так, кто-то хотел к парикмахеру? — Прости, я не ожидала, что будет так, — пока Паркинсон подбирала слова, я попробовал подняться. От резкого рывка закружилась голова, хорошо хоть обратно не свалился. Сидеть на полу всяко лучше лежания на нем же. — Я понял, ты не ожидала, что выйдет так остро, и что тебе снова придется переживать каждое воспоминание, да ещё и чувствовать все-все. — Да, — Панси согласно кивнула, но смотреть в глаза больше мне не решалась, — Гарри, знаешь, наверное, стоит поискать информацию о Зеркале Морганы, возможно Ромиан что-то пропустил. — С чего это ты так думаешь? — настороженно интересуюсь я. Панси ведет себя с каждой минутой все более странно. — У провидцев, даже с предрасположенностью к дару, с рождения сильнейший ментальный щит. А ты словно бы его и не видел, нет, сознаюсь, во всем случившемся есть и моя вина, я просто хотела посмотреть будущее глубже, для этого нужен был контакт. Как его иногда шутя называет Драко — «игра в гляделки». — Ты хочешь сказать... — на этот раз я испугался. Что-то надоело влипать в непонятные ситуации и вообще. — Я ничего не хочу сказать, но дело не только в твоем новом «приобретении». Ты, Гарри, стал словно другим, даже не сильнее, не знаю, словно, твоя магия слегка изменилась, — Панси поднялась с ковра. — Что это может значить? Я последовал её примеру, и теперь мы стояли друг напротив друга. Только девушка упорно разглядывала узор туфель. А я, сколько не силился, так и не смог «прочесть» её эмоций. — Не знаю, но я не смогла ничего увидеть. Если раньше были хотя бы образы, то сейчас, — нервно теребя край рукава, Панси все-таки подняла на меня глаза, лучше бы она этого не делала. Нет, там не было страха или паники, даже любопытства, просто мне показалось, Панси меня обманула, она увидела нечто такое, о чем не хотелось бы думать. — Врешь, — кажется, я это вслух. — Вру, — согласный кивок. — Покажешь? — надежда, ожидание. — Покажу. Полумрак комнаты, два мужских тела на кровати. В одном из них я узнаю себя, а во втором... * * * — Эй, что вы такие кислые,— в гостиную влетело два рыжих вихря, а следом важно зашел Малфой. — Представляешь, мы у тебя нашли такую... — ... классную, лабораторию как раз... — ... для наших экспериментов... Пока близнецы наперебой рассказывали о том, что в скором времени мой дом превратится в филиал их магазина, ну или, раз я так пекусь о защите, то хотя бы в подсобную лабораторию, я ещё раз поймал взгляд Панси. «Спасибо». «Не за что, не говори им пока, не поймут». «Конечно».