Hold me back

      - Пока нет, – сразу отмёл непрозвучавший вопрос Микки, когда они встретились с Мэнди дома. Девушка писала какой-то конспект, но тут же отложила его, стоило брату войти в дверь.       - Ясно. Не, я и не думала, что всё так сразу… Но что-то видел?       - Как он с оленёнком Бэмби трепался о колледже. – Микки бросил куртку в кресло и пошел на кухню.       - Это ты о Липе?       - А о ком же ещё? Рыжий говорил, что Фиона просто порвёт его, если он бросит школу.       - Ага, так и было бы, – повеселела Мэнди. – Лип думал, что его подружка «залетела» от него и хотел пойти работать, жениться на ней и стать типичным жителем гетто. Фиона наваляла ему звездюлей, а потом выяснили, что та курица трахалась с кучей других парней. Ребёнок не его оказался, а какого-то китаёзы.       - Сучка, – прокомментировал Микки, схватив банку пива и кусок пиццы и рухнув сверху на куртку. – Бля, я просто овощ. Никаких сил нету. Словно марафон профигачил.       - Отдыхай. Тебе завтра надо на учёбу?       - К двенадцати. Напишу гребаный тест и свалю домой, сейчас всё равно делать нечего.       - А у меня начинаются очередные зачёты, – вздохнула Мэнди и с тоской глянула на тетрадку. – Полицейская академия вроде, а изучаем кучу всякой муры.       - Тебе нравится, так что не прибедняйся, – фыркнул Микки. – А где бабушка?       - В гости ушла. Вернётся хер знает когда, она к мистеру Гладкие Щёки напудрилась.       - О, ну тогда ждем к завтрашнему обеду.       Мистером Гладкие Щёки они звали вдовца напротив, с которым у Амелии был якобы тайный, но на самом деле всем известный роман. Их бабушка лечила его жену, миссис Нормано, от рака печени, была рядом в часы скорби, так они и подружились, а годы спустя и перешли на иной уровень отношений. Милковичи были только рады – Амелия словно расцвела и помолодела, и им было не так совестно порой не ночевать дома или вести себя чуть больше по-бунтарски, чем обычно.       «American Idol» подходил к концу, когда Микки решил всё же спросить:       - Ты сказала лишь, что Йена нашли таким вечером. Детали есть?       Мэнди словно ждала этого вопроса:       - Вообще никто не думал, что так случится, да и его не должно было быть дома. Фиона с женихом ушли выбирать кольца для грядущей свадьбы, Лип остался в общежитии колледжа, Дебби собиралась ночевать у подружки, Карл в военной академии, с Лиамом обещала побыть до утра Вероника, их соседка. Йен же сказал, что пойдет на какую-то вечеринку в колледже, и никто за него не волновался – знал бы ты Йена, это та ещё монашка в вопросах тусовок, это значило, что они просто будут смотреть фильмы с попкорном и травить байки о преподах. Фиона говорит, она словно что-то почувствовала, ей уже не хотелось ни колец, ни вечера с любимым мужчиной – только домой. Дверь взломана не была, всё было нормально, пока на лестничном пролёте на кухне Фи не нашла брата в луже крови, а Лиам, непонятно как там оказавшийся, держал его за руку. Даже стиральную машину не успел разгрузить, она пищала, сообщая о завершенной стирке. Была тут же вызвана «скорая» и полиция, братья и Дебби примчались даже на ночь глядя, но привезти в чувства ни Йена, ни Лиама не удалось. Вероника сказала, что Йен пришёл за час до Фионы и забрал брата, сославшись на то, что вечеринка отменилась из-за каких-то там проблем с зачётом и горящих по этому поводу жоп. Мелкий с тех пор ни разу не заговорил, только рисует биту и красные пятна. Галлагеры уже водили его к двум психологам, но те разводят руками – надо ждать, когда его отпустит, они ничего сделать не могут.       - Хуёво… – пробормотал Микки. – Ты там была?       - Да, когда дома находился Лип, мы с ним немного знакомы и он в курсе, что мы дружим с Йеном. Ничего нового я не ощутила – и так всем понятно, что это преступление, а деталей я не знаю. Галлагеры не при чём, это тоже могу подтвердить.       - Ты говорила с каждым?       - С Лиамом не удалось, – развела руками Мэнди, – но баллистики сказали, что тот, кто ударил Йена, должен был быть всё же выше ста сантиметров.       - Ничего украдено не было?       - Там и красть, кроме телика, нефиг. Они, конечно, уже не те голодранцы, которыми их бросили родители, но по-прежнему живут в Саут-сайде. В разговоре с Фионой проскользнула фраза, что их заначка на месте, пара «косяков» тоже нетронута. Самая явная версия – жертвой изначально должен был стать Йен.       - И кому он так поднасрал? – Микки закурил новую сигарету.       - Разбирают всех кандидатов, но этот парниша был ангелом, отвечаю. Поэтому я и попросила тебя – копы хрен проссут, кто это, ни камер, ни отпечатков. А ждать, пока Лиам отмёрзнет и что-то расскажет, времени нет.       - Не знаю, Мэн. Моя чуйка говорит не лезть в это дермище.       - Прекрати, братец. Во-первых, твой дар всё равно потребует выхода, и никто не знает, как это в конечном итоге произойдет. Во-вторых, кто-кто достоин правосудия, так это Йен Галлагер, потому что не будь он… – девушка осеклась. – В общем, я бы замутила с ним, серьёзно, если бы он захотел. Помоги ему, пожалуйста. Пожалуйста.       - Ой, только не ной! Сделаю, что смогу.       Тест по математике оказался несложным (Микки не переставал ржать до усрачки в душе, представляя морды бывших друзей, если бы они узнали, что он один из лучших учеников в группе и математика для него вообще как семечки), и в час дня он был уже свободен. Схомячив бургер, купленный на углу, парень немного прогулялся по кварталу, зашел к знакомому – хозяину антикварного магазина, приценился к будущему подарку для бабушки на её юбилей и, наконец, понял, что его всё чаще посещает мысль вернуться в больницу. По идее, сейчас там никого не должно быть – разгар рабочего дня, все на учёбе или работе, никто его не застанет, если он минут двадцать поблуждает по мозгам Йена.       - Левое плечо. – Выстрел. – Правое. – Ещё один. – Левая нога. Правая. – Два поочередных щелчка. – Желудок. Шея. Лицо. Сердце. – Ни одного неверного движения, рука тверда, словно он профессиональный снайпер, а не пятнадцатилетний шкет.       Микки наблюдает, как Йен удовлетворенно оглядел чётко простреленную мишень в виде какого-то мужика, потом перевёл взгляд на стоящих рядом смуглого араба и немного замудоханную бабу в платке.       - Вневойсковая подготовка, – ухмыльнулся парень. Подошёл к охреневшей от произошедшего паре и отдал пистолет женщине, после чего вразвалочку зашагал прочь.       - Слушай, может, тебя нанять охранником в наш магазинчик? – предложила женщина, переведя взгляд с пистолета на Йена. – Мой муж – ссыкун каких поискать, а вот у тебя яйца на месте.       - С таким графиком много я не наохраняю. – Галлагер засунул руки в карманы, но не пытался уйти – значит, обдумывает предложение. – Да и…       - Не напрягайся насчет возраста и времени. – Дамочка поставила пушку на предохранитель и спрятала её в сумочку. – Его я никогда не научу быть хоть немного смелым, а ты при необходимости снесёшь корону с башки этих малолетних ублюдков-грабителей. – Видя, что парень колеблется, она сделала контрольный удар: – Плачу на три доллара в час больше.       Похоже, это сработало. По рассказам и воспоминаниям Йена Микки знал, что денег у его семьи катастрофически не хватало.       - Ладно. Но не в ущерб школе и армейским занятиям. И, Линда, Фиона меня сама пристрелит, если узнает, что входит в мои обязанности.       - Она не узнает. – Хозяйка магазина бросила презрительный взгляд на мужа и подошла к Йену. – Завтра приступишь.       Картинка расплывается перед глазами Микки, а через мгновение вновь собирается в изображение небольшого помещения, заставленного стеллажами и холодильниками с продуктами. Всё ясно – место работы Галлагера. Милковичу этот магазин кажется знакомым и, немного пошарив в памяти, он соображает – маленьким он иногда приходил сюда с мамой, она поощряла их с Мэнди за хорошее поведение и высокие оценки по пути из школы пончиками из забегаловки. «KASH and GRAB». Ха, точно, а ведь он подумал, что где-то этого араба (или индуса, хуй проссыт) уже видел! Сейчас здесь никого не было видно, а рыжий ушлёпок торчал вместе с Кэшем рядом с каким-то экраном на стене.       - Не понимаю, зачем Линда установила камеры, если я согласился подрабатывать ещё и охранником? – хмурился Йен.       - Кто разберется в её голове, – вздохнул мужчина и полез на стремянку. Оглядев камеру, он начал её понемногу поднимать.       - Чуть выше, – сказал Галлаер, глядя в монитор. – Ещё... ещё.       Араб, улыбаясь, повернулся к нему.       - Нормально?       - Посмотрим. – Йен, тоже расплывшись в улыбке, которая Микки нравилась всё больше, отбежал на середину зала, а Кэш занял его место у экрана.       - Не видно меня? – спросил Йен, встав у холодильника с газировкой.       - Нет, там бермудский треугольник, – довольно ответил Кэш и направился к нему.       Микки недоумённо наблюдает за ними, не понимая, к чему такие манипуляции.       - Запри дверь, – махнул в сторону выхода Йен, стягивая куртку.       - Боже, не говорите… – начинает было Микки, не желая признавать, что они сейчас…       И да – табличка «закрыто», Йен грубо толкает своего начальника на стеллажи, стягивает с него трусы и, смазав пальцы лубрикантом, начинает разрабатывать заднее отверстие мужчины.       А Микки тупо пялится на это и на то, что они делают через пару минут, и на то, как падают чипсы с полок, и какое офигенное наслаждение написано на лице мудилы.       Вновь оказавшись в своём сознании, Микки не спешил покидать палату, оглядев лицо Йена уже совсем другими глазами. Этот парень был геем, блин! Милкович никогда ещё не имел дело с гомосексуалами и их воспоминаниями. Да блядь, он даже гейскую порнушку ни разу не видел! А тут такое.       В очередной раз стряхнув такой разительный диссонанс между Йеном в том магазине и этим неподвижным Йеном, Микки аккуратно вернул руку парня на одеяло, глянул на часы и вскочил – с минуты на минуту придёт кто-то из медперсонала менять капельницу. Надо убраться отсюда до этого.       У лифта скопилась очередь, и парень встал рядом с медсестрой, куда-то везущей своего пациента. На лице старичка была интубирующая трубка, сбоку крепился баллон с кислородом. От нечего делать, Микки незаметно коснулся его кожи на руке – и не почувствовал ничего.       - Родственники никак не успокоятся? – хмыкнул Милкович, посмотрев на медсестру.       - Ага, спускают кучу денег на бесполезные процедуры вроде той, на которую мы сейчас направляемся, – закатила она глаза. – Каждую неделю МРТ, чтобы в очередной раз она показала, что мозг мёртв… – Девушка внимательнее присмотрелась к Микки. – А ты доктор?       - Только учусь на него, – соврал парень. – Ладно, видимо, по лестнице будет быстрее. – Он уже понял, что к нему сейчас будут «клеиться». – Удачи с этим манекеном.       - Спасибо, - немного огорчённо улыбнулась медсестра, и они разошлись в разные стороны.       В холле Микки едва не столкнулся со старшей сестрой Йена Фионой – он узнал её по фотографии. Девушка шла под руку с мужчиной средних лет, они что-то обсуждали весёлым голосом, но морщина всё равно бороздила её лоб – тревога за брата никогда не покидала её мысли. Парень отвёл взгляд и вышел из больницы, старательно выбросив из головы то, что там произошло – это просто помощь Мэнди. Не больше.       В группе на Фэйсбуке их университета написали, что пары завтра с восьми часов, значит, сегодня Микки должен лечь пораньше, а не как привык за последнее время – после трёх ночи.       - Привет, бабуль, – произнёс он, войдя на кухню.       - Привет! – Амелия энергично захлопнула духовку и полезла обнимать внука. – Я готовлю утку в ананасах, будешь?       - Какие вопросы! Мэнди вернулась?       - Неа, написала, что гуляет с друзьями. – Бабушка вздохнула, сразу мрачнея. – Не нравятся мне её друзья.       - Нормальные ребята, – возразил Микки, про себя подумав, что знать про некоторое криминальное прошлое – ничего страшного, честно! – ей не обязательно. Если Мэнди может выдерживать их присутствие, значит, всё в порядке. – Может, хоть, наконец, отношения свои приведёт в порядок.       - Кстати, с тем неадекватным Кеньяттой она разошлась? На него же смотреть было страшно!       - Давно уже, бабуль. – Не без помощи Микки, конечно – когда брат узнал, что дружок Мэнди настолько ревнив, что несколько раз замахивался на неё, он вспомнил пару уроков рукопашного боя от отца и навалял козлу. – Ладно, я буду у себя, зови, когда будет готово!       Пока не начался допрос на счет его собственных взглядов на окружающих девушек, Микки скрылся с глаз чересчур проницательной Амелии.       «Так с какими ты друзьями?» – написал он сестре. Пока ждал ответа, успел сгонять в душ и включить ноутбук.       «Зажигаю с парочкой девчонок», – пришло сообщение от Мэнди.       - Ага, с девчонками, – вслух фыркнул Микки.       «А на самом деле? Подцепила каких-нибудь очередных хуил?»       «Приезжай в «Белую ласточку» и убедись сам, придурок».       Парень едва не подавился пивом, прочитав предложение сестры.       «Охуела? Какого хрена ты забыла в гейском клубе?!»       «Интересно, откуда ты знаешь клиентуру этого заведения XD»       Фотка полуголого Кристиана Бейла на рабочем столе была как никогда в тему сейчас. Микки поспешно открыл браузер, чтобы скрыть заставку.       «Туда ходят мои одногруппники-педрилы. Там что, сегодня лесбийская ночь?» - пошел в атаку брат.       «Ха-ха, мудила. Так что, тебя ждать?»       «Иди в пень. Я лучше поем бабушкину утку и обойдусь без засосов на интересных местах».       «Как знаешь. Не смей дрочить на мою кровать!»       «Ну, это такое искушение…» - отправил последнее сообщение Микки и отключил телефон – пусть мучается.       Втайне от бабушки (хотя кто знает, были ли вообще тайны от женщины со способностями Амелии) близнецы изредка виделись с отцом и братьями. Например, сегодня – Игги написал младшему, чтобы он пришёл в «Алиби», бар в паре кварталов от их старого дома. Оказалось, женился самый старший брат, Тони (на памяти Микки, уже в третий раз, но бабы лезли на него, как мухи на кое-что), и их пригласили. Микки обещал поговорить с Мэнди, но знал, что сестра откажется, как и он сам. Пирушка намечалась на начало июня, как раз время экзаменов как у него, так и у неё, да и вновь оказываться в той атмосфере, из которой их вытащила бабушка, ни один не хотел. Глядя на их жизнь нынешними глазами, Милковичи понимали, в каком дермище могли оказаться в ином случае. Для отца и братьев пора было просто пустить рейсовый автобус из дома в чикагскую исправительную колонию и обратно, так часто они туда-сюда курсировали. У младшего из старших братьев был ребёнок от подружки-наркоманки, и Микки, как-то воспользовавшись компьютером Мэнди, когда его глючил, видел в истории посещений сайт по оформлению опеки – сестра явно беспокоилась о малыше. Может, то, что она серьёзно намерена найти подработку, связано с этой идеей, и, что таить, брат планировал поддержать её.       Та жизнь была сплошным пиздецом, и даже ради очередного брака Тони они не приблизятся к нему.       Микки открыл сайт интернет-магазина, чтобы выбрать какой-нибудь подарок – может, тогда их отсутствие будет прощено быстрее.