Из пепла

Идеально отработанная за долгие годы стойка: ноги на ширине плеч, правая рука, сжимающая бластер, вытянута вперёд, а левая обхватывает правое запястье. Арм механически нажимал на спусковой крючок, ему даже не нужно было смотреть на мишень, он и так знал, что все выстрелы попадают в «десятку». Только расстреляв всю обойму, Армитаж опустил бластер и снял наушники. Вид изрешечённой мишени абсолютно не радовал, генерал чувствовал себя паршиво. Из длинного узкого помещения тира Арм вышел в спортзал. Здесь было прохладно и тихо, неудивительно, ведь по корабельному времени сейчас уже ночь. Армитаж снова вернулся на «Финализатор», звёздный разрушитель был почти что его домом. Но даже воссоединение с любимым кораблём настроения поднять не могло. Пиратами захвачен ещё один военный транспорт, и снова никаких следов и зацепок, зато большие убытки. Помнится, Дебора очень забавно присвистнула, когда увидела примерную цифру на экране датапада. Арму хотелось не свистеть, а ругаться. А ещё очень хотелось выместить злость на чём-нибудь или на ком-нибудь. Генерал Хакс никогда не позволял себе срываться на подчинённых. Его плохое настроение это его проблемы. Но на манекене для отработки приёмов рукопашного боя никто срываться не запрещал. В конце концов, для чего ещё делают эти манекены? - Ситхи! Бы! Их! Всех! Забрали! Арм сам не знал, кого конкретно имеет в виду. Он просто методично дубасил тренировочный манекен, в этот момент прекрасно понимая магистра Рен, который очень любил вымещать своё раздражение на оборудовании. Нет, до этой кондиции Арм ещё не дошёл, но учитывая обстоятельства, осталось ему немного… - Он всё равно ничего не чувствует. Арм обернулся на голос, будто вынырнул из воды или очнулся ото сна. А может, наоборот попал в сон? Она стояла в дверях спортзала, прислонившись плечом к косяку. Сегодня на ней вместо привычной красной куртки и чёрной майки была фиолетовая безрукавка из плотного облегающего материала. Арм уже привык, что в первую секунду взгляд цепляется к вырезу майки Деборы, теперь её одежда была застёгнута до горла, но оставляла открытыми сильные, изящные руки. Несколько браслетов поблёскивали на её запястьях, они тихонько звякнули, когда она, слегка оттолкнувшись от стены, пошла к Арму. Одна из длинных серёжек, что раскачивались в такт ходьбе, запуталась в тёмных локонах. Перфектционизм генерала приказывал подойти и отцепить серёжку от волос, но Арм не знал, как Дебора это воспримет. - Ты хочешь уничтожить что-нибудь, но причиняешь боль только себе. Арм смотрел непонимающе, но в следующую секунду почувствовал слабое жжение в костяшках пальцев. Ну да, он сбил руки в кровь. В каждом зале был шкафчик с перчатками и эластичными бинтами, впервые Арм о них забыл. - Я тренировалась в соседнем зале и услышала, что тут кто-то есть, - продолжила Дебора. Она подошла ближе, и Арм заметил, что её руки примерно в таком же состоянии, как его. – Я сразу поняла, что это ты. - Интуиция? - Нет, логика. Только генерал Хакс приходит в зал ночью, чтобы никто не слышал, как он посылает всех к ситхам. Я не понимаю, ты здесь начальник, послать кого угодно к ситхам это твоё право. - Ты не совсем понимаешь функции руководителя, - ответил Арм. Ему очень хотелось облизать саднящие ранки на костяшках пальцев, но присутствие Деборы смущало. - Твоя тренировка закончена? – спросила она, по голосу Арм понял, что у Деборы есть какая-то идея, которую она считает гениальной. Приготовившись к любой неожиданности, Арм осторожно сказал: - А что? - Как насчёт спарринга? Тебе сейчас ой как хочется кому-нибудь врезать. И я бы не отказалась. Да, Арму очень хотелось кому-нибудь врезать, но под «кто-нибудь» точно не подразумевалась Дебора Найт. А ещё присутствовала назойливая мысль, которой он сам перед собой стыдился. Если он проиграет Деборе, то никогда не сможет этого забыть. И она не забудет. - Ну, так что? – нетерпеливо спросила Дебора. – Неужели генерал Рыжик боится? Она улыбалась, и её глаза смеялись. Арм любил видеть её именно такой. - Не расстроишься из-за проигрыша? Эта фраза означала согласие, и улыбка Деборы стала ещё шире, зелёные искорки заплясали в глазах, выдавая её возбуждение и нетерпение. Дебора сняла браслеты и вынула из ушей серёжки, а Арм закатал рукава рубашки, от кителя он избавится ещё перед тем, как начать вымещать злость на манекене. - Наденем перчатки? – спросил Арм, хотя уже знал, что она ответит. - Ну, мы ведь не неженки, да, генерал? Арм усмехнулся, другого он и не ожидал. - Но, - продолжила Дебора, - мне однажды врезали со всей силы тяжёлым сапогом прямо по рёбрам. Было неприятно. - Ты не осталась в долгу? Арм опустился на пол, чтобы снять сапоги, Дебора села рядом с ним. - То был мой друг, - сказала она. – Мы слегка повздорили. Я тогда сломала ему нос, а он мне пару рёбер. - Сломанные рёбра это называется «слегка повздорили»? - Да, мы немного погорячились. Но это было по-дружески, - сказала Дебора. - Напомни мне никогда не становиться твоим другом. Она фыркнула, а потом рассмеялась. - Покажи, на что ты способен, генерал. Дебора поднялась и поманила Арма за собой. Он встал не сразу, несколько секунд полюбовавшись ею, как она разминает руки, как собирает волосы в высокий хвост и убирает с лица короткие прядки. Дебора немного расстегнула безрукавку, открыв его взгляду смуглую кожу шеи и ключиц. Пространства для фантазии осталось много, а фантазия Армитажа никогда не подводила. - Не хочешь снять рубашку? – спросила Дебора, когда Арм поднялся и принял боевую стойку. – Одежда из неэластичной ткани неудобная, сковывает движения. - Я привык, - ответил Арм. На самом деле Арм был полностью согласен с ней, вот только было одно «но». Веснушки у генерала Хакса были не только на лице. И хотя он бы даже под пытками не признался, что ужасно их стесняется, это было так. Дебора пожала плечами. Они с Армом стали медленно обходить друг друга по кругу, никто не спешил нападать, надеясь, что противник первым раскроет свои карты. Арм как истинный военный продумывал стратегию. Физически он сильнее Деборы, но, как и многие женщины, она компенсирует недостаток грубой силы ловкостью и скоростью. Победить её будет не просто, но сейчас Арм не мог проиграть. Это дело принципа. Генерал Первого Ордена не может уступить победу контрабандистке. Дебора сделала обманное движение, Арм разгадал её манёвр и ловко уклонился от удара. Дебора улыбнулась уголком губ, она знала, что не заденет Арма, просто проверяла его реакцию. Он тоже несколько раз ударил, атакуя не в полную силу, прощупывая оборону противника. Дебора легко блокировала все его удары или изящно уходила в сторону. Пока они оба просто играли, но следующая атака Деборы показала, что разминка окончена, начинается поединок. Она попыталась ударить Арма ногой, он уклонился. Не позволяя передохнуть ни на секунду, Дебора нанесла серию быстрых ударов, но Арму удалось перехватить инициативу. Если бы он не знал, на что Дебора способна, никогда не решился бы драться с ней всерьёз из боязни нечаянно навредить. Но он видел её в деле, знал, что за внешней хрупкостью тонких, изящных рук скрывается сила, а за красотой лица хитрость. Дебора Найт оказалась даже более сильным противником, чем предполагал Арм. Её слабым местом, наверное, единственным слабым местом было отсутствие самоконтроля. На этом Армитаж и решил сыграть. Вывести Дебору из себя не сложно, для этого достаточно лишь пары удачных ударов, и вот она уже злится, её движения теряют чёткость и выверенность. Арм никогда не позволял себе терять контроль. Когда Дебора, уже чуть ли не шипя от ярости, снова подпрыгнула, пытаясь ударить его ногой, он перехватил её лодыжку, и Дебора, лишившись опоры, полетела на пол, успев при этом заехать ему по колену другой ногой. Арм упал сверху на Дебору, и дальше всё зависело от грубой силы. Дебора попыталась извернуться, но генерал не собирался отдавать ей победу, что было почти у него в руках. Если бы кто-то вошёл в спортивный зал, услышал бы пыхтение и тяжёлое дыхание, и его взору предстали бы два тела, что сплелись в тесном объятии на полу. Но, к счастью, по корабельному времени была ночь, и никому не пришло в голову тренироваться. Никто не увидел выражения триумфа на лице генерала, когда он уложил Дебору Найт на лопатки. - Ты проиграла, - констатировал Арм. Только теперь он позволил эмоциям просочиться сквозь маску безразличия. Дебора же своих эмоций совершенно не скрывала. Она рассерженно зашипела, губы сложились в злобный оскал. Каждая клеточка её тела была полна досадой и адреналином драки. Такой она Арму тоже нравилась, она не притворялась. Через несколько секунд Дебора смогла справиться с собой, немного спрятать гнев и разочарование. Арм почувствовал, как она расслабилась, и её дыхание стало ровнее. Злость в ярких глазах постепенно заменялась обычной насмешливостью. Дебора снова надела маску. А Арму стоило огромных усилий держать себя в руках. От близости Деборы, от тепла её тела и горьковато-сладкого запаха голова шла кругом, и пульс становился неровным. Ни один мускул на лице генерала не дрогнул, в то время как он упивался этой мимолётной близостью, вдыхал запах её кожи. Дебора ещё со времён Академии любила сладкие, немного резкие духи. Их немного тяжёлый запах контрастировал с горьким запахом сигарет. Арм отстранённо подумал о том, что прежде Дебора курила другие сигареты. Он понимал, что если сейчас позволит пьянящему горьковато-сладкому аромату вытеснить все остальные ощущения, то здравый смысл просто отойдёт на второй план. Арм сделает то, что так хотел, наклонится к её лицу и прильнёт в долгом поцелуе к манящим полным губам. Но он этого не сделал. Любить Дебору Найт – добровольное самоубийство. А от мимолётной связи хороших воспоминаний не останется, никогда не остаётся, Арм знал это и уже очень давно подобных связей не заводил. Арм поднялся, всё ещё сохраняя остатки тепла. Быстрого движения Деборы он не заметил и понял, что произошло, только когда лежал на полу спортзала, придавленный к жёсткой поверхности, лицо Деборы было близко, совсем близко, и горьковато-сладкий запах снова ударил в ноздри. И всё бы ничего, если бы не тонкий нож у горла. - Бой был окончен, так не честно, - сказал Арм, изо всех сил пытаясь игнорировать умопомрачительный контраст между холодной сталью и тёплым телом Деборы, что сидела верхом на его бёдрах. - На войне честных нет, - прошептала Дебора, склонившись ещё ниже. – Знаешь, - продолжила она с доверительной спокойной интонацией, будто говорила о чём-то обыденном, - я ведь могу сейчас перерезать тебе горло, взять из кармана карту, которая тут открывает все двери, забрать свой корабль и улететь. Что помешает мне сделать это? - Мы заключили честную сделку, - напомнил Арм. - Подловил. Дебора вскочила на ноги, оставляя от тепла лишь воспоминания. Да, Арм знал, что эти воспоминания пронесёт через всю жизнь. А мозг, как компьютер сгенерирует из ощущений и образов яркие сны. Арм поднялся на ноги и стал приводить себя в порядок, не забывая при этом следить боковым зрением за Деборой. Когда она надевала браслеты, Арму в глаза бросилась татуировка на её запястье, цветок и надпись. - Что это означает? – спросил Арм, указывая на тёмный рисунок, выделяющийся на фоне кожи. - О чём ты? – не поняла Дебора. - Вот это. Арм поймал её руку и повернул ладонью вверх. Дебора не избегала прикосновений, позволяя ему рассмотреть татуировку. Большим пальцем Арм немного погладил её запястье, экзотический цветок был будто вплавлен в кожу. Татуировка была частью Деборы, как и взрывной характер, и горьковато-сладкий запах. - Моя первая татуировка, - сказала Дебора, и в её голосе проскользнула нотка ностальгии. – Тогда я очень любила цветы. - Что здесь написано? – спросил Арм, которого больше интересовали слова неизвестного ему языка. - Это поговорка на каамаси. Примерный перевод «Любить страшно». - Что за бред? – фыркнул Арм, он ожидал чего-то более осмысленного. - Не бред, - ответила Дебора неожиданно резко. – Легко любить чистоту и добро. Но для таких, как мы, и то, и другое осталось в прошлом. Попробуй найти того, кто полюбит тебя с твоим грузом на совести, кто не испугается твоих демонов. Есть черта, Армитаж, перешагнув которую назад вернуться нельзя. За этой чертой любить страшно. Я давно её перешла, и я знаю, ты тоже. Дебора вырвала свою руку у Арма и передвинула браслеты, закрывая татуировку. А Армитаж думал над её словами. Да, он перешёл черту, за которой любовь уже почти невозможна. - Слушай, генерал, я тут думала над нашим расследованием… Арм уже привык к манере Деборы резко менять тему в разговоре и давно перестал удивляться. - Есть какие-нибудь идеи? – спросил он без особого энтузиазма. - Пока нет, но, может, появятся, если ты просветишь меня по одному вопросу. - Я весь внимание. На самом деле сейчас Арму в последнюю очередь хотелось говорить о пиратах и понесённых Первым Орденом убытках. Настроение только-только поползло вверх. - Информацию о поставках оружия во Внешнем Кольце можно получить из компьютерной системы любой базы Ордена? – спросила Дебора. - Нет, - ответил Армитаж, незаметно для самого себя перейдя на сухой деловой тон. – В системе находится информация о текущих операциях конкретного сектора. То есть, допустим, с Корусканта нельзя узнать о поставках во Внешнем Кольце без специального запроса. Так же в настоящий момент с моего компьютера не получится узнать об операциях, которые проходят в Центральном секторе. - А с «Финализатора» можно узнать о маршрутах транспортов во всём Внешнем Кольце? - В принципе да, но при чём тут «Финализатор»? Арму категорически не нравилось направление мысли Деборы. - Я тут почитала отчёты, - сказала она. – Именно систематические нападения на военные транспорты начались около двух месяцев назад, то есть после прибытия «Финализатора» во Внешнее Кольцо. Тебе это ни о чём не говорит, генерал? - Шпион на «Финализаторе»? Бред, - усмехнулся Арм, но внутри всё ныло от напряжения. Генерал Хакс мог простить ошибку, но не предательство. Здесь у Арма был пунктик. - Я сам отбирал команду для «Финализатора», - сказал он. – Я верю своим офицерам. - А перед тем, как отправиться сюда, вы не принимали в команду новичков? – не унималась Дебора. - Нет. И я тебя уверяю, среди экипажа этого корабля нет людей, которых за несколько кредитов нарушить присягу. Даже если на секунду допустить, что я не прав… а я прав, конечно… то предполагаемый шпион должен был бы взломать один из личных компьютеров высшего офицерского состава, а это нереально. Дебора неожиданно рассмеялась, серёжки в её ушах запрыгали. Она посмотрела на Арма насмешливо-снисходительным взглядом и картинно вздохнула. - Ты как ребёнок, - сказала Дебора. – Нет, даже хуже. Ты наивный идеалист. Арм усмехнулся в ответ. Он не причислял себя к идеалистам, тем более, к наивным. - Ты веришь в своих людей, веришь в прочность компьютерной системы, которую разработал твой любимый Орден, - продолжила Дебора, постепенно выводя Арма из себя насмешливой интонацией. – Ты уже начал головокружительный полёт с высоты своих иллюзий, и я собираюсь приблизить момент падения. Дебора Найт говорит метафорами, подумал Арм. Вселенная полна сюрпризов. - Я уже упала, Арм, очень давно, а ты ещё держишься… Так вот, я докажу тебе, что вашу систему вполне можно взломать. - И как ты это докажешь? – спросил Арм, скрестив руки на груди. - Взломаю твой компьютер, - ответила она, совершенно будничным тоном. – Я знаю людей, которые могли бы сделать это за пару минут. Мне потребуется несколько часов. - Невозможно, - уверенно сказал Арм. - Пари? - Пари. Арм не успел подумать прежде, чем ответить. И вот он уже заключил пари с Деборой Найт, не обговорив условия. - Чего ты хочешь? – спросил он, и тут же прибавил, - В пределах разумного. Дебора задумалась на секунду. - Снайперскую винтовку МI-15. - Идёт, - согласился Арм, пока она не придумала что-нибудь, чего он не сможет дать. - А чего хочешь ты? – спросила Дебора. - Я подумаю, когда выиграю пари. На самом деле Арм не знал, что попросить. У Деборы нет ничего, что он мог бы желать, кроме неё самой. - А ты неплохо расположился, - сказала Дебора, войдя в генеральскую каюту. – Итак, где моё рабочее место? - Сюда, пожалуйста, - Арм указал на дверь кабинета и пропустил Дебору вперёд себя. - Благодарю, - сказала она, поддерживая игру. В кабинете Дебора села за стол и несколько минут потратила, совершенно по-детски играя с крутящимся креслом. Арм, улыбаясь, наблюдал за ней. Он думал о том, какой разной может быть Дебора Найт. Она тем временем включила компьютер и как бы на пробу пробежала пальцами по клавишам сенсорной панели. Конечно, система её не пустила. Упрямство Деборы против упрямства машины. Поразмыслив немного, Арм уже не был так уверен, что выиграет пари. - Ты не сделаешь мне кофе? - Что? - Мне предстоит напряжённая работа, так что, если это не противоречит условиям пари, сделай мне кофе, пожалуйста. Дебора говорила, глядя в экран, а не на Арма, и он не видел её лица, но почему-то ему казалось, что Дебора улыбается. Он вызвал дроида и заказал кофе. Дебора казалась полностью погружённой в работу, она ни на секунду не отрывалась от компьютера, иногда бормотала что-то себе под нос или тихо ругалась. Когда молчаливый дроид поставил на стол кофейник и две чашки, она на секунду вспомнила о существовании внешнего мира, лишь чтобы сказать: - Две ложки сахара. Дебора, не глядя, приняла из рук Арма чашку, а он, понаблюдав за ней ещё немного, взял датапад и занялся бесконечными отчётами. Арм тоже с головой ушёл в работу, они сидели молча по разные стороны стола. Постепенно кофейник опустел. Арм не знал, насколько продвинулась Дебора, но у него отчётов хватило бы и на столетие. Но тут напряжённый голос, в котором не осталось ни грамма весёлости, оторвал его от работы. - Арм! Ты проиграл. Уже давно. - Ты взломала? – спросил он, поднимая голову, удивлённый тем, что на её лице вместо торжества написано смятение. - Не только я, - ответила Дебора и пояснила, - В этот компьютер уже влезали до меня. Арм резко встал, обошёл стол, разделяющий их и замер за спинкой кресла Деборы. - Ты уверена? - Да. Эта система уже была взломана. Достаточно умело, но не професстинально. - Ситх бы их всех… Арм сдавил пальцами спинку кресла. Хотелось кричать от досады, но его хватило только на сдавленный вздох. Значит, кто-то предал. Кто-то из своих. Для Первого Ордена это, конечно, плохо, но для генерала Хакса это личное оскорбление, которое он не собирался оставлять без ответа. - Здесь есть камеры наблюдения? – спросила Дебора. - Нет, - ответил Арм, пообещав себе в ближайшее время установить камеры, как бы ему не претила мысль о видеонаблюдении в его собственном кабинете. - Кто, кроме тебя, имеет сюда доступ? Думай, Арм. - Дроиды-уборщики, мои адъютанты, техники, - ответил он. Арм всеми силами старался подавить в себе смятение и обуздать гнев. Если он позволит эмоциям затмить разум, то точно ничего не добьётся. - Ваших офицеров обучают основам обращения с компьютерными системами? – спросила Дебора. - Да, чтобы в случае чего они могли справиться с компьютерами врага… Деб, стой! Он перехватил руку Деборы, протянутую к клавиатуре. Тонкие пальцы другой руки дёрнулись на клавишах, оставляя на гладкой поверхности еле заметные следы. У неё мягкая кожа, и рука кажется слишком горячей. Наверное, это руки Арма от волнения холодные. Он смотрел, как постепенно исчезает на блестящем пластике след от прикосновения. Ну, конечно! - Отпечатки пальцев! – воскликнул Арм, всё-таки не удержав под контролем эмоции. – Биометрические следы. - Точно! У вас есть криминалистический отдел? Губы Деборы изогнулись в улыбке, которую так любил Армитаж. И он не мог не улыбнуться в ответ. Они почти у цели. - Да. Я за оборудованием. Жди здесь. Выходя из кабинета, он оглянулся, чтобы убедиться, что Дебора осталась на месте. Почему-то для Арма вдруг стало жизненно важно разделить эту победу с ней. Она сидела в его кресле, положив ноги на его стол, и у Арма мелькнула мысль, что именно так всё и должно быть. Он вернулся с необходимым оборудованием. Осталось лишь снять отпечатки с клавиатуры и пробить их по базе, это не займёт много времени. И уже через полчаса Арм сидел, гладя на экран датапада. Он не хотел верить в то, что видел. Он проверил и перепроверил результаты несколько раз. Армитаж не хотел верить. На его компьютере обнаружено три комплекта отпечатков пальцев: его, Деборы и ещё одного человека. Лейтенант Кейн, которого Арм приблизил к себе, сделал своим доверенным лицом, своим учеником. Почему именно он оказался предателем? Что там говорила Дебора про падение с высоты иллюзий? Арм начал падать в бездну тогда, стоя на трибуне и чувствуя, как вибрирует от смертоносной энергии Старкиллер. И теперь он знал, что близок ко дну этой бездны, падение заканчивается, и скоро от него останутся лишь осколки.