Monsters

На пол полетела одежда, а за ней и все нижнее белье. Едва теплая вода в душе, да ещё со слабым напором, — больше разогревали в ней ненависть к самой себе и к тому образу жизни, который она вела. Намылив губку каким-то дешевым мылом с запахом розы, девушка принялась с остервенением тереть кожу. Ей хотелось содрать её с себя, чтобы по всему телу появилась другая — чистая и приятная самой себе, к которой не прижималось полчаса назад это жирное, потное и вонючее тело. Каждый раз, после очередного заказа, хотела умереть. Желательно безболезненно. Просто однажды уснуть спокойным сном и больше не проснуться. Казалось, что стоит — отказаться от грязной работы и начать жизнь заново? Память. Иногда совсем ненужная память, бессердечно храня все болезненные воспоминания в голове. Наспех оторвав пластиковую оболочку вокруг крышки нового зубного ополаскивателя так небрежно, что у горлышка оставался защитный материал, девушка нервно открутила колпачок и набрала мятную охлаждающую жидкость в рот, пытаясь смыть гадкие следы чужого языка. От влажного горячего тела исходил едва заметный пар. Прислонившись нагим телом к стене, она вздрогнула и медленно сползла вниз, закрыв лицо руками. Хозяйка требовала платы за квартиру. Приходилось опуститься до работы проститутки, чтобы заработать себе на жизнь и отправить деньги матери, которая, не смотря на все обещания и клятвы потратить деньги на младших братьев, пропивала все до последней копейки. Утром нужно отправляться на более приличную и приятную работу продавца в магазине детских игрушек. Банальная, но правдивая жизнь. Она даже не заметила, как по щекам потекли соленые слезы, а тело начало вздрагивать, когда за тонкой стеной послышались соседские крики. Когда скандал стал громче, невольно пришлось подняться и перейти в спальню. Неизменная вечерняя традиция — теплое молоко с печеньками, сидя на подоконнике и любуясь огнями ночного города. На сон часто оставалось всего лишь пару часов. Настал новый день. Выходной день, после которого тянулась, казалось, бесконечная ночь в клубе на краю города с пафосным названием. Странно, что его до сих пор не прикрыли за продажу наркотиков и проституток. По телевизору показывали передачу о таких же, как она детях, с той же ситуацией в жизни. Их всегда жалели и предлагали свою помощь, а узнай бы кто-то всю её правду — забили бы камнями, как было раньше. Никто и никогда не предложит ей свою помощь и не скажет простого «бедненькая». В след ей будут сыпать лишь тысячами грязных оскорблений и смотреть взглядами, полные презрения и ненависти, желая отгородить подобных «отбросов общества» от остальных. В реальности, любого человека « не такого как все», постигает подобная участь. Когда день близится к вечеру, наступает самое ненавистное для неё время. Сознание того, что она осмысленно идет в то место, где её постигает отчаяние и такое сильное желание умереть в тишине и спокойствии, где-то далеко от клуба с казино и огромным выбором алкогольных напитков, которыми она напаивала своих клиентов перед тем, как подняться на второй этаж в специально подготовленную комнату, ещё больше внушало ей ненависть к самой себе. Одежда всегда была слишком откровенной, а макияж — слишком вызывающим. Жирно подведенные подводкой глаза и красная помада на губах, платье с вырезом на спине и глубоким декольте, длинной намного ниже колен, едва прикрывающее ягодицы, черные чулки (иногда она их не надевала) и красные туфли на огромной шпильке. Глядя на себя в зеркало, ей не хотелось задерживать взгляд на своем отражении более чем на пару секунд. * * * — Эй, красавчик, не хочешь развлечься? — фраза, которую она произносила одним и тем же елейным тоном с повадкой уже хорошо выпившей девушки, вызывала чувство тошноты и отвращения. Парень, рассматривающий яркую жидкость в своем бокале, вздрогнул и непонимающе посмотрел на проститутку, которая внезапно потеряла всю свою развязность и стыдливо опустила глаза. Девушка нервно потребила край платья, думая немедленно отойти от стойки и поискать другого клиента, так как глаза этого парня были такими добрыми и полными сострадания к ней, что становилось не по себе. — Как тебя зовут? — крикнул он, мягко улыбнувшись, показывая тем же очаровательные ямочки. — Чимин, — пробормотала еле слышно, но незнакомец улыбнулся еще шире и протянул руку. — Исин! Просьба показать ему, где можно отдохнуть, вернула Чимин с небес на землю и, посмотрев на него с полным отвращения взглядом, схватила его за руку и потащила наверх. Он такой же, как и все. Закрыв за собой на замок дверь, девушка толкнула непонимающего, что сейчас происходит, парня, принявшись расстёгивать спереди платья большие черные пуговицы. — Ой-ой, нет! — Исин вскочил с кровати и прикрыл подушкой грудь ошеломленной Чимин, закрыв себе глаза. — Ты не так меня поняла! Мне нужно место, где я смогу переночевать. — Подождешь меня, пожалуйста? — внезапно спросила Чимин, даже не зная, где можно приютить смущенного парня, который до сих пор прижимал к ней рукой подушку. * * * Тихо вздохнув и прикрыв рукой глаза, Чимин отчетливо представила, как будет орать на неё её шеф за то, что за сегодня у неё не было ни одного клиента и за то, что ушла домой пораньше. Он ни разу не разрешил ей уйти раньше положенного времени, а если Чимин сбегала, то лишалась половины своего заработка. — Потом заплатишь мне за время, которое я потратила на то, чтобы помочь тебе. А пока поищем, где тебе переночевать. — Ты такая добрая! — протянув последнее слово, Чжан зевнул и положил голову на плечо девушки. — А можно я у тебя переночую? Я заплачу. — Сдурел совсем? — скинув его голову, вспылила Чимин. — Ко мне нельзя! Что я скажу хозяйке, если она узнает, что я привела в дом парня? — Парня, — он глупо хихикнул в полудреме, и снова положил голову на плечо, правда на этот раз Чимин спокойно продолжала пялиться на переднее сиденье. Все её извилины напряженно работали лишь над одной проблемой. Увы, но она не могла бросить его на улице — совесть бы замучила, да и кто знает, что с ним может случиться в это время суток? Такой наивный и простой, что его с легкостью обведут вокруг пальца, оставив ни с чем. Что ж, придется тащить его домой. Правда, цена за её услуги возрастет в пару раз. * * * — Вот диван, одеяло, подушки и прочее, — постельное белье аккуратно положили на стол, и махнули рукой в сторону белых дверей, с желтоватым пятном в нижнем углу. — Там ванная. Ко мне в комнату ни ногой. Если еще есть какие-нибудь вопросы — спрашивай сейчас, пока я не ушла. — Там есть горячая вода? –неловко топчась в маленьком коридорчике, спросил Исин. Кивнув, Чимин пожелала спокойной ночи и закрыла дверь в вою комнату на замок. Этот парень не казался тем, кто ворвется в её комнату посреди ночи и изнасилует, а то и убьет, но внутреннее недоверие к парням и врожденная подозрительность вовремя напомнили ей о правилах безопасности. Хотя, впустив в свою квартиру совершенно незнакомого парня, с которым она познакомилась три часа назад — о какой уверенности в собственной защите с помощью одного только обычного замка может идти речь? Заскочив на подоконник, девушка развернула толстый альбом с фотографиями разных стран и городов и прекрасной природы. Чарующие пейзажи, от красоты которых буквально захватывало дыхание, излучали особую волшебную атмосферу, словно были каким-то волшебным миром, где жили феи и единороги, а то и самым Раем. Вот вечнозеленые джунгли, где на гигантском дереве сидели птицы с яркими перьями зеленых и красных цветов. Или же её привлекали стеклянные небоскребы, исполненные в разных стилях, и приковывавшие взгляд на каждом из них, чтобы разглядеть каждое здание во всех деталях. Чимин хотела путешествовать. Однажды накопить достаточно денег, бросить всю прогнившую и мерзкую прежнюю жизнь и, наконец, начать новую. Даже со сжимающими горло воспоминаниями и следами той грязной жизни. А потом она хотела бы осесть в каком-нибудь тихом местечке у моря и почувствовать такое желанное приятное одиночество, а не то, от которого хотелось бежать на край света и бросаться в объятия каждому встречному. Но нужной суммы все не доставало, а время понемногу просачивалось скользь пальцы как песок. Коротко выдохнув, девушка вскочила на ноги и открыла двери, бесшумно пробираясь в ванную, чтобы не разбудить нового знакомого. Даже не убедившись, что он давно спит на диване, Чимин резко распахнула двери и заскочила в комнату. Резко задернув иную с дельфинами внизу шторку, Исин смущенно высунул голову и выключил воду. Заторможено глядя туда, где пару мгновений назад мелькнула упругая попка и крепкая спина, Чимин несколько раз моргнула и прыснула в кулак. — А двери закрывать тебя не учили? — Я думал ты спишь, — спрятав голову за шторкой, выдохнул парень. Хитро прищурившись, девушка подошла туда, где стоял «ребенок» и, ткнула его в спину, резко отскочив к двери. — Эй! — Ладно-ладно, дитё, — примирительно подняв руки, засмеялась Чимин, когда высунулось до жути милое возмущенное лицо. — Я только зубы пришла почистить. — Ну, тогда я скоро выйду. — Да можешь не выходить. Я быстренько все сделаю и уйду. Не волнуйся, я не подглядываю. За шторкой послышался тяжелый обреченный вздох, а вскоре шум воды. Чимин и вправду не подглядывала, но из головы все никак не выходил тот момент, когда она увидела два вертикальных больших рубца возле лопаток. Они выглядели так непривычно, словно на том месте было два больших крыла, а потом их отрезали, отсекли от тела. Фантазия в её голове щедро закидала различными, порой фантастическими вариантами, откуда у парня появились эти шрамы. * * * Когда на следующий день он остался в квартире, девушка всего лишь недолго возмущалась, но опять смилостивилась и разрешила ему остаться. Так было и на третий, четвертый и последующие дни… Чимин слишком долго входила в его положение, и сейчас требовала лишь объяснений, почему он так долго здесь задерживается, если говорил, что дела в городе займут не так много времени, как оказалось. — Мне, правда, некуда пойти, — отхлебнув немного чая, стыдливо опустил глаза Чжан. — Дела затянулись, а кроме тебя у меня здесь нет больше знакомых. — Чтобы убедить меня оставить тебя здесь, ты можешь рассказать, что же это за дела такие? — настойчиво задавала один и тот же вопрос девушка, которая снова вернулась к ночной работе, и сидела перед парнем в полном «боевой раскраске» и «экипировке». Догадливо прищурившись, Чимин насупилась. — Эти шрамы на спине… как-то с ними связанны? Исин встрепенулся и нервно дернулся, чуть не выронив чашку на пол. — Как ты?.. — Просто я чёртов гений. — Даже если я расскажу, ты все равно не поверишь. — Давай говори. — Если я скажу, что знаю о тебе все, тебе будет этого достаточно, чтобы больше не задавать мне вопросы? — Нет, — настаивала Чимин.  — Ты хочешь перестать заниматься проституцией и отправиться в Нью-Йорк, а потом поселиться в тихом месте возле моря, но пока ты только смотришь на фотографии в альбом. Денег не хватает, потому что мама требует больше на содержание младших братьев, — голос парня внезапно стал уверенней. — Сил, бороться за свою мечту, больше нет, и иногда хочется умереть. Почему люди жалеют только тех, чьи истории озвучивают на телевидении, а в жизни кидаются на таких же несчастных? Почему меня никто не пожалеет хотя бы раз в жизни? — Что за?.. — ошарашено начала Чимин, когда Исин озвучил её собственные мысли, да еще с таким проницательным взглядом, словно он только что прочитал все её мысли. — Я же говорил, что ты не поверишь, — он сокрушенно вздохнул и положил голову на стол. Но Чимин резко потрясла его за плечо. — Откуда тебе это известно? — А что если я скажу, что прочитал твою Книгу? — он на мгновение поднял голову, чтобы взглянуть в её непонимающее лицо. — Я же говорил, что не поверишь… — Да верю я, верю! Только… что за книга такая? — Чимин легко коснулась волос, якобы поправляя прическу. — Там написана вся твоя жизнь… Правда, в будущее ты посмотреть не сможешь, потому что все пишется одновременно с теми событиями, которые сейчас происходят, — опередив уже раскрывшую рот девушку, пояснил Исин, мягко улыбнувшись. — А я тот, кто может читать эти книги — Ангел. — А я Папа Римский. Приятно познакомиться. — Я серьезно! — Я же и не отрицаю! * * * Аккуратно перелистывая страницу альбома за страницей, девушка увлеченно рассматривала каждый снимок, иногда высовывая язык — странная привычка появлялась, когда она на чем-то сосредотачивалась. Со стороны выглядело это довольно мило, нежели соблазнительно, и Исин даже остановился, наблюдая, как язык медленно касается нижней, а потом верхней губы. Хотя, для него это все-таки было сексуально. Коротко мотнув головой, отгоняя грешные мысли, ибо не пристало Посланнику Божьей воли думать о плотских наслаждениях, парень тихо закрыл за собой дверь. — Я хочу исполнить твое желание, — на плечо легла ладонь, и Чимин вздрогнула. Девушка неловко улыбнулась и закрыла альбом. — Ты можешь еще здесь побыть? — полный надежды взгляд остановился на спокойном лице Чжана, его добрых темных глазах. — Я не хочу сейчас оставаться одна. — Конечно, — улыбнулся Исин. Ночное небо затянулось тучами, но Луна все равно пробивалась сквозь них, освещая своим серебристым сиянием город, лицо сидящей на подоконнике задумчивой Чимин и сияющего своими милыми ямочками Исина. Девушка перебирала пальцами складки своей ночной рубашки, исподтишка рассматривая при лунном свете лицо ангела. Ей так хотелось поверить ему, доверить свою судьбу, чтобы он повел её на край света, где она сможет спокойно вздохнуть, наслаждаясь мятным чаем, сидя на крыльце своего домика и любуясь морем. Когда она мечтала, вся тупая душевная боль в груди постепенно отступала, хоть на мгновение даруя ей долгожданную, пусть и короткую возможность вздохнуть с облегчением, почувствовав необычайную легкость внутри. Исин легко прочитал её мысли, хотя зарекся больше не залезать в голову девушки. В Чимин не было совершенно ничего от проститутки, разве что эти манеры были наигранными, зато было много от мечтательного подростка, нуждающегося в понимании и теплоте душевной. Чжан хотел ей все это дать. А Чимин была готова принять. — Я так спать хочу-у, — зевнув, девушка уткнулась в грудь парня. — И спина так затекла. — Тебе помочь? — вместо ответа пальцы разжали ткань, и послышалось тихое сопение. Ловко подхватив её на руки, он уложил её на кровать, присев рядом. Во сне Чимин была похожа на беззаботного ребенка с мелко дрожащими длинными ресницами и мягкой улыбкой. Исин аккуратно убрал выбившуюся прядь волос с лица и посмотрел на свои руки. Излучая слабый цвет, на мгновение они стали прозрачными, но, стоило сиянию исчезнуть, как перед глазами парня они вновь стали видимыми. — У меня совсем мало времени… — глядя на Луну, прошептал ангел. * * * Когда пейзаж за окном переменился, Чимин проводила хмурым взглядом оставшийся позади город, подавляя в себе желание бросить колкость в сторону дремавшего на её плече ангела. Оторвав её от работы, под предлогом крутого «сюрприза», Исин притащил её на автовокзал и посадил в битком набитый автобус. Вскоре, шум в автобусе становился тише по мере того, сколько человек с него выходило, пока не стало совсем тихо. Расслаблено выдохнув, девушка откинула голову на подголовник и сонно прикрыла глаза. Она не любила больших скоплений, потому что ей казалось, как каждый пассажир с презрением и укором смотрит на неё, осуждая за работу проституткой, хотя на деле никто в их сторону за всю поездку не глядел, будучи увлеченными разговором со своими соседами или переписками в соцсетях. — А как понять, что ты любишь? — спросонок, приподняв голову, внезапно подал голос Исин, заставив Чимин подскочить от неожиданности.  — Ого-го… с чего это такие вопросы? — оттолкнула сонное лицо от себя подальше. — У ангелов нет такого… Ну, мы не чувствуем, не любим. А я хочу понять, как это… — Тогда тебе не ко мне обращаться нужно, — замахала руками Чимин, смущенно улыбнувшись, но сама же продолжила: — Я не мастер описывать свои чувства, но когда любишь, хочешь даже во вред себе, сделать любимого человека счастливым, защитить и… не дать ему умереть. — Умереть? — встрепенулся парень, оторвавшись от созерцания бесконечных полей за окном. — А, да это так… Ведь в разных людей влюбляются. Шум прибоя донесся до ушей Чимин, стоило им выйти из автобуса. С замиранием сердца, девушка выпрямилась, расставив руки и блаженно закрыв глаза, просто упивалась звуками моря. Подталкивая в спину, Исин пытался довести её до, собственно, своего «сюрприза». Он даже не почувствовал, как ладони перестали упираться в спину Чимин и он споткнулся, пока она в припрыжку, как ребенок, бежала в сторону моря. — Ты бы хотела здесь жить? — Я бы хотела тут умереть, — нарисовала сердечко на песке девушка. — Ну и жить, конечно. — Иногда ты говоришь страшные вещи. — Я всегда могу ляпнуть что-то такое. Но мне правда не страшно умирать, потому что… Я же встречусь там с тобой, правильно? Вот, — подняла палец, — значит связи Там уже есть. — А я не хочу видеть тебя Там в скором времени, — грустно улыбнулся Исин, когда на песок упали первые капли дождя, и задумчиво уставился на медленно вздымающиеся волны. Да, неподходящий день для поездки он выбрал. — Я хочу, чтобы ты жила. Странно улыбнувшись, Чимин бросилась к обрыву, подбежав к самому краю. Подставив голову вверх, позволяя капля дождя бить по лицу, девушка довольно улыбнулась. Под ногами волны разбивались о скалы, а вода была темно-синяя. Такая красивая и притягивающая, что Чимин сделала еще один шаг к краю обрыва, рискуя свалиться вниз, если земля под ногами обвалится, в любую секунду. Исин, даже не задумываясь над тем, что тоже может упасть, кинулся в сторону девушки, резко и крепко хватая её за локти и разворачивая её к себе. Тяжело дыша, Чимин вытерла капли дождя с лица, хотя это было бесполезно, так как начался настоящий ливень, и широко улыбнулась, когда Исин взволновано прижал её к себе. — Говорят, если любишь человека всем сердцем, то ты побежишь даже к самой пропасти, рискуя погибнуть самому, чтобы спасти его, — счастливо лепетала девушка, вцепившись в промокшую кофту Чжана. Растеряно, и все ещё встревожено глядя на Чимин, Исин сначала никак не отреагировал на слова, лишь отошел дальше от обрыва. — Исин, ты меня любишь, — громко произнесла девушка, неотрывно глядя в добрые глаза ангела. — Что? — переспросил он, непонимающе рассматривая лицо Чимин в ответ. — Повтори. — Ты меня любишь! — Громче. — Ты меня любишь! — закричала девушка, громко рассмеявшись. На мгновение остановившись прыгать, Чимин пошла к Чжану и, преисполненная счастья, коротко чмокнула парня в губы. Коснувшись пальцами горящих после поцелуя губ, Исин ошарашено взглянул на утихомирившуюся девушку. В голове все перемешалось в одну большую кучу, и он не знал, что сказать полной ожидания Чимин, в одно мгновение превратившуюся в малое дитя. Да и самому себе Чжан не мог ничего произнести. Только сердце так бешено билось в груди. Ангелы не чувствуют того же, что и люди, чтобы не предаться одному из смертных грехов и пойти против Бога. Но откуда же он знал, что в человеческом обличии этого нет? Что сердце может неприятно сжиматься или наоборот, стучать так сильно, будто вот-вот вырвется наружу? Что можно жить совсем по-другому? И это было так… по живому. — В один миг я исчезну, оставив в этом мире только воспоминание в твоей голове. Это будет как чистый лист, на котором должна была начаться новая история, но задумка автора так и осталась невоплощенной мыслью. * * * Влажная рука смазано провела по спине и запустила пальцы в густые черные волосы слабо сжав, тем же углубляя поцелуй. Чимин старалась прижаться как можно сильнее, что почувствовать приятное тепло разливающееся по всему телу, обхватив ногами торс. Это было так нежно и невинно, и чертовски приятно, что по коже пробежал табун мурашек. — Чимин… — невесомо касаясь подбородка, шепчет Исин. Яркий свет исходил от всего тела парня и он, то растворялся в воздухе, то снова становился «материальным». Испуганно дернувшись, Чимин отвела взгляд и села на кровать, прикрывшись одеялом. — Пора? — Пора, — кивает ангел, мягко улыбнувшись. — Я… я не буду плакать, — всхлипнув, опустила голову Чимин. — Ведь с самого начала я понимала, что однажды все закончится именно так. Но мы обязательно еще встретимся. Исин успокаивающе гладит по голове, целуя в волосы и лоб. Коснувшись пальцем середины лба, девушка зевает и медленно, с помощью Чжана, опускается на кровать. — Мне жаль, что мы больше не встретимся, ведь за любовь не прощают. * * * ≪ Дорогой дневник! Это глупо писать взрослому человеку так по-детски свои мысли на бумаге. Но, думаю это моя последняя запись здесь. Оглядываясь назад, где было много его хорошего и плохого — ясно могу сказать, что самые счастливые моменты навсегда останутся здесь, в тебе. А плохое я нарочно не записывала, просто выбрасывая из головы как мусор. Зачем уходить с тяжелым сердцем на тот свет? Исин говорил, что там очень светло и тепло, а я ему верю. Я бы очень хотела с ним встретиться… Прошло столько времени, а я помню все, как будто это было только вчера. Правда, что в моей голове навсегда останутся все воспоминания связанные с ним. А ведь кроме этого у меня сейчас ничего и нет. А, еще и домик возле моря, где все и случилось. Я каждый день хожу к обрыву и смотрю на небо, словно он сейчас спустится ко мне и крепко-крепко обнимет. Да, это скоро случится, ведь он мне обещал…≫.