Русалка... или человек?..

Для Сиэля это было неожиданностью. Готовил себя к смертной казни, а отправляют наверх. Он чувствовал, что тело меняется. Это было больно. А еще чувствовал, что горло словно что-то сжимает. Дышать стало трудно. Он даже не заметил момент, когда оказался на поверхности. Не понял, как добрался до суши. Ему было больно. Сейчас не столько душевно, сколько физически. И теперь от боли отключился и он, как совсем недавно Себастьян. Но в отличии от парня, ему никто не поможет. В себя он пришел от того, что кто-то стал с беспокойством звать и слегка хлопать по щекам. Сиэль немного поморщился. В голове совершенно пусто. Что произошло?.. — Мальчик, как ты? В порядке? Незнакомый голос прозвучал прямо над головой, и принадлежал женщине. Сиэль открыл глаза, осознавая, что находится на суше. В голове сразу всплыли обрывки разговора с отцом. Все верно… Сиэль оказался предателем и ему придумали страшнейшее наказание — отправили к людям. И слезы делу не помогут, каким бы несчастным в один миг себя не ощутил… А странная женщина помогла приподняться и стала что-то тихо бормотать, все головой качая. Вид мальчика был не из лучших. Начать с того, почему же голым оказался он? — Скажи, откуда ты? Мы поможем тебе, — спросила женщина. Сиэль хотел бы ответить, да голоса лишился. Вот что было за удушье! Он теперь немой. Отец решил лишить его и этого, чтобы Сиэль не смог никому ничего рассказать. Попытки похлопать ладонью по горлу, чтобы передать жестами о немоте, привели к удаче. Женщина все поняла и с ужасом ахнула. — Бедный мальчик. Ты не можешь говорить? Господи Всемогущий, ну куда же такое годится?!.. Идем, милый. Идем, мы приведем тебя в порядок. И добродушная женщина помогла подняться. Ноги едва держали, даже просто стоять было больно. Повезло, что на плечах женщины оказалась шаль, она помогла Сиэлю в нее укутаться. А он благодарно улыбнулся. Говорил ведь, что есть добрые люди.

***

Тяжелее всего оказалось добраться до места. Женщина явно вела его во дворец. Значит, была кем-то вроде слуги. Сиэль отвлекался на эти мысли, стараясь не думать о колющей боли, что приносил каждый сделанный шаг. А еще интерес. Сиэлю было любопытно оглядываться по сторонам. Как красиво и забавно все вокруг, и что-то отдаленно напоминающее его дом. Такие же длинные бесконечные коридоры, огромные залы, комнаты. Но только на стенах странные изображения, вокруг непонятные вещи и безделушки. Не так, как у них. Не так… пусто. Женщина все вела в неизвестное направление и привела в странную комнату с непонятным сосудом, непонятными склянками и другими вещами, которые Сиэль видел разве что в своей уютной пещерке. Ему позволили присесть на небольшое мягкое нечто. Ноги не слушались, и для него это оказалось спасением. Хоть немного передохнет. В помещении, помимо него и доброй женщины, оказалось еще несколько… эм… слуг? Все женщины. И то, что они делали… никак не поддавалось понятию. В руках держали одежду, это понятно, но зачем-то мочили в большом деревянном тазе, наполненным водой и какой-то белой пеной. А еще, ту же одежду, прокручивали в какой-то неясной штуке… Мальчишка с любопытством наблюдал за их действиями. Какие странные манипуляции, хотелось в этом разобраться. Для чего все это? Но вместо утоления любопытства его повели в наполненный водой сосуд. И как только он опустился, с удивлением почувствовал тепло. Вода совсем не холодная. Сиэль с интересом взял в руки немного белой пены. Она отличалась от той, что создавалась волнами. И пузырьки лопались медленнее. — Бедный мальчик, что же с тобой такое случилось? — продолжала причитать женщина и вдруг вылила небольшой тазик с теплой водой на голову Сиэля. — Ну ничего. Помоем тебя, оденем, а там и решим, что с тобой делать. Молодой хозяин, как только оклемается после страшного шторма, не оставит тебя в беде. Он никогда не оставит нуждающихся в беде. Ох, как же ему тоже досталось, несчастному. Так сильно досталось. Но слава Богам, никаких серьёзных травм. Сиэль удивленно посмотрел на женщину, пытаясь придумать, как изобразить шторм. В итоге ничего лучшего не придумал, как подставить ладошку вместо корабля и создать небольшую волну. — Что, милый? Что ты хочешь мне показать? — женщина заинтересовано стала смотреть на его махинации, но пока не понимая, что именно мальчик пытается ей таким образом сказать. Сиэль усиленно напряг мозги. Пытаясь показать шторм, корабль и сушу. Со стороны наверняка выглядело, по меньшей мере, глупо. Но работа дала свои плоды. Женщина во второй раз охнула и с ужасом посмотрела на мальчика. — Милый, так ты тоже потерпел кораблекрушение? О, боже мой! Потому у тебя нет голоса? Сиэль кивнул. Хорошая версия. Ему это нравится. Все логично. Причитание и жалость усилилось втройне. Еще и другие женщины влезли в разговор. Вышел настоящий бабский треп. Так Сиэля и искупали, и одежду подобрали. Помогли, бедненькому, одеться. Он только и мог, что слабо улыбаться. И где эти люди злые? Нет. Совсем нет. Они хорошие. И Сиэля его правота немного успокоила. Самое сложное оказалось впереди. Добрая женщина, имя которой Сиэль до сих пор не знал, взяла на себя ответственность о его безопасности. Более того, чтобы оставить мальчика во дворце, представила его своим племянником. Сиэль сначала и не понял, но после благодарно сжал ее немного морщинистую ладонь. — Меня зовут Карла, милый. Пусть мальчик не мог говорить, но должен был хоть знать ее имя. — Ты ведь умеешь писать? Мне нужно знать твое имя, если вдруг спросят. Мальчишка увидел большой горшок с землей и подошел к нему. На земле осторожно вывел свое имя. — Сиэль, — прочитала женщина и тепло улыбнулась, словно мама. Сравнение невольно затронуло сердце бывшего русала и нагнало тоску. — Очень красивое имя. Оно тебе очень идет. Мальчик слабо улыбнулся. В глазах явно виднелись слезы. Давно он не слышал такой ласки в голосе окружающих. — Ну что ты, милый. Не плачь, — женщина подошла и вдруг осторожно обняла мальчика. Всегда была чувствительной и эмоциональной, а зная, что бедный ребенок пережил и видеть его слезы, не могла сдержаться. Так хотелось уберечь дитя. Потому она и пошла на его защиту. Но успокоиться было сложно. Наоборот. Слезы потекли сильнее. Сиэль инстинктивно обнял женщину, словно ища защиту от всего того, что с ним произошло. — Все будет хорошо, милый. Все обязательно будет хорошо, — тихо шептала успокаивающие слова Карла, гладя по волосам. И Сиэль поверил. Поверил словам человека. Может, он все-таки был прав. Страхи русалок совсем не обоснованы. Только вот сказать ничего нельзя. Ни людям, ни бывшим собратьям. С его жизнью еще не все потеряно. Надежда теплилась где-то под тонной навалившегося отчаяния. Ночуя на новом месте и глядя на собственное проклятье в виде так называемых ног, Сиэль прижимал к себе мягкую небольшую вещь. Слезы не переставали течь. И он понимал, что все обиду, грусть, одиночество — нужно выплакать. Он сильный. Завтрашний день будет лучше. И дышать станет легче. В своем мире его никто не понимал… так может здесь поймут? Даже без голоса.