Дитя Природы

Глава 15 Смауг думал. Шесть дней назад Лауриэль, наконец, окончательно смогла синхронизироваться с источником и стать полноправной владелицей этих земель. А четверо суток назад она ушла в Ривенделл, чтобы сообщить об этом и закрыть границы. Фангорн сейчас очень уязвим, и поэтому нечего тут посторонним шастать. После этого она хотела направиться в Рохан, чтобы поговорить с всадниками, но интуиция подсказывает, что она снова вляпается в какую-нибудь авантюру. У Смауга уже выработалось на это чутье, так много она вляпывалась в неприятности. И это в собственном лесу-то! А что будет за его пределами? Дракон вздрогнул. И покачал головой. Ему не стоило к ней привязываться. Он это знал, но ничего поделать не мог. Это эльфийка просто врывалась в жизнь, сердце, душу, неважно. И оставалась там, причем совершенно этого не замечая. Она не была глупой, просто в некоторых аспектах она оставалась до ужаса наивной. А некоторые предпочитала игнорировать. Или она действительно их не замечала? Смаугу было все равно. Он не собирался копаться в мозгах этой несносной эльфийки! Смауг бы ни за что не пошел с ней, если бы не «но»: она была загадкой. Еще там, в пещерах Одинокой горы, он понял — она не ребенок Илуватара, как другие эльфы и люди. Ее запах был похож на эльфийский, но если чуть прислушаться, то слышны различия. Ее силы — хоть и похожи на силы первородных — кардинально отличаются. Энт ошибся, ее силы ни капли не напоминают силы эльфов прошлого. И это не пугало. Наоборот, это заставляло присматриваться к ней лучше, искать разгадку, но Смауг не торопился. Он, как истинный ценитель, не спешил. Дракон обдумывал каждую крупицу информации, буквально затирая ее до дыр. Он учил ее и наблюдал за каждой реакцией немигающим взглядом. И получал информацию в ответ. Ха! Надо же! То, о чем рассказала ему Лауриэль после десятка лет, поразило его. Другой мир, непохожий на родной. Мир людей, механизмов и мертвой природы. Эльфийка рассказывала, что на планете не осталось диких лесов — уничтожили все. Теперь деревья растут только на улочках вдоль дорог и в специальных местах — парках. Что через каждые десять метров стоят приборы для создания воздуха. Лауриэль рассказала ему об умирающем мире. Наверное, именно после этого рассказа она смогла подобраться к нему близко. И дело было даже не в жалости, которой у дракона нет, а в искренности. Смауг привык плести кружева слов своим бархатным голосом и замораживать золотом глаз. Он привык сносить все на всем пути. Он привык к уничтожению. Но для него была нова эта хрупкая искренность этой девчонки. Первой мыслью было захреначить это доверие, чтобы не маялась дурью! Эта девчонка доверила такую тайну! И кому? Ему! Дракону, который привык к обману, хитрости. Коварству. Он тогда ушел, ничего ни сказав. К самой окраине леса. И стал думать. И неожиданно эта ситуация открылась ему с другой стороны. Другой мир — новая информация и знания. Губы скривились в усмешке. Да, она не прогадала, пообещав ему новые знания. А на следующий день он выжил из нее всю информацию, которую смог. Жаль, конечно, что большинство знаний было утеряно ее дырявой памятью, но и того, что осталось, хватило дракону. И эта идея захватила его. Новые миры и знания, которые они могли дать жадному дракону. Тогда Смауг стал экспериментировать с пространством. Но это пришлось отложить в сторону в связи с вылуплением его детей. Старшим был сын — Кутберт, а младшей его сестра — Элва. Но и тут не обошлась без странностей. Они не могли вылупиться, если поблизости не было старшего дракона. Во время их вылупления он разминал крылья и летал над Мглистыми горами. По близости он быть никак не мог. Как только он появился рядом с ними, то, схватив их он, направился в одну из приглянувшихся пещер в Мглистых. Орков и гоблинов он быстро разогнал, так что они не мешали ни ему, ни его отпрыскам. Как только его дети осознали себя, научились говорить и окрепли, то он вместе с ними вернулся в лес. И дал карт-бланш к действиям. Было забавно наблюдать как его ученица носится за его оболтусами. Смауг прекрасно понимал, что его дети ничего выходящего за рамки не сделают, а если посмеют, то он им сам крылья пооткручивает. В общем, он со спокойной душой повесил двух маленьких драконов с шилом в одном месте на эльфийку и вернулся к экспериментам и изучению пространства. И у него стало получаться. Он смог переместиться на метр не используя ни крыльев ни лап. А сразу после этого он очутился в странном месте. Под ногами была вода, над головой — нечто странное, отдаленно напоминающее ночное небо. - Ты очень любопытен, не так ли? — раздался равнодушный голос сзади. Мышцы напряглись, огонь заструился по венам. Смауг готов был в любую минуту принять истинный облик. Он медленно повернулся, чтобы увидеть говорящего. Им оказалась незнакомая женщина с знакомым запахом силы. Впрочем он мгновенно понял, кто перед ним. - Ты сделал то, что в этой вселенной сделано быть не должно. Это конец — понял дракон. Он перешел границу. Какую, он пока не знал, но существо перед ним это не волновало. - Ты жаден до знаний. Хм. За то, что ты натворил, по-хорошему надо бы тебя стереть с полотна этого Мира, но ты дорог моей дочери. Если ты умрешь — она расстроится, а это замедлит ее восстановление. Да и твой огонь помогает ей. Хм-м. Кажеться, Смауг не дышал. Он впервые испытывал настолько дикий страх, граничащий с ужасом. - Что ж. Думаю, я нашла выход. Я даю отсрочку тебе в тридцать лет, а после заберу тебя из этого мира. А раз ты так стремишься к знаниям и путешествиям в другие миры, то, думаю, я смогу исполнить это твое желание. В благодарность за то, что присматриваешь за моей дочерью. Но при условии, что ты прекращаешь все свои исследования в этом направлении. А теперь иди. Смауга вышвырнуло из непонятного место обратно в свое тело. Он еще долго лежал посреди леса на траве, пытаясь прийти в себя. А в голове медленно складывался пазл. Лауриэль — дочь этого существа. Существа, которое перенесет его в другой мир через тридцать лет. Он должен был сейчас умереть. Все остальное было не важно. Ему понадобился месяц, чтобы окончательно прийти в себя. И как только улучшение его состояния заметила Лауриэль, то поспешила поделиться с ним новостью — она встретила свою мать. Это не стало неожиданностью для дракона, но он не показал этого. А после удвоил тренировки и приплел к ним еще Кутберта и Элву. Смауг устало прикрыл глаза. Предчувствие какого-то пиздеца сново заскреблось в груди. *** То же время. Ривенделл. Совет. - Ну раз уж тут такая пьянка, то я с вами! — сказала рыжеволосая эльфийка смотря на четырех хоббитов, эльфа, мага и двух людей. А в голове у нее лишь одна мысль: «Смауг меня убьет! »