Из пепла

Не отрываясь от очередного никому на самом деле не нужного доклада, Арм покосился на Дебору. Она пришла на брифинг с небольшим опозданием и против обыкновения уже полчаса молчала. Дебора щурилась на яркий свет и периодически устало тёрла глаза. Арм даже посочувствовал ей. Может теперь Дебора поймёт, что праздновать свой день рождения в компании бутылки вина и горьких воспоминаний – не самая лучшая идея. - Как ты себя чувствуешь? – спросил он, когда собрание было окончено, и все разошлись по своим делам. - А как я могу себя чувствовать? – огрызнулась Дебора. Она потянулась к графину с водой, Армитаж из вредности не собирался помогать. Стрельнув в него злобным взглядом, Дебора залпом выпила стакан воды, потом ещё один, и так пока графин не опустел. - Можешь полежать в постели до обеда, - сжалился, наконец, генерал. - Какое у меня великодушное начальство! Дебора уронила голову на руки. - Знаешь, Арм, когда я в следующий раз соберусь выдуть бутылку вина на одну харю, останови меня, пожалуйста. Армитаж собирался ответить что-то едкое, но тут зазвонил его комлинк, Дебора заткнула уши и страдальчески застонала. - Ну, что там? – спросила она, когда Арм выслушал донесение. - В захваченный вчера космопорт попытался совершить посадку корабль, - ответил генерал. – Наверное, они ещё не знали, что перевалочного пункта больше нет. - Что за груз? – голос Деборы звучал всё так же глухо, но уже заинтересованно. - Ценная древесина, но, по всей видимости, это прикрытые. Контрабандисты были хорошо вооружены и оказали активное сопротивление. Они бы не стали так яростно сражаться за неполный трюм деревянных болванок. К тому же на складах в космопотре было, в основном, оружие. - Но ты не можешь предъявить им обвинение в незаконной перевозке оружия, пока не найдёшь прямые доказательства, - закончила за него Дебора. – Кажется, я уже пыталась научить твоих солдат находить секретные отсеки в кораблях? Твои подчинённые берут пример с тебя, генерал. Такие же идиоты. Дебора поднялась, постояла немного, вцепившись руками в стол. Арм мог предположить, что комната вокруг неё кружится одновременно в разных направлениях. Через минуту Дебора обрела, наконец, устойчивое положение. - Пойдём искать твою контрабанду, - сказала она. – Ничего без меня не можете. А ещё Первый Орден, называется… Армитаж напомнил себе не поддаваться на провокации со стороны Деборы и пошёл вслед за ней. - Значит так, я сегодня злая, - объявила Дебора выстроившемуся в шеренгу отряду штурмовиков. – Так что не раздражайте меня ещё больше. Генерал, не мозоль глаза, мне и так плохо. К счастью последнюю фразу она сказала тихо. - Не смей так разговаривать со мной в присутствии моих людей! - зашипел на неё Арм. - Виновата, генерал. А теперь катись отсюда подальше, не зли. Дебора резко отвернулась, хлестнув его по плечу распущенными волосами и обдав волной горьковато-сладкого аромата. У Арма были дела поважнее, чем продолжать скандалить с Деборой, поэтому он оставил ей на растерзание захваченный корабль и отряд штурмовиков. Не хорошо срывать плохое настроение на подчинённых… но лучше пусть Дебора срывается на них, чем на Армитаже. А сегодня Дебора Найт как никогда хотела на ком-нибудь сорваться. У неё болела голова, но это ещё полбеды. Ты тупая банта, говорила она себе. Ладно бы просто напилась, так ещё и начала плакаться в жилетку Армитажу Хаксу по поводу своей несчастной жизни. Он тебе не друг. Он что-то среднее между начальником и врагом. Ещё немного, и ты разрыдалась бы у него на плече. Надо быть с ним осторожнее… - Мы уже искали в грузовом отделении, сейчас продолжаем поиски в двигательных отсеках… - Чего? Погружённая в свои мысли, Дебора не обращала никакого внимания на штурмовика, который, оказывается, что-то ей говорил. - Где вы ищите? - В двигательных отсеках… Дебора рассмеялась. Есть в мире банты ещё тупее. - Поставь себя на место контрабандиста, - сказала она. – Ты бы стал прятать груз в непосредственной близости от двигателя? - Ну… там труднее найти, - промямлил штурмовик. Дебора потёрла лоб и вздохнула, уговаривая себя успокоиться. - И это вас генерал называет элитными солдатами? Солдат должен не только стрелять, хотя вы и того не умеете. Солдат должен думать, - Она постучала костяшкой пальца по шлему своего собеседника. – Малейшая неполадка в двигателе повлечёт за собой пожар, весь твой товар пропадёт. И когда заказчики об этом узнают, трудно найти будет твой труп… Так… - она окинула взглядом вытянувшихся по стойке смирно штурмовиков. – Вот, к примеру, ты… да ты, как тебя зовут? - SA-7613, мэм. - Как-как? Ладно, ясно. Тугодум-один. Где бы ты спрятал контрабандное оружие? Штурмовик подумал немного. Много думать они не приучены, Дебора это уже поняла. - Не в грузовом трюме, - сказал он, наконец, - это слишком очевидно. – Дебора удовлетворённо кивнула, и он продолжил уже смелее. – Товар должен быть всё время на глазах, чтобы ничего не случилось. - Так, верно, - подбодрила Дебора штурмовика. - Возможно, в рубке. Но в случае нападения обстреливать будут именно её, так что этот вариант отпадает. Думаю, я бы устроил тайник во внутренних помещениях корабля, подальше от двигателя и основных коммуникаций. На этом корабле самое удачное место – медицинский отсек. - Молодец! – совершенно искренне сказала Дебора и хлопнула штурмовика по плечу. – Как, говоришь, твоё имя? - SA-7613. - Ребята, берите пример с SA-как-тебя-там. А сейчас идём осматривать медотсек. Простукивайте стены и пол, ищите большие зазоры между стенными панелями. Когда генерал Хакс вернулся в ангар, он застал весьма интересную картину. Дебора Найт сидела на одном из ящиков, в которых обычно перевозили оружие, перед ней на полу расположились несколько штурмовиков. И Дебора читала им лекцию о безопасной перевозке нелегального товара. Арму тоже было интересно послушать, но время поджимало. - Армитаж! – Дебора первой заметила его и вскочила с ящика. – Ты должен это увидеть. Посмотреть, правда, было на что. - Это дальнобойные полуавтоматические винтовки B-112-D, - сказала Дебора, хотя Арму её слова и не требовались. - Разрывные энергетические заряды. Это оружие запрещено к использованию межзвёздной конвенцией. - Даже Первый Орден его не использует? – с недоверием спросила Дебора. - Да, - Арм мог понять её скептический настрой, но сейчас он говорил правду. – Пойдём, побеседуем с теми, кто перевозил на своём корабле это оружие. Вообще-то генералу не было нужды лично общаться с преступниками, участь которых и так решена. Но однажды он видел, что способно сделать с человеком такое оружие, и теперь хотел заглянуть в глаза тем, кто готов был продать его любому пирату за пачку кредитов. Дебора тенью следовала за ним. Неудачливым контрабандистам предстояло провести остаток жизни на Кесселе, а кессельские рудники ещё со времён Империи были синонимом слова «смерть». - Почему бы тебе просто не расстрелять их? – спросила Дебора по дороге в тюремный блок. – Как ты хотел сделать со мной. - Поступил приказ, - ответил Арм. – Нам нужны ресурсы, а значит, нужна и рабочая сила. Смертный приговор будет приведён в исполнение, просто слегка другим способом. - Хорошо, что меня арестовал именно ты. Я была бы уже мертва… не окажись ты столь доверчивым. В этом вся Дебора Найт. Серьёзный тон в её речи слишком быстро переходит в шутливый. Иногда кажется, что она готова поблагодарить или извиниться, но в следующую секунду зелёные искорки вспыхивают в её глазах, заставляя снова задуматься о том, кто же она на самом деле. Какая из масок правдива, а какая лишь защита, доспех? Арм крайне редко замечал бреши в той броне, которой Дебора Найт отгородилась от жестокости мира. Но ничья маска не идеальна. Он сам иногда допускает промахи, особенно, если рядом Дебора. И её истинные чувства редко, но вырываются наружу. Так произошло теперь. Арм слышал, как Дебора тихонько вздохнула за его спиной, увидев заключённых, что уже, считай, были мертвы. Боковым зрением он посмотрел на Дебору, не понимая, что могло вызвать у неё эмоции. За последние полгода она множество раз видела пленников, обречённых на смерть. И вообще, учитывая её прошлую жизнь, Дебора со смертью на «ты». Что же так взволновало её? Дебора, не отрываясь, смотрела на одного человека, что, казалось, ничем не выделялся среди остальных заключённых. Вернее, это был не человек, а тви'лек, но Арм всё равно не мог понять, в чём проблема. - Что-то не так? – спросила он у Деборы, когда они вместе покинули тюремный блок. - Всё нормально, - ответила она преувеличенно бодрым голосом. – Как всегда. - Деб? Он остановился, собираясь всё-таки выяснить, что с ней происходит. Дебора явно намеревалась сбежать, но Арм схватил её за локоть, не давая уйти от разговора. - Деб, в чём дело? – с нажимом произнёс он. - Да что ты привязался? – она грубо выдернула свою руку. – Отвали, Рыжик. Она быстрым шагом направилась прочь. Дебора закрыла дверь своей каюты и, не разуваясь, плюхнулась на кровать. Она находилась в полном смятении чувств, старые воспоминания, забытые страхи одолевали её, орда призраков прошлого вырвалась из подсознания. Дебора не верила в судьбу, прежде не верила. Но события последних месяцев, заставили её поверить, что где-то там, куда взор не доходит, некто, обладающий скверным чувством юмора, всерьёз взялся на неё. Неужели Галактика настолько тесная, что она семнадцать лет спустя встретила человека, о котором уже успела забыть, на звёздном разрушителе Первого Ордена? Дебора узнала его, ошибки быть не могло. И теперь ей предстояло решить, что делать дальше. По неписанным законам, которым Дебора подчинялась много лет, она должна помочь Джему, ведь однажды он помог ей. Но было две причины не делать этого. Во-первых, если они попадутся, Дебора потеряет всё, что с таким трудом обрела. Оставляя прошлую жизнь, она с мясом вырвала часть самой себя, и она просто не могла потерять всё сейчас. Дебора не боялась ни тюрьмы, ни смерти, но ситх возьми, она достойна большего! Много большего, чем пожертвовать собой ради едва знакомого человека, пусть он и помог ей много лет назад. А здесь крылась вторая причина. Много лет, анализируя события той ночи в Мос Айсли, Дебора спрашивала себя, помог ли ей Джем или же наоборот подтолкнул к краю бездны? Если бы ни он, Дебора никогда не стала бы… тем, чем стала. Она бы не встретила Натана и не узнала горечи утраты. Но не узнала бы и счастья взаимной любви. Не повстречай она тогда Джема, не было бы Кирстина. Опять слишком много сослагательного наклонения, подумала Дебора. Нет смысла рассуждать о том, как всё могло бы сложиться. Есть лишь факты. Джем накормил её и дал возможность выжить в новом жестоком мире, нашёл ей работу. Но он знал, в чём состоит испытание. Из-за него Дебора сделала первый шаг к окончательной потере того, что люди называют человечностью. Она закрыла глаза, и картины той ночи тут же вспыхнули ярким фейерверком. Дебора видела лицо Дэйва Странгера, глаза, полные ужаса и мольбы. В его смерти виноват Джем. Возможно, не будь Дебора так взвинчена, она не стала бы делать столь радикальных заявлений. Но так просто было обвинить в собственном поступке кого-то другого. Всё то, что она сделала за семнадцать лет, все нечестные и порой просто бесчеловечные поступки, которые она совершила, вдруг навалились на неё огромной тяжестью, выбивая воздух из лёгких. Каждый раз Дебора говорила себе, что её заставили совершить то или иное деяние, только так она могла засыпать спокойно. Если кто-то и виноват во всём этом, то только тот, кто начал цепочку. И сейчас она во власти её разорвать. Сделать так, будто ничего не было. Единственный способ забыть о чём-то, изгнать боль и обрести покой – это смерть. Так Дебора Найт жила, другого она не знала. Она многих потеряла. И в очередной раз лишаясь друга, Дебора лишь одним способом могла вернуть себе покой. Она прочёсывала Внешнее Кольцо и находила тех, кто причинил ей боль. Потеря оставляет рану на сердце, и эта рана кровоточит, пока не свершится правосудие. Дебора не считала, что есть какая-то разница между справедливостью и местью. И сейчас она хотела справедливости для себя. Она изгой, она убийца, она стала той, кого сама презирала. Но она ведь не всегда была такой. Той ночью у неё из рук ускользнуло что-то важное, жизненно необходимое. И это случилось не в проулке возле кантины. Она потеряла невинность не тогда, когда, отчаявшись и отрешившись от боли, смотрела на звёзды. Нет, это случилось потом, когда, гладя в глаза человеку, отчаянно желающему жить, она перерезала ему горло. Что бы ни сделали с тобой, как бы ни изувечили твоё тело, это не отразится на душе. Никто не может уничтожить тебя… кроме тебя самого. Но Дебора знала, кто подвёл её к краю, и она хотела мести. Уверенным шагом Дебора подошла к посту охраны возле тюремного блока. Была уже ночь, вторую половину дня Дебора провела в своей каюте. Армитаж не пытался выяснить, что с ней творится, хоть на том спасибо. Она знала офицера, который сегодня дежурил, договориться с ним не составит труда. Дебора расстегнула китель и верхние две пуговки рубашки, улыбнулась самой милой из своих улыбок, сделала походку более расслабленной. Чуть покачивая бёдрами, она вошла в закуточек, именуемый караульным помещением. - А, Дебора, привет! - Привет, Трэй, - весело отозвалась Дебора. – Опять заставляют дежурить? - Мрак. Тут тихо как в могиле. Моё присутствие вообще не нужно, замки прекрасно удержат их всех внутри. - Да уж, не весело, - согласилась Дебора. - Ещё шесть часов до конца смены, - простонал Трэй, взглянув на хронометр. – Посидишь со мной, Деб? - Обязательно, только сначала мне нужна от тебя небольшая услуга, - сказала Дебора. – Один из тех, кого вчера задержали, у меня с ним давние счёты. Пропусти меня в тюремный блок, Трэй. Что плохого, если одним заключённым станет меньше, они всё равно скоро умрут. - Ну, не знаю, - Трэй задумчиво почесал в затылке. – Вообще-то я за них отвечаю… - Под мою ответственность. Я договорюсь с генералом. Пожалуйста, Трэй, ну что тебе стоит. Трэй всё ещё взвешивал «за» и «против», а Дебора состроила обиженную гримасу. - Ради меня, Трэй. В ход пошла тяжёлая артиллерия, Дебора облокотилась на стол Трэя, китель распахнулся, и взгляд Трэя тут же намертво прилип к третьей пуговке её рубашки. - Только если что, тебя здесь вообще не было, - сказал Трэй. - Это будет наш секрет, - ответила Дебора полушёпотом. Через минуту она уже шагала по коридору тюремного блока, на ходу застёгивая китель. - Мужчины! – раздражённо фыркнула Дебора. – Стоит качнуть бёдрами, как они уже не замечают на этих бёрдах кобуры с бластером. Дебора с ранней юности ловила на себе заинтересованные взгляды. Она знала, что очень красива, и беззастенчиво пользовалась этим. Собственная красота стала для неё оружием вроде бластера или ножа. Кстати, не потому ли Джем помог ей, что она ему понравилась? Она остановилась перед нужной дверью и заглянула в прозрачное окошко, забранное прочным стеклом. Сейчас окно было односторонним, Дебора видела Джема, а он не подозревал о её присутствии. Тви'лек​ лежал на койке, закинув руки за голову, кажется, он спал. Она нажала несколько кнопок на панели рядом с дверью, теперь окно стало прозрачным с обеих сторон и пропускало звуки. Дебора не была уверена, что сможет держать эмоции в узде, поэтому решила начать разговор через стекло, непробиваемое для выстрелов. - Джем, - позвала она. Солдатам Первого Ордена он назвал какое-то другое имя, и Дебора не знала, является ли настоящим то, которое он назвал ей. - Джем! – повторила она громче. Кажется, до этого тви'лек​, действительно, спал. Услышав голос Деборы, он резко вскочил, давали о себе знать инстинкты, нажитые за долгие годы опасной работы. Если он и удивился, увидев Дебору за стеклом, то не подал виду. Джем встал с койки и нарочито медленно подошёл к двери. - Откуда ты знаешь моё имя? – спросил он. Значит, ей он представился своим настоящим именем. Отчего-то это успокаивало. - Ты не узнаёшь меня? – ответила она вопросом на вопрос. - А должен? Деборе стало обидно. Она ведь сразу узнала Джема, хотя за семнадцать лет, теперь уже почти восемнадцать, он сильно изменился. Она с трудом могла определить возраст представителя другой расы, но Дебора предположила, что Джему сорок с лишним стандартных лет. За то время, что они не виделись, оттенок его кожи слегка изменился, стал темнее, щёки сделались более впалыми, а подбородок острым, Деборе показалось, что его лекку теперь длиннее, но она не была уверена на все сто. Сама она тоже изменилась, к тому же орденская форма сбивает с толку. - А так? Дебора достала изогнутый кинжал, что Джем подарил ей восемнадцать лет назад, и приложила к стеклу. Несколько секунд Джем внимательно смотрел на оружие. Дебора узнала бы этот кинжал при любых обстоятельствах. Воин всегда узнает своё оружие. Постепенно недоумение на лице Джема сменилось удивлением. Он перевёл взгляд на лицо Деборы, сощурился, вглядываясь в полузабытые черты. - Девочка из Мос Айсли. - Она самая. Дебора убрала кинжал в ножны и не нарушала установившегося молчания, позволяя Джему разглядывать себя через стекло. - Я смотрю, ты избрала другой путь. - Я решила, что достойна большего, - сказала Дебора, одёргивая рукав кителя. - Форма тебе к лицу, - Джем слегка улыбнулся. – Давай сразу проясним, Деб, ты пришла, чтобы освободить меня или чтобы убить? Дебора не знала, как он догадался о её мыслях и терзаниях, впрочем, это её не волновало. - Я ещё не решила, - честно ответила она. Джем кивнул, будто ожидал такого ответа. - Надо полагать, ты нашла то, что искала? Деборе очень хотелось гордо ответить «да», но это было бы ложью. Несколько раз ей казалось, что она нашла, но это была лишь иллюзия. - Ещё нет, - сказала она. – Может быть, потому что много лет шла по ложному пути. - И ты винишь в этом меня? – полувопросительно сказал Джем. - Я не хотела быть убийцей, Джем. Ты подтолкнул меня к этому, - Дебора со злостью ткнула пальцем в стекло, в голосе её начали проскальзывать шипящие нотки, которые не сулили ничего хорошего. - Я? Правда? Он ещё и издевается! Дебора с силой шлёпнула по кнопке на панели и шагнула в камеру. Дверь за её спиной снова закрылась, но Джем не попытался воспользоваться той секундой, когда путь к свободе был открыт, Дебора уже держала его на прицеле. Рука с бластером не дрожала, хотя внутри всё тряслось от нервного возбуждения. Дебора умела контролировать своё тело, но контроль эмоций был ей недоступен. - Почему ты не сказал мне заранее? Почему отправил туда, не предупредив, что я должна буду сделать? - Ты бы испугалась и ушла, - Джем пожал плечами. Он и вправду совершенно спокоен, или же, как она, притворяется? - Я не хотела этого! – выкрикнула Дебора, нервы уже начинали сдавать. – Ты не оставил мне выбора. - Нет-нет, - тви'лек​ покачал головой. – У тебя был выбор, и ты его сделала. Я не знал, каков он будет. Мы все делаем выбор, Деб. И учимся жить с его последствиями. Почему то, что произошло восемнадцать лет назад, так волнует тебя? Хочешь сказать, после ты никого не убивала? Я не поверю. - Я убивала. Но не безоружных. Я не добивала раненных. Тот парень ничего мне не сделал. - Он оказался слабее, а ты сильнее. Это закон жизни. - Не хочу я жить по таким законам! – крикнула Дебора и, словно недовольный ребёнок, топнула ногой. – Уже нет. Я достойна большего! Джем скрестил руки на груди и молчал, он давал Деборе время подумать и разобраться в себе. Джем знал, что любая секунда может оказаться для него последней, но оставался внешне спокойным. Не только Дебора Найт пересекла черту, за которой уже не боятся смерти. Спустить курок и забыть. Оставить, наконец, позади всё, что не даёт ей покоя. Это единственный способ, который она знала. Будто не было этих восемнадцати лет. Будто ничего не было… Но одна назойливая мысль не давала закончить всё раз и навсегда. Ведь, как бы она ни отрицала этого, Джем прав. Выбор есть всегда. И когда Дебора стояла над истекающим кровью Дэйвом, у неё был выбор. Она нашла для себя кучу отговорок, но её выбора это не отменяет. Так же и сейчас. У неё есть причины выстрелить и оборвать жизнь безоружного человека, но это не разорвёт цепочку, не отменит всех её поступков, о которых хочется забыть. У Деборы снова есть выбор. И каким бы ни было решение, ей придётся жить с последствиями. Дебора Найт медленно опустила бластер и убрала его в кобуру. На её совести и так слишком много смертей. - Пойдём, - сказала она, открывая дверь камеры. - Если узнают, что ты помогла заключённому, будешь моей соседкой по дороге на Кессель. Тон Джема был шутливым, но взгляд оставался совершенно серьёзным. Он давал Деборе выбор, возможность подумать ещё раз. - Я должна тебе за еду и ночлег. За восемнадцать лет накапали проценты. Несколько минут Дебора мило болтала с Трэем, закрывая ему обзор на дверь тюремного блока, потом попрощалась, отклонив приглашение на ужин, и догнала Джема по пути в ангар. - На каждом из шаттлов установлен маячок. Я могу его свинтить, но на это уйдёт время. Так что лучше пересядь на чистый корабль на ближайшей планете. - Хорошо, - отозвался Джем. Пару раз им приходилось прятаться от ночных патрулей, но если не брать это в рассчёт, то да ангара они добрались без приключений. - Ну, что ж, пора прощаться, Деб, - сказал Джем у трапа шатла. - Надеюсь, мы больше не увидимся, - ответила она. Тви'лек​ повернулся и уже сделал пару шагов по трапу, но Дебора окликнула его. Наверное, она не должна была этого делать, но не смогла остановить себя. - Джем! Почему ты помог мне тогда? Или это такое хобби, собирать лузеров по подворотням? - Не поверишь, но я и сам не знаю, - усмехнулся Джем. – Сначала мне просто стало жаль тебя. А потом я подумал, судьба каких только штук не выкидывает, может, из неё что-нибудь и получится. Как видишь, я не прогадал. Джем снова отвернулся, и Дебора знала, что у неё есть всего несколько секунд, чтобы позвать его. Потом трап поднимется, и она больше никогда не увидит человека, сыгравшего в её жизни не последнюю роль. Разорвать цепочку… Будто ничего не было… - Джем! – Пальцы Деборы удобно и привычно легли на истёртую рукоятку. За много лет она прикипела к этому оружию, и отдать его значило отдать и частичку себя. Наверное, то же чувствовал Джем восемнадцать лет назад. – Тогда я не успела вернуть твой кинжал. Она держала изогнутый кинжал на вытянутых руках, и лезвие не казалось холодным, рукоятка была как никогда приятной на ощупь, будто оружие не хотело отпускать Дебору. Джем сошёл по трапу, медленно приблизился к Деборе. Он смотрел на кинжал, как на старого друга, с которым уже не чаял встретиться вновь. А потом положил свою руку поверх пальцев Деборы, заставляя крепче обхватить рукоятку. - Оставь себе, - сказал Джем. – Он твой. - Нет, забери! – Дебора почти насильно заставила его взять из её рук кинжал. – Та жизнь для меня кончилась. Навсегда. Пускай пути назад больше не будет. Джем кивнул, он понимал. Дебора бросила последний взгляд на кинжал, который за долгие годы не раз спасал ей жизнь, потом посмотрела в лицо человека, что уносил с собой её прошлую жизнь, которую сам же ей и подарил. Цепь разорвана. Ничего не было. Когда Джем вдруг ни с того, ни с сего легонько поцеловал её в губы, Дебора не отвечала, но и не отстраняла его. Этого тоже не было. Теперь она начнёт всё заново. Чистый лист без единого штриха. Шаттл Джема поднялся в воздух, покинул ангар «Финализатора» и через некоторое время исчез в гипер-пространстве. Дебора Найт не почувствовала ничего. Но когда она выходила из ангара на сердце было легко. - Ну и что это было? Редко кому-либо удавалось застать Дебору Найт врасплох, но сегодня Армитаж Хакс сделал невозможное. Дебора чуть вздрогнула от неожиданности, не сомневаясь, что он заметил её удивление. Арм стоял прислонившись к стене и скрестив руки на груди. Его лицо, как всегда, не выражало никаких эмоций. И Дебору это бесило. - Где-то поблизости прячется капитан Фазма со взводом штурмовиков? Арм удивлённо поднял светлые брови. Почему-то Деборе очень нравились его светлые брови и ресницы. А ещё у него светло-голубые прозрачные глаза и очень светлая кожа. Он – полная ей противоположность. - Ты не арестуешь меня? – уточнила Дебора. - Если ты сможешь внятно объяснить, зачем это сделала. - Долги нужно возвращать. Другого объяснения у меня нет, - сказала она. – Мне собирать вещи к отлёту на Кессель? - Одним заключённым больше, одним меньше. Кому какая разница? – пожал плечами генерал. – Я бы на твоём месте подчистил записи с камер видеонаблюдения, но без моего кода у тебя это не получится. Армитаж и Дебора сидели в её каюте, как и прошлой ночью. Записи с камер были благополучно удалены, и Дебора теперь пыталась выстроить в единое целое свои чувства, события последних месяцев и выводы, что она сделала. Присутствие Арма не раздражало, а скорее наоборот, успокаивало. Дебора привыкла к нему, она привыкла, что генерал постоянно рядом. - Арм, ты веришь в судьбу? – спросила вдруг она. – В Силу? Или во что-то подобное? - В судьбу никогда не верил, - ответил Армитаж. – Неприятно думать, что всё предопределено. Что до Силы и всего остального… Я верю только в то, что вижу своими глазами. Я верю в Силу, Деб. - Ты ведь это не серьёзно? Она затушила очередную сигарету и наклонилась над столом, вглядываясь в лицо генерала. Мог ли обладатель этих холодных голубых глаз верить в нечто, выходящее за рамки логики и планирования? - Поищи в голонете про рыцарей Рен, - посоветовал Арм. - Подожди, ты хочешь сказать, что чморики в чёрном, правда, обладают Силой? Я думала, это рекламная акция. - Поверь, если бы это была рекламная акция, моя жизнь была бы намного проще, - вздохнул Армитаж. – Я верю тому, что видел. И я видел собственными глазами, как один из рыцарей силой мысли поднял человека в воздух и задушил. А ещё я видел, как движением руки останавливают луч бластера. Сила существует, Дебора. - Никогда бы не подумала, что генерал Хакс верит в Силу, - сказала она. - Я верю в исключительные способности некоторых… э-э-м… личностей. Сразу дам тебе совет, с этими личностями лучше не иметь дел… Но в какую-то вселенскую энергию я не верю. Дебора кивнула, показывая, что ей всё ясно. Она снова закурила, напряжённо думала о чём-то, и Арм не прерывал хода её мыслей. - А я верю, Арм, - сказала она и затянулась. – Я верю. Армитаж ещё не успел удивиться, а Дебора продолжила: - Помнишь, ты предлагал мне офицерское звание после того, как я впервые спасла твою жизнь? Если предложение до сих пор в силе, то я готова его принять. Арм постарался не выдать своих истинных чувств и надеялся, что в полумраке Дебора не заметила мимолётной улыбки на его губах. Теперь она уже не исчезнет.