Once in a Lifetime

***

Просыпаюсь от тихого голоса Джоша прямо над моим ухом и понимаю, что лежу на его плече, в то время, как Бланш сопит у парня на груди с другой стороны. На улице уже светло, но по едва розовому освещению комнаты я понимаю, что утро все-таки ещё ранее. А вот Джош уже с кем-то треплется по телефону, даже не встав при этом с дивана, видимо, чтобы нас не будить. — Нет… — сквозь ещё не ушедший до конца сон до меня доносятся только редкие обрывки фраз. — Она у Бланш, напротив… Трубку… Наверное, она в квартире. Окей… Парень тяжело выдыхает прямо мне в ухо, отчего я морщусь и спешу выбраться из его дружеских объятий. Надо признать, Джош очень приятно пахнёт. От его белой футболки доносится аромат мяты и чего-то свежего, вроде пены для бритья. Типичный такой, мужской запах, но все равно очень притягательный. — Доброе утро, — фыркает он, сдувая со лба пряди русых волос. — Во сколько ты заснула? Выглядишь кошмарно. Игнорируя парня, топаю к входной двери, чтобы проверить, там ли этот псих, но останавливаюсь напротив зеркала и, вздохнув, провожу указательными пальцами по огромным мешкам под глазами. Хватаю с тумбочки резинку для волос и собираю непослушные пряди в небрежный хвостик, после чего все-таки дохожу до двери и выглядываю в глазок. Мужчина по-прежнему спит, сидя на моем коврике, и в мою голову уже закрадываются мысли о том, что он никогда теперь не уйдёт. Будет сидеть там, пока не помрет от голода, а я так и буду тусоваться у Бланш… Да уж. — Завтрак приготовишь? — интересуется Джош и вальяжно разваливается на диване, стараясь не пихать Бланш. — Я тебе домработница? — ворчу я и вижу, что он нагло показывает мне язык. — Надо тебе, пойди и приготовь. — А я ради вас… — вздыхает парень и, аккуратно отодвинув Бланш, встает. — Эх, бросил все, приехал… — продолжает сопеть что-то в этом духе себе под нос и бредёт в сторону кухни, но я полностью игнорирую его уловки и стою, прислонившись затылком к двери и сохраняя абсолютное молчание. Джош вскоре скрывается за дверью кухни и плотно её прикрывает, начав напевать себе под нос какую-то незнакомую мне песенку. Слышу, как он периодически тихонько ругается и гремит посудой, а сама молча изучаю спящую на диване Бланш. Её кудри рассыпались по подушке, а рот слегка приоткрыт: она кажется сущим ребёнком. Я бы не дала ей сейчас и четырнадцати лет. Медленно опускаюсь на пол и обхватываю коленки руками, чувствуя, что все ещё слегка дрожу — то ли от недосыпа, то ли от странного чувства тревоги внутри. Причем, я не могу понять, так ли меня пугает этот мужчина под моей дверью, или же причина в чем-то другом. У меня такое ощущение, что вот-вот что-то произойдет. Что-то, что не оставит меня равнодушной. В ванной минут за десять я привожу себя в порядок: мою голову, умываюсь и кое-как, можно сказать, пальцем чищу зубы. От холодной воды мешки под глазами немного уходят, но выгляжу я по-прежнему не очень. Ну да и ладно, кто меня тут увидит? Выхожу обратно в комнату, но уже не нахожу там Бланш, а по открытой кухонной двери понимаю, что она решила присоединиться к Джошу. Медленно подхожу к проему и опираюсь плечом на косяк, рассматривая ее в длинной белой футболке, двигающей задом под ритмичное мурлыканье парня. Он что-то помешивает в сковороде, думаю, там яичница, потому что вряд ли Джош способен на какие-то уж особенные кулинарные изыски. Бланш тем временем варит на соседней конфорке кофе и греет для него молоко. — Вы встречаетесь? — мой голос нарушает эту идиллию, и оба тут же резко оборачиваются на меня. Бланш слегка удивлена, а на лице парня читается немного ироничная улыбочка. — Не знаю, — он пожимает плечами и переводит глаза на Бланш. — Эта куропатка от меня бегает. — Я? — глаза кудрявой округляются, и она тыкает парня в бок деревянной ложкой. — Это ты, вообще-то, игнорил меня. — Я работал. — И какие тогда отношения могут быть, если ты мне неделями не отвечаешь? — Ой, да ну какими неделями, не преувеличивай, — фыркает Джош и возвращается к готовке. — Хорошо, будем называть это сексом по дружбе. Так тебя устроит? — Нет. — А что тогда у нас? — теперь парень стоит ко мне вполоборота, потому что пялится на безмятежную с виду Бланш. — Я тебя использую, когда ты мне нужен, вот и все. — Например? — лицо Джоша приобретает странный красноватый оттенок, и он упирает руки в бока. — Например, сейчас. Мы позвали тебя, потому что нам было страшно, милый, а не потому, что соскучились по тебе. С моих губ слетает легкий смешок, а вот Джоша такие слова, кажется, обидели. Его брови сначала взлетают вверх, после чего стремительно сходятся на переносице, а сам парень, швырнув лопаточку для готовки в сторону, разворачивается ко мне и угрюмо меня оглядывает. — Тогда я пошел, — теперь уже на лице Бланш видно легкое недоумение, потому что она явно не ожидала такой острой реакции, но сама виновата, дура. Джош выходит в гостиную и натягивает на себя свою одежду, то и дело озираясь по сторонам, словно проверяя, ничего ли он не забыл. Кажется, Бланш и правда неплохо так его задела своим отношением. И, по-хорошему, ей стоит извиниться. — Ты серьезно? — чтобы удержать его, сама кидаю ему в голову пустой бутылкой из-под воды, и он с шипением оборачивается на меня и Бланш, что встали в дверях. — Разбирайтесь сами со своим маньяком. Одна смеется, вторая — черт пойми что вообще… Да ну вас. Бабы! — Джош взмахивает руками и картинно закатывает глаза, после чего хватает с пола свой рюкзак и уже делает шаг к выходу, как вдруг замирает из-за тихого стука, раздавшегося, тем не менее, на всю небольшую квартирку Бланш. Парень в недоумении оглядывается лишь на меня, избегая встречи взглядом с Бланш, а та и вовсе стоит, замерев, как статуя, и не шевелится. В итоге, я слетаю с места и подбегаю вприпрыжку к двери, прислоняясь лицом к ней, чтобы посмотреть в глазок и убедиться в том, что тот псих проснулся и теперь ломится к нам. Но перед моими глазами появляется другой псих, не менее психанутый. Так сказать, звездный псих — Гарри Стайлс. Он стоит, периодически оглядываясь на мужчину, все еще спящего в нелепой позе у моей двери, и нервно вертит в руках бутылку вина. Вино, серьезно? Ранним утром? Нет, этот парень точно алкаш. Тихо открываю дверь, с легким сомнением в этом действии внутри своей не соображающей башки, и принимаюсь пялиться на Гарри теперь уже без каких-либо преград. И позволив ему заниматься тем же. — Привет, — тихо говорит он, опять обернувшись на мужика, сидящего на моем входном коврике. — Пустишь? — Это не моя квартира, не мне решать, — коротко и немного едко парирую я, на что Стайлс просто и даже не раздраженно закатывает глаза. — Ну, тогда я буду… — Да пусть заходит уже, черт, — Бланш, фиг пойми откуда взявшаяся, резко дергает парня за рукав свободного свитшота и втаскивает его в квартиру. — Разбирайтесь внутри, а то разбудите того придурка, и он будет знать, что ты, Стеф, — получаю строгий взгляд, — тусуешься тут. Бланш теперь уже пихает ухмыляющегося Джоша маленькими кулачками в грудь, заталкивает его тем самым в кухню, при этом что-то шепча на ухо, и мы с Гарри остаемся в гостиной одни. Дверь за ребятами захлопывается слишком уж громко, будто специально напоминая о том, что, упс, мне теперь нужно остаться со Стайлсом наедине. Но вот он вовсе не выглядит смущенным, или типа того. Он кажется вполне довольным и спокойным. — Я предлагаю тебе вернуться на работу, так как там необходима твоя помощь. Скрещиваю руки на груди и лишь молчу, не в силах поверить в то, что он вот так запросто приходит и просит меня вернуться, после того, что произошло у него в квартире и после его же собственных резкостей в мою сторону. Заглядываю в его бесстыжие зеленые глаза и прикусываю краешек щеки, чтобы предотвратить грубые высказывания в адрес Гарри. — Ну что? — он осматривает комнату и немного брезгливо морщит лоб. — Я принес вино в знак примирения. — А не пойти бы тебе на хрен, баран? — бормочу я себе под нос, игнорируя его и делая несколько шагов в сторону. — Что? Что ты сказала? — заглядывает мне в лицо и щелкает передо мной длинными пальцами. — Я позволю тебе вернуться на правах младшего менеджера. Мы с Софи поцапались, и мне не помешает кто-то вроде персонального помощника. — Ты думаешь, я вот сейчас прямо бегу и спотыкаюсь, Гарри? Ты нагрубил мне. — Прости, мне не стоило… — Я не хочу возвращаться, — делаю безразличное лицо, включив режим гордячки, потому что, как-никак, Стайлс нехило задел мое самолюбие. И сейчас я готова сдаться, наверное, но… не так сразу. Хотя, конечно, я не профукаю этот шанс. — Стефани, брось, кто еще тебе предложит такие бабки? — Мое достоинство мне важнее. — О каком достоинстве вообще идет речь, боже мой? — Гарри всплескивает руками, предварительно швырнув принесенную им бутылку на незаправленный диван. — Я… — Я уверена на девяносто девять процентов в том, что не теряла твоего чека. — Я знаю, что ты его не теряла, — ворчит, как старый дед, Гарри, а вот мне приходится вылупить на него глаза. В смысле, он знает?! — Его Лиз взяла, — тихо говорит парень и садится на край дивана, положив голову на руки. — Я нашел его вчера вечером у нее в сумочке, когда полез за своей картой. — И что она на это сказала? — ехидно усмехаюсь я, скрестив руки на груди и стоя над Гарри, тем самым словно символизируя свое превосходство над ним сейчас. Конечно, это все Лиз, я так и думала. — Да что она могла сказать? — Стайлс поднимает на меня глаза и потирает виски руками. — Сказала, что ты ее выбесила, поэтому она забрала чек. Знала, что я выгоню тебя после такого. Но не подумала сразу его куда-то спрятать, видимо. — Тупая потому что, — фыркаю я с издевкой, но Гарри даже не торопится затыкать мне рот, потому что, кажись, согласен. — И? — Что «и»? Вернешься на работу? — И: Стефани, прости, я был неправ и зря на тебя наорал. Я облажался, и во всем виновата моя подружка, а ты хорошо справляешься со своей работой, поэтому, пожалуйста, вернись. — Стефани, мне так без тебя плохо! — Гарри вместо моей фразы изображает пик отчаяния и падает на спину назад, а я не удерживаюсь от смешка. — Ну да, я был неправ… Извини. Мы с Лиз, кажется, окончательно расстались.

The Kooks — Ooh La

— Ты расстроен? — почему-то вмиг забываю о своей обиде, да и интерес, конечно же, полностью завладевает мной. Медленно присаживаюсь рядом с Гарри и смотрю на его бледное лицо, пока он бегает глазами по потолку и нервно хрустит пальцами. — Даже не знаю, — задумчиво откликается он. — Я уже пережил это в тот раз, мне кажется. Сейчас я просто разочарован. — Почему разочарован? — А разве не должен быть? — Гарри рывком садится на диване и заглядывает в мои глаза. — Она сперла этот чек, чтобы избавиться от тебя: она, видите ли, ревновала. А то, что мне придется попотеть, чтобы заново все оплатить или же искать эти документы с подтверждением, ее не волновало. Плюс, это бы немного испортило мои отношения с компанией. Но ей было плевать, ее ты бесила, я тебя послал, и все, супер, проблем больше нет! — на последней фразе Гарри повышает голос и опять импульсивно взмахивает руками, задев мое плечо. — Черт, прости, — он мягко проводит ладонью по нему и прикрывает глаза. Делаю то же. — Я так устал и просто хотел отдохнуть ото всего этого. Но она появилась слишком уж «вовремя», — открыв глаза, вижу, что пальцами Стайлс изображает кавычки и грустно усмехается. — Я не ожидал от нее такого, если честно. Вся эта светская жизнь ее испортила. Кажется, она чувствует себя героиней сериала «Сплетница», раз так себя ведет. — Не думай об этом, Гарри, оставь ваши отношения в прошлом. — Так и сделаю, просто… — он не сразу договаривает и закрывает лицо ладонями. — Просто я помню ее не такой. — А вы давно знакомы? — Да нет, — медленно отзывается Гарри, не убирая рук от лица. — Ну, чуть больше года, может. Мы тем летом фильм снимали, ее отец был главным оператором, и она как-то раз пришла на площадку к нему зачем-то. Ну, мы разговорились, а мне тогда немного тяжело было: незнакомое место, люди все новые, полно работы, хотелось развеяться. Она пригласила меня посидеть в баре, я пошел, так и началось. Оказалось, что она модель, но так, неизвестная. Но ведь она же жутко красивая, да? — Ага, — фыркаю я, ожидая продолжения, на что Гарри все-таки убирает руки от лица и теперь смотрит на меня с недоверием. — Это сарказм? — Нет, она красивая, — развожу руками в стороны и усмехаюсь. — Этого только слепой не увидит. — Ну да… — Стайлс отводит глаза и принимается сверлить взглядом стенку. — Я влюбился по уши, везде ее пристроил, агенство и тому подобное… Любовь, она такая. Но Лиз тоже меня любила, как-то по-своему, конечно, по-женски, но как умела. У нас в принципе все было в порядке, но потом мы почему-то стали ссориться, я начал ее раздражать, даже какими-то бытовыми привычками. А сам я считаю, что девушке в первую очередь в отношениях должно быть комфортно, вот и… — Обоим должно быть комфортно, Гарри, — перебиваю я и встаю на ноги напротив него. — Обоим. — Ну, может быть. Я не знаю, Стеф, — слегка приподнимаю брови от того, что он так меня назвал, но Гарри не замечает моего удивления и продолжает. — Мне тогда Найл, — бросает на меня взгляд и поясняет: — мой друг Найл сказал, что мне стоит уехать. Типа взять паузу, чтобы она поняла, что потеряла. Я послушал, но Лиз без меня как-то даже больше понравилось. Я вернулся через месяц, и она такая: Гарри, нам надо расстаться. Ну, собрала вещи и ушла тем же вечером. А тогда в клубе, когда мы встретились случайно, она сказала, что скучает и якобы просто поспешила с выводами. — Типичная баба, короче, — изрекаю я, нахмурившись. Гарри вновь поднимает на меня глаза. — Ты считаешь? — Именно. В ней просто проснулись собственнические чувства. Гарри смотрит на меня как-то слишком уж грустно, и я решаю, что я переборщила. Поэтому я опять сажусь рядом с ним, но вздрагиваю, когда он опускает мне голову на плечо. Это странное и непривычное ощущение. Рука сама тянется к лежащей позади нас бутылке, и я кручу ее в руках, задумчиво изучая красивую этикетку. Вино явно дорогое. Гарри молчит. Но вообще, я считаю, что я права. Нам часто начинают нравиться бывшие, и мы не можем ничего с собой поделать, хотя, когда расставались, явно знали, что отношения не спасти. Обычное дело: людей всегда тянет к тому, что им не принадлежит. Запретный плод сладок, и бла-бла-бла. Именно поэтому девчонки всегда по расставании стараются постить фото с другими и чаще ходить на свидания, в надежде, что их возлюбленные опомнятся и прибегут обратно. И иногда это правда работает — до человека медленно, но верно доходит, что чувства никуда не делись, и тогда все налаживается. Но тут мне почему-то не кажется, что Лиз из тех девчонок, что по уши влюблены и от этого теряют рассудок. Думается мне, что она поняла, кого упустила, и решила все быстренько поправить, устранив возможную претендентку на ее место. — Тот мужик, — нарушает тишину Гарри, вовсе не плавно сменив тему разговора. — Это ведь тот, что из клуба, да? — Ага. Он, кажется, проследил и узнал мой адрес. — Это я виноват! — Гарри хлопает себя рукой по лбу и вскакивает на ноги. — Нельзя было бросать тебя там одну. — Вообще, да, не самая лучшая была идея, — ухмыляюсь я, на что он лишь закатывает глаза. — Но теперь уже ничего не сделаешь… — Помирились? — из кухни высовывается Джош, который весело машет Гарри рукой, улыбаясь во весь рот и явно довольный тем, что прервал нас и застал врасплох. — Это хорошо! — А мы и не ссорились, — отзываюсь я и подхожу к окну, выглянув туда и увидев, что утренняя дымка с улицы уже ушла. Но, тем не менее, мне не кажется, что там жарко. Гарри словно читает мои мысли. — Какой-то циклон идет на Лос-Анджелес. На улице довольно прохладно, и, кажется, я даже слышал о грозовых предупреждениях. Поворачиваюсь к ребятам обратно и вижу, что Бланш и Джош уже валяются на диване, причем, последний рассматривает злополучную бутылку, периодически подбрасывая ее над собой. Гарри стоит напротив, прислонившись спиной к кухонной двери, и не сводит с меня глаз. Он теребит пальцами край своего свитшота и выглядит слегка взволнованным. — В чем дело? — приподнимаю одну бровь, глядя прямо в его глаза, но он отворачивается, оставив меня без ответа. Медленно подходит к зеркалу и, поглядев на свое отражение, взъерошивает рукой волосы. — Предлагаю арендовать какой-нибудь кабриолет и покататься по прибрежным улицам. Как раз не жарко, и солнце не так печет. Бланш, Джош, вы как? Вы не работаете сегодня? — Воскресенье, о чем ты? — фыркает парень, задрав ноги к потолку. — Отличная идея. — Тогда решили… — А меня спросить не хочешь? — бросаю злой взгляд в сторону Гарри, слыша при этом, как Бланш и Джош тихонько посмеиваются надо мной. — Я, может, против? — Тогда мы выпрем тебя из квартиры и разбудим твоего маньяка, — хмыкает Джош, переглядываясь с Гарри, и на лице последнего тоже появляется задумчивая и загадочная усмешка. — Что будешь без нас делать? — Ой, как вы меня бесите! — показываю всем троим по очереди фак и бросаюсь к двери, но вовремя вспоминаю о своем «госте». Осторожничая, выглядываю в глазок и облегченно выдыхаю, заметив, что коврик пуст, и там больше никого нет. Словно камень с души упал… Боже, как же я рада, что этот псих ушел. Бросив победный взгляд на Джоша, я беру с полки свои ключи и молниеносно выскакиваю в коридор, спеша скорее открыть дверь. Пока вожусь с ключами, слышу, как следом за мной кто-то вышел, и когда уже хочу захлопнуть дверь и оказаться в квартире, Гарри подставляет в проем ногу и не дает мне этого сделать. — Ты вернешься на работу? — он поигрывает бровями, а я удивляюсь тому, что у него отчего-то такое хорошее настроение. — Вернусь, только отвали, — фыркаю я и опять пытаюсь закрыть перед ним дверь. — А кататься с нами поедешь? — Это обязательно? — Это мое рабочее поручение, — вижу, как Гарри уже не так ехидно, а даже тепло улыбается мне, и почему-то настроение тоже начинает медленно подниматься. Он теперь все-таки просовывает и руку, после чего сам входит внутрь квартиры, а дверь за ним с грохотом захлопывается. Теперь он стоит в нескольких сантиметрах от меня, в легком сумраке прихожей, и смотрит прямо мне в глаза, заставляя чувствовать себя не в своей тарелке и слегка смущаться. Гарри спокойно опирается рукой на тумбочку и принимает слишком уж расслабленное положение, чтобы я осталась так стоять, поэтому я делаю два шага назад и тем самым увеличиваю между нами расстояние, сделав его чуть более безопасным. — Чего стоишь? — выдавливаю я наконец, но мой голос хриплый и почему-то не слушается меня. — Жду тебя. Собирайся. Бланш и Джош уже одеваются. — Ты так и будешь в прихожей маячить? — немного резко спрашиваю я, стараясь звучать более уверенно, на что Гарри молча кивает и больше не говорит ни слова. Вздыхаю, поправив волосы и слегка прикусив губу, после чего разворачиваюсь на пятках и, не мешкая, прохожу к шкафу, чтобы начать собираться. Распахиваю дверцы и в течение пары минут просто пялюсь на одежду, что там висит и валяется, но в голову не приходит ничего, что я могу сейчас надеть. Да блин, почему я вообще об этом всем думаю? Какая к черту разница?

***

Panic! At The Disco — LA Devotee

Лос-Анджелес — город, обладающий какой-то особой магией, черт его дери. Причем, магия эта черная: он словно поглощает всех тех, кто в него попадает, и всё, они пропали. Просто растворились на хрен в этом мегаполисе. Джош сидит за рулем арендованного Гарри кабриолета и гонит по Малхоланд-Драйв на скорости во все сто двадцать километров в час. Мои волосы порхают где-то в районе лица, и мы с Гарри и сидящей спереди Бланш то и дело передаем друг другу бутылку белого вина, что Гарри приволок сегодня с собой. Мы проезжаем большие дорогущие виллы с огромными бассейнами, которые кажутся синими под сегодняшним необычно темным небом. Причем, оно вроде не грозовое и даже не пасмурное, просто синее и солнца нет, а для Лос-Анджелеса это редкость, поэтому все вокруг не такое сияющее. Но цвета от этого не менее насыщенные. Пальмы, которые нечасто попадаются на пути, своим шелестом словно шепчут: «влюбись в этот город, ну же, детка, он этого достоин». И мне кажется, что я правда постепенно в него влюбляюсь. Ведь для чего я приехала сюда? Ради чего? Ради безграничной свободы, которая именно сейчас выражается в этом красном кабриолете, в этом ветре, который путает напрочь мои волосы, и в громком смехе таких же трех немного безбашенных людей, которых я, возможно, даже могу назвать своими друзьями. Разве хотя бы это не повод любить Лос-Анджелес? Он подарил мне их. Так, ради чего еще я сюда приехала… ради лакшери-веселья, крутых знакомых… Пожалуйста! Наверное, я не осознаю до конца, как мне повезло тусить с Гарри и Джошем и так близко с ними общаться, потому что я их не знала ранее, и они для меня не знаменитости, а, скорее, просто ребята, такие же, как, скажем, Бланш. Но все равно я в глубине души понимаю, что это тоже то, чего я хотела. Ну и опять же, эта скорость и времяпровождение в целом убеждают меня в этом еще больше. — Я хочу к морю, — резко выкрикивает Бланш, когда мы проезжаем побережье, и пихает Джоша в плечо, а тот лишь усмехается. — Остановишься? Джош что-то отвечает ей про то, что это не море, а океан, но я даже не сразу улавливаю смысл сказанного, потому что все моё внимание сосредоточено на руке Гарри, что лежит рядом с моей ногой. Слишком рядом. Когда Гарри так близко, я ощущаю себя неловко и мне даже кажется, что я начинаю краснеть. А мне не хочется, чтобы кто-то заметил то, что он нравится мне. Это явно не будет плюсом для наших отношений сейчас. Джош спустя какое-то время плавно тормозит у небольшого пляжа, и они с Бланш наперегонки бросаются к воде, а мы с Гарри даже не сразу понимаем, что происходит. Мы переглядываемся, но мои волосы залепляют лицо, и парень пропадает из поля моего зрения на мгновение. Убираю волосы и вижу, что Гарри по-прежнему смотрит прямо на меня и улыбается, отчего вновь становится немного некомфортно. — Не побежишь за ними? — Пф, нет, — наигранно спокойно отвечаю я, стараясь хоть сейчас казаться спокойной, взрослой и серьёзной. — Почему же? — Гарри с насмешкой приподнимает бровь и ждёт ответа, но я молчу. — Ну ладно, а я пойду. Он тут же резво выпрыгивает из машины и быстрыми шагами, почти бегом, настигает ребят, которые уже носятся по колено в воде. До меня доносится их смех вперемешку с шумом прибоя, и я понимаю, что сидеть в одиночестве в машине будет просто тупо. Поэтому я хватаю забытую всеми бутылку и, сделав несколько глотков, тоже выбираюсь из машины. Медленно, чувствуя на губах солёный ветер с океана, подхожу к Гарри, который стоит чуть поодаль от воды, и принимаюсь слегка смущённо рассматривать песок и кеды парня. — Венис-бич считается лучшим пляжем Лос-Анджелеса, — задумчиво произносит он, глядя вдаль. Молчу, потому что не знаю, что сказать, а потом усмехаюсь: Бланш подбегает к Гарри и вручает ему мобильник Джоша, чтобы сделать фото. Гарри хмурится и отходит ещё чуть-чуть назад, а потом все-таки делает для чокнутой парочки милую фотографию. — Мне кажется, будет шторм, — говорит он, вручая подруге телефон и поводя плечами. — Не мели чепухи, Стайлс, — бросает подошедший к нам Джош и принимается надевать свои ботинки, перепачканные в мокром песке. — У нас шторма сто лет не было. — Ну вот не было, а теперь будет, — ворчит Гарри. — Посмотри на цвет воды. Джош бегло оборачивается на океан и беспечно машет в ту сторону рукой, а вот меня слова Гарри настораживают. Я приподнимаю голову и смотрю на тёмное небо, после чего слегка ёжусь, чувствуя, что покрываюсь неприятными мурашками. — А цунами может быть? Ведь если... — Конечно, может, — тут же перебивает меня Джош. — У нас пару лет назад такое было, полгорода смыло! — разводит руками и грозно на меня смотрит, а я уже хочу начать расспрашивать об этом, как вдруг Гарри и Бланш прыскают со смеху и выдают то, что это шутка. — Ну и лицо у тебя, Стеф, — хихикает подруга. — Иногда мне кажется, что ты настоящая тупица! — Да иди ты, — все же смеюсь я и пинаю ногой камушек. — Набегались? Может, поедем? Становится холодно. — Да, мы хотим в кино. Пойдете? Гарри вопросительно глядит на меня, но я лишь качаю головой. Нет, вообще-то, конечно, я всегда за какой-то движ, и все такое, но эти предупреждения о шторме меня немного напугали. Я, если честно, из тех, кто трясется, смотря ролики про стихийные бедствия по новостям, и для меня это правда страшно. Поэтому, я лучше посижу дома, а не буду где-то шляться в предверии непогоды. Мне так спокойнее. — Я плохо себя чувствую, — вру я, стараясь придать себе наиболее болезненный вид. — Не выспалась, видимо, не знаю… — Ладно, тогда Гарри отвезёт тебя домой. Да, Гарри? — Как я её отвезу? Я пил, — он пожимает плечами и слегка от меня отворачивается. — Доедем с вами до кинотеатра, а там пойдём пешком. — Окей! — хором, как близнецы, говорят Бланш и Джош, заставляя нас всех заржать в голос.

***

— Я ненавижу этого парня, — смеётся Гарри, он явно не злится. — Нет, ну надо было выбрать самый дальний кинотеатр, чтобы теперь мы от него шли пешком! Может, все-таки возьмём такси? — Мы уже почти пришли, Стайлс, потерпи. Возьмёшь такси, когда поедешь домой, — фыркаю я, делая глоток чая из картонного стаканчика и исподлобья глядя на парня, который закатывает глаза. — Да меня просто небо напрягает, — специально говорит это, потому что заметил, что тем самым меня нервирует. — Может начаться гроза. — Мы почти пришли, Гарри, — упрямо повторяю я, заворачивая за угол. — Не ленись, надо больше ходить пешком. — Да я просто не люблю ходить по улицам, потому что… Он не договаривает, но я и так понимаю, о чем он. За те минут двадцать, что мы с ним вдвоем прогуливаемся по улицам Лос-Анджелеса, к нам подошло около десяти девочек, чтобы сделать фото, а три из них в открытую спросили, мутим ли мы с Гарри. Забавно. — Но мы все-таки уже почти пришли! — смеюсь я и пихаю его в бок, на что он делает то же самое и улыбается. Шагаю довольно быстро, потому что его угрожающие предупреждения меня немного, да напрягают, и на ходу закуриваю, чувствуя, как организм требует немного никотина. — Фу, курильщица, — бурчит Гарри за моей спиной и бесит меня этим. — Ты же девушка, зачем ты куришь? — Предлагаешь спросить у тебя разрешения? — ехидно бросаю я, обернувшись, и резко останавливаюсь. Гарри не успевает сообразить и тут же врезается в меня, отчего мы стукаемся лбами и поскорее с шипением отступаем друг от друга. — Я твой начальник, — почти шёпотом говорит он спустя пару секунд. — И что? — подражая ему, отвечаю так же тихо. — Могла бы и спросить разрешения, вот что, — Гарри пожимает плечами и наконец отступает назад, вынуждая меня вздохнуть с облегчением. Тут одна капелька падает мне на лицо, и вслед за ней прилетает ещё несколько. Спустя мгновение, начинает лить дождь, который, естественно, тушит мою сигарету, и это заставляет Гарри довольно заржать. Но тут нам уже становится не до смеха, потому что начинается настоящий ливень. Дождь льёт стеной, и от соприкосновения мощных потоков воды с кожей даже становится немного больно, а Гарри, стоящий в метре от меня, теперь видится будто в тумане. — Давай быстрее! — кричу я, выбросив сигарету и теперь пытаясь переорать шум дождя. Дергаю Гарри за руку, потянув его на себя. Свободной рукой я зачем-то размахиваю. — Мой дом на соседней улице, побежали! Тащу Гарри за собой и бегу, сама не знаю, зачем, ведь за минуту мы уже оба промокли до нитки. Но просто стоять под дождём не слишком уж приятно, наверное, поэтому мне так и хочется наконец оказаться в помещении. Слышу, как Гарри часто дышит за моей спиной и стучит подошвами обуви по асфальту, но продолжается это недолго. Мы даже не успеваем добежать до конца улицы, как он вырывает свою ладонь из моей и останавливается, слегка наклонившись вперёд, чтобы перевести дыхание. — Ты серьёзно?! — кричу на него я, убирая мокрые пряди волос с лица и морщась от неприятной влаги. — Гарри! — Да мы все равно уже промокли! — так же громко отвечает мне, расправив широкие плечи. — Хуже не будет. — Мне холодно, — отрезаю я и быстрыми шагами направляюсь в сторону своей улицы, оставив его стоять, раз ему так хочется. Чтоб его. — Ты сама не захотела взять такси! — смеётся Гарри, догнав меня и стараясь теперь поспевать следом. — Я знаю, — отзываюсь я недовольно и наконец заворачиваю на нужную улицу. В считанные секунды дохожу до своего подъезда и уже тянусь за ключами, как вдруг чувствую руки Гарри на своей талии, и это заставляет меня вздрогнуть и застыть на ступеньках. Он медленно разворачивает меня к себе и пристально смотрит мне в глаза, а я тем временем начинаю уже откровенно дрожать. И от холода, и от волнения. — Ну что? — голос опять меня не слушается, и выходит какой-то шёпот. — Так и будем стоять и мокнуть? Сначала Гарри, кажется, и вовсе не реагирует на мои слова, но после пары секунд закусывает губу и немного наклоняет голову на бок, при этом глядя на меня будто бы оценивающим взглядом. Я даже не успеваю открыть рот и задать свой вопрос, как вдруг он наклоняется ко мне, и наши губы соприкасаются. От воды запах парня усилился, и теперь будто бы вся улица пахнет терпким парфюмом Стайлса. Ожидая, что Гарри тут же отстранится, я не предпринимаю ничего, но чуть позже, поняв, что он действительно решил по-настоящему меня поцеловать, я кладу руки ему на шею и аккуратно приоткрываю губы, чтобы ответить на его неожиданный, но приятный поцелуй. Дождь лупит по спине со всей силы, а майка очень неприятно прилипает к телу, но я терплю и не отстраняюсь, потому что, чего греха таить, я давно этого хотела. Хотела поцеловать Гарри. Ведь и слепой бы заметил, что этот парень нравится мне. Гарри отстраняется спустя довольно большой промежуток времени, но мне все равно мало, и кажется, что прошла всего лишь одна коротенькая секунда. Он делает шаг назад и проводит одной рукой по мокрым волосам, после чего широко и довольно удовлетворенно мне улыбается. — Всегда мечтал поцеловаться под дождём! — громко объявляет он, пока я никак не могу отвести глаз от капелек дождя, наперегонки стекающим вниз по его лицу и красивой шее. — Типа романтика? — Ага, — фыркает он. — Ты же не против? — хочу что-то сказать, но язык не слушается меня, да и я сама вся будто окаменела и не могу пошевелиться. — Хотя, конечно, такая, как ты, не была бы против. — Что ты имеешь в виду?! — моментально выпаливаю я, придя в себя, и скрещиваю руки на груди, уже и думать забыв о надоедливом холодном ливне. — Ну ты же… — Ой, да пошёл ты! Бросаюсь к двери и судорожно пытаюсь найти на ней ручку, что выходит не сразу, при этом я не слышу за спиной даже звука шагов. Видимо, Гарри стоит там, как истукан, и пялится мне вслед. Что он о себе возомнил, павлин долбаный? Рывком открываю дверь и, матерясь себе под нос и стараясь не поскользнуться, бросаюсь вверх по лестнице, моментально оказываясь на своём этаже. — Ну наконец-то! — вдруг из ниоткуда на меня выходит тот самый наркоман, который выглядит довольно злым. Он медленно скрещивает руки на груди и просто прожигает во мне дыру. — Давно я тебя жду, милая. Надо побазарить. — Жди дальше, — сама от себя в шоке, отпихиваю офигевшего мужчину в сторону. Удивляюсь тому, что слова Стайлса разозлили меня настолько, что я, не боясь, грублю сейчас убийце. — Что непонятно? — разворачиваюсь к нему и щёлкаю пальцами. — Отвали! — Эй, слышь! — не успеваю я и сообразить, как худая, но такая сильная рука прижимает меня к двери, и я чувствую резкую боль в области груди. — Я же сказал, твою мать, надо поговорить! Он открывает рот, чтобы ещё что-то сказать или наорать на меня, но его перебивает хриплый голос Гарри, раздавшийся этажом ниже. — Стефани! Ты ещё там? Слушай, прости, я не то... Стайлс наконец появляется на лестнице, умолкнув, и его лицо за пару секунд меняет миллион разных выражений: от испуганного до злого. Сначала он просто замирает, засунув руки в карманы, и мы с мужиком напротив меня замираем тоже, а затем быстрыми шагами, но при этом явно осторожничая, подходит ближе к нам и встаёт сбоку. — Хэй, парень, что тебе от неё надо? — Гарри медленно, но настойчиво отодвигает руку наркомана от моей грудной клетки, и тот бросает на него, как я поняла, типичный для него испепеляющий взгляд. — Твое какое дело? — шипит это Гарри в лицо и дёргает меня за руку в свою сторону. — У нас с ней личные тёрки, тебя не касается. — Касается, — начинает закипать Гарри и тоже дёргает меня за руку, теперь уже привлекая ближе к себе. — Я, может, её парень? — Да мне по барабану, е-моё, я сказал: мне надо с ней поговорить. — А ей с тобой говорить не надо, — рычит Гарри и ещё раз дёргает меня на себя, а я в шоке бросаю на него мимолётный взгляд. Ещё никогда не видела его таким злым и грозным. — Пошли, Стеф. Наркоман делает к нам шаг, но Гарри с силой толкает его свободной рукой в грудь, и он, споткнувшись, ударяется спиной о стену и замирает на довольно долгое время, тем самым дав нам спокойно уйти. Гарри быстрыми шагами стаскивает нас вниз по лестнице и рывком открывает дверь, за которой по-прежнему мало что можно увидеть, кроме ливня. Крепко держа меня за руку, парень тянет меня вдоль улицы под проливным дождем, видимо, в сторону соседней, при этом угрожающе молча. Но спустя время он все же говорит: — Возьмём такси. Думаю, пока тебе стоит пожить у меня, ради твоей же безопасности.