Право

Сегодня я себя чувствовала значительно лучше. Оказалось, что за ночь выпал первый снег. И первокурсники гурьбой высыпали во двор после завтрака, а я наблюдала за этим сквозь окно под самым потолком, ведь мой завтрак по умолчанию проходил со Снейпом. Я заметила, что мне перестали сниться сны - или я их просто перестала запоминать. Хоть Снейп и не тревожил мой сон, это с завидной регулярностью делали будящие чары: от будильника пришлось отказаться, потому что он будил вместе со мной добрую половину Хогвартса. Я сидела напротив Снейпа, укутанная в одеяло, взятое с постели, и пила горячий шоколад, но мне все равно было холодно. Он же не мерз, будучи в рубашке. Может, потому, что Снейп почти каждый вечер спускается вниз с бутылкой вина? Горячительное, как-никак. Мой список для чтения забуксовал на четвертой строчке – в библиотеке Снейпа имелись куда более интересные книги, и я таскала их украдкой, пока их хозяин этого не видел. Правда, избегала такие заколдованные, как Некрономикон, потому что вовсе не хотелось быть пойманной за руку. Некоторые правила все-таки можно нарушать. За несколько дней мои попытки пообщаться с немногословным наедине Снейпом превратились в какое-то подобие игры. Я спрашивала про возможность пользоваться библиотекой и про то, что находится за запертой дверью. А он мне отказывал в ответе под благовидным предлогом. Но это его уже не злило. А потом Снейп мне даже позволял строить теории, которые, правда, он опровергал одну за другой. Гадать, что именно за дверью, я уже перестала, а вот как она заперта, еще продолжала допытываться. Если Живоглот мог пройти насквозь, а я нет, то дверь могла быть заперта от людей на магический ключ-предмет. Я высказала свою догадку, и Снейп сощурился: «И что за магический предмет запирает дверь?». Я снова не знала. Но за таким подобием беседы завтрак перестал быть мучением. После обеда мы дружно высыпали во двор играть в снежки, пока снег не растаял. Не пошли играть лишь слизеринцы, видимо, это было не достойно их голубых чистых кровей. Если они не умеют веселиться, то это их проблемы. Парвати и Падма первыми начали снежную войну. Джинни метко залепила Дину Томасу прямо в зад снежком, а от ответного увернулась, и снежок угодил прямо в затылок Гарри. Что тут началось! Кто-то пулял снежки руками, а кто-то - с помощью палочки. Рон бил без промаха – это у них семейное или отбиваться от братьев приходилось каждую зиму? Наверное, хорошо, когда есть братья или сестры, но этого я никогда не узнаю. На самом деле, было очень весело, особенно, когда Рон, Гарри и Невилл закидали Кормака по самую макушку, в прямом смысле превратив того в сугроб. Последний же снежок Невилла пролетел мимо сугроба, но не мимо поясницы профессора Снейпа, проходившего рядом. Невилл изменился в лице, таким бледным его я видела, только когда боггарт в виде профессора Снейпа вылезал на него из шкафа. Снейп в своей развевающейся черной мантии в мгновение ока оказался перед Невиллом, тот аж снежок выронил: «П-п-простите, профессор, я не знал, что это вы там». «Лонгботтом, я тебя уже почти шесть лет учу, и теперь понимаю, почему это все напрасно. Ты и как я выгляжу выучить не можешь!" - прошипел Снейп, склоняясь над Невиллом, хотя разница в росте уже была не столь значительна, а потом добавил: "Минус двадцать баллов Гриффиндору за незнание преподавателей в лицо!». С этими словами он развернулся на пятках и хотел было уйти, но тут откуда-то с задних рядов донеслось: «Да не в лицо, скорее, в зад!», и от нашей кучки людей раздались невольные смешки. Снейп развернулся в пол оборота, одним резким движением стряхнув с себя снег: «И еще минус десять баллов с Гриффиндора. За незнание анатомии!». Тут я не выдержала такой несправедливости: «Но, профессор! Невилл случайно! А уточнение вообще было не понятно от кого! И вы сняли тридцать баллов, заработанных таким трудом! Это несправедливо!» Рон придерживал меня за локоть, но я даже не заметила этого в запале, а вот Снейп вполне четко обратил на это внимание, развернувшись ко мне: «Жизнь вообще не справедливая штука, мисс Грейнджер. Полагаю, мистер Поттер вам об этом доложил. Если сдадите, кто сказал последнюю фразу, то заработаете тридцать баллов своему факультету», - узкие губы его расплылись в неприятной ухмылке. Эффект от загнавшего меня в краску заявления о том, что Гарри доложил мне, что именно видел в голове у Снейпа, в мгновение испарился, когда меня поставили перед выбором: сдать Шимуса, поступив честно, или промолчать, поступив как друг. «Я так и думал, мисс Грейнджер. И не говорите после этого, что я несправедлив», - с этими словами Снейп ушел, но охота играть отпала у всех. Снейп был как всегда циничен и больно ранил словами. С чего я взяла, что что-то изменится, если я завтракаю с ним? Через два часа мне надо было идти к Снейпу за зельем, и я была полна решимости высказать все, что я думаю по этому поводу. Но пара продолжалась, и я не могла сосредоточится на нумерологии, пытаясь понять, зачем Снейп так со мной поступил. Зачем было ставить перед таким выбором? Когда я шла к Снейпу в подземелья, то столкнулась с Драко у входа в Выручай-комнату. Я уже была готова оправдываться, но Малфой только бросил: «Смотри куда идешь, грязнокровка», может даже не потому что хотел меня оскорбить, а оттого, что так повелось с первой нашей встречи. Может, и Снейп себя так ведет, потому что это единственный способ нас учить чему-то без того, чтобы мы смогли втоптать его в грязь? Или это старая обида на гриффиндорцев? Почему подростки так жестоки? Страх – это сдерживающий элемент с древних времен, надежно предохраняющий от друзей и лишних вопросов.