Из ряда - вон

       Ни секунды не сомневаясь в своих правах, Тай ворвался ко мне — прямо в личную гардеробную. А ведь взрослый мужчина, если разобраться, далеко не идиот и очень хорош собой. Я, в его годы, уже над докторской работал, учил студентов жизни, затесался в профсоюз и авторскую керамику в сети продавал.        А мой Тайрон — Командующий личной Гвардией Императора, надо же! Вырос, что и говорить, пацан.       Оставив попытки самостоятельно надеть рубашку на голое тело (ага, до «лучших дней»), я изогнул бровь и вопросительно уставился на моего «мальчика». Вот же балбес великовозрастный, нигде спасу нет. — Ну, как? Вы уже помирились, да? Помирились?       На меня, с непосредственной детской надеждой, смотрели два нереально прекрасных аквамариновых глаза в обрамлении тёмных пушистых ресниц.        Прямо купился, Тай, жди, на сладенькие глазки! — Отставить, солдат! Номер не пройдет! — тон командный, голос холоден в меру. Я Император, он — мой офицер, вопрос исчерпан, не успев явиться на свет.       Но разве на чудовищ действуют воспитательные мероприятия? Нет-нет, чудовища их просто пропускают мимо ушей, глаз и копыт! Ладно! Я — старше, умнее и могу изыскивать иные пути достижения цели, кроме показательной порки.        Сцепив руки в замок над головой, я прикрыл глаза, провокационно улыбнулся и чувственно изогнул тело, демонстративно проигрывая мышцами голого торса. Еще и томно вздохнул, глядя ЕМУ прямо в глаза. Тай замолк и стал смотреть на меня с явным подозрением, словно только что увидел голого мужчину первый раз в жизни. Все правильно до тебя дошло, котик.       Ты ворвался, совсем не думая головой, к мужчине, которому должен, согласно статусу, приходиться вечным любовником! Нихрена не работаешь по специальности, садишся на голову почём зря, да еще и права качаешь, словно я твой личный раб. Попал, котеныш, у меня нынче прорезалось чувство юмора! — Нуууу, Алекс! Ты очень красивый, правда! — протянул он, опасливо отступая от меня на шаг. — Неужели, лорд Консорт? Очень и очень? — спросил я, медленно продвигаясь в его сторону. — Как раз с этим и нужно что-то делать! — театрально заламывая руки, сказал Тай. — Делать? И что именно я должен делать? — демонстративно опуская руку от живота к паху, переспросил я.       Он вздохнул, закрыл глаза и тихо сказал: — Если ты настаиваешь, то я, конечно…        Ну, блядь, страдалец, юная девочка по контракту! — Если бы у меня ЧТО и настаивало, дорогой, то от твоего кислого вида стоять явно перестало!       Я засмеялся, поймал его в объятия и уткнулся лицом в висок. — Давай, выкладывай, с кем, когда и почему я должен был помириться!       Мое чудовище облегченно выдохнуло. По обнаженной шее скользнула теплая волна, волосы всколыхнулись, чувствительной щекоткой пройдя по спине. А вот это, как раз, нужно прекращать, господа! Чревато, знаете ли…        За дверью раздался стук, Тай хихикнул и вцепился в меня сам, демонстративно протолкнув колено меж ног. Вот гад! — Входите, разрешаю! — подал команду царственным тоном мой… Хм, Консорт. — Милорд! Вопрос крайне срочный! Поэтому мы… — Глава Кабинета задохнулся на полуслове, покраснел и пулей вылетел за дверь. — А что? Мне одному страдать от твоих шуток? Я тоже так хочу! — бессовестно заржал брат.       Нет! До чудовищ НИКАКИЕ воспитательные мероприятия не доходят, факт!!! Я мстительно притянул его поближе, так, что между нами и волос бы не прошёл, поцеловал взасос и попытался вытолкнуть вон из гардеробной. Куда там! Он, ничуть не комплексуя, облизал губы, проказливо улыбнулся и крикнул, открыв дверь: — Дайте нам полчаса, господа!       Устроился в дверном проеме, перекрывая выход и продолжил: — Ну и что там у вас с Валентином?        Какая изумительная, потрясающая и бесподобная наглость! И все ЭТО — мое! Целиком и полностью, со всеми потрохами! Неужели и Лайнэр, сухой словно палка, в самой глубине души — точно такой же, как и его сынок? — И, Аэль, — Тай, почему-то, назвал меня старым домашним прозвищем, — может, оденешься уже?       Оу! У нас тут — прогресс в сфере деликатннсти или у меня таки встал? — Зачем еще? Полчаса в запасе, могу совсем раздеться — время не жмет! — решил я оторваться по полной программе на вредном парне.        Он покраснел и снова облизал губы. Да понятно все с тобой, мелкий! Появился Иран и ты не можешь усидеть на месте в своей неистощимой жажде интимных подробностей. Поэтому и провоцируешь меня на каждом шагу, представляя, что и как могло быть у нас с бывшим в плане секса.       Я влюбился в девятнадцать лет, да так, что крышу снесло — на долгие годы вперед. Не постарайся тогда… Так, это бесполезные воспоминания. А Тай вообще не задумывается о чувствах — в его то возрасте! Череда случайных связей и никакого постоянства. Уложить его, что ли, в постель? Вдруг полегчает пацану? — Валентин? А что с ним? Я — Император, ОН — солдат! — подавив вздох, ответил я Тайрону. — На этом — все.       Пуговицы рубашки явно не желали поддаваться моим усилиям и я упустил из внимания брата, отвлекшись на вредоносный предмет туалета. Он быстро пересек комнату и жарко обнял меня со спины. Совсем, как Иран в библиотеке. — Тай? — Алекс, отпусти себя! Прошлое того не стоит! Это такая жуть, то, что вы пережили! Вы оба, а не только ТЫ один. Все уже выяснилось!       Он прижался еще теснее, погладил пальцами мой обнаженный живот. Дебил. — Чего конкретно ты добиваешься, Тай? — спросил я, отстраняя его на расстояние вытянутой руки. Чтобы точно оценил реакции моего тела на глупые ласки. — О, стоит! — ничуть не не смутился он, — значит с ЭТИМ у нас все в порядке!        Проглотить язык — это отнюдь не фигура речи, господа! Я таки проглотил! КАКОЙ ТЫ ГАД, Тайрон! Нужно было тебя в детстве утопить — никто бы и не хватился, зуб даю!  — Знаешь, я просто хочу понять — почему ты ему мстишь? За что? Алекс! Уже давно пора прийти в себя! Иран ведь собирается отдать за тебя жизнь!        Вдох — выдох. Только покой. Один — два. Два — один. Бешенство — совсем не конструктивная эмоция. А я — уравновешенная, спокойная личность. Мне и Грэгора вполне хватило на сегодня, суки ебаной. Я сложил руки на груди — подальше от греха и посмотрел брату прямо в глаза. Что там Тай увидел в этих глазах, интересно? Но он моментально замолк и побледнел до синевы. Смотрите, а это у нас с ним — семейное, прикол из серии Горан. — Думаешь, что я не понимаю совершенно ничего? Так? Я отвечу тебе вопросом на вопрос, Тайрон. И не вздумай мне хныкать в конце!       Он собрался и молча кивнул. — Если прямо сейчас сюда зайдет Максимилиан и начнет излагать свои причины, объясняющие абсолютно все его поступки, по отношению ко мне, Таирэ, погибшим офицерам и живым, напрочь отравленным наркотой, ты его простишь? Прямо здесь и сейчас ты забудешь о ПРЕДАТЕЛЬСТВЕ?!        Да, я поступаю очень жестоко. Но как иначе могу ему все это объяснить? — Простить, значит потерять, Тай. А я не могу потерять ЕГО. Не могу унизить равного. Я все еще не могу от него отказаться! А ты — можешь признать, что Макс слабее тебя и нуждается в прощении?!        Он всхлипнул и тяжело осел на пол, закрыв лицо руками. — Валентин все это понимает, котеныш. Он — воин и знает, что такие вопросы между ДВУМЯ проясняются только в бою. Только он и я. На равных. — Какие вы с ним сильные, Аэль… Я… Я совершенно не такой. — Ну, нет, братец! Ты еще и сын Лайнэра. Много сильнее каждого из нас, — усмехнулся я и мстительно добавил, — ленивый только в области чувств!       Он медленно встал, снова обнял меня и прошептал на ухо:  — Ты — моя звезда, Алекс! Единственная и навсегда! Вот здесь, прямо в моем сердце!       Да уж, я — звезда в сердце чудовища Тайрона, повезло так повезло.