Темное прошлое героя Мобиуса

Соник, в очередной раз прочитав заклинание, робко приоткрыл глаз. — Опять не сработало? Эдди утвердительно хмыкнул. — Ты уверен, что не перепутал слова? — Да я его уже наизусть выучил! — возмущенно воскликнул синий ежик и вручил отцу книгу, — проверь сам. — Вроде всё точно, — удивленно хмыкнул черно-синий ёж, — странно… Мы что-то упустили. — Ты же ещё утром всё проверил, всё строго по списку! Опять Тьма что-то мудрит, — тихо прорычал Соник, — он ведь мог заблокировать всю магию в городе? — Не мог, — закончив перебирать ингредиенты Эдди внимательно присмотрелся к линиям на земле, — магия Тьмы работает, если все условия заклинания соблюдены, и если "контракт" состоялся, то отменить или прервать заклинание невозможно. Спокойно, сын, тут просто контур стёрся. Надо всего лишь подправить, и… Готово. Пробуй ещё раз. Соник, раздраженно выдохнув, снова начал читать заклинание, но не дошел и до середины, когда отец его снова прервал: — Дальше можешь не читать, не сработает. Опять стёрся, на том же самом месте! Тут же никого, что за чертовщина?! Всё, поправил, читай заново. — Смотри, чтобы опять не стерли, — проворчал синий ёж и снова начал колдовать. Уже заученное за целый день заклинание получалось как бы само собой, но опять ничего не произошло. Соник возмущенно обернулся на отца. — Что опять не так?! Увидев резко побледнвшего и замершего с открытым ртом отца, сын дернулся было в его сторону, но Эдди взмахнул рукой: — Стой, где стоишь. Не приближайся. — Что стряслось?! — Сам Тьма не желает, чтобы заклинание сработало. Знаешь, хватит с нас на сегодня практики. Займемся лучше теорией. — Пап, ты что, так легко сдашься?! — возмущенно воскликнул Соник. Эдди только вздохнул в ответ: — С богами не спорят. И не в наших интересах злить Тьму. — Да с чего ты взял, что это вообще он? Могу поспорить, просто кто-то хулиганит. И он у меня сейчас получит, — тихо прорычал синий ёжик, пристально разглядывая куст, рядом с которым и был стертый участок контура. — Да говорю же, стой! Соник, это — самоубийство. Даже не думай туда лезть, Лиана слишком примитивна, чтобы различать мобианцев, она тебя прикончит! — Лиана? — Соник недоуменно покосился на отца. — Упругие шипастые плети, которые невозможно порвать, припоминаешь? Мало какой ритуал обходится без её участия. — Да плевать, здесь я смогу с ней справиться. В нашем мире она ограничена по длине, не так ли? — Не ходи туда, прошу, — прошептал отец, — я понимаю, тебе не терпится сделать хоть что-то полезное для клана, но нельзя быть таким опрометчивым. Не трать свою жизнь так глупо. Лучше продумай хорошенько план, что ты будешь делать после того, как портал откроется. Что ты скажешь Тьме, когда предстанешь перед ним? Постой-ка, я знаю: ничего. Ты потеряешь дар речи от страха, потому что Тьма будет зол и явно не станет устраивать экскурсию по его дому, ведь ты вторгся в него без разрешения. Соник уныло опустил уши, но вдруг тряхнул головой. — Хватит. Хватит думать, пора действовать! — Ты даже представить себе не можешь, что получишь, если разозлишь Тьму! — отец скрипнул зубами, понимая, что аргументы кончились. Но сын не стал даже слушать. — Всё равно я не позволю какой-то травке мешать мне! — Соник свернулся в спиндаш, и Эдди отшатнулся, давая ему дорогу. Спустя секунду от куста осталась лишь кучка веток, а листья взметнулись фейерверком, и… Ничего не произошло. Герой Мобиуса растерянно огляделся и, не заметив ничего подозрительного, вернулся к отцу. Черно-синий ёж стоял на коленях и шепотом молился. — Пап? Эй, успокойся, там ничего не было! Соник настороженно покосился на отца — тот вдруг замер на миг, даже дышать перестал, а герой Мобиуса вновь почувствовал себя слабым, беспомощным и совершенно бесполезным. Вдруг с Эдди будто бы соскользнула тень, и он поднял блестящие от слез глаза на сына, а потом снова склонил голову — теперь благодарил Тьму за проявленное к Сонику милосердие. — Пап, ты чего? Черно-синий ёж наконец поднялся с колен и тихо ответил: — Он не желает твоей смерти, просто тебе ещё рано предпринимать этот шаг, ты знаешь не всё, что должен. И в этом я тебе не помощник, — Эдди уныло опустил уши. — И… Что я должен знать? — Что-то важное, — уныло протянул черно-синий ёж, — и оно мне не известно. И я даже не представляю, кто мог бы знать о магии что-то такое, чего не знал бы я! — Эй, спокойно, — Соник обнял отца, — это всего лишь Тьма. Не позволяй ему чувствовать себя хуже, чем ты есть. Эдди судорожно вздохнул и медленно выдохнул. — Нереально. Я… я ведь не прошёл ритуал, моя жизнь ничего не стоит… — Выбрось из головы эту ерунду! Ты слишком много думаешь, пап. Знаешь, нам стоит развеяться, и я даже знаю, как. Эдди вопросительно заглянул в зелёные глаза и, увидев в них спокойствие и уверенность, улыбнулся и взял протянутую ему руку. — Погнали!

***

Не найдя приюта ни в гостинице, ни в других подобных заведениях, Скордж начал стучаться в двери домов, какие только ему попадались. На стук выходили немногие, а те, что откликались, закрывали дверь перед носом ежа, едва увидев его. — Вот тебе и лисье гостеприимство, — вздыхал Огнемет. Обойдя полгорода, он осознал, что рискует прошататься по улицам всю ночь до утра. И вдруг ему улыбнулась удача — сам вождь вышел на стук и, выслушав просьбу, произнёс: — Что ж, мой клан действительно недолюбливает чужаков, и я не исключение. Поэтому ты будешь спать в подвале. Там как раз были матрас и подушка, думаю, одну ночку потерпишь. Ёжику ничего не оставалось, кроме как согласиться. Но только спустившись в подвал он заметил одну немаловажную деталь: хозяин не смог сдержать торжествующую улыбку, когда закрывал крышку. Услышав щелчок замка, Скордж в панике зажмурился, понимая, что просто так выход отсюда не найдет, и доверился другим чувствам. В подвале было настолько тихо, что собственное дыхание казалось громче звука шагов наверху, но почему-то было слышно едва различимое шипение, а вскоре начал чесаться нос. Но едва ёж открыл глаза, вдруг сгустилась тьма, окончательно скрывая от взгляда берсерка то немногое, что было в подвале, и даже сам воздух, поначалу заметно затхлый, перестал ощущаться. Горе-дипломат судорожно сглотнул, почувствовав, что рядом есть кто-то ещё. — Мой Господин? Ты здесь? — Я везде, разве ты забыл? Берсерк облегчённо вздохнул, услышав тот самый голос. — Ты боишься меня, ничтожество, боишься остаться во тьме надолго. — Господин, нет! — поспешно возразил Скордж, — я просто очень рад тебя видеть! Моё сердце трепещет от счастья, что ты вновь удостоил меня своим вниманием. — Любопытно, — удивлённо хмыкнул Тьма, — немногие считают это поводом для радости. — Господин, — выдохнул ёжик, собираясь с мыслями, — ты всесилен, и… Я мечтаю стать твоим воином. Мечтаю быть рядом с тобой, пусть недолго, пусть мне это будет стоить нескольких ребер или другого перелома… Умоляю, не прогоняй меня. Вдруг во тьме загорелись серо-зеленые глаза, а толстый побег лианы, скользнув по шее, чуть сдавил её, чем вызвал приступ паники у ежа. — Думаешь, ты мог бы меня позвать, и я бы тебя услышал? Не переоценивай своей значимости, ничтожество, просто ты нужен клану живым. — Нет! Я понимаю, что не заслуживаю твоего внимания, и не посмел бы тебя отвлекать… Я всего лишь мечтаю быть рядом с тобой, мой Господин, чего бы это мне ни стоило, — голубые глаза умоляли о снисхождении, но не из-за страха, а из-за желания приблизиться к божеству, насколько он позволит. Мефилес удивлённо хмыкнул и приказал Лиане отпустить ежа. — Значит, ты готов отречься от жизни и судьбы, что тебя ждёт? — Да, Господин. — Готов отречься от любых связей, с кем бы то ни было, какими бы они ни были слабыми, и променять на одну-единственную? — Да, Господин! — Последнее предупреждение: если ты получишь желаемое — умрёшь. И твоя смерть будет столь мучительной, что ты проклянешь себя за то, что сделал этот выбор. — Господин, я согласен! Только позволь стать твоим… — Мазохист! — раздражённо рыкнул Мефилес, — ты не в состоянии даже представить, какой пыткой это становится для таких идиотов, как ты… Тупица, неужели ты действительно думал, что я позволю тебе выбирать? Огнемет виновато опустил взгляд. — Прошу прощения, что смел испытывать твоё терпение. Я недостоин, знаю, но… Я заслужу это, мой Господин, подари лишь шанс! Тьма, устало отмахнувшись, произнёс: — Сегодня я спас тебе жизнь. Но если ты хочешь стать моим воином — сначала тебе придется расплатиться за это. — С радостью! Только скажи, что мне сделать? — ёжик заглянул в серо-зеленые глаза. Мефилес нахмурился, и Скордж поспешно опустил голову. — Подружиться с Соником. И напугать Тень этим до смерти. Столкнуть его в бездну страха за жизнь и судьбу его любимого брата. И не забывай об обязанностях перед кланом, если ты будешь недостаточно усерден — тебе не заслужить моего снисхождения. — Благодарю за шанс, — Огнемет поклонился и стал удивлённо озираться — тьма расступилась, и ёж оказался на крыше. Увидев окрасившийся розовым горизонт, Скордж горько вздохнул и перебрался на западный скат, чтобы вздремнуть оставшиеся полчаса.

***

Едва осознав тот факт, что он проснулся, Тень испуганно подскочил с кровати и тут же принялся молиться Тьме, но так и не смог добиться внимания божества. Тогда он в панике схватился за телефон и принялся звонить Шквалу и, с трудом дождавшись ответа, выпалил: — Шквал, что я такого сделал, почему Мефилес меня не слышит, за что?! — Расслабься и наслаждайся жизнью, пока можешь, он дал тебе ещё неделю. И больше не зови его, он чем-то очень увлечен. И не смей произносить его имя, если обращаешься не к нему, говорил же! Не зли Тьму. Сонный голос Шквала немного раздражал, но, бросив взгляд на часы, Тень поспешно извинился за столь ранний звонок и бросил трубку. — Увлечён… Это слово всё никак не могло выйти из головы черно-алого ёжика, и при каждой попытке отвлечься начинало болезненно пульсировать в мозгу, не давая Тени ни малейшего шанса сосредоточиться. И только случайно пробившаяся мысль о Сонике позволила ему немного расслабиться. — И снова я в пролете… Что ж, Алая Вспышка оказалась права, такое забыть нереально. Тень не стал дожидаться, пока мысли сведут его с ума, и помчался в ставший родным дом. Отец как раз начал завтракать, но подавился, едва увидев ворвавшегося без предупреждения племянника. Тень замер и удивлённо оглянулся. — Э… Доброе утро. Откашлявшись, Эдди подбежал к черно-алому ёжику. — Как ты себя чувствуешь? — Я? — Тень раскрыл рот от изумления, — это я должен спросить у тебя! Черно-синий ёж отрицательно помотал головой. — Что стряслось? Не молчи, ну же, скажи хоть что-то! Я же вижу, в каком ты состоянии, и не выпущу из этой комнаты, пока не узнаю, что с тобой случилось. Тень смущённо опустил взгляд — обычно дядя таких ультиматумов ему не ставил. — Сегодня я должен был кануть во Тьму… — Я знаю. Ближе к делу. — И… Он отверг меня. И не желает меня слышать. И… — Вижу. Тень, я не об этом спрашиваю, я хочу знать, что ты чувствовал с тех пор, как проснулся. Знаю, ты сюда пришёл не за этим, но я не успокоюсь, пока не определюсь, какое тебе нужно противоядие. Твой разум отравлен Тьмой, и это не шутки. Ты можешь реально сойти с ума, если я не подберу верное заклинание. — Дядя Эдди, — Тень изумлённо покосился на него, — со мной всё в порядке! Я просто немного зол на Соника, и хотел это всё прояснить… — Немного? — Черно-синий ёж удивлённо приподнял бровь, — а ты себя в зеркало давно видел? Черно-алый ёжик настороженно вытянулся и, заглянув в ванную, сдавленно охнул. Алые полоски стали на голове вдвое, а на теле — втрое тоньше. Эдди с трудом оторвал его от зеркала. — Соник, говоришь… Разве ты не помнишь, о чём я просил тебя прежде, чем согласился открыть портал? — Не заставлять его, — Тень уныло опустил уши. — Поэтому не вини его в твоей ошибке. Ты должен был забыть его ещё тогда, после твоего ритуала. Я понимаю, что это тяжело, но сделать это теперь гораздо тяжелее, ты и сам понимаешь. — Он бросил меня в одиночестве, — тихо всхлипнул черно-алый ёжик, — и не сдержал обещания, а потом и вовсе меня забыл… А теперь, похоже, всё то же самое решил проделать Тьма. Что со мной не так? — Значит, расстроен, подавлен и одинок, — Эдди задумался, — так не вспомню, придётся искать. Да не переживай, со Шквалом Тьма это делал неоднократно, и с моей помощью всё обошлось. Ты поешь пока, а я поищу заклинание. Тень растерянно покосился на омлет и хотел отказаться от этой затеи, но голод вовремя дал о себе знать. — А ты не опоздаешь? — Я никогда не опаздываю. Так что расслабься. Соника будить? Черно-алый ёжик отрицательно помотал головой. — Ещё успеем поболтать. Лучше найди заклинание, а то я ни о чём кроме него не могу думать… Убил бы. Эдди задумчиво кивнул и пошёл в комнату сына за книгой.

***

Соник был приятно удивлен приходом Тени, а черно-алый ёж — неприятно удивлен ранним пробуждением синего, потому что план тихо дождаться, пока проснется мама, с грохотом провалился. Эдди как раз ушёл на построение, и двоюродные братья остались наедине. Тень то и дело бросал хмурый взгляд на героя Мобиуса, пока тот завтракал, но оставался стоять со скрещенными руками между столом и дверью. Соник же торопливо жевал, понимая, что брат не хочет отвлекать его, и испуганно поджимал уши, поглядывая на непривычно мрачного брата. Наконец свалив посуду в мойку, синий ёж произнёс: — Если словами это не решить — согласен на драку. — Ты с дуба рухнул? Я тебя прикончу за две секунды. — Гонка? — Не смеши. Соник, забудь, тебе даже в шашки у меня не выиграть. — Тогда что мне сделать, чтобы ты меня простил? — А разве это имеет для тебя значение? — Тень недовольно фыркнул, — Кто я тебе, чтобы ты моего прощения добивался? — Мой единственный и любимый брат! — без колебаний ответил Соник. Черно-алый ёж почему-то отвёл взгляд. — Тогда скажи… Почему ты всё забыл? Кто смог заменить тебе дом и любимого брата?! Сирота-механик, сердцеедка-неудачница, психопатка и олигофрен? Я до сих пор не могу поверить, что ты смог опуститься до такого! Что можешь сказать в своё оправдание? Соник виновато опустил глаза, столкнувшись с ненавидящим взглядом брата. — Оправдание? Ничего. Я не намерен оправдываться за то, что нашёл новых друзей. Но и ты ведь не просто друг, как они, ты — мой любимый брат. Не смей сравнивать себя с ними. А что забыл… Виноват, но ничего не мог поделать с этим, — синий ёжик кисло улыбнулся и развел руками, — Эггман почти не оставлял мне времени на воспоминания. Тень что-то сосредоточенно обдумывал, и потому вздрогнул от неожиданности, когда его плечо накрыла теплая ладонь. Осознав, что произошло, черно-алый ёжик поспешно избавился от неё. — Думаешь, ты смог меня убедить? — горько усмехнулся Тень, — Да иди ты! Прикрываться этим поехавшим идиотом… Подло, Соник, слишком подло для моего любимого брата. — Ты о чём?! — возмущённо воскликнул синий ёж. — То, что важно, забыть невозможно, — черно-алый ёж демонстративно отвернулся и вышел. Соник бросился к двери, но опоздал. Снова. Схватившись за голову, он растерянно прошептал: — Чего же ты от меня хочешь, Тьма? Если я ни на что не годен, для чего жив до сих пор? Привычно не дождавшись ответа, он решил пробежаться по городу, пока отец занят.

***

— Огнемет! Скордж поднял испуганный взгляд на Остроухого. Заместитель вождя поманил его пальцем, и ёжик запрыгнул к нему на пьедестал. — Ты ведь не с пустыми руками пришёл? — Прошу прощения, что не справился в срок, — Скордж протянул ему договор и зажмурился, готовясь понести наказание. — Эй, — Остроухий коснулся его плеча, и Огнемет поднял на него испуганный взгляд, — ты справился с поручением. Поздравляю с твоим первым успехом на новой должности. Голубые глаза непонимающе уставились на заместителя вождя. — Но это пока не всё, — заметив такую реакцию, Остроухий принялся листать договор, — тебе придётся его скорректировать, если хочешь дожить до завтрашнего утра. Эти условия — для идиотов, кем ты, собственно, и являешься. Если Шквал это увидит — тебе не жить. Всё ясно? — он протянул окончательно офигевшему Скорджу договор. — Да. Я исправлю. Спасибо за шанс! Молодой помощник был потрясен произошедшим. Отец всегда его бил за малейший просчет, а Скордж знал, что не уложиться в срок — самый лёгкий способ разозлить Шквала. Оставалось только надеяться, что Остроухий останется на новой должности хотя бы дня три, чтобы он успел выторговать достаточно выгодные условия, чтобы вождь остался доволен его работой. Ну, а пока у него выдалось лишних минут пять на отдых, Скордж предпочел потратить их на особое задание Тьмы и решил прогуляться, чтобы придумать достаточно убедительную зацепку. Но не прошло и минуты, как он наткнулся на Соника, и Скордж понял: придется импровизировать. Привычным движением сбив его с ног, черно-зелёный ёж не смог не улыбнуться, увидев его выражение лица. — Скучал? — Ничуть, — фыркнул Соник, медленно поднимаясь на ноги, чтобы ненароком не спровоцировать давнего врага на драку. Тот с сомнением покосился на синего ёжика. — Всё ещё думаешь, что я пришёл драться? — У тебя нет других причин искать меня. — Ты этого не знаешь наверняка, потому не будь так уверен, — Огнемет нахмурился, — Соник, мы в Верхнем городе, я один, какие ещё тебе нужны гарантии моих мирных намерений? — Обязательно было сбивать меня с ног? — возмущённо рыкнул тот. Скордж в ответ виновато прижал уши и отвёл взгляд. — Считай это неудавшимся рукопожатием. Синий ёж задумчиво опустил взгляд, только теперь заметив, что Скордж — не первый, кто с ним это делает. — Допустим, я тебе верю. Но зачем ещё я мог бы тебе понадобиться, если весь клан знает, что ты хочешь меня убить? — Убить? — недовольно прорычал Огнемет, — Этого хотел мой отец, а не я. Я больше не обязан исполнять его приказы. Хочу узнать тебе получше. Я знаю, что мой отец лгал насчёт тебя, и хочу понять, почему и что именно было ложью. Соник удивлённо заглянул в голубые глаза. — Почему ты не спросишь у него? — Потому что он мертв. Синий еж растерянно опустил уши. — Эй… Ты в порядке? — В полном, — отмахнулся Скордж, — я даже рад, что мне не пришлось самому это делать. Так что насчёт моего предложения? Соник отвёл сосредоточенный взгляд. Черно-зелёный ёж схватился за голову. — Слушай, я уже даже на сделку согласен. Говори, что ты хочешь взамен. — Расскажи мне о Тьме. Зеленые уши испуганно поджались. Скордж зажмурился и отшатнулся, будто подавившись каким-то словом. — Огнемет? — робко позвал Соник, всерьез обеспокоившийся состоянием берсерка, и сам не избежав незримого влияния Тьмы. Тот помотал головой и наконец произнёс: — Прости. Я не вправе говорить о нём. — И тебе запретил, — синий ёж уныло вздохнул и отвернулся, но ненадолго: его плеча коснулась рука Скорджа. — Эй… У меня много книг, ты можешь найти что-то там. Уж их я могу тебе показать. Идёт? Соник удивлённо распахнул глаза — не ожидал, что у Скорджа могли быть книги, и обернулся с довольной улыбкой на лице. Он протянул было руку бывшему врагу, но вдруг их оттолкнуло в разные стороны. Соник в очередной раз потерял равновесие, в то время как Огнемет устоял на ногах и рванулся было в бой, но отчего-то замер в нерешительности и выглядел довольно растерянным. — Соник, не вздумай его слушать, что бы он ни предлагал! Герой Мобиуса недоуменно уставился на уже знакомую черно-алую ежиху. Тем временем Скордж пришёл в себя и, схватив Алую Вспышку за запястье, широко улыбнулся: — Сестра не посмеет клеветать на брата. — Брата? О чём ты?! — воскликнула девушка, но в шоке замерла, заглядывая в голубые глаза. — Неужели ты не чувствуешь, как ликует моё сердце от осознания, что теперь ты одна из нас? Долго же я ждал этого дня! Всё же надо было убить отца раньше, не ожидал, что у меня действительно появится сестра… Ну же, не бойся, брат вообще не вправе вредить сестрёнке, какой бы она ни была. Да и не только брат. Так что расслабься, мир-дружба-жвачка, и вообще я помощник вождя, так что времени на вас двоих у меня будет не так много. Поэтому, Соник, пока меня не будет — читаешь, а когда вернусь — говорить будешь, всё ясно? Синий ёж без колебаний кивнул. Алая Вспышка с трудом вывернулась из его хватки и теперь недоуменно рассматривала свою руку, будто впервые её увидела. — Что… Что это за ощущение?.. — О, — протянул Скордж и злорадно ухмыльнулся, — этого ты не поймёшь, пока не обнимешь меня. Единство не объяснить словами, его надо чувствовать. Чуваки, мне пора, увидимся вечером. — Постой, — Соник удивлённо заглянул в голубые глаза, — ты хочешь, чтобы я читал твои книги, пока тебя нет? — Именно так, — кивнул Скордж. — Почему ты думаешь, что у тебя дома я буду именно читать? Тебя ведь не будет… — Хороший вопрос, — черно-зелёный ёж недовольно дёрнул ухом, — тебе ведь нужно узнать о Тьме во что бы то ни стало? Я уверен, что ты не будешь тратить время и силы на дурацкие шалости, ты изучаешь магию Хаоса не для этого. А если я ошибаюсь, — Огнемет уныло опустил уши, — я готов принять любые последствия, потому что на поле боя такая ошибка будет стоить жизни, причём не мне одному. Миг — и зелёная вспышка унеслась прочь из города. Соник ошеломленно смотрел на опустевшее место ещё секунд пять, пока Алая Вспышка не дала ему пощечину. — Не вздумай верить ни единому его слову! — Почему? — Соник ошарашенно заглянул в её глаза, столь же голубые, как у Скорджа. — Он врёт как дышит. — И про это… Единство… Тоже соврал? — Я не знаю! — воскликнула девушка и схватилась за голову, — про это я слышу впервые… Никогда не слышала, чтобы берсерки говорили о единстве. И потому не понимаю, что он мог иметь ввиду… Синий ёж ободряюще коснулся её плеча. — Эй… Давай разберемся в этом вместе. Ты ведь знаешь, где его дом? Алая вспышка отрицательно помотала головой, украдкой вытирая слезы. — Не знаю, но… Если это правда — то знает моя мама. — Погнали? — Соник протянул ей руку. — Погнали, — выдохнула девушка и, взяв его за руку, рванула куда-то в переулок.