Смотри только на меня

      Утром Гинтоки почувствовал себя как дома. И дело было вовсе не в том, что слышалось радостное тявканье Садахару или вопли Шимпачи по поводу в очередной раз съеденных Кагурой последних запасов. Нет, все было гораздо прозаичней: просто он проснулся лежа на полу. Проснулся и, глядя в потолок, задумался: как он сюда попал? Блондин совершенно точно помнил, что засыпал он, лежа на кровати, да еще при этом баюкая своего «непутевого подопечного», и места на этом самом предмете мебели вполне хватало. Но раз он теперь оказался здесь, стало быть, Хиджиката и в самом деле стал больше.       Ну нет, Гин-сан усмехнулся, не мог же замком подрасти настолько, что им обоим места просто-напросто не хватило. Или мог? Или не мог? Или все-таки… да нет, вряд ли. Проще всего, конечно, подняться и посмотреть, но Гинтоки было совершенно лень, да и ковер на полу весьма мягкий и уютный, и лежать на нем, в общем-то, весьма комфортно.       Он немного поерзал и, закинув руки за голову на манер подушки, приготовился дремать дальше, когда услышал, что подопечный ворочается на «лежанке».       «Кажется, Хиджиката-кун проснулся», - подумал блондин, а это значит, что досып откладывается на неопределенное время, ибо «мистер послушание» сейчас все равно захочет умыться или поесть, или еще там чего-нибудь. Он едва начал с большим вкусом потягиваться, как на него сверху свалилось нечто весьма объемное, заставившее обхватить оное обеими руками.       Что-то подсказывало Гинтоки, что глаза открывать не стоит, ибо увиденное ему явно не понравится, потому что… да просто не понравится и все! Пока блондин размышлял подобным образом, он немного поменял положение рук и в ту же минуту почувствовал неслабый тычок в грудь.       - Ты меня за какое место хватаешь, извращенец, – зашипел знакомый, но отнюдь не детский голос.       Не детский? Так, минуточку, Гинтоки резко сел и от увиденного моментально зажмурился.       - Что? Стыдно стало? – продолжал вопрошать брюнет.       Гин-сан вздохнул и окончательно открыл глаза, уставившись на замкома. Да, тот подрос, мягко говоря, потому что подросток, который, скрестив руки, в данный момент сидел на нем маленьким мальчиком считаться уже не мог ни с какой точки зрения. Он был минимум на полторы головы выше себя вчерашнего с заметно окрепшей мускулатурой, а волосы…блин, даже волосы и те отросли и сейчас ниспадали ниже плеч. А еще на мордашке появилось такое знакомое блондину выражение вечного недовольства всем и вся. Из набора предыдущих дней остались только глаза: такие же синие и отвратительно восхитительные.       - А… ты…это… - начать разговор у мастера на все руки вышло не то чтобы очень. Точнее вообще не вышло – не каждый же день на него с кровати падают повзрослевшие замкомы. Шок все-таки для организма.       - Руки с моего зада убрал, придурок, – зашипел брюнет, тряхнув волосами, отчего половина из них переместилась ему на лицо, сделав его очень… хм… Гинтоки выбросил из головы подходящее слово на букву «с» и послушно переместил руки подростку на талию.       «Хорошая такая талия», - подумал он, - «держать за нее вполне себе удобно».       - И за это место меня тоже щупать не надо, – продолжал изъявлять свое недовольство вчерашний ребенок.       - Да ты надоел уже, – потерял терпение блондин и принципиально ничего менять не стал, – то тебе не так и это не этак. Давай, я тебе на шею руки помещу и придушу, хочешь?       - Не очень, – не остался в долгу Хиджиката, – давай, я тебя. Лучше вообще меня не трогай.       - Не хочешь, чтобы тебя трогали, тогда вставай. Сам же на меня сел и теперь недоволен.       - Я не сел, – возразил замком и, слегка смутившись, заговорил нормально, – я упал.       - Гляньте-ка на него, как девица перед смотринами, – не упустил возможность поддеть его Гин-сан и удостоился чести лицезреть краснеющего подростка.       Вот это было зрелище: не Хиджиката, а просто Белоснежка какая-то. Гинтоки невольно залюбовался. Вот если бы еще не знать, что он парень, нет, не так – если бы тот был девушкой… он даже не заметил, что крепче прижал к себе замкома, в результате практически уткнувшись носом тому в подбородок.       - Эй, ты чего, – забеспокоился брюнет, наблюдая затуманенный взгляд того, на ком он в данный момент устроился, – только не говори, что целоваться надумал, – он уперся в плечи «взрослого дяди» и попытался отстраниться, но потерпел неудачу. – Меня мужчины не интересуют, тут ты адресом ошибся.       - Да больно оно мне надо, – блондин от этой фразы резко пришел в себя, – и вообще, слезай.       - Не могу.       - Почему?       - Не могу и все, – отрезал подросток, – не знаю почему, но я падаю, при каждой попытке встать.       - Просто ваше тело еще не адаптировалось к столь быстрому росту, – послышалось со стороны двери и парочка, повернувшись, имела счастье лицезреть Лекса, наблюдающего за ними, – а, как следствие, координация немного нарушена. За пару часов все должно наладиться, я так думаю.       - И что, мне все это время сидеть с ним в обнимку? – поинтересовался Гин-сан, разжав руки и опершись ими об пол.       - А в чем проблема? – мило улыбаясь, спросил заказчик, – вы, по-моему, просто замечательно в подобной позе выглядите.       - Ничего подобного, – огрызнулся Хиджиката и, заерзав, чуть не свалился на пол, благо блондин его успел поймать. При этом, правда, опять ухватив подростка за пятую точку.       - Кххх, – издал тот непонятный звук и, судя по всему, разозлился по новой, но скандал устраивать не стал.       - Придется, видимо, вам помочь, – «печально» вздохнул обладатель хвоста на голове.       Он подошел к ним и, перехватив Хиджикату под мышки, рывком поставил на ноги, позволяя блондину кряхтя подняться и потянуться.       Гинтоки напрасно полагал, что заказчик сам разберется со всеми «проблемами подростковой координации». У того были на этот счет совершенно другие планы, потому, едва дождавшись, когда «супер-няня» закончит разминать мышцы, он отпустил брюнета. Нетвердо стоящий на ногах, замком сделал пару шагов и был вынужден повиснуть у «воспитателя» на шее.       Провокатор хренов, подумалось при этом блондину.       - Почему вот тебе можно меня лапать, а я к тебе прямо не притронься? – недовольно проворчал он.       - Потому что ты меня уже за все похватал, – послышалось в ответ и вчерашний ребенок, приноровившись, перехватил его под руку, – вот и терпи теперь.       - И вовсе не за все, – возразил Гинтоки, – у тебя еще много мест не потрогано…       - Даже не мечтай до них добраться, – предупредил Хиджиката и получил в ответ заверение, что он может об этом не беспокоиться.       Хорошенько намаявшись за это утро с вредничающим по любому поводу подростком, который становился более координированным, но по-прежнему недостаточно, чтобы быть совсем уж самостоятельным, Гин-сан был неимоверно рад, когда, наконец, смог добраться до своего завтрака. Правда, не успел он его съесть, как настроение ему снова подпортили.       Сначала Нала попыталась пококетничать с Хиджикатой, на что тот, занятый разборками со своей новой конституцией, не обратил внимание. Гинтоки даже не понял, почему его так порадовала надувшаяся девушка. А затем настала очередь Лекса объявить место нахождения нужного предмета, и вот тут настроение у блондина рухнуло куда-то в тартарары.       - Это старое поместье, в котором, по слухам, когда-то жил вампир, – вещал он. - Оно, со слов моей драгоценной сестрицы, уже давно использовалось как склад для всякого барахла, а недавно и вовсе было продано какой-то таинственной личности, превратившей его… в общем, сами все увидите. Но в любом случае территория огромна и забита всякой всячиной. Кстати, я удивлен, что вы не спрашиваете причины столь резкого роста вашего подопечного, – добавил он, обращаясь к Гинтоки.       - Да какая разница, – махнул тот рукой, глядя на брюнета, одетого в нечто похожее на то, что он носил будучи на службе у государства. Разве что пиджак в данный момент отсутствовал, – мне это не интересно. Лучше обнадежь меня заявлением, что я могу без него сегодня отправиться.       - Даже не мечтайте, – зевнул Лекс в кулак.       - Нет, куда я с ним пойду, с этим пеньком неповоротливым! – мастер на все руки соскочил со стула и, опершись руками о стол, гневно воззрился на заказчика. – Он же и двух метров не пройдет, как свалится, и накроется весь наш поход медным тазом!       - Ничего подобного, – обиделся замком и «изящным» движением руки едва не опрокинул на блондина чайник с кипятком.       - Вот-вот, об этом я и говорю, – сообщил Гинтоки, глядя на растекающуюся по ковру лужу.       - Я же говорил, что это пройдет через пару часов, – ответил на это аманто, – и, вообще, вы же его няня…       - Застрелиться лучше, чем иметь такую няню, – фыркнул подросток.       Гинтоки стало обидно. Как может этот маленький звереныш так говорить. Он его, значит, от опасностей спасал, на руках носил, на карусельках катал, за чужой, правда, счет, ночей не спал… Вот тебе и напарничек! Подрос, так уже круче всех стал, что ли? Пусть попробует сам тогда до комнаты хотя бы дойти, и тогда увидим. Он сел обратно за стол и принялся жевать печенье.       - Ладно, разбирайтесь тут между собой сами, а у меня еще много дел, – сообщил Лекс, как обычно, почуяв конфликт за километр, покидая столовую в компании сестры.       Гинтоки проводил его мрачным взглядом, краем глаза отмечая, что Хиджиката притих и похоже понимает, что сказал что-то не то. Ну да, осознавать-то он может и осознает, но прощения никогда не попросит. Да, собственно, не больно-то оно блондину и нужно… Эх, кому он врет…       - Ты это, – послышался голос подростка, – не обижайся на меня.       - Хочу и обижаюсь, – ответил Гин-сан и, взяв в руки ложку, принялся ее рассматривать, – ты мне гадости говоришь, а я, значит, должен не обращать на это внимания.       - А у меня алиби, – подумав мгновение, выдал замком, – гормональная перестройка.       - Вечно у тебя оправдания находятся, – недовольно буркнул блондин, – то он растет, то хорошеет...       - Хорошеет? – покраснел брюнет. – Спасибо.       Гинтоки снова перевел взгляд на подростка. Опять что ли издевается. Но нет, тот был совершенно серьезен. Блондин пересел поближе к подопечному и принялся его разглядывать, словно видел впервые.       - Хиджиката-кун, а давай, я тебя укушу, – неожиданно даже для самого себя ляпнул он прежде, чем понял, что говорит.       - Зачем, – удивленно захлопал глазами тот, а потом со вздохом протянул руку, – кусай.       - Ладно, не обращай на это внимания. Я пошутил, – раздалось в ответ.       - Ну, если ты передумал на меня дуться, – взбодрился подросток, - тогда помоги мне хвост на голове завязать, а то у меня…       - Руки не из того места, – закончил мастер на все руки, глядя в потолок.       - На данный момент, да, – брюнет почесал щеку и совершенно по детски улыбнулся.       - Ну пойдем, ненаглядный мой, – хмыкнул блондин, чувствуя, что скучать ему сегодня не придется.       Хиджиката, как и обещал аманто, и в самом деле быстро приходил в норму. К тому моменту, когда они добрались до нужной планеты, он уже мог обходиться совершенно самостоятельно (пара запинашек за ковер не считается) и Гинтоки уже понадеялся, что день пройдет вполне себе хорошо. На практике выяснилось, что зря он так сделал, потому что эмоциональная составляющая брюнета распоясалась к тому времени не на шутку. Настроение подростка менялось с просто немыслимой скоростью. То он был недоволен всем подряд, то непонятно чему радовался, то хотел есть, то спать, то гулять, то, вообще, изъявил желание посмотреть мультики. В итоге едва ли не каждый второй на корабле был готов лезть на стенку и только и мечтал о том моменте, когда сей субъект покинет их хотя бы на денек.       - Ну и как долго это будет продолжаться? – поинтересовался нервно дергающий глазом блондин у Лекса, одного из немногих, кто реагировал на все выходки подростка спокойно.       - Повторяю. Это скоро пройдет, – ответил тот, просматривая книгу, – нервная система куда более сложная вещь, чем физическое тело, а потому на нее времени уйдет побольше, потерпите немного… и, вообще, вам пора уже собираться.       - Может, я его все-таки здесь оставлю? – Гин-сан на практике понял значение слова обреченность. – Я же с ним с ума сойду!       - Я эту фразу слышу каждый раз, как вам нужно идти куда-то вместе, и, тем не менее, ваш разум все еще при вас, – улыбнулся аманто. – Уверен, все пройдет как нельзя лучше.       - Если бы ты видел меня в его возрасте, – встряла в разговор Нала, - то сразу бы понял, что он еще не самый страшный случай.       - Ты меня прямо так утешила, что дальше некуда, – саркастически отозвался блондин.       - Я очень рада, – закивала девушка, - кстати, я тут вам собрала кое-что на дорожку: может пригодиться. Мастер на все руки хотел заглянуть в рюкзак, но был остановлен.       - Лучше сейчас туда не заглядывай, просто поверь мне на слово. Бери-бери, – заверила его Нала, – не сомневайся. Сам убедишься в моей правоте. И да, заранее предупреждаю: на этой планете местами довольно влажно.       - И это называется «довольно влажно»? – возмутился Гинтоки. Они с Хиджикатой только что сошли и теперь стояли по щиколотку в вязкой жидкости, покрытой большими, как обеденная тарелка, листьями. – Да все это место - одна сплошная лужа.       - Не утонешь, – отозвалась Нала, – даже мне в самых глубоких местах было только до талии. К тому же это только здесь мокро, а там, куда вы направляетесь, очень даже сухо, – она отвернулась, пряча улыбку.       Ее брат кивнул и они, махнув приключенцам на прощание, поспешили обратно на корабль.       Гин-сан раздраженно цыкнул и посмотрел в сторону брюнета. Тот вел себя на удивление спокойно и в данную минуту, закрыв глаза, о чем-то думал, подставив лицо мелкому дождику. Красивое зрелище, как ни крути, промелькнула в голове у светловолосого мысль, и смотреть на это можно еще очень долго, но…       - Хиджиката-кун, если ты уже покончил с водными процедурами, то пойдем отсюда, – окликнул подопечного Гинтоки.       - Я тебя и не держу, – послышалось в ответ, – иди куда хочешь.       - Куда хочешь, я пойти не можешь, если ты стоишь на месте и упрямишься.       - Это твои проблемы, – продолжал вредничать подросток, по-прежнему не открывая глаз.       Блондин сжал кулаки. Вот ведь осленок! Ну ладно, не хочешь по-хорошему, придется применить силу. Поразмыслив так, он подошел к «демоненку» и, закинув последнего на плечо, отправился в нужном направлении.       - Эй, отпусти меня, – Хиджиката зашипел, как кот, и начал вырываться.       - Хрен тебе, – отозвался Гин-сан и, вцепившись в тушку на плече сильнее, продолжил идти.       - Отпусти, я сам пойду, – процедил подросток.       - Честно?       - Честнее не бывает.       Через минуту брюнет стоял на земле, а еще через минуту с угрюмым выражением лица потопал за «провожатым».       Долго идти им не пришлось. Как и обещала Нала, мокрота под ногами закончилась и они вышли на поляну, окруженную елками. Сквозь них вела тропинка, не очень длинная, как выяснилось на практике, приведшая приключенцев к замку, окруженному высоким каменным забором.       «Школа для девочек» - значилось на табличке, прикрепленной к калитке.       - Круто, – послышался голос Хиджикаты, – никто не знает, как в этой глуши найти представительницу прекрасного пола, которая туда полезет?       Гинтоки не ответил. Его внезапно начали мучить догадки относительно того, что Нала заставила его тащить с собой. Конечно, девушка знала, куда им придется идти, а потому… не может быть! Он быстро сбросил рюкзак с плеча и заглянул внутрь. Так и есть! В нем лежало платьице, коробка с бижутерией и записка, которую блондин не замедлил прочесть.       «Привет! Если вы читаете это письмо, значит уже, как минимум, достигли места назначения и заметили какого пола ученицы в данном заведении. В основном, насколько я помню, их возраст колеблется от тринадцати до семнадцати лет. Так что, наш милый друг, после ряда манипуляций, вполне может сойти за одну из них.       Нет, туда, конечно, и мужчин пускают, но только в качестве обслуги. В спальни им проход строжайше закрыт, а нужный предмет, скорее всего, там. По крайней мере, я поняла, что его денут именно туда. Так что, ты уж постарайся одеть нашего очаровашку подобающе. Думаю, с размером платья я угадала. Удачи, мальчики… и девочки!»       Гин-сан закончил читать и поднял взгляд на замкома, который моментально помотал головой, дескать, даже и не думай об этом.       - Хиджиката-кун… - начал блондин.       - Я сказал нет! – отрезал тот.       - Так надо для дела…       - Все равно, нет.       - Ты, как самурай, должен понимать…       - Даже не уговаривай…       - Что иногда приходится чем-то жертвовать…       - Вот сам его и одень…       - Поверь, женское платье - еще не самое страшное, что может с тобой случится. Я сам пробовал – как видишь, не умер. Ну давай, не вредничай. Быстрее наденешь, быстрее все это сделаем, и быстрее сможешь его снять.       - Не могу, – у подростка сделался несчастный вид, – это сильнее меня.       - Мне что, самому его на тебя одеть? – Гинтоки вспомнил, что он тут старше, а значит главный. – Думаешь, мне легко? Ты, вообще, проклятье на мою голову. Я уже поседеть с тобой успел два раза! Имей совесть!       - Ладно, давай сюда, – буркнул брюнет, выхватывая обновку, – но если хотя бы улыбнешься, я его тут же стащу и больше не напялю ни за что.       - Зря ты упрямился, – заметил блондин, глядя на уже переодетого подростка, – тебе очень идет…       Замком и в самом деле выглядел премиленько. Платье оказалось довольно закрытым, нежно-голубого цвета, длиной ниже колена и рукавами до локтя. В придачу к нему прилагался тонкий плетеный поясок белого цвета и ободок с белой розочкой.       - Ой, заткнись, – огрызнулся брюнет, дергая браслет из цветочков на запястье, – из-за этого корсета и так дышать невозможно, да ты еще со своими комментариями.       - И атмосфера-то вокруг тебя стала такой… романтичной, – продолжал нести Гинтоки не в силах оторвать глаз от «юной леди», – кстати, зачем она выбрала платье такой длины? Ног почти не видать…       - Я его сейчас сниму и сам запихивайся в это одеяние, как хочешь, – рявкнул выведенный из себя брюнет.       - Молчу-молчу, – поднял руки вверх мастер на все руки и горестно вздохнул.       Он направился к двери и позвонил. Хиджиката, не прекращая бубнить, поплелся следом. Та открылась через несколько минут и взору искателей сокровищ предстала милая женщина, похожая на добрую учительницу младших классов.       - Да-да, – начала она беседу, – вы кто? И кто это очаровательное создание? – добавила мадам, переведя взгляд на покрасневшего от злости, замкома.       - Добрый день, – откашлявшись, заговорил Гинтоки, – эээ… госпожа…       - Флора. Я директор данного заведения, – сообщила женщина, мило улыбаясь.       - Госпожа Флора, – продолжил блондин и притянул Хиджикату поближе, – моя воспитанница, она очень много слышала про эту школу, но в силу своей природной скромности боится, что не сможет соответствовать высоким стандартам этого заведения, не смотря на все свое необъятное желание… Иди, деточка, поговори с госпожой…       - Здравствуйте, тетенька, – пропищал брюнет еле слышно, – можно мне посмотреть на вашу школу?       - Конечно, дорогая, – расплылась в улыбке директор. – Мы всегда рады тем, кто интересуется нашим учебным заведением. Можешь даже пожить здесь немного.       - А против моего воспитателя вы не будете возражать, – подросток сделал умильную физиономию и захлопал ресницами, – он мог бы тут поработать пока. Уборщиком, например. Знаете, он просто обожает наводить чистоту.       - Не стану возражать. У нас как раз накануне уволился прежний работник на этой должности, – ответила руководитель школы и открыла калитку перед гостями. – Добро пожаловать.       - Ах, Гинтоки, как все чудесно получилось, – замком подошел к блондину и сжал ему ладонь так, что чуть кости не хрустнули. – Ты сможешь поработать в свое удовольствие.       - Да уж, – отозвался тот, болезненно сморщившись и попытавшись вырвать руку, не смотря на железную хватку подопечного.       Директор, к счастью, уже повернулась к ним спиной и потому не могла этого видеть. Она уже подошла к дверям основного здания, а потому брюнет, передумав заниматься членовредительством, поспешил подойти к ней, но его опередила светловолосая девушка с двумя хвостами на макушке.       - О, Стелла, как ты вовремя, – обрадовалась ей госпожа Флора - это…       - Меня зовут Тоши, мэм, – Хиджиката снова принялся теребить браслет и параллельно с этим проклинать блондина, словно именно тот был виноват в задании.       - Покажи ей здесь все, а потом пусть малышка немного отдохнет, – сказала директор девушке, – а я пока отведу нашего мистера на кухню. Она уже ой как давно требует капитальной уборки.       Когда подросток, наконец, достиг своей комнаты, он чувствовал себя буквально как выжатый лимон. Кто бы мог подумать, размышлял он, плюхнувшись на кровать, что экскурсия по школе окажется такой утомительной. Эта Стелла оказалась настоящей болтушкой и без остановки тарахтела о достижениях сего учебного заведения, его истории и каком-то клубе, про который замком ничего не понял. А ведь это он еще даже на остальной территории не был! Но это его в принципе и не касается – там пусть этот «попечитель» разбирается. Да и вообще, похоже, что парой дней тут не обойтись. Минимум, неделей. Жуть какая. Хиджиката вздохнул и обнял подушку, когда в дверь постучались.       - Твою… - начал было он, но, спохватившись, тут же сменил интонацию. – Войдите, пожалуйста.       - Привет, – в комнату заглянула девчушка-подросток с короткими малиновыми волосами, – ты новенькая, да? А меня звать Дарси. Я - ученица мадам Стелы, – продолжала она. – Ты ведь с ней уже познакомилась. Правда, она замечательная? Знаешь, я многому у нее научилась: петь, вышивать…       «И говорить без остановки», - додумал продолжение фразы замком и без обиняков сообщил визитеру, что немного устал.       - Ой, прости, – спохватилась та, – я просто принесла тебе расписание на завтра и форму. Можешь сегодня прийти на какие-нибудь уроки, только форму надень – она обязательна. Тебе она, может, не понравится, но если хочешь здесь учиться, то придется привыкать ее носить,– добавила она совершенно серьезно, чем насмешила брюнета. – Ладно, пока, – девушка помахала рукой и скрылась за дверью.       Хиджиката проводил ее взглядом и посмотрел на расписание. Всего на завтра было семь уроков, четыре из которых назывались загадочным словом «клуб истинных леди». Он пожал плечами, перевел свой взгляд на местную форму и с облегчением выдохнул. Слава Создателю, она была без корсета.       К концу первого дня так называемого обучения замком был готов проклясть Гинтоки по второму разу, а также Лекса и Налу по первому. Нет, первые три урока были вполне себе ничего: математика, химия и рисование. А вот дальше пошел «дамский клуб» и подросток понял, что попал по-крупному, ибо он оказался не чем иным, как занятиями по домоводству.       В первый же урок ему в руки сунули пяльцы и потребовали вышить крестиком какую-то косоглазую белочку. Успешно исколов себе все пальцы и запутав нитки до такой степени, что вместо вышивки получилась заготовка для валенка, он плюнул на это занятие и в ответ на печальный взгляд преподавателя чистосердечно соврал, что мама не разрешала ему брать иголку в руки, потому что бабушка умерла ей уколовшись. Всхлипнув пару раз для правдоподобности, он получил ободряющее поглаживание по голове от учительницы и сочувствие от учениц, благополучно зашвырнул свое «рукоделие» и решил, что дальше будет легче.       Ха! Нифига подобного не произошло, потому что на уроке номер два оказалось необходимо соорудить торт с загадочным названием «желейный». Вот попал, сглотнул он, прочитав рецепт, это же просто пытка какая-то! Замочи, отожми, налей, размешай... Впрочем, сдаваться было не в его характере, а потому, помучившись на первых парах и перемазав все вокруг, он соорудил вполне себе съедобное нечто, услышав заявление, что в нем пропадает «гениальный кулинар».       Дальше - больше! На третьем этапе «издевательств» им выдали по вороху цветов с предложением составить композицию на тему: «дорогой мне человек». Хиджиката подавил в себе желание почесать затылок и задумался, кого он должен изобразить. Хоть головой о стену бейся, а никто кроме «няни» на ум не приходил. Ну, допустим, но какую спрашивается фантазию надо иметь, чтобы изобразить этого типа в растительном варианте. Он тяжко вдохнул, быстренько сляпал нечто из желтых и фиолетовых цветочков и невольно задумался, из каких бы цветов его «собрал» напарник.       Напарник... замком внезапно вспомнил о брошке, которую прицепил перед выходом. Интересно, а блондин свою взял? Наверняка нет... да что он, в самом деле, об этом задумался, абсолютно все равно, что этот балбес там себе делает. Все равно...       - Ой, Тоши, – отвлек его от размышлений голос Дарси, возомнившей себя лучшей подружкой замкома. – Ты сомневаешься, что кто-то тебя любит, и хочешь быть уверена в его чувствах? Как это романтично…       - Чего, – захлопал глазами брюнет, – ничего подобного.       - Ай-яй-яй, врать нехорошо, – покачала головой девушка и ткнула пальцем в псевдо-икебану. – Зачем же ты тогда крокусы выбрала? Только не говори, что не знала, что они именно это и обозначают, не поверю.       Хиджиката недоуменно поглядел на разноцветную кучку. Цветы еще и обозначать что-то могут? Чего только женщины не навыдумывают! Он-то сам взял их, просто потому что они первыми под руку попались. Нет, если только вдуматься в саму формулировку: он хочет быть уверенным в чувствах этого «воспитателя»? Глупость какая, честное слово…       Пока он тихо над этим сначала веселился, потом раздражался, а под конец и вовсе в этих двух состояниях запутался, урок подошел к концу, и он в компании соучениц плавно переполз на два завершающих занятия, которые, как ему пообещали, будут самыми интересными. Подросток обреченно выдохнул и дал себе слово, что он стоически вынесет все, когда выяснилось, что им просто придется слушать и писать. Он почувствовал себя спокойней, ровно до тех пор, пока преподаватель не объявила тему занятия и стала читать по ней материал. Мама дорогая, подумалось Хиджикате в тот момент, и, подперев голову ладонью, он принялся просчитывать варианты как бы побыстрей отыскать нужную вещь, потому что долго он все это не выдержит.       Пока замком спал на уроках, учился варить суп, слушал комментарии по поводу того почему правый носок при вязке может получиться больше левого и получал среди одноклассниц милое прозвище «Тото», его «няня» тоже не скучала. Они торчали в школе уже пятый день, и каждую минуту Гинтоки был готов просто на стену лезть от того, сколько всего он умудрился перемыть и перечистить. Нет, в самом деле, здесь что никогда не убирались? Этот вопрос он задавал себе каждый раз, когда что-то отскребал, оттирал и еще хрен знает что делал.       Но это еще полбеды. Отчего-то в его голове прочно засела мысль, что замком в этой школе ничем не занимается, кроме как приятно проводит время, и приходилось все минуты, что он мог бы потратить на дополнительный отдых, бегать вокруг учебного корпуса и женского общежития, высматривая, чем там занято это «непутевое чадо». Как назло, тот ни разу не попал в поле его зрения, зато сам блондин не единожды был лицезрит многими ученицами, которые уже на второй день начали призывно хлопать ресницами, откровенно кокетничать и оставлять ему записочки с приглашением прогуляться. Поначалу «незадачливому уборщику» все это льстило. Но на тот самый злополучный пятый день все это стало совсем не смешно, просто потому, что у учениц наступил выходной и блондин, выйдя утром из своей «обители», обнаружил перед входом группу девочек-подростков в немалом количестве.       - Эм, привет, – поздоровался он, не понимая, чем вызвана вся эта демонстрация.       - Ну и кто из нас? – высоким голосом спросила, стоявшая впереди всех, брюнетка в очках.       - Чего? – продолжал не понимать Гинтоки. – В каком смысле, кто из вас и чего из вас?       - Кто из нас тебе приглянулся настолько, что ты все ходишь и высматриваешь? - добавила коротконогая блондинка с двумя косичками.       - Дамы, – «уборщик» попытался уйти от ответа, – давайте не будем говорить на эту тему, а вы просто разойдетесь.       - Нет, – отрезала «предводительница войска», - мы не уйдем, пока ты нам не скажешь. Да, девочки?       - Точно, – идеально синхронно подтвердил хор девчачьих голосов.       Гин-сан не любил истерить. То есть, конечно, иногда у него это получалось, но не от великого желания, а просто так складывались обстоятельства, в которых он виноват не был, просто потому, что… непонятно почему. И вот сейчас это «просто потому» активно стучалось в его дверь. Спокойствие, главное спокойствие, перед этими девицами ни в коем случае нельзя показывать свой ужас, проскакала в голове мысль, иначе сожрут с потрохами.       Стараясь не выдать себя, он, глядя на «демонстрацию», пожал плечами и направился мимо толпы в сторону кладовки за инвентарем. Дамский коллективчик двинулся за ним.       Есть ли на свете человек, который может работать спокойно, когда на него пристально смотрят несколько десятков пар глаз! Даже если такое чудо и существует во Вселенной, Гин-сан таковым точно не являлся. В общем, к обеду девчачьи гляделки и перешептывания надоели ему хуже горькой редьки. И ведь не объяснишь им, что он вовсе не на них любовался в окошки! Определенно нужно было что-то делать, чтобы избавиться от этих малолеток. Только что? Вопрос оставался открытым.       К тому же захотелось есть и Гинтоки порулил в сторону кухни. Школьницы решили не отставать.       «Ну уж нет», - подумал про себя блондин, - «пообедать я хочу спокойно».       Он немного ускорил шаг и сумел проскочить в помещение для готовки пищи раньше толпы поклонниц.       - Эй, открой, – забарабанили они в закрытую на защелку дверь, – мы все равно от тебя не отстанем. Гин-сан хотел было сказать им «идите нафиг, вы мне надоели», но заметил краем глаза знакомую форму, выдававшую присутствие здесь еще одной ученицы. Он повернул голову и едва не сполз по двери от облегчения.       - Хиджиката-кун, – простонал он, – хвала Небесам, ты нашелся.       - Привет, – кивнул ему замком, сосредоточенно изучая три куска сыра, лежащих перед ним на столе, – не знаешь, который из них «Рокфор»? – он ткнул пальцем в объект исследования. – Никак не могу понять…       - Девочки, - послышался голос за дверью, – раз уж на то пошло, то одна половина остается караулить здесь, а вторая идет со мной через столовую. Он все равно от нас никуда не денется!       - Какая, нафиг, разница, – отозвался Гинтоки, услышав это, – сейчас гораздо важнее другое. Хиджиката-кун, спаси меня.       - Большая, – возразил брюнет, – это мое домашнее задание. А насчет спасения… кому сейчас легко? Так ты, кажется, говорил. Да и потом, тебе разве не льстит быть в центре женского внимания?       - Нет, нисколько. По крайней мере, в данной ситуации.       - Да ну, тебе не нравится чувствовать себя единственным и неповторимым? И вообще, в чем проблема-то? Выбери одну из них и они сразу успокоятся!       - Совсем спятил что ли? Мало ли кем она на деле окажется. Ты вот у нас, например, тоже здесь девушкой числишься. Кстати, о проблеме выбора... есть один выход, – отозвался мастер на все руки и подбежал к замкому, ибо звуки шагов сигнализировали о том, что «дамский полк» уже движется к кухне из столовой, а в голову пришла изумительная по своей дурости мысль. Он развернул подростка к себе и… тут же получил шлепок по лбу.       - Даже и не думай, – предупредил его Хиджиката, скидывая руку «няни», ибо догадался о намереньях светловолосого, – я тебе ни за что это сделать не позволю! И не смей говорить, что я должен все это вытерпеть, потому что так нужно для пользы дела. Для него это все как раз таки не нужно совершенно, – продолжал он говорить, отступая от блондина до тех пор, пока не уперся спиной в стенку.       - Прости меня, – вздохнул тот, крепко прижав подростка, чтобы не рыпался. – Поверь, мне и самому все это делать противно, но жизнь она… - ручка двери ведущей на кухню начала поворачиваться и дальше читать лекцию времени не осталось.       - Убью, – пообещал замком, прежде чем блондин прижался к его губам своими.       Конечно, все это было неправильно, да и сама по себе идея, если вдуматься, просто отвратительна. Представить только, он докатился до того, чтобы лезть к Хиджикате с поцелуями! Скажи ему хоть кто-то об этом еще неделю назад, да он бы послал этого смельчака куда подальше, а его чучело продал бы на аукционе за большие деньги. Странно, но это оказалось вовсе не так противно, как он предполагал изначально, а даже… приятно, тем более, раз уж это во имя его собственного спасения, а губы у замкома, вопреки всем ожиданиям были очень мягкими «на ощупь».       Хиджиката, меж тем, никаких «приятностей» не испытывал. Единственное, о чем он имел сейчас возможность думать: как его бесит этот не в меру наглый блондин со своими речами о жертвах. Эгоист чертов! Только о себе и думает. Это, конечно, неправда, если вспомнить все их похождения, но все равно… Запихнул его в эту дурацкую школу, где… кретин самоуверенный! Нет, он так просто не отделается. Он ему устроит «праздник жизни», только вот вернутся на корабль. Где эти девицы? Пришли бы уже поскорее что ли, чтоб все это закончилось.       Он приоткрыл один глаз и, поглядев в сторону, имел возможность лицезреть весь женский коллектив, наблюдающий за ними с совершенно разными выражениями на лицах: одни хмурились, другие краснели, третьи крутили в руках платок и смотрели щенячьими глазками.       - Уходим, – прошептала глава «народного нашествия», - не будем им мешать.       - Какая Тото счастливая, – донесся до замкома голос Дарси, прежде чем двери были закрыты с внешней стороны, - такого парня отхватила. А она еще сомневалась в его чувствах.       Парня отхватила? Счастливая? Фига два! Знали бы они, какая «она» на самом дела злая, подумалось Хиджикате и он «замычал», давая Гинтоки понять, что все уже закончилось.       - Ушли, да? – покрутил головой тот, отпустил брюнета и облизнулся. – Знаешь, это было не так плохо…       - Заткнись, – подросток отошел от напарника и сплюнул, – мерзопакостно это было! Ни за что не признаю, что ты прав, – пробурчал он себе под нос и добавил громче. – Иди, свои вещи собирай, и уматываем отсюда. Нашел я эту хреновину…       - Какого же ты молчал тогда? – у блондина едва пар из ушей от злости не пошел.       - Утром, – закончил, как ни в чем не бывало, фразу замком, – хотел тебе вечером сказать и завтра отчалить. Но лучше пойдем сегодня, пока ты еще не натворил что-нибудь, от чего тебя опять подобным образом спасать придется.       - Пойдем-пойдем, - не стал возражать мастер на все руки, – а то, мало ли, эти девицы совсем спятят и тебе мстить начнут. Знаешь, мне то все равно, я о тебе забочусь…       - Иди ты в ж… куда подальше с такой заботой, – огрызнулся подросток и уже собирался выйти, когда до него донесся голос Гин-сана.       - Раз уж мы все равно сегодня уходим, можно мне съесть твое домашнее задание?       Всю обратную дорогу брюнет молчал, чем насторожил всегда готового в последнее время к неприятностям «воспитателя». Они уже добрались до, если это можно так назвать, дома, вручили счастливому Лексу статуэтку и Гинтоки даже успел высказать Нале все, что он думает про ее выходку, а игра в «угадай что я думаю» по-прежнему продолжалась.       - Хиджиката-кун, это уже не смешно, честное слово, – не выдержал блондин, – скажи хоть что-нибудь, пока я себе не напридумывал чего-то ненужного…       - Ненавижу тебя, – послышалось в ответ, и Хиджиката быстро удалился к себе в комнату, не забыв хлопнуть дверью.       - Чего это он? – захлопала глазами сестра заказчика. – Ты опять что-то натворил?       Натворить-то он натворил, конечно, но Гин-сан, хоть убей, не чувствовал себя виноватым.       - Знаете, подростки очень занятные создания, – задумчиво произнес Лекс, – вроде бы уже не дети, но и до взрослых им далеко. И все, что происходит, они, соответственно, воспринимают с совершенно особенной точки зрения, а потому все радости и обиды держатся в их головах дольше и…       - Понял я, понял, – замахал руками блондин, – уже ушел выяснять, в чем дело!       Он покинул аманто, быстрым шагом добрался до комнаты подростка и уже хотел повернуть ручку, как внезапно задумался о том, с чего начать разговор. Пожелать доброго вечера? Ага, и получить чем-нибудь тяжелым в голову. А может сразу спросить, почему подросток злится? Ну, наверное, да… Чего его вообще обеспокоил факт того, что замком обиделся! Он и раньше дулся и, вполне себе ничего, прекращал на следующий же день. И что, спрашивается, изменилось сейчас? Ничего. И все же тот никогда не говорил «ненавижу» так открыто… Блин, этот Лекс еще с лекцией о поведении подростков… Тьфу ты пропасть! Ладно, придется действовать по ситуации.       Он вошел и увидел Хиджикату, сидевшего на кровати и с совершенно спокойной физиономией расчесывающего волосы. Впрочем, стоило ему увидеть посетителя, как выражение его лица изменилось и стало недовольным.       - Ну и? – поинтересовался он, отложив расческу. – Чего пришел?       - Сам не знаю, – ответил блондин, испытывая чувство дежавю. Который раз его замком об этом спрашивает, а он так и не знает, зачем приходит мириться первым и уж тем более чем для него так важно не быть с ним в ссоре.       - Почему ты меня ненавидишь? – выдавил он, наконец, непривычно тихим для себя голосом.       - Не догадываешься? – послышалось недовольное восклицание, и подросток встал на ноги. – Ты меня обесчестил сегодня!       - Я? – Гинтоки моментально забыл о тяжких размышлениях и в два шага оказался рядом с замкомом. – Когда такое было!?       - Да после того, что ты сделал, – продолжал меж тем брюнет, пропустив его вопрос мимо ушей, – ты на мне, вообще, согласно брачному кодексу данной планеты жениться должен и половину своего состояния отписать. А еще…       - Эй, эй, Хиджиката-кун, – блондин схватил подростка за плечи и встряхнул, – остановись-ка! Ты же парень, как я могу тебя в органы регистрации браков отвести! Очнись!       - Ой, неужели ты это заметил!       - Чего заметил?       - Что я – парень. Парень, а не красная девица с косой до пояса.       - Я всегда это знал.       - Днем видимо забыл, иначе бы целоваться не полез.       - Ай, ты об этом. Не беспокойся, я помнил, что ты не девушка. Ты - это всегда ты, как ни крути.       - Врешь.       - Нет, честное слово, – принялся заверять надувшегося подростка Гинтоки, – правда-правда. Если бы это был не ты, то я бы даже не подумал с поцелуями лезть. То есть… Что я несу такое. Словом, я всегда помню и знаю…       - Не верю, – Хиджиката отвел взгляд в сторону, а потом снова поглядел на блондина, – докажи.       - Это как же? – поинтересовался блондин.       - Поцелуй меня сейчас, – послышалось в ответ.       - Да без проблем… чего?! – Гин-сан не сразу понял, что от него хотят, а когда сообразил, то от такого заявления потерял дар речи.       - Чего слышал, – замком подошел еще ближе и уперся ладонями в грудь мастера на все руки, – сам говорил, что было неплохо. Давай, начинай.       - Эм… Хиджиката-кун, что это, собственно говоря, докажет, – попытался сопротивляться Гинтоки, стараясь не смотреть в чуть прикрытые синие глаза. – Нет, ну правда, – продолжил он уже тише, когда подросток обнял его за шею, став еще ближе, – не самый лучший способ. И вообще…       Сил сопротивляться не осталось и он сначала легко коснулся пальцами уголка губ подростка, потом, словно на пробу, провел языком по нижней губе подростка и осторожно поцеловал, следя за реакцией последнего и ожидая, что тот сразу же отстраниться. Вопреки этому, Хиджиката и не подумал его оттолкнуть, а, напротив, чуть наклонил голову и приоткрыл рот, чтобы блондин мог уже приступить к проявлению «доказательств» по-настоящему.       Это было неправильно. И обстановка, и эта форма доказательства, что он видит в замкоме парня, и даже лампа над головой, в тот момент светившая как-то особенно по идиотски.       Это было смешно. Просто до нелепости смешно, что он так повелся на эту подростковую провокацию и то, что он, кажется, хотел этого, более того, надеялся на нечто подобное.       И все же… все же это было необычайно восхитительно. И чувствовать, как волосы Хиджикаты щекочут руки, когда блондин прижал его к себе, углубляя поцелуй, и испытывать неподдельное блаженство, когда брюнет проводит пальцами по щеке, задевая мочку уха, и главное, что сейчас он его… только его…       Да, мир определенно сходил с ума. Или это он сам сходил с ума – Гинтоки как-то не очень это понимал, но это было так не важно. По крайней мере, сейчас.       - Доволен? – сипло поинтересовался он, взяв, наконец, себя в руки и прекратив терзать губы брюнета. – Хватит тебе доказательств?       - Мммм, – промычал тот нечто неразборчивое, все еще находясь в состоянии послевкусия и улыбнувшись, стал похож на кота, – нуууу, так и быть…       - Тогда спокойной ночи, – скомкано попрощался блондин и, быстро выйдя из комнаты, устало прижался лбом к стене в коридоре. Голова кружилась, а он все пытался понять: как, черт побери, могло случиться то, что сейчас произошло. Кажется, он совсем запутался в своих чувствах в отношении Хиджикаты…       Подросток меж тем, проводив старшего товарища взглядом, завалился на кровать и принялся фыркать от смеха в подушку. Как же это оказалось забавно манипулировать мастером на все руки и наблюдать его растерянную в кои-то веки физиономию, да и последствия… ох, ну очень приятные, что и говорить …       - Кто бы мог подумать, что вся эта хрень действительно работает, – с усмешкой сказал он сам себе, выудив школьную методичку под названием: «Как успешно выйти замуж», - и ее применение может помочь так славно повеселиться. Что же, спасибо за науку, «Клуб истинных леди»…