Из ряда - вон

— Гвардейская сабля, Алекс! Я даже не сомневался! — в восторге кричал мелкий, сжимая брата в объятиях.        Я едва успел привести себя в порядок, находясь в личных покоях Императора. Скинул мокрый китель, вытер голову насухо и вернулся в гостиную, облаченный только в форменную рубашку. Чертов мундир, достал! Левая рука горела огнем, начиная с запястья. Именно его стискивал Александр, пока мы петляли по бесконечным коридорам резиденции Горан.       Они уже стояли у окна — вдвоем и я вновь залюбовался этой гармоничной парой, даже ревновать не получалось, честно вам говорю. Алекс нежно поглаживал Тайрона по волосам, улыбаясь чему-то сугубо личному, не из этой реальности. А я? Я все еще был чужаком в их мире семейной гармонии и любви. Хотя приблизиться мне все-таки разрешили. К самой границе заветного круга.        Беззастенчиво уставившись на братьев, я вспоминал, как часто меня вот так обнимал Эори, легко покусывая шею и тут же зализывая укусы горячим влажным языком — только тепло и нежность, даже без малой толики желания. Почему?!       Почему его свет не стал для меня путеводной нитью во тьме?! Не разогнал тени предательства и малодушия? Неужели, в те времена, я всю его любовь воспринимал просто как данность?! Вот свет, вот вода, вот чувства Эори! Считал, что это Я позволяю ЕМУ любить себя, делая одолжение? Идиот! Боги, ваша жестокость затмевает не только разум, но и сердце… — О! Прошу меня простить! — отреагировал на мое появление мелкий. — Я совершенно не вовремя, да? Алекс, не подумал. Нуууу извииииниии…       Ну вот как такое серьезное существо, прайм — генерал Гвардии, которому безоговорочно повинуются более тысячи офицеров разных чинов и званий, может позволить себе столь детский стиль поведения? Зачем Вам эта маска, лорд Тайрон?        Взгляд Александра резко прояснился. — Валентин? Генерал Лайнэр определился с выбором оружия. Слишком быстро, на мой взгляд, — усмехнулся он.       Холодная улыбка, исказившая губы лорда Императора, испугала даже меня. Тай сжался, взял Алекса за руку и спрятал лицо в его ладони. — Гвардейская сабля. Оружие скорее церемониальное и крайне специфическое в обращении! Вам лучше потренироваться с Тайроном пару дней. Он — настоящий мастер, поверьте мне на слово.       Все понятно! Оскорбленный генерал решил прирезать меня как свинью. Церемониальным оружием. Прям в жертву приносит богу войны, бля! — Да, капитан! Давайте прям сегодня и начнем тренировки. Там существует ряд нюансов в технике боя, а отец занимается каждый день! — высказался Тай, простительно заглядывая мне в глаза.       Надо же! Вину чувствуешь за то, что не остановил отца? А ты бы смог, мелкий? Хоть ты там Консорт или еще кто. Никому этот танк на взлете руками не удержать! — Благодарю, лорд Тайрон и почту за честь скрестить с Вами оружие в поединке, — сдержанно поклонился я.       Да не ссы! Не убью я твоего родителя. Мне как раз не хватало человека, пожелавшего врезать от души — за «все хорошее». Да и статусные игры — первейшая вещь среди придворных. Просто никто другой не решился, а Лайнэр — герой. Без шуток, господа! — М? Через час, капитан? Буду ждать в тренировочном зале! — Через два, котеныш! Нам нужно отдохнуть, да и тебе — не помешает, мы оба на пределе сил, ты и я.       Тайрон сделал нам ручкой и упорхнул. А я опять застыл столбом, как полный идиот. Нам? То есть, мне и ему — вместе? — Каждый поединок должен содействовать повышению уважения в обществе к чести и достоинству личности! — процитировал «Уложение о поединках» Александр, приближаясь по мне. — Вольно, капитан, мы не на параде, да и одеты Вы не по форме! Лучше расслабьтесь, пока время есть.       Алекс остановился и положил мне руку на предплечье, легко погладил пальцами через рубашку. А кто мою челюсть подберет, а? Она явно достигла уровня пола. — Что Вас так смущает, Иран? Вы просто застываете, оказавшись со мною лицом к лицу! Вроде бы мы десять лет в браке состояли, а чувство такое, будто я подростка соблазняю. — Что?! — едва смог выдавить из себя я. — Не хотите ли присесть, капитан? — холодный светский тон и низкий хриплый шепот прямо в ухо! … Алекс… — Я… Зачем? — тоже прошептал я, стараясь не встречаться с ним глазами. — Я тут вспомнил как раз, что Вы мне в любви признавались — с таким искренним жаром в голосе, — томно протянул он, — и Лайнэра вызвали, защищая честь и достоинство… МОЕ! Давайте вместе чаю выпьем, что ли? Поговорим? Нет?       Мама дорогая! Он издевается, этот повзрослевший жестокий Эори! Над тем, какой я дебил? — Но… Не считаю себя достойным, милорд. Вы ведь не хотите даже прикасаться… — нес я какую-то чепуху, вздрагивая всем телом от его близости. — Неужели? А что же я СЕЙЧАС делаю, по вашему, а?       Александр тепло улыбнулся и более настойчиво приласкал мою руку!        Любовь предпочитает равных. И я не имею права пасовать перед ним, если желаю удержаться на этой высоте. — Благодарю, милорд! — собравшись, выдавил я. — У меня нет права компрометировать Вас своим прошлым. Любого, кто усомнится в чести и достоинстве, моем, а значит — и в вашем, я на месте порву! Настрогаю мелкими кусками.        Алекс задумался, прикрыв глаза рукой, и только тут до меня дошло, насколько же он устал. Следы переутомления явственно читались на его лице, а кончики губ опустились вниз. Вообще без размышлений о последствиях, я резко прижался к его телу, запустил руки в густые мягкие волосы, массируя кожу головы, и припал поцелуем к этим губам, стараясь забрать себе всю горечь и усталость, истерзавшие душу любимого существа.       Он не отстранился, а совсем наоборот — крепко обнял меня и стал поглаживать спину в этой своей новой манере дарить ласки. Я нежно вылизывал рот Алекса изнутри, стараясь успокоить, а не возбудить страсть. Поцелуй все длился и длился, а мне казалось, что приходит целая жизнь — в тепле и взаимном понимании без слов. — Какое страшное заявление, капитан! А вы серьезны в своей решимости рвать противника на части, — разорвав поцелуй и отдышавшись, сказал он.        Но объятий мы так и не разомкнули, взаимно довольные друг другом. — Только мне и правда лучше сесть, дико устал, без шуток, семейные совещания это полная жесть.       Александр отошел и тяжело опустился на диван. Я кликнул прислугу, заказал нам полдник с чаем и молча уселся у его ног, положив голову на колени. — Мы оба сходим с ума от этого напряжения, Эри! Возьми же меня, в конце концов. — Думаешь, что ЭТО нам поможет? Секс решит все проблемы — вот так, сразу, словно у обоих подростковый период? Такое сильное волшебство плюс гормоны? — в его голосе явственно проскальзывали утомление и печаль, вызванная прошлым. — Не знаю, не берусь предсказать. Но той боли, что между нами сейчас, не выдержим ни ты, ни я, учти…