Темное прошлое героя Мобиуса

Когда Соник наконец собрал пять Алмазов вместе, он рассказал им историю заново. — Вот почему нельзя ему дать и шанса воплотиться. Баланс, Надежда, вместе вы можете воссоздать внешность Мефилеса. Если вы отвлечёте Совершенство, на остальных он вряд ли обратит внимание. Это даст нам преимущество. Только одно я не могу понять, я должен был спросить у Гроссмейстера, но не догадался… Чем можно так занять вас двоих, чтобы вы потратили на «решение задачи» целую вечность? Зелёный кот недоуменно покосился на Лидера, а затем заглянул в глаза Покою. Тот отрицательно покачал головой. — Даже не спрашивай, ответ на этот вопрос можешь найти только ты один. Гроссмейстер похож и на тебя. Чем ты мог бы заниматься вечно? — Исследованием свойств Самоцветов… Отец создал так много разных сортов! — сконфуженно промямлил тот, — только зачем бы ему просить меня об этом, да ещё и вместе с Белым? Соник нервно потёр нос и натянуто улыбнулся. — Думаю, он просто хотел вас спровадить. — Но идея хорошая, — Покой поднял указательный палец, — если собрать всех, кто способен помочь нам в бою, наши шансы возрастут в разы. Зря я не придал им значения с самого начала — полная иллюзия обречена на провал, а вот частичная, к тому же и с армией… Гений, идём, у нас много работы. А вы готовьтесь нанести превентивный удар. Мы отправим вам подмогу сразу, как только сможем. Надежда испуганно заглянула в синие глаза. — Но как мы поймём, когда нам надо нанести удар? — Спросите у Концентрации. Он не ошибётся, доверьтесь ему. Баланс, подели ауру поровну между всеми, кого поглотил Совершенство. Без их поддержки долго он не протянет. — Но как же Надежда? — Баланс обеспокоенно покосился на фиолетовую ежиху, — разве она выдержит одна столько ауры? — Выдержу, — печально улыбнулась Фиолетовая и протянула ему руку, — я научилась, не волнуйся. Мы справимся. Голубой ёж коснулся её пальцев, с сомнением заглянул в лиловые глаза и, получив в ответ одобрительный кивок, зажмурился и бережно обнял её. Они оба слились в сияющей вспышке и перед Соником действительно оказался Мефилес. Лишь бриллианты в груди и животе указывали на то, что это — иллюзия. Алмаз внимательно себя рассмотрел и, убедившись, что у них действительно получилось, тихо позвал: — Надя? Не получив ответа, кристаллический гигант испугался. — Надя! Где… — За неё не волнуйся, — перебил его Покой, — просто делай то, что должен. — Но почему… — Она проснётся, как только ты потратишь половину ауры. А до тех пор тебе придётся действовать и за неё, и за себя. Ты можешь управлять кристаллами почти как я, с той лишь разницей, что не можешь отделить их от тела. Помни об этом. Идите к Концентрации, а нам пора заняться делом. — А что делать мне? — Соник обеспокоенно заглянул в синие глаза. — Успокой Концентрацию. Он не очень-то доверяет Гению, но тебя он услышит. Будь рядом. Белый Алмаз молча протянул руку Сонику, и тот удивлённо заглянул ему в глаза. — Не бойся. Я не допущу поражения. Идём. Нам нужно предупредить Иблиса прежде, чем он разрушит наш план. Герой Мобиуса опустил уши. — Почему именно мы? — Крид устал, Концентрации не до того, эта парочка в центре внимания, а Покой и Гений опоздают. Остаёмся только мы. Не вынуждай меня приказывать. Поспешим. Соник запрыгнул ему на руку и вдруг растворился в пустоте, но спустя миг обнаружил себя в шести метрах над землёй — как раз там, где должна была находиться голова Белого Алмаза. — Что… Где я?.. — Со мной, — белый ехидна коснулся рукой его плеча, — и пока ты здесь — ты в безопасности. Соник обернулся и изумлённо уставился на Лидера — они оказались одного размера. В левой руке он держал искорку, переливающуюся всеми цветами радуги, от которой исходило тепло, согревающее душу. — И ты будешь со мной, пока будешь твердо желать победы. Сомнений я не приемлю. Нарушишь гармонию — обратно не пущу. Готов говорить с Богом? Лёгкий холодок по спине от зияющей вокруг пустоты совсем не помогал собраться с мыслями, но приближение искорки расслабляло и успокаивало. Черно-синий ёжик тряхнул головой и кивнул. — Да. Гигантский льдисто-голубой ехидна с блекло-зелеными глазами и пышной копной загнутых назад шипов улыбнулся остальным Алмазам, показал им большой палец и произнёс: — Давайте сделаем это! Покой чуть заметно улыбнулся, кивнул и они отправились каждый исполнять свою роль.

***

Иблис был недоволен, что какой-то ехидна смеет преграждать ему путь к вступившим в бой собратьям, но, заметив сходство с ситуацией у Адамантана, тяжко вздохнул. — Такой же упрямый, да? Говори быстро, если ты не заметил — я спешу. — Мефилес всё ещё спит, — облегчённо выдохнул Алмаз, — это — не он, а иллюзия. Что бы он ни сделал, прошу, подыграй! Мы будем отвлекать Совершенство, сколько хватит сил. Каждый твой промах — минус союзник. Мы рассчитываем на тебя. — Понял, — хмуро кивнул бог тепла и света и бросился в бой. Лидер виновато поджал уши, но вдруг тряхнул головой. — Мы сделали всё, что могли. До тех пор, пока не прибудут Самоцветы, я бесполезен. — Концентрация в порядке, — задумался Соник и ахнул, заметив, как иллюзия Мефилеса исчезла в объятиях Совершенства, — что?.. — Не смей бояться, — глухо рыкнул ехидна, — Покой и Надежда знали, что это неизбежно, и Баланс знает, что делать. Кажется, у нас первая партия новобранцев. Надо ими заняться. Гигантский ехидна встречал каждого бойца кивком, и, как только тот передавал ему план Покоя, пальцем чертил в воздухе определённый символ. Он проявлялся белым сияющим знаком на самом верхнем из самоцветов, которые были в слиянии, и приглушал их собственный цвет. Отмеченные бойцы благодарили его и бросались в бой без колебаний. Совершенство беспрерывно расплескивал вокруг слизь, но никак не мог попасть ни по Иблису, ни по более мелким и гораздо более подвижным Самоцветам, и даже сплошные пласты липкой жижи не достигали цели — Лазуриты разрывали их на куски и переправляли Рубинам — испарять и выжигать всё до последней капли. Но не прошло и получаса, как вдруг слизистая туша взорвалась, потеряв контроль над почти всей массой жидкости, и лишь маленькая сфера, не больше головы мобианца, вдруг обрела глаза и плавники и устремилась прочь. Иблис погнался за ней, а Лазуриты, закончив отделять слизь от поглощенных элементов, собрались вокруг замерших в ожидании Самоцветов. — Я прослежу, чтобы он не вернулся, — произнёс Концентрация и уже собрался лететь следом, как вдруг его остановил как раз подоспевший Покой: — Не нужно, он не сбежит. Я рад, что нам удалось спасти всех, но этого недостаточно: если сейчас же не найти им источник естественного питания, то они всё равно погибнут. Гений, быстрее, нужен твой вердикт. Зелёный кот вгляделся в элементы и просканировал их лазером из своего самоцвета. — Всех, кроме Фантомного Рубина и Эссенции Чистоты, можно отдать Иблису. Он справится. Инфиниту лучше подойдёт тело живого мобианца. Волару — электричество. Крид, тебе есть, чем поделиться? Летучий мыш опустил уши. — Не думаю, что этого хватит. — Все, кто способен на контроль электричества, помогите ему! — рявкнул Гений и снова вгляделся в «мыльный пузырь», — Затмение, у меня плохие новости: эти двое до Мобиуса не доберутся, если не воспользуются тобой хотя бы ненадолго. Ехидна потерял цвет и у него на руке появился Соник. — Что нужно делать? — Для Волара — немного крови, а Инфинита придётся вживить в твое тело, пока не найдем ему более подходящий инкубатор. — Понял, — вздохнул герой Мобиуса и прокусил кожу на запястье. Два Лазурита подхватили струйку крови, чтобы она не касалась шерсти, и стали питать ею мыльный пузырь, пока кот не прервал их: — Достаточно. Теперь займись Фантомным Рубином. — Затмение, — вдруг вмешался Покой, — что бы он ни предлагал, всё — ради одной цели: поглотить тебя целиком. Сам он может взять не больше половины, но если поведешься хоть на одну сделку — ты и вообразить себе не можешь его аппетиты. Погибнешь не ты один. Соник опустил голову и поджал уши. — Они — друзья. Я рискну. Пурпурный кристалл будто бы сам притянулся к его ладони и рука как будто сама по себе прижалась к груди. Бежевая шерсть начала пропитываться кровью и герой Мобиуса рухнул без сознания. Пока Алмазы думали, что делать с ним и угасшими собратьями, Эссенция Чистоты засияла и превратилась в белого дикобраза с желтыми и красными полосками по всему телу. — В чём дело? — недовольно проворчал он, — Зачем было меня будить? Мне снился такой прекрасный сон! Покой смерил его придирчивым взглядом. — Ну так спи дальше! Только видишь ли, в чём проблема: чтобы тебя не стало, достаточно всего лишь прикосновения. Ты настолько сильно не хочешь существовать? Дикобраз смутился. — Мне плевать, что существует, а что — нет. И не буду против, если вы все существовать перестанете. Я просто не хотел просыпаться. Покой пожал плечами и опустил уши. — Как думаешь, существует способ защитить тебя, пока ты спишь? — Конечно, — возмутился Волар, — мне даже просыпаться для этого не надо. Я мог себя защитить и без вашей помощи. — Ну конечно, — ухмыльнулся иссиня-черный ёж, — а мы даже не заметили. Спи. Мы проследим, чтобы тебя больше никто не потревожил. Дикобраз взорвался облачком мелких капель, и на его месте остался мыльный пузырь — небольшой, но плотный и скользкий, совсем как глаз. Покой бережно взял его в руки и оглянулся на Гения. — Возвращаемся к Адамантану. Тот кивнул и зелёной сеткой обозначил окружность портала. Дождавшись, пока все разместятся внутри, Покой создал круг и они вернулись на Мобиус.