Правда или вызов?

      Втайне Джесси надеялся получить выходной после прохождения Лабиринта и даже представлял, что будет делать, если вдруг у него появится целый свободный день. Почему-то фантазия не уводила его дальше ближайшего питейного заведения и отсутствия в нём (да и вообще в зоне видимости) людей в военной форме.       Увы, его мечты разбились о суровую реальность. Когда Уинстон сказал, что Джесси очень им помог, и вежливо, но настойчиво выпроводил за пределы Лабиринта, инициативу перехватил Рейес, велев сразу же после обеда отправляться в архив знакомиться с материалами предстоящей операции. В итоге весь выходной сократился до трёх часов личного времени. С другой стороны, в архиве можно неплохо выспаться.       Джесси откровенно тянул время. До архива он добирался уже пятнадцать минут, постоянно останавливаясь, чтобы насладиться ярким солнечным днём. Солнце радостно делилось своим теплом — настоящим, а не сгенерированным особыми прожекторами. Мимо широких окон периодически проносились мелкие пичуги. Вот бы и ему тоже крылья…       — Эй, Маккри!       Джесси обернулся и поймал летящий в его сторону шуршащий пакет.       — Хороший мальчик, — Рейес походя потрепал его по голове и, широко ухмыльнувшись, прошёл дальше. Это было настолько странно, что Джесси даже не смог никак отреагировать, лишь тупо смотрел на широкую спину командира, вскоре скрывшуюся за поворотом. И только после этого перевёл взгляд на странный предмет у себя в руках. Это была большая пачка собачьего печенья.       Пальцы с хрустом сжали упаковку, поломав всё содержимое. Вот так, значит?       Стоило бы просто посмеяться над этой шуткой и забыть, но Джесси не собирался спускать подобного к себе отношения. План созрел моментально. Месть была совсем детской, но зато как раз под стать «дрессированной собачонке».       Удивительно, насколько бесшумно и стремительно мог передвигаться Рейес, движимый праведным гневом. Только что Джесси увлечённо изучал богатую на события историю картеля Гарсиа, а уже через секунду оказался вздёрнут за ухо крепкой смуглой рукой.       — Молись, если это окажется не вода, — тихий голос Рейеса звенел от злости. Казалось, ещё немного и он собственноручно растерзает наглого подчинённого.       — Это был чай, — проскулил Джесси, пытаясь отодрать цепкие пальцы. Последний раз его таскали за ухо лет в десять, когда он, подстрекаемый старшими ребятами, решил своровать в маленьком магазинчике пару яблок. На счастье, хозяин магазина не стал сдавать его полиции, ограничившись парой затрещин. — Зелёный, — на всякий случай добавил он.       — До или после?       Джесси не сразу понял смысл вопроса.       — По большей части до. Ай!       Рейес вывернул руку, и Джесси поспешил исправиться:       — Это просто чай. Честно. Даже без сахара. Готов купить тебе новый коврик в машину, — заискивающе посмотрел он на командира.       Рейес отпустил его и раздражённо прошёлся между столами, сжимая и разжимая кулаки, очевидно, представляя, как сомкнёт их на шее подчинённого.       Растирая воспалённое ухо, Джесси насторожённо следил за каждым его шагом, прикидывая пути к отступлению. Пожалуй, в его положении лучшей стратегией было бы прорываться к окну.       «Ага, прямо лбом в закалённое стекло».       Рейес, будто угадав его мысли, повернулся к высоким окнам и неожиданно успокоился. Напряжённые плечи расслабились и опустились, взгляд перестал метать молнии. Он повернулся к Джесси, разглядывая его с задумчивым, почти миролюбивым выражением лица.       — Надо полагать, у тебя достаточно свободного времени, раз ты тратишь его впустую, — неожиданно ласково сказал он. От такой резкой перемены настроения Джесси чуть не перекрестился, лихорадочно вспоминая хоть что-то из уроков богословия. — В таком случае ты мог бы заняться чем-нибудь полезным.       Джесси немного приободрился: его, по крайней мере, не будут бить.       «Рисовать разделительные полосы на автостоянке — не такое уж страшное наказание».       Эта мысль поддерживала его первый час. После третьего часа он успел многое обдумать и даже решил выразить свои наиболее яркие мысли краской на асфальте. Желательно так, чтобы их было видно из окна кабинета Рейеса. К счастью, мысль, что потом это всё придётся смывать вручную, а разметку наносить по новой, вовремя его остановила.       К концу шестого часа ползания на четвереньках ладони и колени покрылись волдырями, спина не разгибалась, а от запаха краски кружилась голова. Из сложившейся ситуации Джесси сделал один вывод: нужно учиться тщательнее заметать следы.       В комнату он вернулся уже после отбоя, пропустив ужин. Так что подаренное печенье пришлось как раз кстати. Стоило признать, что оно оказалось на удивление съедобным и на вкус напоминало куски вяленого мяса, которым торговал Одноглазый Джо. Только сильно пересушенное. Не зря Джо так рьяно всех уверял, что это не крысы.       — И как, вкусно? — не выдержала в какой-то момент Лорин, сидевшая на постели Маркуса с колодой карт.       — Приходилось есть вещи и похуже. — Джесси протянул ей опустевшую на треть пачку. — Хочешь?       — М-м… Нет, спасибо. Я на диете.       Она спрыгнула на пол и тихо прошмыгнула в коридор, решив не дожидаться приятеля. Джесси пожал плечами и захрустел очередным фигурным лакомством. В конце концов, он его заслужил.       Маркус вернулся, когда Джесси уже спал. Оставив дверь комнаты нараспашку, он с отрешённым видом прошёл к шкафу. Действуя чисто механически, разложил вещи на кровати, затем, аккуратно складывая, начал упаковывать в сумку. Вытаскивал, перекладывал, будто пытаясь достичь лишь ему понятной гармонии.       — У тебя новое задание? — без особого интереса спросил Джесси, прикрыв глаза от неяркого света, сочившегося из коридора. Подробностей ему всё равно не расскажут. Хотя и несколько странно, что его отправляют на очередное задание, когда он не до конца оправился от предыдущего.       Маркус будто очнулся. Удивлённо огляделся, кажется, только сейчас заметив, что в комнате не один. Отложил наполовину собранную сумку и сел на кровать.       — Ну что, приятель, теперь комната будет полностью в твоём распоряжении, — попытался он изобразить на лице оптимизм. В глазах его при этом сквозило смешанное чувство растерянности и непонимания. — Меня переводят в спецотдел.       — И что это значит? — Джесси зевнул и приподнялся на локте.       — Это значит, что я буду кататься по военным частям и лично проверять кандидатов на вступление в Overwatch. Это необыкновенно почётно и ответственно! — добавил он с ноткой сарказма, явно передразнивая чьи-то слова.       — И надолго это?       — Как знать, — Маркус нервно потёр щёку. — На полгода, может, или больше. Пока Рейес не решит, что я достаточно наказан.       Откинув одеяло, Джесси сел на кровати.       — Что ты такого сделал? — изумился он, перебирая в уме все прегрешения, за которые можно было получить такое наказание. — Провалил задание? — Хотя в таком случае возмездие настигло бы его раньше.       Чтобы как-то занять руки, Маркус взял лежащую на тумбочке книгу в мягком переплёте.       — Скажем так… я находился там, где мне быть не следовало и в какой-то момент попал в поле зрения камеры, которой там не должно было быть. Сама по себе запись ничего не значит, но кое-кто провёл небольшое расследование, и у Высшего командования появились некоторые вопросы. Так что Рейес отсылает меня от греха подальше. Мне ещё повезло, — Маркус криво улыбнулся, — мог бы отправиться за Полярный круг читать лекции белым медведям.       Рассеянно переведя взгляд на книгу, которую всё это время вертел в руках, он недовольно сказал:       — Вот без этого я точно скучать не буду.       Бросив книгу на свободную кровать, он спрятал лицо в ладонях и застыл в таком положении. Джесси не знал, как его поддержать. Из его путаного объяснения он понял лишь то, что Маркус каким-то образом засветился на камере, а это, считай, равносильно провалу. Уж точно Высшему командованию не захочется огласки тех заданий, что приходится выполнять Blackwatch.       Взгляд Джесси блуждал по комнате в поисках, за что бы зацепиться помимо молча скорбящего Маркуса, и уткнулся на брошенную им книгу. Молодая парочка в остатках одежды, порванной то ли по последней моде, то ли ими самими в порыве страсти, слилась в жарких объятьях на фоне полыхающего особняка.       Джесси недовольно цыкнул. Опять Лорин всюду разбросала свои любовные романы. Ведь есть у неё отдельная комната, личные апартаменты, можно сказать. Но нет, то заколки, то расчёски с завидной регулярностью появлялись у них на тумбочках или кроватях. Лорин же с какой-то детской непосредственностью хлопала глазами и уверяла, что зеркало в их комнате больше и удобней. На предложение поменяться или, если уж так хочется, повесить ей второе зеркало, девушка только отмахивалась и говорила, что не стоит беспокоиться.       — Не будет зеркала, она ещё что-нибудь выдумает, — высказался как-то Маркус. — Ну там тумбочки у нас вместительней или кровати мягче. Так что смирись.       При этом парням вход на девичью территорию был строго запрещён под страхом переломов ног. Ну или одной, как получится. И ведь угроза вполне реальная, учитывая, как ловко Лорин расправлялась с противниками, вдвое превосходившими её в весе.       Маркус вздрогнул от резкого звука и поднял голову. Молча встал и вновь начал собирать вещи. На этот раз он действовал более уверенно, чем вначале.       Он уехал рано утром. Перед этим долго беседовал с Лорин, пытаясь в чём-то её убедить. Девушка хмурилась, поджимала губы, но в конце концов кивнула. Затем крепко обняла приятеля, чмокнув на прощание в щёку. Маркус подошёл к Джесси и пожал ему руку.       — Во всём есть свои плюсы, — попытался улыбнуться он. — Мне, по крайней мере, больше не придётся видеть ваши пустые лица на лекциях.              * * *              Ежедневные тренировки и регулярное трёхразовое питание принесли наконец свои плоды. От того вечно голодного оборванца, которым Джесси впервые переступил порог базы, мало что осталось. Его плечи расправились, мышцы налились силой, взгляд стал уверенным и твёрдым, а движения потеряли нервную дёрганность. И в какой-то момент он с удивлением начал ловить на себе заинтересованные взгляды. И ладно бы только женские.       Теперь Джесси тренировался вместе с остальными, учась действовать в команде. Почти всех, с кем ему предстояло идти в бой, он уже знал. Невысокий Эктор Арайя и чернокожая Таня Нваджи, имевшие за спиной солидный опыт боевых действий, безоговорочно признавали авторитет Рейеса, что не мешало им подтрунивать над остальными бойцами. Здоровяк Норман Адамс угрюмо сверлил взглядом затылок Джесси, будто пытаясь вывести его из душевного равновесия. И у него неплохо получалось.       Самым старшим в команде был снайпер Стефан Фоссе. Он постоянно ворчал, что уже староват для полевых операций и обязательно попросит об отставке после очередного задания. Правда, говорил он это, лишь убедившись, что ни Рейес, ни Моррисон не могут его услышать.       Отряд Рейеса в полном обмундировании дружно, хоть и не совсем удачно, штурмовал грубую версию усадьбы Гарсиа, выстроенную в центре Лабиринта, в то время как команда Моррисона легко отбивала их атаки. На следующий день их роли поменяются, но пока что, как заметил Фоссе, брат и сестра Гарсиа лопнули бы от смеха, глядя на этот балаган.       У Blackwatch в предстоящей миссии было отдельное задание, подробности которого Рейес должен был огласить перед самым вылетом. Точнее, задание было у Лорин, Джесси же надлежало обеспечивать ей прикрытие.       — Адамс, не стой столбом, — голос Рейеса звучал в наушнике так чётко, будто он стоял прямо за спиной. — Ты и без этого прекрасная мишень.       — Маккри, соблюдай дистанцию, у Нваджи глаз на затылке нет.       Будто в подтверждение его слов Таня резко подалась назад. Джесси отпрыгнул, врезавшись в кого-то позади себя, и тут же с грохотом растянулся на полу от сильного толчка. Он никак не ожидал нападения со спины и лишь чудом не выстрелил в кого-то перед собой. Злость и обида на секунду оттолкнули в сторону здравый смысл. Взвившись в воздух, как спущенная пружина, он резко развернулся, наводя учебное оружие на противника. Норман отшатнулся.       — Отставить!       Джесси замер. Опомнившись, попытался спрятать оружие за спину, но поздно. Бойцы расступились, пропуская Рейеса.       — Что произошло?       Джесси и Норман молча буравили друг друга ненавистными взглядами. Никто из них не собирался признавать свою вину. В обоих клокотала ярость, но присутствие Рейеса неплохо помогало держать себя в руках. Из окон начали выглядывать бойцы противоположной команды, не понимая причины задержки. Рейес зыркнул на них — и наблюдателей стало ещё больше.       — Итак… — Рейес, заложив руки за спину, поочерёдно обжёг взглядом обоих агентов. — Два бойца решили устроить разборки прямо во время операции. И что бы это значило для всего отряда, будь бой настоящим? Маккри?       — Проигрыш, — буркнул Джесси.       — Не слышу!       — Провал операции, — повторил Джесси в полный голос, покосившись на недовольного Моррисона, застывшего в дверях импровизированной усадьбы.       — А также шикарные похороны за счёт государства и глубочайшие соболезнования родным и близким погибших.       Джесси молчал, оправдываться не было смысла: Рейеса не волновало, кто начал первым.       — И чтобы усвоить данный урок — сорок кругов вокруг усадьбы в полном обмундировании. И хорошенько подумайте над тем, что совсем скоро вам придётся прикрывать друг другу спины не в учебном, а в настоящем бою.       — Сорок? — выдохнул Джесси. Даже по его скромным прикидкам это почти три часа бега.       — Ты ослышался, — повернулся к нему Рейес, — пятьдесят.       Джесси прикусил язык.       — Не собираюсь я заниматься ерундой, — разозлился Норман, с вызовом глядя на Рейеса.       — Хочешь со мной поспорить? — с любопытством уточнил тот. Он ничего не сделал, просто стоял, заложив руки за спину, но внезапно Джесси почувствовал, как по позвоночнику начала подниматься ледяная волна первобытного страха. Незримая тяжесть навалилась на него. Исходившая от Рейеса первозданная необузданная мощь, заставляла сердце заходиться благоговейным ужасом. И каждый, кого коснулась эта волна, про себя порадовался, что вся эта энергия направлена не на него.       Вокруг Рейеса и Нормана как-то само собой образовалось пустое пространство. Моррисон решительно направился к ним.       Норман будто сдулся, отступил на полшага и разорвал зрительный контакт с Рейесом. Вместо этого он перевёл полный ненависти взгляд на Джесси. Больше возражений не было.       Норман, тяжело пыхтя, постоянно пытался вырваться вперёд. Каждый раз, как Джесси сокращал дистанцию, он прибавлял шаг, пока не выдыхался. И так раз за разом. Его потуги казались забавными. Так он загнётся ещё на половине дистанции. Сам Джесси сразу выставил для себя определённый темп и придерживался его на всём пути. Пот ручьями лился по лицу, закрывая обзор, но смотреть в общем-то было не на что. Однообразные серые стены и периодически встречающиеся на пути металлические препятствия. Зато времени подумать было предостаточно.       Конфликт стоило подавить сразу, глупо было тянуть так долго. Но теперь поздно сожалеть. То, что Норман не желает мириться с его присутствием, Джесси не особо волновало. Хуже то, что у него начали появляться слушатели. Откровенно враждебных взглядов пока не было, но, если ничего не предпринимать, в скором времени в Overwatch появится оппозиционная партия с лозунгом «Долой Джесси Маккри!». Так что нужно что-то решать сейчас.       В раздевалке было шумно. Фоссе недовольно жаловался на распоясавшуюся молодёжь, которая не может держать себя в узде. Ему поддакивал Арайя, жадно пивший воду прямо из-под крана. Кто-то громко смеялся, стоя в очереди в душевую. Обеим командам пришлось дожидаться, пока провинившиеся не закончат пробежку, и лишь после этого всех отпустили.       — Правда или вызов? — спросил Джесси, встав прямо перед Норманом.       Здоровяк сидел на скамье, всё ещё пытаясь отдышаться и вернуть раскрасневшемуся лицу нормальный оттенок. Джесси и сам выглядел не лучше: волосы свалялись, форму — хоть выжимай.       — Чего? — переспросил Норман, подняв голову.       — Правда или вызов? — терпеливо повторил Джесси.       — Тебе заняться нечем?       Джесси демонстративно скрестил руки на груди, давая понять, что не собирается никуда уходить. Он чувствовал направленные на них взгляды и специально подгадал так, чтобы свидетелями их разговора стали по меньшей мере с десяток человек. Двое агентов, уже успевших переодеться, задержались в дверях. Если ничего не получится или Норман решит пустить в ход кулаки, у Джесси будет достаточно очевидцев, видевших, что он хотя бы пытался наладить контакт.       — Рейес прав: нам с тобой предстоит общая миссия, и мне совсем не улыбается знать, что кто-то за спиной будет мечтать пустить мне пулю в затылок. Тебе, я думаю, тоже.       — Ты мне угрожаешь? — грозно сдвинул брови Норман.       — Не я всё это начал, — спокойно напомнил Джесси. — Я отсюда уже никуда не денусь, как бы нам обоим этого ни хотелось. Нам незачем ссориться. Дружбу не предлагаю, она тебе не нужна. Но, как минимум, пакт о ненападении на время миссий. — Он протянул руку. Теперь всё зависело от того, что для Нормана важнее: успех предстоящей миссии или какие-то свои личные счёты.       Здоровяк поднялся. Они были одного роста, но Джесси казалось, что над ним нависла массивная скала, в тени которой он запросто мог спрятаться. На протянутую руку Норман смотрел так, будто ему предлагали контракт с его совестью. Стало очень тихо, лишь доносился шум воды из душевой. Теперь уже все присутствующие смотрели на них. Фоссе и Арайя подошли ближе, готовые вмешаться. Из душевой вышел Райнхардт, удивлённо глядя на развернувшуюся картину.       — Хорошо, — медленно сказал Норман и крепко сжал ладонь Джесси. Ему стоило больших трудов не поморщиться. — Мир. Условно.       Напряжение спало. Вновь полилась непринуждённая беседа. Распахнулась дверь раздевалки, впуская немного прохладного воздуха. Джесси отошёл к своему углу, осторожно разминая пальцы. Так вот что такое «медвежья хватка».              * * *              — Ты правильно сделал, что сам наладил отношения с Норманом, — сказала ему вечером Лорин, тасуя карты. До недавнего времени Джесси считал себя неплохим игроком, но после того, как в один из вечеров позорно проиграл ей пять партий подряд, она заявила, что с таким дилетантом играть скучно, и вызвалась научить его карточным фокусам для тренировки ловкости пальцев. — Если бы вас решил помирить Рейес, было бы хуже.       — И что бы он сделал?       — Ну, например, у Маркуса в самом начале не складывались отношения с Таней. — Лорин расправила карты веером, «рубашкой» к себе и, не глядя, вытащила пиковую даму. — Когда дело дошло до открытого конфликта, Рейес сковал их наручниками и оставил в Лабиринте на сутки без еды и оружия.       — Помогло? — Джесси попытался представить себя скованным с Норманом одной цепью на протяжении хотя бы пары часов, и его передёрнуло.       — Надо полагать. Это было до меня, но за всё время я ни разу не видела, чтобы они ссорились. *** Дни становились всё жарче. Раскалённое небо дышало палящим зноем. Слабый ветер изредка приносил с гор прохладу, но был не в силах разогнать удушающую жару. Даже ночь не приносила спасения — земля отдавала накопленное за день тепло. В штабе и медкорпусе спасались кондиционерами, но в казарме было невозможно находиться — ночью там было столь же душно и жарко, как и днём. Джесси, уже пару дней с завистью поглядывавший на гладковыбритую макушку Тани, решился-таки последовать её примеру. И почти сразу же об этом пожалел. Он до этого и не подозревал, что у него настолько неправильная форма черепа. Но пути назад уже не было. Небольшим утешением послужили вытянувшиеся от удивления лица Рейеса и Лорин при его появлении на утренней пробежке. — Зачем ты это сделал? — первой пришла в себя Лорин. — Для аэродинамики. — Джесси провёл ладонью по гладкой коже головы, почувствовав, как по спине пробежали мурашки. — Вдруг поможет. — Сейчас проверим, — откликнулся Рейес. Кажется, он единственный при такой жаре чувствовал себя комфортно и даже накинул на голову капюшон футболки. — Двадцать кругов для разминки. Вперёд! Рейес не делал послаблений своему подразделению. То, что у всей Швейцарии сегодня был официальный выходной, ещё не означало, что Blackwatch будет придерживаться того же графика. К концу пробежки Джесси сумел-таки проснуться. Солнце весело выкатилось из-за гор и теперь обжигало лучами не успевшую остыть за ночь землю. Лорин разминалась на стадионе, изящно выгибаясь и потягиваясь. — Твоя идея оказалась провальной, — заметил Рейес. После пробежки он выглядел бодрым и полным сил. — А тебе вроде как помогает. — Сказано это было тихо, но всё же Рейес услышал. Глаза его недобро сузились. Обречённо вздохнув, Джесси опустился на землю и начал вслух считать отжимания. А командир отошёл в сторону, чтобы ответить на телефонный звонок. Внезапно Джесси почувствовал на себе чей-то взгляд. Очень странное чувство. Как прикосновение, совсем лёгкое, но очень настойчивое. Подняв голову, он заметил застывшую в стороне Лорин. Со стороны могло показаться, что она занимается растяжкой: правая нога согнута в колене, левая отставлена назад, ладони упираются в грунтовую дорожку. Но Джесси даже со своего места видел её полностью опустошённый взгляд. Лорин не моргая смотрела прямо на него, но не видела. Такие приступы оцепенения в последнее время находили на неё всё чаще. Длились они не дольше нескольких секунд, и, кроме Джесси, этого никто не замечал. На его осторожные расспросы Лорин лишь отмахивалась, называя его мнительным. Его это начинало беспокоить: вдруг подобное случится с ней во время миссии? Стоило бы рассказать об этом Рейесу, но он колебался — что если это и вправду лишь его воображение? «Подожду пару дней, — решил он, — если эти приступы не прекратятся, доложу Рейесу». — Десять, Маккри, — напомнил командир, на секунду оторвавшись от телефона. — Десять, — раздосадованно повторил Джесси, хотя только что досчитал до тридцати двух. Лорин моргнула, и её взгляд вновь стал осмысленным. Она перенесла вес на другую ногу, отвернувшись от Джесси. — Достаточно, — объявил Рейес, закончив разговор. Лорин, потягиваясь, подошла к ним. Джесси поднялся, отряхивая с рук мелкий песок. — Даю вам полчаса на сборы, у меня для вас сюрприз. — Хороший, я надеюсь? — лениво прищурилась Лорин. — Вам понравится, — многообещающе усмехнулся Рейес. * * * Лорин разбежалась и с визгом прыгнула в воду, обдав брызгами не успевшего увернуться Рейеса. Джесси на всякий случай отплыл подальше от берега, опасаясь гнева командира. Небольшое, почти идеально круглое озеро затерялось в горах всего в получасе ходьбы от базы. Добраться до него было непросто, возможно, поэтому сюда никто не забредал, предпочитая либо бассейн, либо более отдалённое, но менее дикое место. — Это твоя лучшая идея! — радостно крикнула Лорин, выныривая. — Я готова простить тебе все прошлые и будущие обиды. — Я польщён, — буркнул Рейес, отряхиваясь. — Вы тут не для развлечений. Пять кругов свободным стилем. После этого — три круга на время. Начали! Вода для Джесси была не самой любимой стихией. По правде сказать, он её побаивался, предпочитая ощущать под ногами твёрдую почву. Плавать он хоть и умел, но весьма посредственно. Соревноваться с Лорин не было смысла. Гибкая и изящная, как русалка, она, жалея остатки его самоуважения, постоянно следила, чтобы он не слишком отставал. Впрочем, её благородные порывы имели вполне приземлённые причины: если она закончит раньше, то сразу получит новое упражнение. Высокого берега они достигли почти одновременно. Джесси схватился за камни, нащупал ногами какую-то опору, и только после этого смог перевести дыхание. Рейес устроился с удобствами на их полотенцах, лениво щурясь на яркое солнце, танцующее бликами на воде. Сейчас он походил на огромного бродячего кота, объевшегося ворованной сметаной. — Ты плаваешь, как пятилетний малыш, — весело засмеялась Лорин. — Вовсе нет, — насупился Джесси, стряхивая с лица капли воды. По-собачьи перебирая руками и ногами, Лорин закружилась на месте. Рейес поперхнулся, глядя на её кривлянья, и расхохотался. Джесси не выдержал и тоже улыбнулся, в исполнении Лорин его барахтанья и правда выглядели очень забавно. Трунь! Их веселье прервал звуковой сигнал оповещения. Рейес достал телефон, взглянул на экран и нахмурился. Трунь! Ещё одно сообщение. И почти сразу же за ним — третье. Рейес раздражённо выключил звук и бросил телефон возле себя. Джесси успел заметить вспыхнувший экран входящего вызова, но командир даже не повернулся. — Что-то случилось? — обеспокоенно спросила Лорин, моментально становясь серьёзной. — Нас решил почтить своим присутствием доктор Герберт, — при этих словах Рейес поморщился, как от зубной боли. — Зачем? — Глаза Лорин обеспокоенно забегали, словно таинственный доктор собирался прямо сейчас спрыгнуть с ближайшего дерева. — Можешь задать ему этот вопрос при встрече, — огрызнулся Рейес, надвигая капюшон на глаза, будто стараясь спрятаться в его тени. — А мне нужно волноваться по этому поводу? — на всякий случай уточнил Джесси. Такая странная реакция на простой визит доктора его несколько озадачила. Лорин и Рейес переглянулись. Так смотрят люди, связанные общей тайной, которой не могут поделиться. — Не думаю, что ты будешь ему интересен, — вымученно улыбнулась Лорин. — На твоё счастье, — добавил Рейес. Он взял в руки обиженно замолчавший телефон и стёр последние сообщения. Нахмурился и повернулся к началу тропы. Через секунду уже и Джесси услышал шорох веток и хруст камней под чьими-то шагами. Упираясь руками в скалистый берег, он приподнялся. По камням взбирались Ана и Фария Амари. Фария улыбнулась и помахала рукой, спрыгивая на относительно ровный участок. Рейес встал, сделал пару шагов в их сторону, но остановился. — Я думала, что об этом озере больше никто не знает, — засмеялась Ана, оглядывая их компанию. — Я тоже так думал, — ответил Рейес. — Мы вам не помешаем? Можем прийти в другой раз. — Давай к нам, Ана, — позвала Лорин. — Вода отличная. — Доброе утро, — поприветствовал новоприбывших Джесси. — Джесси? — Ана удивлённо уставилась на рослого бритоголового парня, говорившего таким знакомым голосом. — Ты выглядишь… необычно. — Стрёмно. — Фария! — укоризненно посмотрела на неё мать. — В самую точку, подруга! — засмеялась Лорин, хлопнув в ладоши. — Вы просто завидуете моей красоте, — манерно растягивая слова, Джесси гордо погладил мокрую от воды макушку, не забыв при этом жеманно надуть губы и кокетливо взмахнуть ресницами. Оглушительный женский смех вспугнул стайку птиц с ближайшего дерева. — Я смотрю, вы расслабились, — вмешался в разговор Рейес. — Ну-ка, двадцать кругов. И не вздумайте схалтурить. Ответом ему было угрюмое сопение. Ана виновато развела руками, всё ещё улыбаясь. — Догоняй, тормоз! — Лорин оттолкнулась от камней и ушла под воду. Джесси грустно вздохнул и поплыл следом. На восьмом круге руки начали болеть, на десятом заныла спина. На двенадцатом Джесси вынырнул у противоположного берега и перевёл дыхание, позволив себе несколько секунд передышки. Лорин нигде не было видно. Сделав несколько глубоких вдохов, он развернулся и поплыл обратно. Когда он видел её в последний раз? Она нырнула как раз тогда, когда он заходил на очередной круг и больше из воды не показывалась. Начали закрадываться нехорошие предчувствия. Джесси остановился и огляделся. На поверхности воды сонно колыхались солнечные блики, но, кроме весело плескавшейся у дальнего берега Фарии, больше ничто не нарушало спокойствие озера. Рейес и Ана обеспокоенно начали подниматься с земли. Лорин всё ещё не вынырнула. Пытаясь подавить нарастающую тревогу, Джесси вдохнул поглубже, собираясь нырнуть, как вдруг чьи-то сильные руки схватили его за лодыжку и потащили вниз. От неожиданности он выдохнул и тут же наглотался воды. Страх сдавил сердце ледяными когтями, моментально вытеснив все остальные мысли. Джесси барахтался, вырываясь из цепких объятий, но, несмотря на все усилия, лишь погружался всё глубже. Внезапно свободная нога ударилась обо что-то, и хватка ослабла, позволив высвободиться. Лёгкие горели, требуя воздуха. Загребая руками, Джесси рванул наверх, туда, где на поверхности плескались солнечные блики. Прямо перед ним возникло ярко-оранжевое пятно. Тонкие руки потянулись к его горлу. Неосознанно, скорее повинуясь инстинктам, Джесси лягнул ногой. По инерции его отбросило в сторону. И в этот момент тяжёлая ладонь сдавила его плечо и резким рывком вскинула на поверхность. Джесси закашлялся и заработал руками. Опомнился он лишь тогда, когда прямо перед ним вырос высокий каменный берег, на котором поджидали Фария и Ана. В приступе паники он всё-таки выбрал верное направление. В четыре руки его вытащили на сушу. Джесси отполз подальше от воды, пытаясь отдышаться. Что это было? — Где Гэбриел и Лорин? — взволнованно спросила Ана. Лорин? В памяти всплыло оранжевое пятно купальника, колыхавшиеся ореолом светлые волосы. Это она тянула его на дно! Джесси не заметил, кто и когда накинул на него полотенце, но, кутаясь в мягкую махровую ткань, почувствовал, что его начинает знобить. Над гладью озера показался Рейес, державший одной рукой бесчувственную Лорин. Фария прыгнула в воду и помогла им добраться до берега. Лорин уложили на бок, подложив под спину свёрнутые валиком полотенца. И почти сразу же её начало трясти в судорожном приступе кашля. Ана поддерживала ей голову, следя, чтобы та не захлебнулась. — Что там у вас случилось? — обеспокоенно спросила Фария. — Я… — Джесси запнулся, поймав предостерегающий взгляд Рейеса. — Я не знаю. И это было правдой. Он понятия не имел, что только что произошло. Лорин чуть не утопила его, и это совершенно не укладывалось в голове. Джесси поднялся, глядя на бледную мокрую девушку. Лорин наконец перестала кашлять водой. Её ресницы слабо дрогнули. Могло ли это быть шуткой? Глупой, жестокой, но всё же шуткой? Подобного розыгрыша он мог бы ожидать от Рейеса, но никак не от Лорин, прекрасно знавшей, что он боится воды. — На сегодня, думаю, хватит, — прервал его мысли командир, стягивая мокрую майку и выжимая её прямо на камни. Оружие дрожит в ослабевших от голода руках. Из-за разбитого носа щиплет в глазах, а он даже кровь не может вытереть. Дуло револьвера дёргается, описывая круги и восьмёрки. Он не выстрелит. Не сможет. Просто хочет показать, что и у щенка есть зубы. Но человек перед ним этого не понимает. Он вообще мало что понимает. Мутные болотного цвета глаза обегают маленькую комнату с обшарпанными стенами и останавливаются на дрожащем оружии. Затем переходят на лицо Джесси. — Это моё, — рычит хриплый прокуренный голос. Джесси втягивает голову в плечи, но оружие не опускает, крепко сжимая его двумя руками. Несложно было убедить его, что он давно сам заложил свои револьверы. Рано или поздно это всё равно произошло бы. Джесси взводит курок, надеясь, что это вразумит человека напротив. Что-то щёлкает в затуманенном алкоголем мозгу, и человек с серо-зелёными глазами взмахивает огромным кухонным ножом. Джесси пытается неуклюже увернуться, но слишком поздно. Оружие дёргается, как живое, а в ушах отдаётся громовой грохот. Ночью Джесси проснулся от холода. За окнами, настежь распахнутыми из-за жары, бушевала гроза. Молнии сверкали на фоне гор, освещая внутреннее убранство комнаты. Струи дождя хлестали прямо на пол, и у стены уже образовалась небольшая лужа. Джесси сонно спустил ноги на холодный пол и побрёл к окну. Кажется, ему опять снился тот сон. Хотя он и не был в этом уверен. Как и не был уверен, нашёл ли тогда выстрел свою цель. Шрам на боку отдавал тупой болью — вечное напоминание о том жутком вечере. Совсем рядом пророкотал гром. Джесси потёр лицо и закрыл окно, продолжая сквозь тёмное стекло наблюдать за зданием медкорпуса. Где-то там сейчас находится Лорин, и неизвестно, когда она вернётся. И вернётся ли вообще. Она и в самом деле хотела его утопить. Он уже с десяток раз прокрутил в голове всё произошедшее, пока не смог взглянуть на ситуацию хладнокровно. Рейес сказал, что у Джесси разыгралось воображение. Скорее всего, Лорин просто схватилась за него в поисках опоры, а он с перепугу чуть не утопил их обоих. Вот только это неправда. Правдой были её руки, пытавшиеся вцепиться ему в горло. — Джесси! Он отшатнулся в сторону от неожиданности. Лорин словно материализовалась из густой темноты. С мокрых волос капала вода. В глазах, горевших диким огнём, смешались страх и безумие. — Что?.. — растерялся Джесси. — Как… как ты сюда попала? Впрочем, и так понятно, что через окно. Другой вопрос: зачем? — Они хотят забрать меня, — горячо зашептала Лорин и одним плавным движением оказалась рядом с ним. — Думают, у них не получилось. В этот раз не получилось. — Она вдруг резко отпрянула от него и вскинула руку с зажатыми в ней острыми хирургическими ножницами. — Я не ущербная! — К-конечно, — на всякий случай подтвердил Джесси. В такой ситуации он был готов согласиться с чем угодно. Лорин водила обеспокоенным взглядом по стенам. — Сыворотка, всё эта проклятая сыворотка, — бормотала она в темноту, продолжая направлять на него своё оружие. — Моррисон и Рейес — лучшее, что у них есть. А что такое я? Джесси бросил взгляд на дверь. Он прекрасно осознавал, что не справится с Лорин в рукопашной схватке. На спаррингах она никогда не била в полную силу, и всё равно Джесси еле доживал до конца тренировки. Может, стоит позвать на помощь? — Я не хочу, чтобы меня забрали, понимаешь? — Лорин всхлипнула и резко подалась к нему. Джесси попятился и наступил в лужу. На её запястьях он заметил широкие красные полосы от ремней. — Они уверяли, что всё будет в порядке. Они уже столько раз это делали. Те, кто смог выжить, становились идеальными. Видел Моррисона? Он идеален. Поэтому и красуется на всех плакатах. Лорин перевела взгляд на улицу за его спиной, будто именно там разворачивались самые интересные события. Джесси осторожно отодвинулся, освобождая место для манёвра. Что случилось с Лорин — вопрос второстепенный. Нужно как-то её отвлечь. Дождаться удобного момента и вырубить. — Мы должны им рассказать! — неожиданно вернулась в реальность Лорин. — Да, всем рассказать. Тогда они не отвертятся. — От внезапно посетившей её идеи она прямо загорелась энтузиазмом и с надеждой посмотрела на Джесси. — Хорошо, — осторожно согласился он. Главное её не провоцировать. — Мы расскажем. Всем расскажем. Выведем их на чистую воду. Лорин просветлела лицом. И повернулась к двери, готовая отправляться прямо сейчас. Джесси ударил. Коротко, без замаха, целясь в солнечное сплетение, и одновременно перехватил её запястье. Реакция Лорин оказалась мгновенной. Вывернувшись из захвата, она пнула его в колено. Перекинула ножницы в другую руку и вонзила их Джесси в плечо. Он закричал от боли. Уже в следующую секунду тонкие пальцы сомкнулись на его шее. Глаза Лорин вспыхнули злым огнём, и они оба рухнули на пол. В голове у Джесси шумело. Мир заволокло багровым туманом. Он отчаянно пытался освободиться из стальных объятий, но его крепко прижали к полу. Удар ребром ладони по почкам немного охладил её пыл, позволив ему глотнуть немного воздуха. Лорин ударила его в лицо, продолжая сжимать горло второй рукой. Рот наполнился кровью. Удары сыпались один за другим. Джесси хрипел, ослеплённый и уже мало что соображающий. Выдернув ножницы из раны, девушка вскочила и резко опустила ногу на его левое колено. Джесси задохнулся от боли, не в состоянии ни вздохнуть, ни закричать. Краем угасающего сознания уловил звук хлопнувшей двери. — Нет! — взвизгнула Лорин. — Он меня не заберёт! — Лорин, — раздался спокойный голос Рейеса. — Никто никуда тебя не заберёт. Джесси закашлялся, сплюнул на пол кровь и наконец-таки сумел вздохнуть. Зажимая рану на плече, он с трудом приподнялся, увидев стоящего в дверях Рейеса. Его командир миролюбиво поднял пустые ладони и не двигался с места. Лорин металась испуганным зверьком в поисках путей к отступлению. Единственным выходом оставалось закрытое окно. — Мало ли с какой целью сюда едет этот старый козёл? — продолжил Рейес. Он поморщился и повёл плечами. — Может, он хочет забрать Моррисона на дообследование. Тогда я сам помогу ему собрать вещи. — Он криво усмехнулся. Лорин остановилась, недоверчиво глядя на командира. Рейес сделал осторожный шаг вперёд. — Посмотри, что ты сделала с Джесси, — почти весело сказал он. — Ему теперь с такой физиономией только народ пугать. Лорин покосилась на Джесси. Дальше всё произошло очень быстро. Одним звериным прыжком Рейес преодолел разделявшее их расстояние. Джесси успел разглядеть лишь мелькнувшую чёрную тень, как кулак его командира со страшной силой обрушился на девушку, отбросив её к стене. Джесси, на собственном опыте испытавшему последствия такого удара, даже на секунду стало жаль её. Но тут же боль во всём теле пинками выгнали всяческое сострадание. Налетев на стену, Лорин сползла на пол. Замотала головой и в отчаянной попытке защититься выставила перед собой своё импровизированное оружие. Рейес уже был рядом с ней. Ботинком придавил её руку к полу и пережал ей сонную артерию. Не успевшая прийти в себя Лорин обмякла безвольной куклой. За окном прокатился раскат грома, струи дождя полоснули по стеклу. В коридоре раздался топот ног. — Молчи о том, что здесь было, — успел сказать Рейес, прежде чем в комнату ворвались Ана, Райнхардт, Моррисон и перепуганная доктор Шорт.