Вакуум

      Бесконечный туман и я, проносясь над землёй, парю́, будоража в голове трепетные воспоминания. Позади — дальний берег, скрытый тягучей белой пеленой, а впереди и по «лево и право» — неизбежность колючая.       И меня тянет вниз. Задыхаясь, лечу, как на крыльях, не видя вокруг ничего реального. То животный инстинкт — бежать от опасности. Со всех ног. Не щадя босые ступни. Не видя иного спасения. В мыслях сплошная одна лихорадка, а в голове мелькают картинки из жизни. И в такое время ты понимаешь, что всё, оказывается, не так плохо в ней было… В жизни можно переждать, вытерпеть, скрипя зубами. И думается сейчас, что так много ты ещё не сделал.       И я бегу. От угрозы жизни — не видя лица преследователя, но слыша за напряжённой спиной погоню. Хочется жить. Уже хочется. Мозг услужливо подкидывает иллюзии. Кажется, что вот-вот поймают. Думается, что вытяни руку — и вот моя. Бери, лови — вся твоя. Но нет. Я борюсь. Я бегу. Я просто желаю жить. Как никогда мечтаю.       Мелькают сбоку тени — преследователь не один. Бегу туда, где не видно никого. Угрюмый лес наполнился движением. В нём много дичи — так мне говорили. И сейчас я чувствую себя одной из них. Дыхание, ноги, сердце… Всё тяжелеет.       В тумане ничего не разобрать — только тени, то выныривающие, то теряющиеся в плотном земном облаке. И запоздало под ногами лихорадочно мечущиеся глаза выцепляют провал — тёмная бездна. «Прыгай!» — кричит телу мозг. И рефлексы заставляют уставшие ноги собрать силы в одно короткое мгновение, чтобы перепрыгнуть яму. Шею резко пронзила холодная боль, а окровавленные босые ступни так и не коснулись земли. Тело повисло на проволоке. Охотники загнали дичь в ловушку.       Бесконечный туман и я, проносясь над землёй, парю́, будоража в голове трепетные воспоминания. Позади — дальний берег, скрытый тягучей белой пеленой, а впереди и по «лево и право» — неизбежность колючая.