Из пепла

- Дайте ключ… Умеете скручивать провода?... Вот этот… В любой другой ситуации генерал Хакс не потерпел бы такого грубого нарушения субординации, но когда на кону жизнь, устав утрачивает свою значимость даже в глазах генерала Первого Ордена. Арм, Дебора, двое офицеров и эскорт из пяти штурмовиков возвращались на «Финализатор» с очередной захолустной планеты. Дебора и Армитаж как раз вели спор на очередную философскую тему, когда шаттл буквально выбросило из гипер-пространства. Дебора тут же метнулась в кокпит, за нею последовал второй пилот. А двое людей, которые лучше всех из пассажиров разбирались в технике, то есть Армитаж и один из офицеров, пытались хоть что-то исправить и остановить падение. Ах, да, шаттл падал на поверхность планеты, которая – кто бы сомневался в их удаче – оказалась прямо перед ними. Что-то в двигателе заискрило, но, кажется, это возымело положительный эффект. Шаттл, который до этого нёсся носом вниз, немного выровнялся. По корабельной связи Арм услышал победный крик Деборы, который через секунду сменился потоком ругательств. - Входим в атмосферу, - сказала Дебора. – Пристегнитесь, посадка будет жёсткой. Арм не заставил просить себя дважды. Он пережил уже несколько крушений, и в условиях боя, и просто по причине поломки, и знал, что сейчас лучше просто пристегнуться и не отвлекать пилотов. Дебора пыталась хотя бы замедлить падение, шаттл то нырял вниз, то рвался вверх, будто птица с повреждённым крылом. Корабль постоянно трясло, Армитаж и сам не заметил, как изо всех сил вцепился в подлокотники кресла. Законы физики не отличают штурмовиков от генералов, невозможно предсказать, кто выживет, когда шаттл на полной скорости врежется в землю. Дебора находится в кокпите, самом уязвимом месте. Но она лучший пилот, которого Армитаж знал. Если кто-то и сможет спасти их жизни, то только она. - Держитесь! – услышал он голос Деборы. Армитаж не успел почувствовать боли, он даже не успел заметить, обо что ударился головой, были только цветные вспышки перед глазами, а потом темнота. - Генерал! Вы меня слышите? Генерал Хакс! Мысли путались, и перед глазами танцевали звёзды. Арм не мог понять, что происходит, но потом реальность резко выдернула его из блаженного забытья. Они потерпели крушение. Может быть, Дебора его не пережила. Армитаж с трудом открыл глаза и увидел склонившегося над ним офицера, с которым они пытались починить двигатель, лейтенанта Никса. - Все живы? – спросил Арм, язык еле ворочался, а зрение ещё не прояснилось до конца. Армитаж предположил, что у него лёгкое сотрясение мозга. - Лейтенант Лотт погиб, сэр. И NU-4682 тоже. - И JK-3602, - сказал кто-то рядом. - Он же только что дышал, - в голосе Никса явно проскальзывала паника и вместе с тем огромное облегчение от того, что сам он жив. - Уже не дышит, - последовал приглушённый ответ. – Мы пытаемся открыть кокпит, но дверь заклинило. Арм попробовал встать, что удалось ему со второй попытки, и то при помощи Никса. Голова кружилась, но двое солдат и молоденький офицер смотрели на него, ожидая приказов. Шаттл лежал на боку, спотыкаясь об кресла, Арм подошёл к двери кокпита. Головокружение становилось слабее, наверное, сотрясение не сильное. - Нужен рычаг, - сказал Арм. – Здесь щель между дверью и переборкой. Все вместе мы сможем открыть. Понадобилась сила четырёх человек, чтобы выломать дверь кокпита. Один из штурмовиков был ранен, и из-за физического усилия потерял сознание. Кажется, травма оказалась серьёзной. Но ему повезло по сравнению со вторым пилотом. Беднягу вытащили из сплющенного и покорёженного кокпита с осколком, торчащим из груди. Транспарил иллюминатора разбился при посадке. То же могло произойти с Деборой, подумал Армитаж, гладя на тело пилота. Несколько секунд генерал Первого Ордена был на грани нервного срыва. - Она жива! – раздался из кокпита голос лейтенанта Никса. – Командор Найт жива! Арм надеялся, что никто из присутствующих не услышал его облегчённого вздоха. Когда Дебору вытаскивали из кокпита, она начала приходить в себя и тихо застонала. - Деб, не двигайся, - Армитаж опустился на колени возле неё. – Где болит? - Армитаж, - пробормотала она вместо ответа. – Армитаж. - Я здесь. Деб, как ты? - Плечо… Дебора, наконец, разлепила веки и села, опираясь спиной о стену. Её правая рука висела, как плеть. - Кости целы, - уверенно сказала она. – Просто вывих. Что с остальными? Прежде Арм никогда не замечал в Деборе самоотверженности, но теперь она решительно отказалась от помощи, в приказном тоне отправив Арма «разгребать всё то дерьмо, в котором они оказались». На разгребание ушло два с лишним часа. Раненному штурмовику оказали первую помощь, но его необходимо доставить в больницу, что не представлялось возможным. - Двигатель невозможно починить, - однозначно заявил лейтенант Никс. Дебора подтвердила его слова, только взглянув на кучу оплавленного металла, в которую превратилась высокотехнологичная начинка шаттла. Но двигатель – это ещё полбеды. Длинноволновый передатчик приказал долго жить в результате жёсткой посадки, как и система навигации. Арм не знал, на какую планету они упали. Шаттл свалился посреди густого леса, и это не привлекло ничьего внимания, значит, на километры вокруг нет ни единого разумного существа. - Рано отчаиваться, - сказал Арм своим солдатам, просто потому что обязан был это сказать. В такой ситуации людям нужен лидер, не позволяющий им отчаиваться. Генерал приказал разбить лагерь и обыскать шаттл на предмет уцелевших вещей, которые смогут пригодиться. Сам он хотел найти Дебору и поговорить с ней. Сейчас она очень нужна Арму, потому что сам он как никогда близок к отчаянию. При падении шаттл безнадёжно испортил местный ландшафт, проделав в густом лесу широкую просеку. Дебора сидела на поваленном дереве позади завалившегося на бок покорёженного шатла. Отправившись искать её, Арм впервые с момента крушения оказался в одиночестве, и только теперь он обратил внимание на лес, обступающий их со всех сторон. Армитаж никогда в жизни не бывал в лесу, он привык к открытому космосу за иллюминатором или к индустриальным пейзажам из транспарила. И сейчас стена огромных деревьев внушала инстинктивный страх. Арм прислушался к тишине леса, и оказалось, что тишины не было и в помине. Деревья и кустарники шелестели, покачиваясь на слабом ветру, где-то в кронах щебетали птицы, Арму послышалось шуршание и скрежет в подлеске. У генерала неприятно засосало под ложечкой. Этот лес ему совершенно не нравился. А Дебора, напротив, казалась спокойной, если дикая чаща и внушала ей опасения, то она их не показывала. - Я посмотрела передатчик, починить не получится, - сказала Дебора, когда Арм подошёл к ней со спины. Её голос был чересчур ровным, что с головой выдавало её взвинченное состояние. – Мы имеем все шансы умереть здесь. - А перед этим прожить долгую и счастливую жизнь. Здесь. - Как единственная женщина колонии, я против. Армитаж сел рядом с Деборой, на шершавом стволе было неудобно. Он заметил, что правая рука Деборы всё так же безвольно висит вдоль тела. - У меня вывих, - сказала она, проследив за его взглядом. – Помоги вправить. Арм умел вправлять вывихи, этому невозможно не научиться, проведя много лет на войне. Но почему-то очень не хотелось своими руками вправлять вывих Деборе. Арм не желал причинять ей боль, даже если это необходимо. Но отказать в помощи ещё труднее. - Хорошо, - Арм взял руку Деборы. – Скажи, когда будешь готова. Здоровой рукой она зажала себе рот, наверное, не хотела пугать криками солдат, которые только успокоились после крушения. Дебора решительно кивнула, показывая, что готова. Арм потянул за повреждённую руку, плавно, но сильно. Дебора замычала в ладонь, и с характерным звуком сустав встал на место. - Вот и всё, - сказал Арм скорее себе, чем ей. Дебора повращала плечом, слегка морщась при движениях. Она оглянулась на шаттл, не хотела, чтобы другие знали о том, что даже Деборе Найт больно вправлять суставы. - Ты ведь не сказал им, да? – полувопросительно сказала Дебора. – Ты не объяснил своим людям всю безнадёжность положения. - Они не дети, сами могут догадаться, - ответил Арм. – Что толку, если их генерал скажет «Мы все умрём, надежды на спасение нет»? Чтобы они не начали паниковать, я должен оставаться невозмутимым, по крайней мере, внешне. Я всё ещё главный, Дебора. И я всё ещё за них отвечаю. - Генерал до мозга костей, - вздохнула она. И на этот раз с голосе Деборы не было обычной насмешки. Её улыбка всё ещё казалась немного снисходительной, но было в ней что-то ещё, что-то новое… - Нас будут искать, - сказала Дебора, она всегда быстро меняла темы. – Если очень повезёт, даже найдут, но нельзя полностью положиться на везение. - Думаешь, эта планета обитаема? - Трудно сказать, - Дебора пожала плечами. – Когда мы падали, я видела только лес, но, возможно, здесь просто нет достаточно больших городов, чтобы разглядеть их с орбиты. И не будем забывать, что я была слегка занята и не разглядывала поверхность планеты. К тому же, может быть, нам не повезло с местом приземления… Сколько мы уже здесь? - Около трёх часов, - Арм был удивлён её вопросом. - Ставлю на то, что планета обитаема или её часто посещают люди. - Откуда уверенность? - Лес – развитая экосистема, - Дебора широким жестом обвела окружающую чащу. – Здесь куча живых существ. Но любопытные зверушки пока не пытались с нами познакомиться, что означает… - Они уже знакомы с людьми, - закончил за неё Арм. - Но лес выглядит нетронутым, - продолжила Дебора, довольная тем, что Армитаж понял её с полуслова. – Думаю, контрабандисты используют эту планету как перевалочный пункт. Здесь есть люди, Арм, и я собираюсь их найти. Я бывала раньше на лесистых планетах, завтра я уйду из лагеря, чтобы привести помощь. Она встала и собиралась пойти к шаттлу. - Но ты даже не знаешь, куда идти! – воскликнул Арм, ему совершенно не нравилась идея отпустить Дебору одну в густой лес на незнакомой планете. - Туда, - она махнула рукой влево, - или сюда, - показала вправо. – Для нас это не имеет значения. Если останемся здесь, умрём. Армитаж осознавал правоту Деборы, но просто позволить ей уйти в лесную чащу без связи, без плана, без гарантии, что она приведёт помощь и вообще вернётся, он не мог. Следующую ночь Арм напряжённо думал, и выход из ситуации он видел только один. Дебора права, если они ничего не предпримут, то с высокой вероятностью просто умрут в этом лесу. Один из солдат ранен, с ним в лагере должны остаться ещё, по крайней мере, двое, чтобы в случае опасности они могли его нести. Если говорить об опасности, то не помешает и третий, который сможет стрелять по этой самой опасности. Выходит, с Деборой может отправиться один человек. И если Арм не мог отпустить её одну, то тем более не мог отпустить одну с другим мужчиной. Решение было очевидным, осталось уговорить Дебору. Генералу не спалось, хотя, казалось бы, события этого дня должны были вымотать его. Но нервное напряжение ещё не прошло, Армитаж понимал, что не заснёт, поэтому сказал, что будет дежурить первым. Конечно, генерал не должен выполнять функцию часового, но в нештатной ситуации можно забыть о званиях. Почему-то Армитаж был уверен, что им на долгое время придётся забыть о том, что такое штатная ситуация. Он сидел на земле рядом с шаттлом, внутри спали остальные. Раненный застонал во сне, наверное, действие обезболивающего подошло к концу. Если он умрёт здесь, это будет глупая смерть. Но ещё более глупая смерть уготована остальным, если они не найдут способ выбраться. Арм совершенно не хотел умереть от голода и тем более от старости на необитаемой планете. Ночью лесные звуки казались ещё более громкими. Где-то совсем рядом крикнула птица, Армитаж невольно поёжился, подумав о том, что эта птица может быть размером с корабль и голодная. Неизвестно, на какую планету их занесло, и что их здесь ждёт. - Если здесь есть крупные хищники, то я не завидую нашей дальнейшей судьбе, - раздался голос прямо над ухом. - Ты можешь не подкрадываться? – зашипел в ответ Арм, нервы и так были натянуты, как струна. - Прости, - Дебора села рядом. – Твоя смена окончена, я дежурю следующая. - Можешь идти спать. - Мне тоже не спится, Арм. Хотя завтра мне понадобятся силы, долгий пеший переход это не шутки. - Да, - согласился Армитаж. – Поэтому я иду с тобой. Дебора повернулась к нему, правый уголок её губ приподнялся в знакомой усмешке. Но удивлённой она не выглядела. - Ты ходил когда-нибудь по лесу? – спросила Дебора, скептически изогнув бровь. - Нет, - честно ответил Арм. – Но ты не можешь отправиться за помощью одна. Если тебя ранят, рядом должен быть кто-то, чтобы помочь. - Я привыкла работать одна. - На этот раз ты никуда не пойдёшь одна. Это приказ, командор Найт. Дебора скрестила руки на груди и сощурилась. Она не любит подчиняться приказам, даже теперь, когда Армитаж официально её командир, Дебора не может заставить себя подчиниться. - Есть, сэр, - она отдала честь. – Но если прогулка по пересечённой местности убьёт вас, знайте, вы сами этого добились. Бросив на Арма злобный взгляд, она ушла внутрь шаттла. Армитаж не стал останавливать Дебору, и отдежурил её смену. Потом, сдав пост лейтенанту Никсу, он ещё долго ворочался и заснуть смог только на рассвете. На шаттле был запас консервированной воды и сухих пайков, в случае аварии его должно было хватить на месяц. Дебора распределила по двум рюкзакам запас еды на несколько дней. Генерал в это время инструктировал своего вынужденного заместителя. - Не оставляйте попыток починить передатчик. Мы с командором Найт попытаемся найти помощь, но не полагайтесь только на успех нашей миссии. - Да, сэр. Каковы должны быть мои действия, если вас с командором не будет долго, и у нас закончатся припасы? – спросил лейтенант Никс. - Снимайтесь с места и ищите помощь сами. Если мы с командором не вернётся, позаботьтесь в первую очередь о безопасности своих людей. Дебора вышла из шаттла с двумя рюкзаками и винтовкой на плече. - Принимайте командование, лейтенант, - сказал Армитаж. - Есть, сэр. Я вас не подведу, сэр. - Лейтенант, - позвала Дебора. – Если кончатся припасы, не ешьте никаких ягод и грибов с яркой окраской, они могут быть ядовиты. И кипятите воду. - Есть, мэм. Позвольте пожелать удачной миссии, мэм. Генерал. Дебора кивнула в ответ, кинула Армитажу один из рюкзаков и, не оглядываясь, пошла к стене леса. Направление она выбрана наугад, и Армитаж решил довериться её интуиции. Для них сейчас значение имеет не направление, а само движение. Как правильно сказала Дебора, не важно, куда они пойдут, но если останутся на месте, им конец. - Ты знала, что я решу пойти с тобой, - сказал Арм, догнав Дебору. – Так почему ты дуешься? - Потому что мне не хватает сил остановить тебя, - ответила она, не поворачивая головы, и ускорила шаг. Дебора слегка улыбнулась, слыша, как Армитаж бегом догоняет её. Она не злилась на него. Она злилась на себя. С тех пор, как не стало Натана, Дебора Найт всегда была одиночкой. Обмануть республиканскую таможню? Легко, только нужно, чтобы никто не мешал. Провести контрабандный товар под носом у Первого Ордена? Нет ничего проще, лишь бы помощники не путались под ногами. И теперь Дебора должна была, не изменяя себе, отправиться искать помощь в одиночку. И она уже придумала, что скажет Арму, как надавит на его чувство долга, чтобы оставить генерала в лагере. Но впервые за четырнадцать лет Дебора поняла, что не хочет быть одна. Ей нужна помощь. Наверное, она могла бы справиться и без Армитажа. Но отказаться от его помощи, закрыть глаза на искреннее беспокойство о её жизни, было выше её сил. Дебора остановилась, поджидая своего генерала. На этот раз она проиграла, и это было досадно. Иногда так заманчиво разрушить последний круг обороны, сдаваясь на милость победителя, но ведь Дебора Найт никогда этого не сделает, она слишком долго была одна.