Из пепла

Перед лицом смерти все ведут себя по-разному. Арму приходилось видеть смерть, ведь всю свою взрослую жизнь он провёл на войне. Он знал, что смерть в бою это одно, а казнь, то есть смерть неизбежная, предопределённая и позорная для любого уважающего себя человека, это совсем другое. Арм видел много людей, стоявших на пороге смерти. Одни умоляли о пощаде, даже плакали. Другие погружались в себя, казались безразличными ко всему и смотрели пустыми глазами на расстрельную команду. Честно признаться, Арм всегда слегка вздрагивал, встречая подобный отрешённый взгляд. Мёртвые глаза на живом лице. Были люди, которые шли на казнь с гордо поднятой головой, сжав побледневшие губы в презрительном молчании. Такие люди против воли Арма вызывали у него уважение, которое рассеивалось, словно дым, стоило губам разжаться, чтобы произнести какой-нибудь тупой лозунг, потратив на это последние секунды. Шагая по коридорам звёздного разрушителя, Арм напряжённо думал, что будет делать Дебора. Умолять она точно не станет, она выше этого. Отрешённости и покорности судьбе от неё тоже ждать не приходится. Станет ли Дебора Найт молчать, прожигая насквозь презрительным взглядом? Второй пункт, возможно, и воплотится в жизнь. Но молчание?... Нет, это не её стиль, как и пафосные слова, тем более, что насколько знал Арм, люди её профессии весьма далеки от политики. Как же поведёт себя Дебора? Арм медлил с отменой приказа, чтобы удовлетворить больное любопытство. Ещё много лет назад, в Академии, ему иногда чудилось, что Найт читает его, как книгу. Может быть, увидев её, уверенную в неизбежности скорой смерти, он начнёт понимать Дебору и сможет найти к ней подход. На «Финализаторе» иногда приходилось расстреливать предателей и саботажников. Для этой цели было приспособлено пустое помещение рядом с тюремным блоком. Туда и направлялся Арм, туда вели Дебору, только другим путём. Он добрался раньше, чем она, и за несколько минут ожидания успел уже испугаться, что Дебора сбежала по дороге. Но если она и планировала побег, её план не удался. В коридоре раздались далёкие пока шаги и громкий голос. Арм никогда не спутал бы голос Деборы Найт с чьим-то другим. Он был прав, когда решил, что Дебора не станет молчать. Но и говорить ей было особенно нечего, поэтому Дебора просто ругалась. Не прерываясь ни на секунду, она поносила на чём свет стоит и «Финализатор», и штурмовиков, которые конвоировали её. На мгновение Армитаж даже проникся сочувствием к солдатам, которым по долгу службы пришлось иметь дело с Деборой. Голос Найт приближался, и Арм с возрастающим интересом прислушивался к её словам. В бесконечном потоке ругательств нашлась пара тёплых словечек и для Первого Ордена, и лично для Рыжика Хакса, безмозглого хаттова отродья, ситхи бы его забрали. Когда дверь отъехала в сторону, Дебору буквально втолкнули в просторное помещение, и она заметила Арма, из приличных слов в её речи остались только предлоги. Несомненно, запас бранных слов у Найт был весьма обширный, но в определённый момент то ли она признала безрезультатность попыток вывести Арма из равновесия, толи ей просто надоело. Арму почему-то показалось, что только сейчас Дебора в полной мере осознала серьёзность происходящего. Она замолчала на полуслове, так и не дорассказав, куда пойти ему и штурмовикам. Дебора смотрела на расстрельную команду, как показалось Арму, с оттенком удивления и недоверия. Такие, как она, не верят в смерть, подумал он. Дебора молчала, глаза её были широко распахнуты, губы приоткрыты, грудь часто вздымалась… Не пялься на её грудь, идиот! Тебе что снова семнадцать лет?... Арм стоял довольно далеко от Деборы, но ему показалось, что блестящие бисеринки пота выступили у неё на лбу. А потом Найт повернула голову к нему, и их взгляды встретились. В каре-зелёных глазах Арм видел неприкрытую ненависть, не затуманенную ни страхом, ни мольбой. На секунду он задумался, умеет ли Дебора бояться? Арму было трудно выдерживать её взгляд. Вдруг Дебора улыбнулась ему той самой улыбкой на одну сторону. У Армитажа подскочил пульс. Он не мог смотреть в эти глаза, не мог, но всё равно смотрел. Дебора Найт не сдаётся, не просит. Она готова уйти с улыбкой на губах. - Отставить! Изначально Арм хотел дождаться последнего момента и только тогда сказать единственное слово, означающее для Деборы жизнь. Но в таком случае ему пришлось бы ещё дольше выдерживать яростный взгляд. В наступившей тишине Арм отчётливо услышал вздох Деборы. Ему показалось, что её плечи слегка опустились, а губы дрогнули. Однажды, ещё будучи лейтенантом, Армитаж присутствовал при подобной сцене. Кого-то помиловали в последний момент. Арм помнил, как у того человека подогнулись ноги, а пережитый ужас хлынул слезами из глаз. А Дебора Найт только вздохнула. Она быстро пришла в себя, и полные губы изогнулись в знакомой издевательской усмешке. - Ну что, самоутвердился? Армитаж притворился, что не слышал. Внутренний голос настойчиво твердил, что Дебора права, и он повёл себя совершенно недостойно. - Ты готова продолжить разговор? – спросил Армитаж. - Если ты хочешь, чтобы я предала кого-то из своих партнёров, то пусть ребята в костюмах снежинок открывают огонь. Услышав про костюмы снежинок, Арм еле удержался от того, чтобы совершенно неприличествующим генералу образом хохотнуть. - Не думаю, что у нас возникнут сложности. Арм изо всех сил надеялся, что Дебора не связана с пиратами Ротонра. Иначе он не смог бы её уважать. Иначе пришлось бы пытать её, а потом убить. А Армитаж не хотел для Деборы такой судьбы. Когда они с Деборой снова оказались наедине в комнате допросов, Арм сразу же почувствовал себя неуютно. Дебора же напротив была совершенно спокойна, что так ей не свойственно, а может просто умело притворялась. Что ж, Арм тоже умел притворяться, даже получше Деборы. Она ни разу не заговорила с Армом по пути сюда, только отпускала ехидные комментарии в адрес штурмовиков, которые в присутствии генерала не решались ответить или ударить её. До сегодняшнего дня Арм никогда не задумывался о трудностях жизни рядовых солдат. Не удостоив Арма взглядом, Дебора походкой королевы прошествовала мимо него в комнату допросов, села и положила ноги на стол. Расслабленная поза и лёгкая улыбка контрастировали со скованными руками. - Я внимательно тебя слушаю, - сказала Дебора. Почему-то её тон напомнил Арму одного профессора из Академии, которому зачёт можно было сдать минимум с пятого раза. Интересно, Найт специально скопировала его интонацию? - Убери ноги со стола. Арм хотел склонить Дебору к сотрудничеству, а для этого нужно пойти ей на встречу, но такого вопиющего нарушения элементарных приличий он терпеть не собирался. - А не то – что? – с вызовом спросила она. – Снова позовёшь ребят с автоматами? - Убери. Ноги. Со. Стола, - произнёс Арм, выделяя каждое слово. Его удивлению не было предела, когда Дебора послушалась. Арм думал, что она будет и дальше спорить просто, чтобы позлить его. - Надеюсь, мы придём к взаимопониманию, - сказал Арм, садясь напротив Деборы. – Это в твоих интересах. Дебора усмехнулась чему-то своему и, кажется, хотела ответить что-то едкое, но издевательская усмешка и весь её задор разом улетучились, когда Арм вынул из кармана маленький ключ и положил на стол перед собой. Да, он готов пойти Деборе навстречу. - Жест доброй воли? – спросила она. Арм думал, что Дебора тут же схватит ключ, ведь он знал, сколько чисто психологического дискомфорта доставляют ей наручники, но она медлила, искала подвох. Он взял ключ в руки, Дебора жадно следила за вожделенным предметом, её собственные руки слегка дёргались, будто хотели схватить ключ, браслеты тихо звенели. - Мы будем говорить спокойно, хорошо? Арм протянул ключ Деборе. Несколько секунд она продолжала искать подвох, но так и не найдя, выхватила у Арма неожиданный подарок, не дожидаясь помощи, выгнула кисть под невозможным углом и расстегнула наручники. Несколько раз она встряхнула руками, потом потянулась, словно кошка, наслаждаясь ощущением физической свободы. Она похлопала по карманам куртки, которые оказались пусты, ведь Дебору обыскали и отобрали все личные вещи. - У тебя не будет закурить? – спросила она. - Я бросил, - на автомате ответил Арм, а потом прибавил, - Здесь нельзя курить. - Умрёшь здоровым, - усмехнулась Дебора и откинулась на спинку стула. - Я готова выслушать твои условия. - Условия? – переспросил Армитаж. - Ты ведь хочешь предложить мне сделку, так? Отнекиваться не было смысла, правда, Арм назвал бы это не сделкой, а взаимовыгодным соглашением, но Дебора контрабандистка, ей простое слово понятнее. - Да, я хочу заключить сделку, - кивнул Арм. – Если, конечно, ты можешь дать то, что мне нужно. - Насколько я поняла, тебе нужна информация. О чём? Каре-зелёные глаза с прищуром смотрели пристально, фиксируя каждую деталь. Дебора контрабандистка, но всё же в ней осталось что-то от офицера. - Зачем ты здесь? – продолжила она. – Не ради незаконного ввоза-вывоза, так? За кем ты охотишься во Внешнем Кольце? - Что ты знаешь о пиратах Ротонра? – спросил Армитаж. Он надеялся, что Дебора ответит честностью на честность. Она присвистнула, резкий непривычный звук резанул по ушам. В Академии Арм не слышал, чтобы Дебора свистела. - Ты высоко хватил, - сказала она, правый уголок губ поднялся, но усмешка была не издевательской, а удивлённой. – Слушай, Рыжик, лучше с ними не связываться. Эти ребята реальные психи. В качестве моего жеста доброй воли даю совет: не лезь в это дерьмо, ради собственной сохранности. - Во-первых, меня зовут Армитаж Хакс, - он пытался подавить раздражение. – Во-вторых, моя сохранность это моя забота. Так тебе известно что-нибудь об этих, как ты выразилась, реальных психах? - Послушай, Армитаж, - Дебора наклонилась над столом, приблизившись к Арму, её браслеты звякнули при соприкосновении со столешницей. – Я в этом уже много лет варюсь, я знаю этот мир и много встречала здесь подонков. Но этих Ротонра боятся даже самые авторитетные люди во Внешнем Кольце. - А мы хотим избавить от них эту Галактику, - сказал Арм. – Расскажи всё, что знаешь. Ведь выходит, мы хотим одного и того же. - Ладно, - Дебора отбросила на спину волосы и забарабанила пальцами по столу. – Ротонра появились из ниоткуда несколько лет назад. Раньше о них никто ничего не слышал. У них есть установка для прерывания гипер-пространственного прыжка. - Военная разработка, - Арм был изрядно удивлён. – Где пираты могли её достать? - Не знаю, - покачала головой Дебора. – Они выдёргивают корабли из гипер-пространства и грабят, и всё бы ничего, только потом на кораблях остаются только трупы. Во Внешнем Кольце много пиратов, среди них тоже есть конкретные отморозки, но даже эти отморозки боятся Ротонры. Ротонра сами по себе. Они и у своих могут отобрать. - Я думал, бандитские разборки не редкость, - сказал Арм. - Так и есть. Но эти разборки происходят по понятиям, как и охота за добычей. Ротонры все боятся, они живут сами по себе. - Значит, у тебя нет информации, которая могла бы помочь мне, - подытожил Арм. Честно признаться, он очень надеялся, что Дебора даст отрицательный ответ. Ведь если ей и вправду нечего предложить Первому Ордену, то она, как преступница, идёт под суд. Но ведь так и должно быть. Дебора нарушает закон, и она должна понести ответственность. Арм ругал самого себя за слабость. Слабость по отношению к Деборе Найт. - Я не сказала, что не могу помочь, - Дебора прищурилась, и хитрая улыбка скользнула по её губам. У Армитажа отлегло от сердца. – Ты был раньше во Внешнем Кольце? - Нет, - ответил он, не понимая, какое это имеет отношение к делу. - Этот мир отличается от всего, что ты знал раньше, - сказала Дебора. – Здесь ты не найдёшь ни открытого честного боя, ни ярких эмблем на корпусах кораблей. Чтобы кого-то поймать, тебе нужен человек, знающий Внешнее Кольцо, умеющий договориться с криминальными авторитетами. Тебе нужен тот, кто варился во всём этом. Ты не представляешь, что такое Внешнее Кольцо. Я могу помочь тебе. За достойную плату, разумеется. - Плату? Арм понимал, что доводы Деборы разумны, но нанимать контрабандистку… Это не достойно Первого Ордена. - А ты думал, я за красивые глаза тебе помогать буду? Резонно, подумал Арм. Конечно, Дебора не будет ничего делать просто так, она же контрабандистка, и ситх знает, кто ещё. - Чего ты хочешь? – спросил Арм, желая поскорее покончить с неприятной частью разговора. - Говорят, у Ротонры где-то припрятаны миллионы кредитов, - сказала Дебора, немного понизив голос, будто делилась вселенской тайной. – Говорят, у них есть тайник с кучей дорогого антиквариата и техники. Я хочу двадцать процентов. Оплата по факту поимки пиратов и обнаружения награбленного добра. И конечно, когда мы обделаем дело, с меня будут сняты все обвинения и предоставлена полная свобода. Ну, так что, по рукам? Дебора встала и протянула Армитажу руку, браслеты звякнули, а серёжки качнулись от резкого движения. Если тайник Ротонры и правда существует, подумал Арм, то делиться с Доборой Найт совершенно незаконно. Но если она права, и там миллионы, то двадцать процентов погоды не сделают, а без Деборы у Первого Ордена мало шансов поймать пиратов. Арм трезво оценивал свои возможности. Найт права, он не знает Внешнее Кольцо, как знает она. Как бы ни было трудно это признать, но Дебора нужна ему. Арм тоже поднялся. Я заключаю сделку с преступницей, точно докатился, промелькнула мысль. Рука у Деборы была тёплая и необычно сильная. Арм всегда знал, что её внешняя хрупкость обманчива. Только сейчас он заметил, что у Деборы татуировка на внутренней стороне запястья. Какой-то экзотический цветок и надпись на непонятном языке. А ещё шрам на предплечье, чуть ниже локтя. Что произошло с ней за последние семнадцать лет? Сколько ещё шрамов оставил на её теле и душе этот безжалостный мир, который она теперь намеревалась показать Арму? - Честная сделка, - сказала Дебора, ещё сильнее сжав руку Армитажа. - Честная сделка, - повторил он. - И пусть мне вернут мои вещи, - добавила она, отпуская Армитажа и садясь на стул. – И мой корабль. - Справедливое требование, - согласился Арм. Он достал комлинк и приказал немедленно принести личные вещи Деборы Найт. - Тебе вернут всё, кроме оружия, - сказал он. – Твой корабль постоит пока в ангаре, можешь забрать оттуда всё, что тебе нужно. Тебе отведут комнату в жилом отсеке «Финализатора». - Почему мне нельзя забрать своё оружие? – спросила Дебора, её брови сошлись на переносице, а губы сжались с линию. - Потому что я тебе не доверяю, - прямо ответил Арм. – Когда разберёмся с Ротонрой, получишь всё обратно. В этот момент открылась дверь допросной, адъютант Армитажа принёс коробку с содержимым карманов Деборы во время задержания. Вещей было много, и Деборе потребовалось несколько минут, чтобы рассовать их обратно по карманам куртки и штанов. Зажигалка, пачка сигарет, маленький фонарик, несколько инфочипов, наличные деньги, а так же расчёска, носовой платок и пакетик с леденцами. Дебора застегнула на бёдрах пояс с пустой кобурой и ножнами для небольшого изогнутого кинжала, а потом достала сигареты и зажигалку и закурила. Горьковатый запах сигаретного дыма ударил в нос. - Здесь нельзя курить, - напомнил Деборе Арм. - А где можно? - Есть специальные помещения. Следующие несколько недель ты проведёшь на звёздном разрушителе Первого Ордена, а здесь все живут по правилам. Дебора хмыкнула, затянулась ещё раз и бросила на пол недокуренную сигарету. - Скучно живёте, - сказала она. – А всё потому, что живёте по правилам. Она снова закинула ноги на стол, вызывая Арма на конфликт. Он хотел возмутиться, но только презрительно поджал губы. Она контрабандистка. Пока Армитаж учился и строил карьеру, Дебора болталась во Внешнем Кольце и занималась ситх знает чем. Дало о себе знать запоздалое отвращение к людям, принадлежащим этому миру, такому далёкому от «цивилизованного» мира, в котором жил Армитаж. Может, когда-то они с Деборой и учились вместе, но теперь они не на ровне. И Дебора сама избрала этот путь, ведущий в никуда. Должно быть, Арм владел собой не так хорошо, как он думал. А может, Дебора слишком хорошо его знала. Так или иначе она угадала мысли Арма по выражению лица. - Думаешь, ты чем-то лучше меня? – спросила она с усмешкой. – Чёрта с два, Рыжик. Ты генерал, у тебя красивая форма и большой корабль с большими пушками. Думаешь из-за этого ты стоишь выше таких, как я. Твой мир отверг меня, поэтому не мерь меня своей меркой. Арм взглянул на Дебору, теперь ему казалось, что она изменилась до неузнаваемости. Одежда, поведение, манера говорить… Почему-то бросалась в глаза татуировка, которую не закрывали больше наручники. Арм не знал, что его выдало, но Дебора снова безошибочно угадала его мысли. Она фыркнула, и её глаза сверкнули зелёным. Дебора резко поднялась, вскочил и Арм, не знающий, чего ожидать от неё. - Генерал Хакс, - шипящие интонации в голосе Деборы означали крайнюю степень гнева. – Ты преступник похуже меня. До Внешнего Кольца новости медленно доходят, но мы тут тоже не с дубинками на ранкора ходим. О так называемой Хоснеанской трагедии и некоем генерале Хаксе слышали все. Я думала, ты это или не ты. Скажи честно, тебе кошмары не снятся, Хоснеанский палач? Дебора наступила на больную мозоль. Нет, это не мозоль, это нечто много большее. И Дебора это знала. Она сделала это специально. Пальцы Армитажа сжались в кулаки, в наступившей тишине был слышен скрип кожи перчаток. И снова с болезненной ясностью Арм понял, что Дебора права. Он не знал, сколько ещё сможет держать себя в руках, поэтому молча развернулся и вышел из допросной. Армитаж задержался всего на минуту, чтобы отдать необходимые распоряжения насчёт Деборы, а потом пошёл в свой отсек. Только оказавшись в одиночестве, Арм позволил себе немного расслабиться. Сцепленные за спиной руки свело судорогой от напряжения. Сам Армитаж этого не заметил, но как только дверь каюты отгородила его от остального мира, он немного ссутулился, и на лице отразилась усталость. Арм добрёл до рабочего стола и упал в кресло. Он расстегнул до половины китель, звёзды враждебно-холодными взглядами следили за ним из иллюминатора. Генерал усмехнулся. Этот раунд выиграла Дебора Найт. Она знала, куда надавить. Догадалась или била наугад? Она сильный противник и ценный союзник. И теперь она знает, что в броне Арма есть слабое место. Хоснеан. Одно слово, которое теперь для всей Галактики означает смерть и жестокость. Это клеймо, от которого он никогда не избавится. Это то, о чём он не хотел думать, потому что пришлось бы искать для себя оправдания, которых не существовало. Он выполнял приказ, но разве это оправдание? Арм сжал пальцами виски, будто хотел выдавить из головы мысли о системе Хоснеан, забыть само это слово, забыть тот день, когда в глазах всей Галактики он, Армитаж Хакс, стал чудовищем. Был ли он чудовищем в глазах Деборы Найт? Если да, почему она всё же заключила с ним сделку? Для неё это возможность выжить. У неё не было выбора. И в день Хоснеанской трагедии у Арма тоже не было выбора. Он убеждал себя в том, что не было выбора. Потому что если Арм хотя бы на секунду позволит себе думать иначе, он сойдёт с ума. Он ненавидел Дебору Найт за то, что она пробудила в его душе эту боль, разбередила рану, еле успевшую затянуться. Но ведь Арм знал, что на самом деле Дебора тут не при чём. Эту кровь он не смоет. И он ничем не лучше Деборы Найт. Армитаж взглянул в зеркало, пригладил рукой чуть растрепавшиеся волосы, возвращая им идеальный вид. Хватит, приказал он себе. Хватит. Ты ничего не мог сделать тогда, и подавно ничего не можешь сделать сейчас. Ты Армитаж Хакс, генерал Первого Ордена. У тебя нет слабости к Деборе Найт, потому что ты не можешь себе этого позволить. Ты сражаешься за то, во что веришь, ты выбрал свой путь. Тебе тридцать четыре года, и ты успел получить генеральские погоны. И убить несколько миллионов человек, снискав ненависть и презрение всей Галактики. Ты заключил сделку с контрабандисткой, с Деборой Найт. Завтра ты будешь смотреть в её глаза и ничем не выдашь своих истинных чувств. И ты не будешь думать о том, какой красивой она стала. О том, как она не похожа на всех женщин, которых ты знал. Её взгляд не завораживает тебя, а запах не дурманит разум. Она контрабандистка, а ты генерал. В ту ночь впервые за много лет Армитажу приснилась Дебора Найт. В прежних снах она приходила к нему семнадцатилетней девушкой, которую он помнил. Теперь она стала другой, но возраст сделал её ещё более привлекательной. Когда Арм проснулся, ему почудился знакомый горьковато-сладкий запах.