El Tango de Amor

Шла третья неделя десятинедельного частного курса Кастиэля, исключительно для приглашенных, и Дин уже жалел, что решил согласиться. Стало очевидно, что Кастиэль очень по-человечески обращался со своими студентами в учебном центре, в отличие от своих студентов здесь. В группе была одна девушка, с которой Дин был знаком с предыдущих курсов. Но остальные были из университета. Будучи единственными взрослыми и не студентами, Дин с Памелой по молчаливому согласию решили стать партнерами. Через неделю она убедилась, что ее периодические ощупывание не производят никакого эффекта, и хотя Дин вполне мог оценить ее привлекательность, между ними ничего не могло быть, несмотря на все ее старания, Дина уже давно не заносило в эту степь. Когда они это прояснили, танцевать с ней стало гораздо легче. Оба были согласны с тем, что, если все курсы Каса в универе проходят так, то они очень рады, что начали с учебного центра. И хотя Дин видел, что обычные привычки Кастиэля особо не изменились, здесь он менее снисходительно относился к ошибкам. Что логично. Кастиэль говорил, что этот частный курс был направлен на оттачивание мастерства и техники. Курсы, на которые изначально ходил Дин, были больше для развлечения, для начинающих и желающих узнать, понравятся ли им вообще танцы — они сосредотачивались на конкретном танце и быстро переходили от одного движения к другому. Этот же курс был совсем не таким. Кас заставлял их повторять одно и то же движения раз за разом, пока не будет удовлетворен. Сначала Дин думал, что Кас даст им с Памелой поблажку, ведь они не собирались делать на танцах карьеру, но, боже, как же он был не прав. Кас относился к ним так же, как к остальным. И хотя это убивало его ступни и икры, Дин ценил, что Кастиэль учит всех одинаково. Было ясно, что их навыки различались, но Кастиэль видел конкретные места, над которыми нужно было поработать каждому. Если было что-то, что получалось на отлично у остальных, а у Дина и Памелы нет, он велел остальным повторить что-то еще, пока помогал Памеле и Дину. На этих курсах приходилось по-настоящему поработать, и он приходил домой с болью во всем теле и почти изможденным, но ему нравилось это. Это была приятная боль в ногах, напоминавшая ему, что он делает что-то в своей жизни и прогрессирует, а не просто ходит на курсы, никак при этом не развиваясь. Даже Сэм заметил изменения в Дине после нескольких недель занятий. Он перестал уговаривать брата побыть третьим колесом с ним и Джесс, и даже не вспоминал имя Виктора или еще кого-нибудь «очень клевого» или кого-то, кто «может понравиться» Дину. Наверное, помогло еще то, что его поглотил новый семестр, поэтому у Сэма и самого было не слишком много времени, чтобы куда-то сходить, а когда получалось, то он проводил это время только с Джесс. Дина это больше не беспокоило. Раньше, он, наверное, расстроился бы из-за того, что Сэм не проводит с ним время. Но теперь они стали старше, и хотя это заняло какое-то время, сейчас Дин понимал, что Сэм уже взрослый парень, который сам может о себе позаботиться. В настоящее время, Дин думал, что Сэм живет с ним из-за экономии платы за квартиру и удобного расположения к кампусу, а не потому, что хочет побольше времени проводить со старшим братом. Через месяц в классе Каса Дин снова начал смотреть на него влюбленными глазами, и это его нервировало. Когда он официально зарегистрировался и оплатил курсы, он решил, что его чувства к Кастиэлю не встанут на его пути к становлению хорошим танцором. Кас увидел в нем талант и пригласил только поэтому, а не из-за какого-то романтического интереса. Но сколько бы он ни твердил себе это снова и снова, он не мог не заметить, как задерживается на нем взгляд Каса или как тот снова и снова возвращается к его икрам и бедрам. Он был уверен, что не сам нафантазировал, как Кастиэль внимательно прищурился, глядя именно на него, когда они выстроились в линию, чтобы показать результаты занятий. И он точно не выдавал желаемое за действительное, когда на перерыве обернулся и обнаружил Кастиэля, разглядывающего его, пока он пил воду, если можно было судить по горящим глазам и покрасневшим щекам профессора. Его подозрения подтвердились, когда Кас попросил его остаться после занятий. Они с Памелой шли вместе к выходу, ворча о том, что они уже слишком старые для всего этого, так что, когда Дин попрощался с ней до следующего раза и махнул рукой, она понимающе улыбнулась и, подмигнув, вышла. Дин повернулся и увидел Каса, сумка висела на его плече, и он, кажется, невероятно нервничал, Дин никогда его таким не видел. Обычно Кастиэль излучал самоуверенность и профессионализм, и Дин был убежден, что тот, наверное, вообще ничего не боится. Но сейчас Кастиэль выглядел таким маленьким, нервно сжимая руки прежде, чем потянуть за ремень сумки. — Завел еще один курс, на который хочешь меня позвать? — пошутил Дин, чтобы ослабить напряжение. Кас усмехнулся, но нервничать не перестал. — На самом деле, я… я хотел попросить тебя об одолжении… вроде того, — Дин вскинул бровь, ничего не имея этим в виду, но Кас, похоже, понял неправильно. — Нет, нет, ничего такого. Мне просто нужна помощь кое с чем. Я не имел в виду… — он раздраженно выдохнул. — Все нормально, Кас. Я не думаю, что ты задумал что-то страшное. Что тебе нужно? — тепло улыбнувшись, спросил Дин. Кас, кажется, немного расслабился после этого и расправил плечи. — Не стесняйся отказаться. Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя обязанным, и, если тебе будет некомфортно хоть в какой-то степени, ты совсем не должен через это проходить. — Ладно… думаю, станет легче, если я узнаю, в чем, как ты думаешь, я должен тебе отказать. Кастиэль рассмеялся и запустил пальцы в волосы на затылке. — Да, точно. В апреле университет будет принимать у себя соревнования по танцам, и все профессора должны подготовить представление. Я надеялся исполнить танго, но немного нетрадиционное, и поэтому я хочу попросить тебя быть моим партнером. Дин удивленно распахнул глаза. — Я? — Кас кивнул, в его взгляде смешались надежда и неуверенность. — Но почему? То есть, почему я? Я совсем не гожусь и даже не знаю, с чего начать танцевать танго, и эмм… я парень. Кастиэль закатил глаза на последнее замечание. — Поэтому я и сказал про нетрадиционность. — Оу, — сказал Дин, застыв, осознавая его слова. — Я думаю, ты себя недооцениваешь. Но, если ты не хочешь этого делать, то ничего страшного, правда. Можешь забыть о том, что я спрашивал, — снова робко проговорил Кастиэль. Он хотел пройти мимо Дина к двери, но Винчестер поймал его за руку, останавливая. — Подожди, Кас, я не сказал нет. Я просто не уверен, что я — это правильный выбор. Ты точно уверен, что хочешь приковать себя ко мне в качестве партнера по танцам? Это может кончиться тем, что я сломаю тебе ногу или еще что-нибудь. Кастиэль громко рассмеялся, и Дин мысленно похвалил себя за то, что добился от него такой реакции. — Дин, мы с тобой уже танцевали и ничего катастрофического не случалось. — Да, но мы не танцевали танго. То есть, серьезно, мои единственные знания об этом танце начинаются и заканчиваются фильмом Мулен Руж, но разве танго не включает поддержки, вращения и невероятную работу ног? Мы такого никогда раньше не делали, — Дин уже теплел к мысли о том, чтобы станцевать с Касом заряженный сексуальным напряжением танец, к черту ноющие мышцы и неудобную обувь. — Да, но, если все пойдет так, как я задумал, все вращения и невероятная работа ног будут за мной. Тебе придется позаботиться только о том, чтобы поднять меня. Но… — Кастиэль шагнул ближе к Дину, положил руку на его бицепс и сжал, Дин почувствовал, как его температура резко скакнула вверх. — Мне кажется, тебе не стоит об этом сильно волноваться, — в его голосе определенно звучал флирт. Сглотнув, Дин выдавил. — Это хорошо, — что за глупый ответ. Но Дин совсем не мог думать в этот момент, так что его нельзя осуждать. Кастиэль позволил своей ладони задержаться на его руке, и она железом ощущалась на Дине, жар от нее чувствовался даже, когда Кас отпустил его. — Итак, это значит да? — спросил Кас, глядя на Дина практически щенячьими глазками, и как он смел смотреть на него так. Особенно после того, как выдал всю эту преамбулу о том, что Дин не должен чувствовать никакого давления, соглашаясь. Как Дин мог отказать кому-то такому горячему, как Кас, да еще и смотрящему на него так, будто все надежды и мечты профессора находятся в его руках? — Эм… я… кхм… да? Но, я надеюсь, ты понимаешь, во что ввязываешься. Я на полном серьезе сказал, что этот фильм единственная причина, по которой я знаю, что танго это танец, а не напиток или еще что-то. — А почему ты думаешь, я спросил тебя уже сейчас? — усмехнувшись, сказал Кастиэль. Дин притворился оскорбленным комментарием, но Кас заметил, что он не всерьез, и покачал головой. — Соревнования только в апреле, а значит у нас добрые четыре месяца для репетиций, плюс-минус несколько недель. Ты дошел до моего продвинутого класса за пять месяцев. Я думаю, у нас получится, но начать нужно уже сейчас, если ты не против. — Да, конечно. В выходные я почти всегда свободен и вечером по будням тоже, если нет занятий здесь. Кас кивнул, роясь в сумке, и достал мобильник. Он протянул его Дину. — Дашь мне свой телефон, тогда я напишу тебе возможное время? — Конечно, — сказал Дин, вводя свой номер в телефон. Он практически гордился собой из-за того, как спокойно у него это вышло. Исключая чувство, будто помрет прямо здесь и сейчас. Когда Кас протянул ему свой телефон, Дин смог держать свои эмоции под контролем. По крайней мере, снаружи. Внутри же он психовал от души по поводу всего их разговора, того, что он дает Касу свой телефон, и того, что практически признался, какой он неудачник и не занят ничем кроме работы и танцев. Сохранив свой номер, Дин вернул телефон Касу, который произвел еще какие-то манипуляции, а потом убрал его. Дин почувствовал вибрацию в своем кармане и вытащил уже свой телефон. — Я написал тебе, так что это мой номер, — с улыбкой сказал Кас. — Что ж, не буду тебя больше задерживать, — махнул он на дверь, Дин понял намек и вышел, Кас последовал за ним, запирая студию. — Еще раз спасибо, что согласился. — Без проблем. Будет весело. Немного позорно, когда я запутаюсь в собственных ногах, но весело. Уголки губ Кастиэля приподнялись. — Не запутаешься. Обещаю. Будет весело, и, возможно, я смогу доказать тебе, что ты намного лучший танцор, чем думаешь, — Дин склонил голову на комплимент. — А еще, если мы выиграем соревнование отдела, то получим сертификат на 50 долларов в Фабрику чизкейков. — Я больше люблю пироги, но чизкейки тоже неплохо. А что, если мы не выиграем? — спросил Дин, удивляясь тому, как легко было флиртовать с Касом, учитывая, сколько месяцев он боялся сказать что-то большее, чем «привет». Кастиэль задумчиво склонил голову на бок. — Хмм, я мог бы придумать какой-нибудь утешительный приз за твои усилия, — он посмотрел на Дина сквозь ресницы, и это без сомнения был его игривый тон. Где этот Кас был месяцы назад? Но не успел Дин задуматься об этом, как Кастиэль вернулся к обычному себе, выпрямился и посерьезнел. — Мне еще нужно кое-что уладить в офисе. Я напишу тебе, когда просмотрю свое расписание. Хорошего вечера, — затем он развернулся и пошел дальше по коридору, видимо, к своему кабинету. — Хорошо. До скорого, — отозвался ему вслед Дин. Боже, во что он вляпался? Он начинал думать, что его влюбленность в Кастиэля начала плохо влиять на его мозг и здравый смысл. Какой нормальный человек согласится исполнять танго с мужчиной, которого он едва знает, перед сотнями людей на соревнованиях? Очевидно, Дин нормальным не был. Позже этой ночью, получив сообщение от Каса с вопросом о его расписании, Дин уже невероятно нервничал. Даже хуже, чем когда он метался, принимая приглашение Каса и раздумывая что и как сказать. Кастиэль был так уверен в таланте и силе Дина, а это была вообще другая проблема, о которой Винчестер сейчас думать просто не мог, но, что будет, если Дин не справится? Что, если они будут репетировать все эти месяцы, и Дин так и не освоит шаги и движения? Что, если он полный бездарь в танго и подведет Кастиэля? Черт, что если он его уронит? Кас может и думает, что он сильный, но Дин видел Каса. Он конечно стройный и компактный, но Дин знал, что он весь состоит из мускулов. Он не какая-то крохотная балерина, весом с перышко. Кас сильный и стройный, и Дин заглядывался на его ноги и спину больше, чем один раз, так что знал, что Кас, скорее всего, весит не намного меньше его самого. Ему придется пойти в тренажерку, чтобы точно быть в состоянии поднять взрослого мужчину. Уф. Ну почему он на это согласился? А, точно. Потому что он, вроде как, влюблен в парня, который попросил его на это согласиться. Он написал ответ, и после обмена еще парой сообщений, Дин согласился встретиться с Касом в студии кампуса ранним и свежим субботним утром. Что было хорошо, потому что у него будет всего один день, чтобы попсиховать по этому поводу. Первую половину дня он проведет, волнуясь о том, что он не достаточно хорошо танцует, чтобы быть партнером Каса, а вторую половину дня он отдаст волнению по поводу того, что он будет с Касом один на один в закрытой комнате и делать кое-что, включающее в себя глубокое вторжение в личное пространство друг друга. И в то же время ему следует сосредоточиться на рассказе о Великой депрессии совершенно незаинтересованным шестнадцатилеткам. Серьезно его пятница будет просто наполнена позитивом, он в этом даже не сомневался.