Если я останусь...

Перед предстоящей встречей Анастасия волновалась, слишком давно она не ходила на подобное. Красное платье немного прибавляло уверенности в себе. Чёрные лодочки и клатч дополняли образ. Она оглянулась, перед тем как выйти из отеля, часы показывали двадцать пять минут седьмого. Он уже ждал её, одетый в джинсы и пиджак, что придавало атмосферу в более неофициальной обстановке. — Добрый вечер, — молодой человек чуть улыбнулся уголками губ, — рад вас видеть. — Добрый вечер. Взаимно, — девушка искренне улыбнулась, комплимент, точнее фраза была ей приятна. — Вы не против прогулки? — Прогулки? — она чуть удивленно посмотрела на спутника, — конечно нет, это интересно, я не ожидала, — не стала скрывать она. — Я вас удивил? Надеюсь, приятно? — он лукаво посмотрел ей в глаза. — Да, это необычно, — Анастасия улыбнулась. Они перешли дорогу, и отправились по набережной. Уже стемнело, и тротуарную плитку освещали фонари. Вода в реке казалась чёрной, казалось у реки нет дна, и тёмный омут бесконечен, как пустота, Анастасия поежилась. — Вам не холодно? — Нет. И я хотела бы узнать, иначе было бы забавно. Как вас зовут? — Прошу прощения, это полностью моя оплошность, совершенно забыл. Анатолий. А вас, Анастасия, верно? — Да, а как вы, — начала было она, но осеклась, — ну, конечно, бейджик, верно? — Именно, — подтвердил её догадку он. Мягкий жёлтый свет фонарей, бликами играл на воде. Небольшая аллея по которой они шли, тоже освещённая фонарями. В её рыжих, распущенных волосах играет их свет. Как тогда, в обед. Он явно любуется ею. Анастасия не выдерживает. — Что вы так смотрите? — А что нельзя? — ехидно усмехается он. — Можно, но, — продолжает возмущаться она, не зная что и сказать. — Что но? — спутник приподнимает бровь, и выжидающе щуриться на неё своими серыми глазами. Глаза у него напоминают серебро, тягучие и мягкое, словно расплавленное. — То, что я ничего о вас не знаю, — выкручивается спутница, внимательно смотря ему в глаза. — Что ж, что именно вы хотите узнать? — Ну, — она задумчиво смотрит на воду, почти останавливаясь, — пожалуй, расскажите, что -нибудь сами. На ваш вкус. — На мой вкус, что ж, — теперь парень задумчиво останавливается около лавочки, она почти у самой реки, в глубине аллеи, — присядем? Настя кивает, ходить на шпильках, то ещё удовольствие. Они садятся. Отсюда открывается прекрасный вид, она как завороженная смотрит вокруг. Вот чёрная гладь реки, перила, которые тоже тёмные, а там, на другой стороне огни. Магазинов, ресторанов, фонари и фары машин. Они сияют из далёкой глубины, а сверху небо и тоже чёрное. — Так вы хотели что-то рассказать, — отрываясь от пейзажа говорит она, поворачиваясь к нему вполоборота. Лицо его чуть освещено мягким светом, и глаза, раньше казавшиеся серыми, полны печали и ещё что-то такого, чего невозможно понять. — У вас что-то случилось?— задаёт она странный вопрос. — Нет, — он качает головой, — простите, задумался. — Да, бросьте, — какое-то время она молчит, но не выдерживает, снова смотря в его глаза, — точно? Вы если не хотите так и скажите, а то я, — она запинается, — пожалуй лезу не в своё дело. — Нет, почему, просто, — он явно не знает, как сказать, да и нужно ли говорить. Парень думает, что хуже уже не будет. — просто я никому не нужен, вот и все. — Как не нужен? — Настя удивленно смотрит на собеседника, — так же не бывает, люди всегда, всегда кому-то нужны. — Как видите нет, я тому живой пример, — он грустно усмехается. — Не говорите ерунды, будьте добры, — начала она, но Анатолий перебивает: — Простите, я не хотел бы портить вам вечер, что может вы голодны? — Причём тут это, — отмахивается от предложения, как от назойливой мухи, девушка, — я хотела бы вернуться к прежней теме. — А я нет, — холодно отвечает он. Глаза его теперь не похожи на мягкое серебро, скорее они цвета стали. В них отражается металлический блеск. — Но, — возмущается девушка. — Так вы хотите есть?— перебивает он. — Нет, извольте, — она понимает, что сейчас ему бесполезно задавать вопросы, ответы она не получит. Анастасия понимает, что-то такое произошло в его жизни, о чем ему больно и тяжело говорить, но любопытство берет вверх. — И все же? — Вы все об этом? — его тон не предвещает ничего хорошего, скорее даже предупреждает об опасности разговора, но девушка игнорирует предупреждение. — Да, об этом, — Настя начинает злиться, она хочет узнать ответ. — Идите к черту, — он не выдерживает и смотрит на неё с яростью, вскакивая с лавки. — Что? — опешила она, и тоже выскочила в порыве. — Что слышали, — он не на шутку разозлился. — Вы, — она подбирает слова, — хам! — Уходите! — он показывает ей рукой в другую сторону. — Что? — Уходите! — повторяет он яростно и зло. — С удовольствием, компания черта, куда более приятна, чем ваша, — она резко разворачивается, пока он не увидел, что в глазах стоят слёзы, ей обидно, обидно до слез. На делает два широких шага, и шпилька застревает в расщелине, между плиток. Он подбегает, и хочет помочь, но девушка резко отталкивает его от себя. — Идите прочь, — она гневно сверкает глазами. — Но, — начинает Анатолий, вся его злость уходит, куда-то, в неизвестном направлении. Она даже не поворачиваясь, кидает в него туфлю, снятую с другой ноги, снимая и ту, что застряла и гордо идет босиком по плитке, до отеля недалеко. Одинокая слеза прочерчивает дорожку на её лице. Она упрямо кивает головой. Девушка думала, что сегодня, а что сегодня она ожидала? Принца? Смешно, смешно, жизнь уже доказывала ей и не раз, что людям верить нельзя, но она твёрдо закрепляла пройденный материал, по несколько раз наступая на одни и те же грабли. Слёзы высохли, и впереди показалось здание отеля.