Из пепла

Дебора вытряхнула из шкафа всё барахло, освободила ящики стола и теперь стояла посреди каюты, любуясь учинённым хаосом. Деб и не заметила, как большая часть её одежды и личных вещей перекочевала с «Искры» в комнату на «Финализаторе». Теперь её вещам предстоит вернуться туда, где их место. Как и ей самой. В несколько заходов Дебора перенесла свой багаж обратно на «Искру». По корабельному времени наступило утро, в коридорах с ней здоровались её друзья офицеры. Дебора иногда кивала, но чаще просто игнорировала окружающих. Эти люди стали её друзьями, но теперь пришло время их покинуть. Дебора знала цену такой дружбе. Для них она что-то вроде диковинки, новый интересный элемент в повседневной рутине службы. Они скоро забудут её, а она забудет их ещё быстрее. Но так же Дебора знала, что одного человека забыть не сможет, слишком много она узнала о нём, и слишком глубоко засел в сознании его образ. Дело не в Хаксе, говорила себе Дебора. Она убегает не из-за генерала Хакса. И даже не из-за того, что случилось этой ночью. Эти события произвели на неё впечатление, и Дебора никогда не сможет забыть тех минут, что провела наедине с человеком, обречённым на смерть. Но не это причина её бегства. То, что она собиралась сделать, Дебора могла назвать именно бегством. Она убегает, потому что здесь ей не место. Деб вдруг отчётливо поняла, как сильно отличаются друг от друга два мира: её и генерала Хакса. И в мир, где люди носят одинаковую форму и дают присягу, она уже не сможет вернуться. Нет, уже слишком много времени прошло, она слишком изменилась. Так что лучше уйти сейчас, пока она не начала уважать людей, готовых вступить в бой с численно превосходящим противником, чтобы не уронить честь Первого Ордена, пока генерал Хакс не перестал быть Рыжиком, над которым она могла без зазрения совести потешаться. Лучше уйти сейчас. Но оказалось, что никто не намерен просто так дать ей уйти. Деб обнаружила, что «Искра» заперта в отдельном доке, и разрешение на взлёт ей давать не собираются. Пока Дебора скандалила с обслуживающим персоналом ангара, пришёл офицер, один из многочисленных адъютантов Рыжика и сказал, что генерал настоятельно просит Дебору вернуться к себе и подождать немного, он придёт к ней для важного разговора, как только освободится. Естественно, Дебора не собиралась никого ждать и не собиралась терпеть такое отношение к себе. Она никогда не умела держать себя в руках и уже много раз поплатилась за это. Так вышло и теперь. Её просто проволокли по коридору и заперли в каюте. Хорошо хоть не в тюремной камере. Минут десять Дебора стучала в дверь, призывая проклятия на голову генерала Рыжика. Выместив таким образом переизбыток эмоций, она немного успокоилась и решила трезво обдумать сложившуюся ситуацию. Армитаж не сдержал уговора. Это наказание за самоуправство, или он с самого начала не собирался её отпускать? Что он намерен делать дальше? Судя по тому, что Дебору не посадили в камеру, она всё ещё гостья и деловой партнёр, а не пленница. Возможно, Армитаж хочет, чтобы она и дальше помогала ему бороться в беззаконьем во Внешнем Кольце. Но в таком случае Дебора пошлёт его куда подальше. Это её мир он хочет разрушить. Далеко не идеальный мир, но её. В этом мире она свободна. Интересно, как Рыжик объяснит всем наличие трупа в допросной? А впрочем, Деборе плевать, что он скажет. Ей плевать, как он будет выкручиваться. Хакс не стал бы генералом, не умей он выпутываться из сложных ситуаций. Что, действительно, интересно, так это «серьёзный разговор», который должен скоро состояться. - Надеюсь, ты готов, что тебя пошлют ещё дальше Неизведанных регионов, - пробормотала Дебора. Прикинув, сколько времени потребуется Армитажу, чтобы навести порядок в этом дурдоме под названием звёздный разрушитель, Дебора пришла к выводу, что ту неё ещё достаточно времени. Это время она решила потратить на то, чтобы принять душ и переодеться. Находясь в ванной, она слышала, как в каюту кто-то вошёл, и меньше чем через минуту вышел. Это не был Рыжик, Дебора узнавала его по походке, размеренному звуку шагов. Оказалось, что ей принесли завтрак. Какая щедрость! Дебора как раз закончила с едой, успела привести себя в порядок и выкурить сигарету, когда дверь каюты открылась, и на пороге появился генерал Хакс. В него тут же полетела пустая тарелка, он уклонился. От чашки тоже. Вилка воткнулась в стену за его спиной. Столовые приборы у Деборы закончились, так что в следующую секунду Армитаж замер, без внешних проявлений страха глядя в дуло бластера. - Давай поговорим спокойно, - предложил он. - Я не хочу с тобой говорить! Немедленно прикажи своим людям отпустить меня! Или слово генерала Первого Ордена ничего не стоит? Дебора специально приплела этот его обожаемый Первый Орден, потому что Арм всегда бурно на это реагировал. Но не в этот раз. - Ты сможешь улететь завтра утром, если захочешь, - сказал он ровным и спокойным голосом. – А сейчас просто выслушай меня и подумай над моими словами. Ты можешь улететь и снова гонять по Галактике с нелегальной взрывчаткой на борту, а можешь остаться. - И сражаться за Первый Орден? Дебора рассмеялась, но рука, сжимающая бластер, не дрогнула. Она всё ещё держала генерала под прицелом. - Ты, правда, думал, что я соглашусь? – спросила она. – Ты ещё глупее, чем кажешься. Дебора любила выводить Армитажа из себя, делала это просто из принципа. Но сегодня он, кажется, твёрдо решил оставаться невозмутимым и не реагировать на оскорбления. - А почему бы тебе не согласиться? Что ты теряешь?... Дебора, опусти бластер, пожалуйста, не люблю говорить, когда на меня направлено оружие. Медленно Дебора опустила руку и большим пальцем поставила бластер на предохранитель. Она выслушает его. Выслушает, а уже потом пошлёт подальше. Приняв её молчание за хороший знак, генерал продолжил. - Оставшись в Первом Ордене, ты больше приобретёшь, чем потеряешь. Ты говорила, что мой мир отверг тебя. Я от имени этого мира предлагаю тебе вернуться назад. Это твой шанс начать новую жизнь. - Жизнь, в которой я буду выполнять чужие приказы, - перебила его Дебора. – Жизнь, в которой я не буду свободна. - Что есть свобода в твоём понимании, Деб? Называет по имени, хочет, чтобы она расслабилась. Ситха с два! Дебора в несколько шагов пересекла каюту и оказалась нос к носу с генералом. - Тебе не понять! – прошипела Дебора, глядя в голубые льдинки его глаз. – Тебе никогда не понять, что такое свобода. Но я свободна, генерал Рыжик. Такой и останусь навсегда. Твой Орден ничего не может мне дать. Ни мне, ни кому-либо другому. - Система не идеальна… - Потому что это система! – снова перебила Дебора. – Система не может быть идеальной. Внутри системы не может быть свободы. - Анархистка. - Спасибо. - Это был не комплимент. - Для меня комплимент, - Дебора усмехнулась. – Я не останусь, Арм. Я вернусь в свой мир, который принял меня. - В котором ты вынуждена бороться за выживание, - теперь генерал перешёл в наступление, Дебора видела, как блеснули решимостью льдистые глаза. – Ты врёшь самой себе. Если этот мир такой прекрасный и свободный, то почему сына ты поселила на Гореле, а не на Фелуции? Несколько секунд генерал и контрабандистка молчали, злобно глядя друг на друга. - Так не честно, - сказала, наконец, Дебора. - На войне честных нет, - повторил Арм её же фразу. – Не хочешь отвечать? Я сам скажу, почему. Потому что на Гореле Кирстин бесплатно учится, потому что он может спокойно спать по ночам, не оглядываться, ожидая нападения. Потому что на Гореле, как и на остальных планетах Первого Ордена царит закон и порядок. Ты хочешь для своего сына лучшей жизни, чем та, что есть у тебя. Но почему бы тебе не подумать о собственной судьбе? Ты оступилась, так бывает, в юности все мы порой выбираем неправильные дороги. Но теперь у тебя есть второй шанс. - Шанс на что? - На жизнь. Шанс изменить этот мир к лучшему, построить новую Вселенную. С начала разговора генерал держал руки за спиной, Дебора подозревала, что эта поза помогает ему сохранять самоконтроль. Теперь она увидела, что Армитаж пришёл к ней не с пустыми руками. - Это твоё, - он протягивал Деборе её бластер, тот самый, который она дала Орно. Из которого он застрелился. Дебора приняла из рук Арма оружие, почти любовно погладила покрытый царапинами ствол бластера. Она не верила, что вещи хранят память или что-то в этом роде. Бластер ничего не значит для неё, но воспоминания отпечатались глубоко. То, что произошло этой ночью, оставило свой след. Ещё один шрам. Дебора вдруг подумала, что сама она как старый бластер, её душа вся в шрамах. - И ещё кое-что. Помимо бластера Армитаж принёс непрозрачный свёрток, который положил на кровать Деборы. - Подумай, - сказал он. – Просто подумай, о большем я не прошу. Слово генерала, завтра ты сможешь улететь, и никто не станет держать тебя. Я даю тебе шанс начать всё с чистого листа. Дебора Найт никогда не была контрабандисткой, никогда не перевозила самодельную взрывчатку, никогда не была отбросом общества. Я помню, в Академии, если не считать скверного характера, ты была лучшей из нас. Я верю, что такой ты и осталась. В моей власти дать тебе шанс. Дальше решай сама. Но я прошу тебя остаться. Подумай о Кирстине. И о себе. Дебора не шевелилась, не произнесла ни слова, пока генерал Хакс не покинул её каюту. Замок не щёлкнул, значит, она не заперта. Дебора ещё раз осмотрела бластер, потом убрала его в кобуру. Она устало опустилась на стул и положила голову на руки. Она устала, бессонная ночь дала о себе знать. Рука машинально потянулась к карману, где были сигареты. Дебора затянулась, закрыла глаза, пытаясь успокоиться, насколько это возможно. Генерал Хакс умеет доносить свои мысли до слушателей. Это называется нейролингвистическое воздействие. И будь на месте Деборы другой человек, он бы тут же согласился с доводами генерала. И даже Дебора Найт не могла отрицать, что его слова оказали на неё влияние. Но она была ещё очень далека от того, чтобы согласиться. Дебора сидела, глядя в одну точку, пытаясь осмыслить всё то, что произошло с ней за ближайшее время. Даже для неё это слишком. Дебора затушила окурок и поднялась из-за стола. Перерыв окончен, надо что-то делать. Она всегда была готова к активным действиям, но сейчас ситуация сложнее. Надо ещё и что-то решать. Взгляд упал на кровать, заваленную вещами. Свёрток, принесённый генералом, лежал на месте, ждал, когда Дебора его откроет. - Посмотрим, что он притащил. Деборе было любопытно. Она села на край кровати, осторожно ощупала подарок. Да, именно подарок, небольшое дополнение ко второму шансу. Внутри пластиковой упаковки что-то мягкое. Дебора надрезала край упаковки изогнутым кинжалом, что всегда носила на поясе и вытряхнула на кровать содержимое свёртка. Следующие пару минут Дебора сидела и смеялась. Она хохотала до слёз и не могла остановиться. Ну, конечно, что ещё мог принести ей генерал Хакс! Она погладила плотную тёмно-серую ткань орденской формы, взяла в руки китель, приложила к себе. Размер, вроде, подходит. Дебора снова усмехнулась. Обычно мужчины, что смотрели на неё так же, как генерал Хакс, дарили ей драгоценные камни. А Рыжик подарил то, что было важно в его понимании. Интересно признаётся ли он сам себе, что его желание «подарить Деборе второй шанс» на самом деле не так бескорыстно? Да, он говорил искренне, его убеждения непоколебимы, но вместе с тем он просто хочет, чтобы Дебора осталась с ним. Не с Первым Орденом, а с генералом Армитажем Хаксом. Дебора замечала, какие взгляды генерал бросает на неё. Много лет назад она смеялась над ним, над его глупым подростковым увлечением. Он ведь был далеко не единственным… Теперь же, увидев Рыжика снова, Дебора была удивлена, что отголоски того чувства всё ещё живут в его сердце. Вначале она думала сыграть на этом. Купить себе свободу, заплатив наигранным чувством, показной нежностью или в самом прямом смысле собой. Но генерал Хакс не берёт взятки, и давно прошли те времена, когда Дебора Найт могла пожертвовать самоуважением ради выживания. - Генерал Хакс, - медленно произнесла она. – Армитаж… Человек, который интриговал её. Такой непохожий на Дебору и в то же время способный понять её. Всегда идеальный, в выглаженной форме и начищенных до зеркального блеска сапогах. Как же Деборе хотелось сдёрнуть эту внешнюю безукоризненную оболочку! Запустить пальцы в прилизанные волосы, растрепать, привнести нотку хаоса в идеальный внешний вид Армитажа. Дёрнуть за рыжие патлы пару раз. Ей хотелось увидеть, как генерал Хакс потеряет контроль, увидеть чувства, истинные эмоции в холодных голубых глазах, обрамлённых светлыми ресницами. Смять идеальную форму, притянуть к себе, впиться в сжатые губы, укусить побольнее, чтобы знал, как выпендриваться. Ситх возьми, она полная дура, если хоть что-то чувствует к этому рыжему, всегда недовольному борцу за порядок! Именно поэтому она должна уйти. Дебора всегда была одиночкой, справлялась сама. Но теперь она понимала, что не сможет. Она включила свой комлинк и, не заботясь о том, что сигнал могут отследить, набрала номер Буска. Пока на линии шипели помехи, Дебора включила голо-проектор, она хотела видеть друга. - Дебора? Дребезжащий звук неприятно резанул по ушам, а изображение дрожало, но у Деборы не было времени налаживать связь. - Привет, Буск, - сказала она. – Мне нужен совет. - Генерал нарушил сделку, да? - в голосе старого контрабандиста послышались угрожающие нотки. – Скажи, где ты находишься, я соберу ребят и приду за тобой. - В этом нет необходимости, - ответила Дебора. – Я в порядке. Но сейчас мне очень нужен твой совет. - Ладно, - Буск вздохнул. – Что у тебя стряслось? Дебора кратко изложила свою беседу с Армом, опустив лишь его упоминание о Кирстине. Никто не знал о том, что у неё есть сын, даже самые близкие друзья. - Да уж, - сказал Буск. – Боюсь, что здесь я тебе не советчик. Твой генерал прав, ты сама должна решить. - Но если я останусь, то, получается, буду сражаться против тебя. - Не получится, - ответил он. – Я ухожу на пенсию, хватит с меня, устал. Знаешь, мне кажется, в некотором смысле генерал прав. Наш с тобой мир… он катится в бездну и тянет за собой всех нас. У меня никогда не было второго шанса, и сейчас, если он вдруг появится, я слишком стар, слишком увяз в этом болоте, чтобы воспользоваться. Но ты – другое дело. И, Дебора, ты ведь не только о себе должна думать? - Что ты имеешь в виду? – спросила сбитая с толку Дебора. - Я на тебя в обиде, - сказал Буск. – Знаешь, Натан был моим лучшим другом, а я ни разу не видел его ребёнка, которому сейчас, если не ошибаюсь, тринадцать лет. - Ты знал! - выдохнула Дебора. – Ты всё это время знал. - Конечно, я знал. После смерти Натана ты исчезла почти на полгода, а потом вернулась, полная сил и жажды мести. Где ты пропадала, зачем ушла? Чтобы родить и кормить его ребёнка. Если честно, я думал, что ты не вернёшься, останешься с ним. - Я хотела, - тихо сказала Дебора. – Но не смогла. Ты прав, этот мир не отпускает, он как болото. - И у тебя есть шанс вырваться. Скажи, Деб, у тебя сын или дочь? - Сын, - ответила она. – Я назвала его Кирстином. Он очень похож на Натана. - Н-да… Буск тяжело вздохнул, долго думал о чём-то, потирая переносицу, а Дебора ждала. Он вспоминал друга, она возлюбленного. Оставив его мир, не предаст ли Дебора и его самого? - Знаешь, незадолго до смерти Натана, буквально за несколько дней я говорил с ним. О тебе… Я сейчас перешлю тебе одну запись. Просмотри её, а дальше думай сама. Я не буду в обиде, что бы ты ни выбрала. Удачи, маленькая бунтарка. Голо-проектор отключился, Дебора слабо улыбнулась своим воспоминаниям. Маленькой бунтаркой Буск её звал, когда она только пришла к нему. Решительная, смелая, но неопытная и глупая. Через минуту пришло сообщение от Буска с голо-записью. Дебора не знала, что увидит там. Она откинулась на спинку стула, приготовившись к чему угодно. Но всё же она оказалась не готова. Не готова увидеть лицо Натана. Запись была сделала лет тринадцать-четырнадцать назад. Натан был именно таким, каким Дебора его помнила. С каждой секундой становилось сильнее тянущее чувство в груди, но глаза оставались сухими. Слёзы по Натану кончились уже давно. Боль прошла, время стёрло её. Натан поправил камеру, протёр объектив. Дебора видела его лицо совсем близко. Нос с горбинкой, широкий лоб, подёрнутые сединой на висках тёмные волосы. - И зачем тебе понадобились скрытые камеры? – спросил он у кого-то, кого Дебора не могла видеть. – Параноик. - Будь у тебя организация вроде моей, а не единственный кораблик, ты бы понял. В кадре появился Буск. Дебора уже успела забыть, каким он был тогда. - Я не жадный, мне хватает моего корабля, - ответил Натан. – И команды. Буск хохотнул. - Ну да, команда у тебя что надо. Ты мне должен, кстати. - Это за что? - А за то, что это я тебя познакомил с любовью всей твоей жизни. Он засмеялся, а Натан в шутку толкнул его плечом. - Кстати, как поживает маленькая бунтарка? Как у вас… ну в общем как всё? - Хорошо, - вздохнул Натан. - Тааак. Рассказывай. Девчонка разбила тебе сердце? Или ты ей? - Да не в этом дело, - отмахнулся Натан. – Просто я думаю, всё это не навечно. - Отчего такие упаднические настроения? – спросил Букс. Он достал из ящика стола бутылку коррелианского виски и разлил напиток по стаканам. Натан взял протянутый стакан. - Она не для меня, - вздохнул он. – Каждое утро, просыпаясь, я думаю, что мне ужасно повезло. Такая женщина, как Дебора… Она одна на миллион, Буск. - И она твоя. В чём дело, Нат? Вы же счастливы вместе. - Пока да. Но пройдёт, допустим, пятнадцать лет. Деборе будет тридцать пять, а мне за пятьдесят. - И что? – пожал плечами Букс. – Ты и пятьдесят будешь хоть куда. Дебора любит тебя. А ты любишь её. Возраст не проблема. - Не основная проблема. Она другая. Она не принадлежит этому миру. - Что-то ты какую-то чушь несёшь, - сказал Буск и отпил из стакана. - Эта жизнь не для неё, - продолжил Натан. – Сейчас Дебора ещё слишком молодая, она сама не знает, чего хочет. Но однажды она поймёт, что достойна большего. Она сама захочет большего. И в этот момент она будет навсегда потеряна для меня. Я уже слишком глубоко увяз в этом. Она сможет вырваться. И я ей не нужен, хотя сейчас она этого не осознаёт. Натан залпом допил содержимое своего стакана. - Нам надо закончить с камерами, - сказал он. На этом запить оборвалась. Дебора Найт сидела, гипнотизируя выключенный голо-проектор. Натан знал наперёд о мыслях, что пришли к ней только сейчас, четырнадцать лет спустя. Он знал её, понимал лучше, чем весь остальной мир вместе взятый. Он любил её. И Дебора любила его. Но сейчас, повзрослев, она понимала, что любила «не так». Натан был для неё всем, она пожертвовала бы ради него жизнью. Дебора любила его. Но так же она могла бы любить отца, которого у неё никогда не было. Натан любил её как женщину, а она его как учителя. Да, они были вместе, Дебора родила от него ребёнка, и она была счастлива с ним. Но так, как сам Натан любил её, как Армитаж любил женщину, что предала его… Нет, так Дебора никогда не любила Натана. Но спустя годы в самый трудный момент он протянул ей руку помощи. Он всегда знал, что нужно сказать ей, и теперь только он нашёл нужные слова. Дебора встала, с удивлением почувствовав, что её ноги слегка дрожат. Она подошла к зеркалу, поглядела на себя, привычным жестом провела по кулонам на шее. Некоторые из них были подарками Натана или других мужчин, что были после него. Никого из них Дебора не любила. Её любимая красная куртка… ей ведь уже почти семнадцать лет, с трудом застёгивается на груди. Дебора слегка пополнела, родив ребёнка, в юности она была вовсе худышкой. Но и сейчас она ещё молодая. Да, это так, ей всего тридцать четыре года. Ещё не поздно… Ещё не поздно начать всё с начала. Дебора сняла любимую куртку, вместо неё натянула форменный китель. Приятная шерстяная ткань, совсем не похоже на жёсткую кожу старой куртки. Она собрала волосы в хвост, заправила за уши короткие пряди, вгляделась в своё лицо. Сеточка морщинок вокруг глаз год от года всё заметнее. Но Дебора ещё молодая, она ещё успеет… - Что успею? – спросила она сама у себя, удивлённая собственной мыслью. Изменить мир к лучшему, как сказал Арм? Изменить свою жизнь? Себя? Она взяла из кучи одежды на кровати тёмно-серое кепи с эмблемой Первого Ордена. Если честно, ей было до фонаря, чья это эмблема. Это кепи подарил ей Армитаж Хакс. Так же он подарил Деборе второй шанс. Она надела непривычный головной убор. - Тихий ужас, - произнесла Дебора, глядя на себя в зеркало. – Мне категорически не идёт тёмно-серый цвет. Может сразу потребовать чёрную форму, как у высших офицеров? Осознав, что разговаривает со своим отражением, Дебора рассмеялась. Вот так люди сходят с ума? Вот так начинают верить в проведение, в судьбу, в Силу? Сквозь время Натан услышал отчаянный зов о помощи. Он дал ей ответ. Дебора взглянула в глаза своему отражению. - Ты достойна большего. Мир, что принял её, дал ей свободу… Теперь это уже не её мир. Он отнял больше, чем подарил. И у Деборы, в отличие от многих других, есть шанс вырваться, начать всё с чистого листа. Есть тот, кто готов помочь ей в этом. Осталось лишь принять решение. Нужно ли это ей на самом деле? На что она собралась обменять свою свободу? На порядок? На призрачную мечту об идеальной Вселенной, где царит справедливость? Нет, Вселенная ей тоже до фонаря. Тогда, что изменится, если вместо старой куртки она станет носить тёмную форму? Она перестанет быть вне закона. Цивилизованный мир больше не будет морщить нос, и никто не назовёт её отбросом общества. Она сможет снова уважать саму себя и не успокаивать совесть перед тем, как лечь спать. Может быть, она найдёт, наконец, то, что искала всю жизнь. Себя настоящую. Армитаж был на мостике, он разбирался с важной проблемой, но неожиданно его отвлекли громкие голоса за спиной. - Я не имею права вас пропустить! - А я всё равно пройду! Долее последовал глухой удар, слабый вскрик человека, которого долбанули чем-то тяжёлым по шлему, хотя нет, скорее шлемом об стену. - Армитаж! Он подождал несколько секунд прежде, чем обернуться. Генерал прятал торжествующую улыбку. Деборе не идёт тёмно-серый цвет. В форме Первого Ордена она казалась Арму совсем другой, но не менее красивой. Дебора не застегнула китель и вместо рубашки оставила свою чёрную майку. Так же на ней был неизменный пояс с двумя бластерами и изогнутым кинжалом. Она другая… Но это та же Дебора, которой он восхищался, которую ненавидел, которой хотел помочь. - Ты проиграл пари, генерал Рыжик. Где моя обещанная винтовка? Дебора улыбнулась, она никогда раньше так ему не улыбалась. Она стояла посреди командного мостика, уперев кулаки в бёдра, следя за его реакцией. - Ты получишь свою винтовку, - сказал Арм. - Спасибо… за всё… генерал. Арм кивнул ей, принимая благодарность. Дебора подошла к нему, по-военному чеканя шаг. Она не забыла то, чему учили в Академии. - Я могу чем-то помочь, сэр? - Да, ты можешь мне помочь. Она сможет помочь ему, а он надеялся, что сможет помочь ей. Может быть, вместе они найдут то, что так долго искали.