Его сводный брат

Вскоре в школе Чанёля прошёл выпускной, куда он, как и планировал, пришёл вместе с Минки, и, конечно, по мнению многих учителей они выглядели едва ли не самой красивой парой. Находясь рядом с Минки, Чанёль понимал, что они с ней и правда замечательная пара, и наверняка он сможет её полюбить, как только станет взрослее, а не сейчас, когда бушуют гормоны, и она ему нравится лишь по одной причине. Однако сердце почему-то билось сильнее только из-за Бэкхёна, с которым в последнее время он стал реже пересекаться, потому что оба были заняты «прощанием со школой и вступлением во взрослую жизнь». Как они оба хотели, они подали документы в Сеульский университет, а ещё Бэкхён подал заявление на заселение в университетское общежитие. Сводный брат был вне себя от радости, когда им пришло уведомление, что они приняты, и не прекращал говорить, как ждёт переезда в общежитие. В университете его заверили, что шанс на заселение есть, если приезжих из других городов будет, как обычно, умеренное количество. Поэтому он прожужжал Чанёлю все уши про то, как они будут там вместе жить, в то время как Чанёль косился на тумбочку, в ящике которой лежали ключи от подаренной отцом квартиры. Ему очень хотелось предложить Бэкхёну жить с ним, но не знал, как объяснить это родителям… Что за тяга у него появилась к сводному брату, если ещё два месяца назад они друг на друга не обращали внимания? К тому же у него была Минки, которая уже знала о квартире и не могла дождаться, когда они наконец будут жить вместе. Она не понимала, чего Чанёль ждёт, почему всё ещё остаётся дома, когда у него есть шанс жить с ней. А Чанёль не хотел уезжать от Бэкхёна. Он пообещал себе и отцу, который тоже удивлялся, почему он всё ещё не съехался с девушкой, что переедет ближе к началу учёбы, а пока хочет побыть с семьёй. Но он просто собирался съехать, когда его дома никто не будет держать, когда Бэкхён будет жить в общежитии при университете.

***

Прошло несколько дней, прежде чем Бэкхён снова пришёл к нему ночевать. Тогда Чанёль тут же прижал сводного брата к себе и жадно ответил на поцелуй, когда тот робко накрыл его губы. Целоваться с Бэкхёном было, словно пить живительную воду в пустыне. Он был для него, как оазис для странника, изнывающего от жажды. Если бы только Бэкхён был девушкой… он бы сбежал с ним, где никто не узнал бы, что они сводные родственники. Бэкхён болезненно простонал в поцелуй, когда Чанёль сильнее сжал его в объятиях. — В чём дело? — тут же спросил он, отстранившись и приподнявшись на руках. Сводный брат покачал головой и улыбнулся. — Что между нами происходит? — тихо спросил он, глядя на нависшего над ним парня. — Что происходит? — переспросил Чанёль. — Эти поцелуи… чувства… кажется, ты мне нравишься, — пробормотал Бэкхён, смущаясь. — А я тебе? — совсем тихо добавил, отведя взгляд. — Нравишься, — задумчиво ответил Чанёль, нахмурившись. Ему не нравились эти вопросы, потому что он пока сам не знал на них ответы. — Несмотря на то, что ты не девушка, а мне не нравятся парни. — И что теперь будет? — Ничего… потому что у меня уже есть девушка. — …я не собирался просить тебя быть со мной! — быстро проговорил сводный брат, болезненно отреагировав на его слова. — Я вообще считаю, что недостоин быть с кем-либо, чтобы меня любили, поэтому никого и не жду! — Глупый, ты что такое говоришь? — слабо улыбнувшись, спросил Чанёль, ласково прикоснувшись пальцами к его щеке. — Ты так прекрасен, что любая будет у твоих ног. — Или любой, — хмыкнул Бэкхён, отшатываясь от ласки. — Мне лучше уйти. Он хотел было подняться с кровати и уйти, но Чанёль снова прижал его к себе, перехватив рукой за живот, и поцеловал в шею. — Подожди, — сказал он одновременно с его болезненным стоном. Чанёль нахмурился и развернул его на спину. Сводный брат посмотрел в его глаза, качая головой, но он настойчиво задрал кофту пижамы, из которой тот снова не вылезал, и посмотрел на молочную кожу в тёмных пятнах. Теперь эти следы вовсе не походили на засосы, это были следы насилия, синяки. — Кто тебя избил? — напряжённо спросил он, пытаясь сдержать гнев. Кто его избил? Как? Почему? Его маленького Бэкхёна? Его! — Никто, — быстро прошептал Бэкхён, отдёргивая кофту, но Чанёль не отступал, он настойчиво посмотрел в его глаза. — Я не слепой, Бэкхён. Кто это сделал? — Какая разница? — он отвёл глаза, а голос дрогнул. Кажется, он был напуган. Он боялся того человека. — Пожалуйста, я устал и хочу спать… — прошептал он, вновь попытавшись встать с кровати. — Будешь спать у себя? — Так будет лучше… я не хочу влюбиться в тебя, Чанёль, — печально пробормотал Бэкхён и тяжело сглотнул. — Лучше я буду бояться темноты и того, что скрывается в ней, чем разобью себе сердце. — Не уходи, — попросил он, вновь обняв Бэкхёна, а потом поцеловал, и тот ответил на его поцелуй. Поцелуй становился всё жарче. Чанёль провёл ладонями по худому телу сводного брата, спустился поцелуями на шею, а Бэкхён плавился в его руках, беззвучно постанывая. Он потянул его кофту вверх, но Бэкхён резко остановил его руки, задрожав. — С-стой, — дрожащим голосом попросил он, и Чанёль снова поцеловал его в приоткрытые губы. — Не бойся меня. Бэкхён раскрыл глаза и словно очнулся, увидев перед собой Чанёля. — Не боюсь, только не тебя, Чанёль, — прошептал он и сам стянул с себя пижамную кофту. Чанёль ласково обвёл горячими ладонями тонкое тело, отмечая ужасные синяки. Какой монстр мог сотворить такое с хрупким Бэкхёном? Он поцеловал его шею, опустился на грудь и стал покрывать нежными поцелуями каждый его синяк, а потом вновь вернулся к сладким губам. Он аккуратно стянул с него пижамные штаны и ласково поцеловал, когда Бэкхён дёрнулся в его руках. — Не бойся, я ведь и сам не знаю, что делать, — прошептал Чанёль. Это была правда, потому что сексом он раньше занимался только с девушками, да и ему вовсе не было интересно, как это происходит у парней. До этого момента. — Я доверяю тебе, — прошептал Бэкхён, всё ещё дрожа от страха, но потянул его боксёры вниз. Закрыв глаза, он отдался в поцелуй, а потом обхватил пальцами крупный член Чанёля, который был уже твёрдым. Размазал большим пальцем по крупной головке выступившую смазку, и Чанёль простонал в его рот. — Что ты со мной делаешь, Бэкхён… — полузадушено выдохнул он, чувствуя, как по телу проходятся волны удовольствия. Сердце глухо билось в груди, а возбуждение туманило мозг, пока пальцы сводного брата ласкали его член. Чанёль дотянулся рукой до члена Бэкхёна и тоже сжал его. Это было так необычно ощущать чужой член в своей руке. Он был немного меньше, чем его собственный, но определённо доказывал пол Бэкхёна. Однако он запретил себе об этом думать и стал ласкать его член так, как ему нравилось ласкать свой собственный. Звуки поцелуев и тяжёлого дыхания разрывали тишину. Чанёль нависал над полусидящим Бэкхёном, целовал, и они ласкали члены друг друга, боясь заходить дальше. Чанёлю очень хотелось войти в горячее хрупкое тело сводного брата и сделать его своим, присвоить себе, пометить, но он не знал, как это сделать, тогда он оторвался от его податливых губ и прижался к молочной тонкой шее, чтобы оставить на ней свою яркую метку. Бэкхён закусил губу, почувствовав это, и запрокинул голову. — Мой Бэкхён. — Хочу быть твоим. Чанёль вновь поймал его губы, и Бэкхён жадно ответил на поцелуй. Они целовались отчаянно и страстно. А потом Бэкхён простонал в поцелуй, и Чанёль почувствовал, что пальцы стали влажными от чужой спермы. Это было странно, но не отталкивало, наоборот, возбуждало даже сильнее, и он вытер руку о простынь. — Подожди… — прошептал Бэкхён и толкнул его в сторону, а потом опустился на пол у его ног. Чанёль широко раскрыл глаза, посмотрев на сводного брата у своих ног, пока тот медленно провёл по его бёдрам изящными ладонями и обхватил его член пальцами. — Что ты хочешь… — Он не успел договорить, как Бэкхён уже провёл языком по его стволу, а потом взял в рот головку, медленно погружая член в свой рот. — О боже… Ему даже Минки не делала минет! Ощущения были потрясающими. Ему некуда было бежать, жаркий, влажный рот и юркий язычок затягивали его в пучину сумасшествия. Однако ему не удалось продержаться долго. Казалось, язычок сводного брата везде. Обводит узоры вен, ласкает яички, обводит головку и проходится по небольшой дырочке, а потом вновь заглатывает в рот настолько, насколько может, но этого более чем достаточно, чтобы свести Чанёля с ума. — Я сейчас кончу, — сквозь зубы выдохнул он, запуская руку в локоны Бэкхёна, но тот даже не отстранился, продолжая ублажать его. — Бэкхён, я сейчас… Бэкхён, пожалуйста… Приглушённо простонав, Чанёль кончил, откинувшись назад на руки, прямо в рот своего сводного брата! Но Бэкхён даже тогда не отстранился, даря ему последние крохи удовольствия и очищая его член от спермы язычком, пока он плыл на волнах удовольствия. — Это было нереально, — выдохнул Чанёль, упав спиной на кровать, а Бэкхён лёг рядом, обняв его за талию. — Ты не сердишься на меня? — тихо спросил он. — За что? — За это… я хотел доставить тебе удовольствие. — Ты и доставил… даже не представляешь какое, — выдохнул Чанёль. — Но… тебе не стоило. — Я этого хотел. — Но я кончил… и ты… как ты… — Не беспокойся, это не так ужасно, как тебе кажется, — улыбнулся сводный брат. Чанёль подумал, что тот, наверно, и правда гей, потому что он сам ни за что бы не смог отсосать другому парню, а уж тем более проглотить чужую сперму. Поэтому он просто улыбнулся, ничего не говоря. Бэкхён с его спермой на губах казался в его воображении невероятно возбуждающим. Прежде чем Чанёль снова стал возбуждаться, он лёг на кровать вместе с Бэкхёном правильно и прижал его к себе. Лучше уснуть, или он не даст Бэкхёну спать до утра. Как же он его хотел снова, несмотря на то, что он только что бурно кончил. — Давай потом сделаем это по-другому, по-настоящему, — прошептал Бэкхён, развернувшись к нему лицом. Чанёль непонимающе посмотрел в его глаза. — Ты хочешь сказать… — неверяще произнёс он, чувствуя, как член вновь наливается силой. — Трахнешь меня? — доверчиво прошептал Бэкхён, нащупав его плоть, и сжал пальцами. Чанёль отчаянно простонал от возбуждения, как же ему этого хотелось! Прямо сейчас. Но не мог. Потому что не знал, как это сделать. Он догадывался, что секс будет анальным, всё же он уже давно познал «искусство» порно и не раз видел, как девушек умело трахают далеко не классическим способом, но, когда он предложил это Минки, она заверещала от боли и отклонила эту идею, хотя он только пальцами в неё полез. Как минимум нужна была хотя бы смазка. Но пальцы Бэкхёна сводили с ума, не давая думать. Как же хотелось сделать его своим. Он сжал тонкую талию парня и поцеловал, забывая, что ещё несколько минут считал ужасным и отвратительным то, что Бэкхён проглотил его сперму, а теперь сплетался с ним языками и ощущал странный привкус, но не желал отстраняться. — Но не сегодня, — всё же прошептал Чанёль, перехватывая их члены вместе и лаская в унисон. Засыпали они усталыми, но счастливыми.

***

На следующий день Чанёль абсолютно забыл о своей девушке, которая хотела с ним встретиться, ища ответ на свой вопрос: как происходит секс с парнем. Бэкхён же светился от счастья, почти не отлипая от Чанёля, которому, наоборот, хотелось остаться одному, чтобы спокойно узнать то, что он хотел. На шее сводного брата сияло яркое пятно засоса, и он чувствовал смущение, потому что тот не мог его скрыть, не мог ведь Бэкхён летом носить шарфы. Однако к вечеру, когда они спустились на ужин с родителями, он просто надел водолазку, которая скрыла его шею. Вот только довольную улыбку на лице невозможно было скрыть от удивлённых родителей. — Что-то произошло? — спросил отец, с интересом взглянув на Бэкхёна, который сжался от его вопроса, наверняка боялся, что их в чём-то заподозрят. — Просто жду поступления, уверен, что скоро перееду в общежитие, где буду весело проводить время с одногруппниками. Отец нахмурился, но ничего не ответил, а потом усмехнулся, и дальше они разговаривали на отвлечённые темы. А ночью Бэкхён лёг рядом с Чанёлем без привычной пижамы. И Чанёль почувствовал волнение, хотя уже и знал, как всё это происходит. Ему на глаза вновь попались синяки на молочной коже, и он погладил его тело, осторожно водя по тёмным пятнам подушечками пальцев. — Ты всё ещё не хочешь рассказать мне, откуда у тебя эти синяки? Кто посмел тебя избить? — прошептал он, глядя в сверкающие глаза сводного брата. — Нет, — тихо ответил тот. — Пожалуйста, забудь… — Как я могу забыть? — Я тебе помогу. Бэкхён поцеловал его, и Чанёль действительно забыл о всех своих мыслях. Сводный брат был такой податливый в его руках, такой нежный и хрупкий. Ему ни в коем случае не хотелось причинять боль. Наоборот, хотелось быть для него защитой. — Подожди, — шепнул он, доставая из-под подушки тюбик лубриканта. А потом снова стал страстно целовать Бэкхёна, который водил по его телу руками, словно не мог поверить, что он реален. Чанёля всё возбуждало в сводном брате, особенно, его тихие вздохи удовольствия. Бэкхён стянул с него боксёры и обхватил его член ловкими пальчиками, что Чанёль невольно простонал в его рот от жаркой волны, что прокатилась по его телу к низу живота. Он открыл тюбик, но сводный брат перехватил его из его рук и прошептал: — Я сам. Он надавил Чанёлю на грудь, заставляя лечь на спину, и вновь спустился сделать ему минет. Чанёль сходил с ума от ощущений, теряясь в удовольствии, и не понял, в какой именно момент горячий влажный рот сменился узостью и жарой до искр в глазах. Бэкхён медленно сел на него, полностью опустившись на его член и закусив губу, чтобы не издавать громких звуков. Чанёль притянул его за шею к себе и поцеловал, обхватывая его бёдра ладонями. Они занимались сексом, сходя с ума от страсти. И никто из них ни о чём не жалел.