Дитя Природы

Глава 23 — Мистер Фродо! — окликнул Бэггинса Сэм, — Вам не кажется эта сова подозрительной? Эта сова преследовала их уже час, как минимум. Она не подлетела близко, но и из поля зрения не скрывалась. Птица садилась на нижние ветки деревьев и следила за ними. В конце концов Сэм не выдержал и остановился, смотря прямо в глаза птице. Та продолжала сидеть на месте и не шевелиться. Не моргая. И это было, как минимум, жутко. Сэм стоял на месте и не моргая смотрел на настырную хищницу. Та смотрела на него в ответ и тоже не моргала. За всем этим со стороны наблюдал Фродо. Первым не выдержал Сэм: его глаза заслезились, он моргнул и отвел взгляд. — Сэм, смотри, к ней что-то привязано, — Фродо подошёл поближе, внимательно следя за птицей, и протянул руку к сове. Та как-то облегчённо вздохнула и протянула в ответ лапу, к которой было прикреплено послание. Фродо аккуратно отцепил небольшой клочок бумаги и развернула его. Дорогие Фродо, Сэм. Места очень мало, поэтому буду кратка: Боромир погиб, а Мэри и Пиппина похитили урук-хаи. Сову, которая передала послание зовут Букля и теперь она будет присматривать за вами. Не бойтесь остаться без еды — она сможет охотиться для вас. Мы отправляемся в погоню за отрядом орков. Удачи вам, Лауриэль. — Мы не одни, Сэм. *** Погоня за орками не должна была доставить мне проблем. Так мне казалось. И это я не хвастаюсь, а реально оцениваю ситуацию, свои силы и возможности урук-хаев. Но как вы догадались все пошло не так, как я предполагала. Раны, которые я получила, доставили намного больше проблем, чем я рассчитывала. Самая главная из них — я постоянно теряю много крови. Шел третий день, а почти вся моя одежда в засохшей крови. При движении раны постоянно открываются — снова зашивать Арагорн перестал после второго раза. После этого они открывались ещё десять раз. В общем, потеря крови была дикая и это сильно ослабляло меня. Три раза я чуть ли не теряла сознание. Один из этих случаев был из-за сильной боли. Да, я не стала отстраняться от боли — вне боя и ситуаций на грани жизни и смерти это становится опасно. Как минимум, я не знаю, что происходит с моими ранами — заживает ли она? А вдруг началось гниение? Или она снова открывается? Если отстраняться, ничего этого не поймёшь без постоянной проверки ран. А я забывала это довольно часто. Так что бежала я рядом с Гимли, закупив от боли губу. А боль была адская. Особенно когда кровь прилипала к бинтами, а те от моего неосторожного движения отдирались от раны вместе с коркой. А гной на ране не появился до сих пор лишь чудом, не иначе. И это не считая опасности внутреннего кровотечения. На самом деле, по хорошему, мне стоило вернуться в Лориэн, как и предлагали Леголас, Арагорн и Гимли. Но… я не могла. Не из-за упрямства или желания спасти хоббитов (хотя и это тоже), а потому что я не смогла бы там нормально излечиться. Кто-то особо умный сказал бы, что я могла бы идти своим ходом, отдельно от парней и не париться. Но не стоит забывать, что сейчас повсюду рыскают отряды орков и урук-хаев. Даже если бы я пряталась, они бы все равно нашли меня — сильный запах крови. А уж тогда… не факт, что я проиграла бы, нет. Даже в таком состоянии я способна дать отпор, но вот после, гарантий того, что я выживу, нет. Собственно именно такие аргументы я и использовала для того чтобы меня не отправили в Лориэн. Так что вот она я — молодая эльфийка, перемазанная в крови и единственное, что скрывает полностью алую одежду — это лориэнский плащ. Утро четвёртого дня встретило нас алым рассветом. — Алый рассвет. Ночью пролилась кровь, — прокомментировал Леголас. Я закусила изнутри щеку, чтобы не ляпнуть что-нибудь неуместное. Издалека послышался приближающийся топот копыт. Арагон посмотрел в сторону м шума, а потом махнул рукой и побежал в сторону огромного камня, способного укрыть всех нас. Вовремя, потому что стоило Гимли скрыться в камнях, как по месту, где мы стояли, проехал отряд Рохана. Арагорн, стоило последнему рохорриму скрыться, вышел из укрытия. За ним без промедления последовал Леголас и только мы с Гимли с пыхтением вылезти оттуда. — Всадники Рохана! Нет ли вестей с севера? — воскликнул Арагорн, привлекая внимание. Отряд развернулся и направился прямо на нас, окружая. Мы встали спина к спине, перекрывая друг друга. На нас направили копья. Ну приехали. Но тут в окружение ворвался ещё один всадник. Он был в шлеме, так что его лица особо не разглядеть, но вот светлые усы и бороду было видно хорошо. — Что привело эльфов, человека и гнома в наши края? — воинственно спросил незнакомец. — Отвечайте! — Сперва сам назовись, всадник, — взял слово Гимли, — и я представлюсь. От такой наглости у рохиррима аж глаза чуть увеличились, но он быстро взял себя в руки и спешился с коня. Гимли прищурился. — Я бы снес тебе голову, гном, но уж больно низка она от земли, — едва сдерживая ярость проговорил человек. А вот Леголас устроил номер, конечно. Он выхватил стрелу из колчана и, натянув тетиву, нацелился на голову говорящего. — Ты умрешь раньше, чем взмахнешь мечом! Люди отреагировали мгновенно, и вот, стоило мне моргнуть, как в щеку тычется копье. Зачесалась, черт. Просто прелестно, спасибо Леголас. Я закатила глаза и продолжала спокойно стоять. А то, что у меня в руках появилась парочка метательных ножей, совсем неважно. Арагорн положил руку на лук принца и отодвинул его от лица блондинчика. — Я Арагорн, сын Араторна, — представился следопыт. — Это Гимли, сын Глоина, а это Леголас и Лауриэль из лесного королевства. — я с выпученными глазами посмотрела на этого!.. Этого! — Мы друзья Рохана и вашего короля, — уверенно произнёс странник и ожидающе посмотрел на рохиррима. — Теоден уже не узнает ни друзей, ни врагов, — он снял с себя шлем и с горечью продолжил, — и даже своих родных. Собственно после этого все копья от нас были убраны, а я смогла почесать щеку. — Саруман поработил его разум и завладел этими землями, — продолжил говорить незнакомец, так и не представившись.- Мой отряд остался верен Рохану и за это нас изгнали. Белый колдун хитер. Говорят, он рыщет здесь в облике старца в плаще с капюшоном. И повсюду шпионы, — выразительно так глянул в сторону Леголаса. С-саруман! Как я могла проморгать такое прямую у себя под носом! Почему не почувствовала? Я же была в лесу, да и… Я судорожно втянула воздух. Я не должна была идти с Братством. Не должна была оставлять лес. — Мы не шпионы. — прервал гляделки между рохирримом и принцем Арагорн. — Мы гонимся за урук-хаями по равнине на запад. Они захватили двух наших друзей. — Урук-хаи были убиты сегодня ночью. — Там были хоббиты, вы видели хоббитов среди них? — с надеждой спросил Гимли. Я тоже, закусив губу, посмотрела на человека. — Полурослики. Вы бы приняли их за детей, — объяснил странник. Но мужчина лишь покачал головой. — Вы не поняли. Не мы убили их… — Тогда кто?! — перебил блондина Гимли. Человек посмотрел на гнома и терпеливо ответил: — это были твари из Проклятого Леса. Отряд урук-хаев подошёл слишком близко к его границам, да и к тому же побеспокоили его покой, став рубить деревья. — Проклятый Лес? — спросил эльф. Но вместо человека ответила я: — Фангорн. Наверняка эти твари наткнулись на ночной патруль. Обычно это несколько волков, но они действительно здоровенные. И они вполне спокойно могли перебить всех урук-хаев. Господи, хоть бы на хоббитах остался мой запах и его не перебила орочья вонь. Если… Если волки услышали мой запах на Мэри и Пиппине, то они бы не тронули их. И они могли выжить. И, возможно, уйти вместе с волками в лес. — Мы собрали останки и подожгли их, — голос всадника вырвал меня из мыслей. Я посмотрела на него. — Сожалею. Хазуфель, Арот! Пусть эти кони принесут вам больше удачи, чем прежним хозяевам. Прощайте, — и, взобравшись на своего коня, так и не представившись мужчина повёл свой отряд дальше. — Это что же получается, — после затяжной тишины глухо проговорил гном, — мы их не уберегли? Я встрепенулась. Точно! Они же не знают! — Не стоит так быстро сдаваться, Гимли. Надежда все ещё есть, — сказала я и направилась в сторону белого коня. — Лауриэль! Этот всадник сказал, что их перебили какие-то твари из какого-то леса! Если бы это были люди, надежда на то, что они успели сбежать была, но не когда это какие-то голодные звери. Им наверняка не дали уйти, — под конец его голос стал почти не слышим. Я повернула голову в сторону Гимли, Леголаса и Арагорна и наткнулась на совершенно безжизненные лица. Я сжала кулаки. — Слушай, — решительно начала я, — есть маленькая вероятность того, что эти твари не тронули их. Но чтобы понять так ли это, мне нужно к границам того леса. И я собираюсь проверить свои догадки. — Лауриэль, это может быть опасно, — начал Леголас, — а ты обещала. — Я помню, — кивнула головой я и повернулась к белому коню и поднесла к его носу свои руки, знакомясь. Тот зафырчал и чуть дёрнул головой, но дал себя погладить, — но… я все объясню на месте, хорошо? Пожалуйста, просто доверьтесь мне. Я снова повернулась в их сторону. — Я не могу отпустить тебя туда одну. Ты ранена, так что вряд ли отобьешься. Поэтому я с тобой, — сказал Леголас и пошёл в мою сторону. Ха-ха, этот парень такой забавный — собирается меня защищать от собственного леса. — Если Лауриэль права и существует даже самая маленькая вероятность того, что они могли выжить, то её стоит проверить, — и тоже пошёл в мою сторону. — Эй! — воинственно воскликнул гном и все тут же повернулись в его сторону. — Я с эльфами на одного коня не сяду! Я не сдержала улыбки. Гимли как всегда. Гном тоже улыбнулся в свою бороду и пошёл в сторону гнедого. Леголас подошёл к седлу и окинул меня взглядом. — Ты сядешь впереди — у тебя раны, которые могут открыться в время тряски и если ты будешь сидеть сзади, то я не смогу гарантировать, что ты не свалишься с коня. Я уже открыла рот чтобы возразить, но тут же закрыла его. Все же в его словах был смысл, да и чувствую себя неважно из-за длительной погони, да ещё и с постоянной потерей крови. Так что ни сил, ни желания возражать у меня не было.