Padfoot's Daughter

Сириуса разбудил резкий шум, донесшийся откуда-то снизу – приветственные возгласы, смех и мяуканье кота утонули в истошных воплях его драгоценной матушки. - Мерлин, они издеваются, - простонал он, посмотрев на часы. Нашарил палочку под подушкой и уже направил на дверь, но заклинания так и не произнес. Суббота. Да, конечно, долгожданный приезд Гермионы Грейнджер, который, судя по всему, уже состоялся, но не только… Когда он спустился, столовая была еще пуста. Только Кричер сновал туда-сюда, шаркая ногами по полу и озлобленно бормоча что-то себе под нос, и ставил тарелки на стол с демонстративно громким стуком. - Иди отсюда, сами все сделаем, - раздраженно бросил Сириус. Кричер низко поклонился, доставая своим длинным носом до пола. - Как будет угодно хозяину, - пробурчал он и поплелся прочь. Из коридора донеслись причитания домовика о “бедной хозяйке” и “большом позоре для всего рода Блэков”. Сириус закатил глаза и принялся расставлять чашки. Закончив накрывать на стол, он вернулся в свое кресло. В столовой так и не появился никто из обитателей дома, но Сириус не собирался их торопить, понимая, что Гермиона и младшие Уизли не виделись несколько недель, и наверняка еще не закончили делиться новостями. Впрочем, он догадывался, какая именно новость обсуждалась наверху, и невольно поморщился при этой мысли. Вдруг раздался какой-то грохот, визг, а затем взрыв дружного хохота – похоже, Фред и Джордж напугали Гермиону, трансгрессировав прямо к ней в комнату. Сириус усмехнулся. Близнецы часто напоминали ему его самого и Джеймса в молодости. От ностальгических мыслей его отвлек Живоглот, запрыгнувший к нему на колени. Мужчина рассеянно почесал его за ухом. Ему нравился питомец Гермионы. Кот нередко составлял Сириусу компанию, когда тот в образе собаки гулял по окрестностям Хогвартса, и даже пытался помочь поймать Петтигрю. - Надо же, он тебя помнит. Сириус оторвал взгляд от кота и увидел в дверях его хозяйку. - Здравствуй, Сириус, - поздоровалась девочка. - Привет, Гермиона, - ответил он. – Рад тебя видеть. Она робко улыбнулась. Вслед за ней вошли миссис Уизли и Джинни, и, пожелав Сириусу доброго утра (Молли все еще держалась с ним прохладно), направились в маленькую кухню. Пока девочки готовили бутерброды, Молли суетилась у плиты. Через несколько минут спустились Рон, Фред и Джордж, а когда все было готово, уже и Артур вернулся с ночного дежурства. Завтрак проходил, как всегда, очень шумно: в разных концах стола одновременно обсуждали поездку Гермионы в Италию, планы по уборке дома и очередные изобретения близнецов. Сириусу всегда нравилась эта живая, непринужденная атмосфера. Ему настолько осточертело жить в этом доме вдвоем с Кричером, что он был несказанно рад просьбе Уизли пожить этим летом на Гриммо, 12, так как из Норы слишком далеко постоянно выбираться на дежурства и собрания. Но сейчас, после всей этой истории с Эль, он уже не был уверен, что хочет, чтобы в этом доме, где невозможно ничего скрыть, по-прежнему пребывало так много людей. Сам он в разговорах почти не участвовал. Несколько раз мужчина ловил на себе заинтересованный взгляд Гермионы, что окончательно убедило его в том, что девочке уже обо всем рассказали. Что ж, уже совсем скоро эти разговоры, догадки и недомолвки прекратятся. - Гермиона, милая, мы решили устроить праздничный ужин в честь твоего приезда, - с теплотой в голосе сказала Молли. Девочка ответила смущенной улыбкой. - Спасибо, миссис Уизли, но ведь это столько хлопот… - Что ты, какие хлопоты? – отмахнулась женщина. – Придет Билл, еще можно позвать Ремуса Люпина. Я думаю, тебе хотелось бы увидеть бывшего преподавателя? – Гермиона обрадованно улыбнулась и кивнула. – И Тонкс, вы с ней легко найдете общий язык. И тогда нас получится одиннадцать человек… - Двенадцать, - перебил ее Сириус. Все замолчали и уставились на него. - Эммануэль присоединится к нам за ужином сегодня, я уже пригласил ее, - продолжил он. – Надеюсь, вы не против? - Конечно, нет! – воскликнула миссис Уизли, пока остальные еще переваривали услышанную новость. – Наконец-то ты одумался… - Спасибо за завтрак, Молли, - Сириус поднялся из-за стола и направился к выходу, не дав ей договорить. – Я буду у себя, если вы решите заняться малой гостиной сегодня. Уже в дверях он обернулся. - Я очень прошу вас оказать девочке хороший прием. - Можешь на нас рассчитывать, - заверил его Артур. - И, пожалуйста, постарайтесь избежать вопросов о ее матери, - добавил Сириус и покинул столовую. Тишина за его спиной взорвалась множеством оживленных голосов. *** В дверь нетерпеливо постучали, а в следующую секунду в кабинет ворвалась Тонкс и бросилась Сириусу на шею, чуть не сбив его с ног. - Сириус, я так рада! Она рассмеялась, а потом подняла на него глаза и сказала уже серьезно: - Ты правильно поступил. Сириус удивленно поднял брови: последний его разговор с Тонкс закончился далеко не лучшим образом. Он перевел взгляд на Люпина, который вошел вслед за девушкой и теперь наблюдал за ними, прислонившись к закрытой двери. Ремус улыбнулся: - Молли только что сообщила нам о присутствии на сегодняшнем ужине особой гостьи. - А я уже боялась, что так и не смогу познакомиться с ней, - сказала Тонкс, присев на краешек стола. Сириус усмехнулся и покачал головой. - Я все-таки не понимаю, почему тебя это так волнует. - Ну, знаешь, у меня не так много родственников! – воскликнула девушка. - Тех, которые признают мое существование, я имею в виду, - поспешно добавила она. А потом мечтательно улыбнулась. – И, вообще, я давно хотела младшую сестру. Ходить с ней по магазинам, давать советы о мальчиках… Все трое дружно рассмеялись. - Бродяга, а почему ты передумал? – спросил вдруг Ремус. С лица Сириуса сошла улыбка, он помрачнел и отвернулся к окну. Люпин и Тонкс переглянулись. - Сириус? - Ее мама умерла. Ремус вздохнул, Тонкс прижала руки ко рту. Помолчав, Сириус продолжил: - Я уже не могу оставить ее одну. Живет она вообще с каким-то магглом, - его передернуло. – Знаю, скоро она поймет, что я не соответствую ее образу идеального отца. Разочаруется и уйдет сама… Но пока ей это нужно, я должен быть рядом. - Но, Сириус, почему она должна разочароваться? – осторожно спросила Тонкс. - А ты посмотри на меня… Девушка, старательно сохраняя серьезное выражение лица, оглядела его с головы до ног и даже обошла вокруг несколько раз. - Знаешь, все далеко не так плохо, - протянула она, склонив голову набок. – Но никогда больше не надевай эту рубашку. Ремус попытался выдать свой смех за приступ кашля. Сириус фыркнул. - Если бы это и правда имело значение, я мог бы стать отцом года, вы не думаете? - А что, по-твоему, имеет значение? – заинтересовался Люпин. – Репутация? Положение в обществе? - Хотя бы, - кивнул Сириус, не заметив иронии в голосе Рема. - Тогда напомни-ка мне, почему ты сбежал из дома? Разве твоя семья не считалась одной из самых знатных и уважаемых во всем волшебном мире? Сириуса вопрос привел в замешательство, и он не нашелся что ответить. Тонкс подошла ближе и мягко коснулась его руки. - Ты справишься, Сириус, - сказала она. – Почему я так уверена в этом? Потому что я знаю одну маленькую девочку, которая любила тебя больше всех и часто мечтала, чтобы ее папа был именно таким, как ты, - Сириус поднял глаза и изумленно посмотрел на нее. – Ты баловал ее, приносил подарки, катал на мотоцикле, к ужасу ее мамы, - Тонкс улыбнулась воспоминаниям. – Ты однажды увидел, как ее обижают соседские мальчишки, и я уж не знаю, что ты с ними сделал, но больше они к девочке не приближались ближе, чем на десять метров, - она засмеялась. – Ты всегда мог уговорить родителей не наказывать ее. Ты внимательно слушал все, что она тебе рассказывала. Ты разговаривал с ней на равных, как со взрослой. Ты даже посвятил ее в Мародеры, а, между прочим, этой великой чести не удостоилась даже Лили. А когда тебя обвинили в том взрыве, она писала тебе в Азкабан каждый день, пока однажды утром все письма не вернулись нераспечатанными… Сириус, ты был для той девочки самым близким человеком. И ты станешь им для своей дочери. Пораженный и тронутый до глубины души, Сириус молчал. Он и представить себе не мог, что племянница настолько ценит их старую дружбу, что она помнит о ней, хотя ей было всего девять, когда его отправили в Азкабан. Тонкс верила в него, а ему захотелось поверить ей. Вот только… - Четырнадцать лет прошло, - голос прозвучал хрипло. – Нет уже ни мотоцикла, ни соседских мальчишек… Ни Мародеров… - Но есть ты. - А что толку от такого меня? – спросил Сириус. – Я не могу даже покинуть этот дом. - Значит, нам повезло с погодой, - весело сказала Тонкс. – Кому в такую жару охота на улицу? Сириус не смог подобрать слов, чтобы описать все, что он чувствовал в тот момент. Он просто притянул девушку к себе и поцеловал в ярко-малиновую макушку. - Спасибо, - выдохнул он. Тонкс ответила ему понимающим и удивительно теплым взглядом. А потом хитро прищурилась. - Сириус, про рубашку я не шутила, - со смехом заявила она. *** Перед выходом из дома Эль придирчивым взглядом окинула свое отражение в зеркале и, довольная, улыбнулась. Любимое бежевое платье в горошек сидело на ней как-то особенно хорошо, а сложная коса после долгих и упорных стараний получилась ровной и аккуратной, хотя у мамы вышло бы гораздо лучше. До начала ужина оставалось еще достаточно времени, но ждать дома было уже невозможно, и девочка решила пойти длинным путем. Как только Эль закрыла за собой дверь, она почувствовала, как отступившее ненадолго волнение охватывает ее с новой силой. Этим вечером ей предстояло познакомиться с остальными обитателями дома на площади Гриммо, и больше всего она боялась им не понравиться. Эль не знала, в какой мере Сириус прислушивается к их мнению, но в любом случае оно должно хоть немного повлиять на него. Всю дорогу она пыталась успокоить себя мыслями о Джинни, близнецах и Ремусе Люпине, которые отнеслись к ней вполне доброжелательно и с пониманием. Эль остановилась перед домами 11 и 13 и мысленно произнесла нужную фразу. Перед тем как постучать в дверь только что появившегося дома, она сделала глубокий вдох, пытаясь унять нервную дрожь. Открыл ей Сириус. - Ты как раз вовремя, - улыбнулся он, пропуская ее в коридор. – Все уже готово. Сириус взял из ее рук джинсовую курточку, которая ей все равно не пригодилась на улице, и повесил на крючок рядом с дверью. Он был внимательным и приветливым, но Эль видела, что он нервничает не меньше нее. - Чей это портрет? – спросила девочка, указав на закрытые портьеры, чтобы чем-то заполнить возникшую паузу. Сириус слегка поморщился. - Моей матери, - неохотно ответил он. - То есть… моей бабушки? – уточнила Эль. В ее голосе слышался легкий испуг. Сириус едва заметно дернулся и посмотрел на нее с удивлением. Видимо, он все никак не мог привыкнуть. - Выходит, что так, - кивнул он. – Пойдем, нас уже ждут, - он повысил голос. - Слышишь, как все замолчали? Откуда-то донеслись смешки и перешептывания, и Эль только сейчас заметила, что до этого в доме стояла неестественная тишина. Девочка прошла за Сириусом в столовую и как только она переступила порог, она поняла, что боялась напрасно. Казалось, в этом доме ее приняли еще до того, как она пришла. Все встали со своих мест, чтобы поприветствовать ее, а девушка с малиновыми волосами первая подбежала и заключила ее в крепкие объятия. Эль не переставала улыбаться и пожимать руки, и очень надеялась, что правильно запомнила все имена. За ужином она сидела между Сириусом и Тонкс. Стол ломился от различных блюд, а разговоры не смолкали, хотя на девочку старались не наседать с расспросами, за что она была всем искренне благодарна. - Ты очень хорошо говоришь по-английски, - заметила миссис Уизли. - Спасибо. Я проводила здесь каждое лето, - пояснила Эль. – И к тому же, моя бабушка и вся ее семья были англичанами. - Кстати о семье, - встрепенулась Тонкс. – Мы с тобой, между прочим, троюродные сестры. - Правда? - Да, - подтвердил Сириус. – Мама Тонкс, Андромеда, – моя кузина. - Это же здорово! – Эль обратила на свою новую родственницу сияющий взгляд. – Я не думала, что у меня… Даже не верится! Тонкс лукаво улыбнулась. - Может, так будет легче поверить? Эль с открытым ртом наблюдала за тем, как лицо девушки постепенно изменялось, а волосы удлинялись и светлели. Через полминуты перед ней сидела сероглазая блондинка, очень похожая на нее саму. - Ты же метаморф! – удивилась Гермиона. – Я читала, это встречается очень редко! - Мне повезло, - весело откликнулась Тонкс, уже вернувшая себе прежний облик. – Если бы не это, в аврорат меня бы точно не приняли. Зашел разговор об аврорах, Министерстве и политике, и когда Эль закончила отвечать на многочисленные вопросы о положении дел во Франции, за окном уже совсем стемнело. Время прошло слишком быстро, и уходить совершенно не хотелось. Эль жила недалеко, но Сириус и слушать не захотел о том, чтобы она добиралась домой одна. Проводить ее вызвались близнецы. - Мама боится нас куда-либо отпускать, - понизив голос, пояснил Джордж, а Фред подмигнул девочке. – Разве мы можем упустить шанс побродить по маггловской части города? Пока она прощалась с Сириусом, братья ждали ее на улице. - Ты придешь завтра? – спросил мужчина, подавая ей сумку. - Да, наверное, - неуверенно ответила Эль. - Если ты не против. - Нет. Я бы очень этого хотел. Эль шла по вечернему Лондону, слушала болтовню Фреда и Джорджа, много смеялась и впервые за долгое время чувствовала себя по-настоящему счастливой.