Смотри только на меня

      Гинтоки чувствовал себя довольно паршиво и сразу по нескольким причинам. Во-первых, вместо обещанных пары дней добираться им, из-за нелепой прихоти Налы, пришлось без малого три с лишним недели. Нет, это надо же сделать трагедию из того, что у нее сломались щипцы для выпрямления волос. Что она с кудрявыми походить не могла? Он вот каждый день на завитушки в зеркале смотрит и ничего, не умер никто. Да мало того, ей понадобился агрегат, продававшийся в одном единственном месте: пришлось сделать нехилый крюк только для того, чтобы леди была довольна.       В общем, пока они в поисках сего механизма по Вселенной колобродили, и образовалась причина номер два – подросший замком. То есть она, конечно, и раньше никуда не девалась, но сейчас стала чем-то из ряда вон…       Самое противное, брюнет не делал ничего такого, что могло бы разозлить мастера на все руки или каким-то образом обидеть. Напротив, внимательно следил, чтобы тот был сыт, не захлебнулся во время купания и даже, с горем пополам, свыкся, что Гин-сан, не смотря ни на какие доводы и выдумывая порой нелепые причины про страшилок, живущих под кроватью, укладывается спать у него на подушке и за ночь умудряется запутать длинные волосы замкома до такой степени, что расчесать их без нецензурных выражений не представляется возможным.       И вот теперь блондин с горестной мордочкой размышлял о том, что он ко всему этому привык, а заодно мучился вопросом: что будет дальше? Конечно Хиджиката пообещал быть с ним всегда, но одно дело, когда ты такого компактного размера и проблем с тобой по минимуму, в крайнем случае, если сильно достанешь, могут в клетку для хомячков запереть, а другое, если ты становишься прежним. Тут уж, как говориться, совсем другой расклад и многое из того, что было позволено раньше, отпадает само собой. Спать в одной кровати уж точно не позволят, да и уткнуться носом замкому в шею, чтобы ощутить запах имбирных пряников, тоже. К слову, и по поводу исполнения самого обещания у мастера на все руки не было уверенности…       - Ну что? Ты рад, что уже завтра станешь прежним? – отвлек подросток блондина от умозаключений.       - Да как тебе сказать, – откликнулся тот, сделав повседневную физиономию и усевшись на подушку замкома, принялся деловито поправлять свое одеяло, сделанное из старого шарфа. – С одной стороны, это здорово снова обрести самостоятельность, а с другой – кататься у тебя на плече весьма удобно.       - Нахально, – отозвался брюнет, чуть усмехнувшись.       - Зато честно, – послышалось в ответ и Гинтоки улегся на спину, – и вообще, ты вон какой здоровый вымахал. Наверное, до своего прежнего роста добрался. Так что такое крошечное создание, каким я сейчас являюсь, тебе не должно быть в тягость.       Подросток промолчал и продолжил разглядывать Гин-сана.       - Что? – не выдержав, спросил тот.       - Ты милый, – ляпнул брюнет и тут же прикусил язык, но было поздно.       - Ну да, я такой, – закивал блондин и, внезапно осознав, что услышал, приподнялся на локтях. – Чего-чего?       - Ничего, – буркнул подросток и отправился выключать свет, дабы скрыть свое смущение.       Вот же черт дернул сказануть подобное: совершенно не к месту и абсолютно не вовремя. А все эта глупая мысль, сформировавшаяся в его мозгу, едва брюнет добрался до семнадцати лет, виновата. В сущности своей она была самая, что ни на есть, обычная и вполне логично вытекающая из его нынешних знаний о «милой няне», просто стоит ли выяснять подробности сейчас, когда Гинтоки… кхм… в таком состоянии. Но сказал «А», так придется и «Б» говорить. Он улегся и принялся молча изучать потолок.       Блондин меж тем почесал затылок. Он ведь не ослышался: его назвали «милым»… Хиджиката Тоширо... он что, серьезно? Неужели… хотя нет, вряд ли это было проявлением каких-то чувств... это скорее из разряда: «ой какой миленький тот пушистый котёночек» и не стоит ни на что больше рассчитывать. Стоп, на какое такое больше он тут рассчитывать надумал? Нет, нет, нет, он не по этой части, совершенно! Так ведь…       - Ну и что это было? – решил уточнить он, на всякий случай.       - Я спросить у тебя хотел кое-что… - пытаясь скрыть волнение, отозвался брюнет.       - Валяй, – настороженно разрешил мастер на все руки.       - Просто… это… Лекс, когда мне ситуацию обрисовывал, сказал, что мы давно знакомы, – осторожно начал брюнет.       - Ну да, – подтвердил Гинтоки, не особо понимая, к чему тот клонит.       - А мы встречались? – продолжал расспросы Хиджиката. – Ну ты знаешь в каком смысле…       - Ага, – подтвердил блондин, на самом деле не понимая, о каком таком загадочном смысле вообще идет речь, – конечно встречались.       - Вот как, – протянул подросток. – И что, часто мы это делали?       - Каждый день, – честно сообщил напарник и, забыв, что в темноте его не видно, пожал плечами. – Знаешь, какие бурные встречи периодически были?! Мне даже их не достает. Нет, конечно, ты рядом и все такое, но… А зачем ты это вообще спросил?       Замком продолжил задумчиво таращиться прямо перед собой. Выходит, он был прав, предположив, что все последние выходки блондина связаны с чем-то из прошлого. К тому же «опекун» сейчас сам сказал, что ностальгирует по тем временам.       Бурные значит… Тогда совершенно логично, что, когда Хиджиката был маленький, блондин о нем заботился как умел, да еще был таким терпеливым. Но оно – терпение то есть – вечным не бывает, вот и у Гинтоки оно закончилось, так что все эти целовательно-домогательные проблемы просто следствие сего процесса. А кстати, если вдуматься, то не так уж это было и неприятно, просто... неожиданно.       Не хотелось бы быть неблагодарным поросенком, но ничего кроме симпатии, пусть даже не совсем дружеской, брюнет к мастеру на все руки не испытывал. Даже совестно как-то, но может дальше все станет на свои места.       Гин-сан тем временем еще немного посидел, а потом, скатившись с подушки, переполз подростку в район ключицы и свернулся там клубочком.       - Ты куда? – не понял тот. – Тебе места мало?       - От тебя убудет что ли, если я сегодня здесь посплю? – пробурчал в ответ блондин.       Один-то разочек, пока еще не гонят метлой под одно место, ведь можно, рассудил он и, почувствовав, что его прикрыли одеялом, задремал.       Город, в котором находилось нечто крайне ценное для одних и совершенно не нужное для других, встретил путешественников туманом. К счастью, не сильно густым и сквозь него можно было заметить очертания высоких домов, разноцветных шариков и ярких вывесок, прочитать которые, увы, на данный момент не представлялось возможным.       - О-хо-хо, - вздохнул, увидев их Лекс, – из огня да в полымя. Избежали фестиваля, так на ярмарку магических существ угодили.       - Что еще за ярмарка такая? – поинтересовался с набитым ртом Гинтоки.       - Ну, многим хочется иметь дома занятную зверюшку, – пояснил заказчик, – собаку, например, играющую на пианино, или ящерицу, способную перепахать огород, а потом помочь убрать урожай. Это если говорить о честных гражданах. А вообще, сие место - рай для всякого сброда: можно сбыть редких существ, добытых не самым честным способом, или стащить то, что подефицитней. Пикси, например. Думаю, вы понимаете, к чему я веду, господин замком.       Хиджиката кивнул: у него на плече как раз удобно пристроилась и беспечно жует сыр одна личность, похожая на сих созданий. Стало быть, надо за этим чудом белобрысым смотреть повнимательнее, только вот как это сделать – большой вопрос. Заимев крылышки, его спутник в последнее время стал необычайно оживленным и везде пытался сунуть свой любопытный нос. А теперь соединим сей интерес к окружающему миру с табуном представителей фауны, которых Гин-сан отродясь не видел… мда.       - Слыхал, – ткнул его пальцем блондин, – я - редкостная зверюшка и наверняка дорого стою.       - Миллионов десять, – подтвердил аманто, улыбаясь.       - Вот, – кивнул «фея», - потому обращаться со мной надо соответствующим образом: холить, любить и никогда не бросать.       - Мне кажется, именно этим я, в последнее время, беспрерывно занят, – отозвался в тон ему Хиджиката. – Но если ты считаешь, что этого недостаточно, то может быть мне стоит тебя продать, чтобы это делали качественней?       Разумеется, делать ничего подобного замком не собирался, просто нельзя же позволить этой маленькой и не в меру нахальной козявке задрать нос до небес.       - Кстати, а где нам искать этого типа, который вернет мне прежний вид? - сменил тему Гинтоки, пока подросток не утвердился в своем решении.       - А нигде, - дернул плечами аманто. - На двести процентов уверен, что его тут уже нет. Фестиваль ведь закончился: что ему тут делать?       - Эй, подожди-ка, - встрепенулся блондин, - что значит нет? Это мне в таком виде вечно ходить?       - Ничего не попишешь, - похлопал его по голове замком, - будешь купаться в кастрюльке и дрыхнуть со мной в обнимку...       Гин-сан не ответил, а принялся изучать пальцы на ногах. Спать в обнимку - это, конечно, очень мило, хотя и... все равно мило, а еще тепло. И мягко. Но вот все остальные составляющие его нынешнего состояния не порадовали совершенно.       - Ну не надо так расстраиваться, - улыбнулся заказчик и поправил прядь волос. – Я, честно говоря, вообще сомневаюсь, что этот клоун со своими склянками смог бы вам помочь. Думается, его "детки" излишне преувеличивают способности сего субъекта. Хотя, что с них взять, с этих магов из гильдий...       - И что же теперь делать? - спокойно поинтересовался Хиджиката.       - Отправитесь к другому специалисту в этой области, - зевнул Лекс, - настоящему. В любом случае, к делу вы сможете приступить не раньше чем через пару часов: бегая по этому «молочному желе» легко заблудиться.       - А почему бы тебе самому не сходить за этой своей фигней, – слегка успокоившись, поинтересовался блондин, – раз уж ни в какие катакомбы за ней лезть не надо?       - Ты знаешь, мне не очень хочется… – сообщил ему заказчик, – не очень хочется оправдываться перед той персоной за выходки вот этой искательницы приключений на свою пятую точку, – он кивнул в сторону подошедшей сестры.       - А… - открыл было рот Гинтоки.       - Пообщаетесь с тем, к кому идете, и все сами узнаете, – перебил его аманто. – Пойдемте, я напишу вам письмо с объяснениями.       Опасения подростка по поводу некоего активиста начали сбываться уже спустя пару минут похода. Маршрут их, кстати, пролегал в обход «распродажи», но одно крайне надоедливое, капризное, постоянно зудящее создание, одинаково эффективно истребляющее печенье и нервные клетки, потребовало пойти посмотреть, а иначе: «я так не играю».       Да, поглазеть и в самом деле было на что… наверное… единственный, за кем во все глаза наблюдал Хиджиката, был его «личный фей», окончательно потерявший голову от представленного разнообразия…сладкого и требовавший купить: «и то, и вот это, и про ту штучку в полосочку не забыть». В итоге, у брюнета оказалась куча разномастных коробочек, содержимое большинства из которых были надкусаны по одному разу.       - Ой, все, я наелся, – Гинтоки довольно развалился на коленях у подростка, – до отвала.       - А что мне делать со всеми этими остатками? – поднял брови замком, погладив «бесценную малютку» по пузу, ставшему похожим на шарик.       - Пожертвуй их бедным, – царственно махнул рукой блондин.       - Серьезно? С чего такая щедрость? – продолжал расспросы брюнет.       - Забыл разве, какую кучу денег я стою? – не без гордости ответил мастер на все руки. – Хочешь, я тебе по дружбе свою пятку подарю?       - И зачем она мне? – развеселился Хиджиката. – Отрезать на память? Уверен, что без нее сможешь обходиться?       - Эй, не надо ее резать, – забеспокоился блондин и, соскочив, в целях самосохранения, немного отлетел в сторону. – Ты просто будешь знать, что она твоя, разве этого мало? Не будь жадюгой, мне ведь тоже от самого себя много чего нужно, поэтому…       Он хотел сказать что-то еще, но почувствовал, что его довольно грубо схватили за крылышки и потянули в сторону. Гинтоки от нахлынувших неприятных ощущений даже на помощь позвать не смог, а только открывал и закрывал рот, словно ему не хватало воздуха.       Замком, на счастье своего непутевого «продавца пяток», быстро сообразил, в чем дело, и попытался отобрать вверенного ему «фея», но его нагло толкнул выскочивший откуда-то сообщник похитителя. В результате, парень со всего маху приземлился на весьма милую особу женского пола со светлыми волосами и карими глазами, попутно весьма ощутимо приложившись коленом о каменную кладку мостовой.       - Ой! – не сразу врубилась в происходящее та, удивленно разглядывая «подарочек», а когда сообразила, что происходит, завизжала так, словно ее режут.       - Простите, простите, – Хиджиката постарался максимально быстро встать, тем более он краем глаза увидел, что пара нехороших ребят, унесших его сокровище, скрываются за поворотом.       - Что случилось, Лесли? – на поле действа появился парень по виду чуть старше замкома, с занятным клетчатым шарфом на шее и, поперхнувшись от вида происходящего, рывком привел замкома в вертикальное положение.       - Большое спасибо, – брюнет поглядел на злого донельзя собеседника и… рванул в ту сторону, куда скрылись похитители.       Нет, он отнюдь не был сторонником бегать от проблем, но тут любому понятно, что будет драка и пусть бы она произошла, но сейчас на это нет времени: надо вернуть «на родину» одно маленькое сокровище.       Ему повезло: пара мошенников, судя по всему, так торопилась, что перепутала улицы, по которым им можно было скрыться, и в данный момент озадаченно чесала черепушки, глядя на каменную кладку, преграждающую им путь.       - Добегались? – прервал их думы подросток. – Немедленно верните то, что не ваше.       - Ты это… не подходи, – не очень уверенно начал один.       - Да, – подтвердил второй, – а то мы твоего заморыша сейчас быстро… тогось… - он помахал перед своим носом рукой, в которой был зажат Гинтоки.       - Ая-яя-яя-я, – заныл тот, когда перед глазами поплыли цветные круги, – мамочка, я хочу сойти с карусельки…       Замком оказался в затруднительном положении: с одной стороны, надо навалять этим типам, чтобы неповадно было, а с другой – как, спрашивается, сделать это, чтобы в процессе сего действа блондин не получил никаких повреждений от излишне нервничающего любителя легкой наживы.       Пока он придавался размышлениям, послышался топот шагов и брюнета резко развернули за плечо.       - Слушай ты, – заговорил нарушитель спокойствия, оказавшись тем самым парнем, коего он видел не так давно, – давай-ка поговорим…       - Отвали, – скинул его руку Хиджиката, – не видишь, я занят…       Обладатель шарфика хмуро поглядел на причины откладывающихся выяснений отношений и направился в их сторону. Брюнету оставалось только наблюдать, как парень в два пинка сроднил нарушителей закона со стеной, при этом взрослые типы непостижимым для логики замкома образом стали детьми, лет этак пяти-шести от роду, и теперь сидели и громко шмыгали носами.       - Ну все? Теперь ты не занят? – повернулся он к подростку, пытавшемуся, и небезуспешно, привести в себя похищенного с помощью мятной карамельки. – Тогда пойдем, я научу тебя, что лежать на добропорядочных девушках нехорошо.       Гинтоки выронил угощение. А? Это выходит, пока он тут на «адском аттракционе» катался, брюнет обжимался с хорошенькой жительницей и спасать его совсем не торопился. Ну нифига себе дела! И это притом, что он клялся и божился, что его никогда не оставит.       - Сразу же хочу сообщить, – предупредительно поднял ладонь Хиджиката, известным местом почуяв, что напарник думает какую-то белиберду, – что никаких намерений, преступных или не очень, я в отношении сей девушки не имел. Просто на нее упал.       - Так и было, – подтвердила появившаяся на месте разборок «пострадавшая», на плече которой сидел кот с маленькими кожистыми крылышками за спиной.       - Да и в самом деле, – кивнул блондин, смерив ее взглядом: ничего, знаете ли, особенного в ней нет. Он гораздо лучше и не конкурентка она ему никакая, – зачем бы ему сдалась эта сова лупоглазая…       - Не обзывайся, – подал голос замком. – На самом деле, она милая, даже очень…       Гин-сан хмуро посмотрел на смущенную комплиментом девушку и почувствовал, что начинает злиться. Милая, значит? Правда что ли? Если память ему не изменяет, вчера таковым назвали его.       Ну вот точно, прав он выходит относительно своего возврата в исходное состояние. И пусть даже сейчас Хиджиката здесь, но где гарантия, что в следующий раз не уйдет. Мало ли куда их еще занесет, и кто там встретится. А как только они вернутся, тот наверняка сразу же сбежит в общество отвратительно хихикающих девиц. Хрен ему! Нет, дожидаться этого он не будет, а просто примотает замкома к ножке стола на кухне. Точно! Интересно, а чем лучше его привязывать: веревку взять или у Сого поводок попросить. Тот уж ради такого дела протестовать особо не будет… А можно еще проще поступить – отобрать у господина полицейского наручники и привет, никуда не денешься! Вот это будет красота… Ну а дальше-то что? Какая разница, главное, чтобы ни одной личности женского пола рядом не было, Кагура не считается.       - Но не в моем вкусе совершенно, – закончил фразу замком. – Так что можешь не переживать: уводить у тебя твою девушку я не намерен. Если причина твоего агрессивного поведения в этом.       - Нет, он просто расстроен, что ты не на него упал, – фыркнул блондин и тут же пожалел о том, что сказал.       - Ага, просто сгораю от зависти! – тряхнул головой «шарфик» и настойчиво потянул замкома за локоть. – Пойдем все-таки, уединимся так сказать…       На этом месте Гинтоки практически на физическом уровне ощутил, что у него едет крыша. Уединимся? Это в каком, простите, смысле? Только не говорите, что на Хиджикату теперь и парни с первого взгляда западают? И если это правда, то трюка с запиранием дома и прогулками ночью, когда все порядочные девушки спят, явно недостаточно.       Тут-то получается надо брюнета вообще изолировать от цивилизации! Как, спрашивается, это сделать? Сейф? Нет, это не выход: дышать там нечем, а мумия замкома и замком шевелящийся обыкновенный – это две разные вещи. Нет, надо придумать нечто иное.       О, точно! Где-то он читал поучительную историю о прекрасном создании, запертом в башне в целях сохранности, и чтобы к оному попасть надо было попросить его чего-то там сбросить… а что это «чего-то» мастер на все руки забыл напрочь. Нет, серьезно, чем там кидались? Веревкой? Лестницей? Ведрами? Блин, проклятый склероз на почве стресса…       И пусть даже замком сломает ему челюсть или еще что-нибудь нужное, если, конечно, вообще сможет, но все это во имя того, чтобы этот самый замком свои обещания держал.       - Ну ты, Рори, в своем репертуаре, – покачал головой кот и приключенцы, наконец, узнали имя «жаждущего уединения», - не можешь и дня без драки! Мастер ведь тебя просила не тратить силу попусту.       - Отстань, мохнатый комок, – сердито отозвался тот и взмахнул руками, – тебе меня не понять! У тебя работы-то один раз в год: послал детишкам подарочек на Пасху и валяй дурака все остальное время. Я, в отличие от тебя, вынужден пахать весь год, круглыми сутками – не жизнь, а стресс сплошной! Черт побери, почему у этих карапузов вечно зубы вываливаются! Почему они не могут их раз в неделю терять…Нет, они сыплются как из рога изобилия: ежечасно, ежеминутно, еже… что там есть еще.       Мастер на все руки выдохнул: вот значит в чем дело! Ну и хорошо. Блин, елки с шишками, сколько он уже с этим Хиджикатой нервов себе истрепал.       - Все, все, успокойся, феечка ты наша зубастая, пока я тебя спать не отправила на пару суток, – похлопала защитника своей чести и достоинства по плечу Лесли и обратилась уже к искателям сокровищ. – Кстати, вы ведь приезжие, что вы делаете в нашем городе?       - Мы тут с очень важной миссией, – начал Хиджиката. – Ищем какую-то… какого-то… эээ… - он порылся в кармане и выудил письмо заказчика, – Фею-крестную.       - Ой, вам нужна Учитель, – обрадовался невесть чему кот, – пойдемте, мы вас проводим.       Добрались они до обители нужной им дамы очень быстро, а все благодаря Лесли, с помощью ключа и создаваемой оным золотистой пыли соорудившей проход прямо на том месте, где они стояли.       Перемещение через новый вид дверей не доставило нашим приключенцам никаких особых неудобств, если не считать таковыми легкое покалывание в пальцах. Хиджиката, ко всему прочему, в полной мере прочувствовал побитую ногу, но постарался сделать вид, что все нормально. Как бы то ни было, оба обрадовались, ступив на твердую поверхность, точнее на нее шлепнуться.       - Сильно болит? – поинтересовался Гинтоки шепотом, увидев, что замком поморщился.       - Да ничего у меня не болит, – отозвался тот, – устал просто.       Блондин фыркнул, но высказать все, что он думает о типах, которые не желают делиться своими горестями с самыми близкими людьми, тем самым обижая их, не успел – Лесли провела их в гостиную, обставленную с большим вкусом и, предложив располагаться поудобнее, убежала за Мастером.       Подросток, воспользовавшись тем, что никто, кроме напарника, его не видит, прикрыл глаза и вытянул ноги. Гин-сан посмотрел на брюнета и немного расстроился. Теоретически, он мог его полечить, но ни при каких обстоятельствах за такое не возьмется – все в его исполнении превращается в какие-нибудь сладости: то пряники, то печенье… один раз, правда, апельсиновый сок получился.       - Простите, что заставила ждать, – послышался звонкий голос, и в комнату буквально впорхнула очаровательно улыбающаяся женщина лет тридцати на вид, одетая в длинное платье цвета чайной розы. – Я – Фея-крестная.       - Здравствуйте, – поприветствовал ее брюнет и попытался встать, но был мягким движением руки отправлен обратно.       - Не нужно церемоний, – сообщила Фея и присела на диван. – Чего изволите? Отравленное яблоко? Меч, способный убить дракона? Хрустальные туфельки?       - Ой нет, спасибо, - нервно передернулся Гинтоки, представив стеклянные тапочки на ногах, – у нас к вам другое дело.       - Вот как? – слегка наклонила голову дама. – Какое же?       - Точнее их два, – добавил Хиджиката и честно рассказал историю с ягодами.       Леди слушала очень внимательно, пару раз хихикнула и, попутно уточнив у блондина точное описание съеденного, заверила, что нет ничего проще. Затем она позвала Лесли и поручила ей сварить нечто из совершенно непонятных ингридиентов. Девушка кивнула и скрылась с глаз.       - А теперь перейдем ко второму делу, – снова повернулась дама к паре приключенцев, – что-то мне подсказывает, что оно не такое простое.       Подросток, даже не сомневаясь, что так оно и есть, протянул письмо, в порыве вдохновения настроченное заказчиком утром, а затем трижды переписанное.       Фея взяла послание и принялась изучать содержимое. В процессе оного ее лицо поменяло свое выражение с приветливого на недовольное.       - Какая неприятная история получилась, – произнесла она после недолгого молчания. – Разумеется, я исполню просьбу Лекса, хотя мне и жаль расставаться с данной вещицей. Я очень долго искала нечто подобное и...       - А еще он просил передать Вам вот это в качестве, так сказать, компенсации морального ущерба, – не дослушав, быстро добавил замком и выудил запечатанный пакет, размером чуть больше, чем само письмо.       Женщина с некоторым удивлением приняла его и через минуту выудила переливающееся перо, по мнению Гинтоки, вырванное у какого-то странного павлина. Судя по тому, что Фея довольно улыбалась, она явно знала, что это такое.       - Ах, Лекс, - покачала она головой, снова очаровательно улыбнувшись, – как всегда, внимателен к мелочам. Впрочем, без этого лучшим учеником не стать…       - А? – не понял Гинтоки, на секунду решив, что у него слуховые галлюцинации. – Он у вас учился? Хотите сказать, что он тоже… крестный фей?       - Вас это так удивляет? – чуть наклонив голову, поинтересовалась Мастер.       - Нет. Нисколько, – возразил блондин, почесав ухо.       Действительно, чему тут можно удивляться? Они уже столько времени таскаются по черт знает каким уголкам Вселенной и он самолично насмотрелся на всяческие чудеса: от мумий до говорящих баранов.       Взрослеющий замком - это вообще нечто, способное по своей фантастичности переплюнуть все увиденное… но всему есть предел и даже крайне буйному воображению мастера на все руки было сложно представить рослого красавца-аманто в платье с оборками, спрашивающего, не желает ли он отправиться на бал. Он тряхнул головой – ужас, а не зрелище. Что же за день-то сегодня такой! Просто проверка на прочность.       Интересно, что по поводу этого думает Хиджиката? Он скосил взгляд на подростка, но не сумел прочитать на его лице ни одной эмоции. Прямо как в прежние времена, невесело хмыкнул Гин-сан. Ну почти.       В комнату меж тем вернулась Лесли в компании своих напарников. Рори, судя по всему, уже окончательно успокоился и теперь, улыбаясь во все тридцать два, тащил за подругой чайник. Кот, на этот раз, сидел у него на голове и звучно хрумкал крабовые чипсы.       - Мастер, я заварила вам чай с лесными ягодами, как вы любите, – весело улыбнувшись, сообщила она.       - Спасибо, дорогая, – кивнула учитель заказчика, принимая чашку.       - А это вам, – обратилась Лесли на этот раз к брюнету, – отвар для заживления ран и восстановления сил по рецепту учителя: классная штука и действует практически моментально.       - А, это, спасибо, – нерешительно протянул тот, – но я…       - Пейте смело, – ободряюще улыбнулась ему девушка. – Если уж у меня что хорошо и получается, так это зелья. В отличие от всего остального…       - Уверен, все скоро переменится к лучшему, – подбодрил ее Хиджиката и получил в ответ лучезарную улыбку.       Гинтоки тихо зарычал. Нет, вежливость – это прекрасно, но все хорошо в меру, знаете ли! Если замком на эту девицу свалился, так это еще не повод «хвостом перед ним вилять». Тем более ей совершенно четко было сказано, что она не в его вкусе. И вообще, у него есть Гинтоки и он единственный, да-да, единственный имеет право на любезное отношение со стороны брюнета. Только ему он может приветливо улыбаться, желать доброго утра и целовать на ночь.       Ну ничего, вот только Гин-сан вернется в свое прежнее состояние, он живо объяснит этому длинноволосому гражданину кто «в доме хозяин».       Внезапно в голову закралась страшная мысль: а вдруг… вдруг эта не в меру подозрительная девица на самом деле сварила, допустим, зелье приворотное? А что? Сама же только что призналась, что варит всякую всячину на отлично.       Брюнет меж тем залпом выпил едва ли не половину протянутого и буквально сразу же уронил кружку.       - Знаете, что-то это меня не бодрит совершенно, – сообщил он, потерев глаза и широко зевнув, – напротив, спать очень хочется.       - Хиджиката-кун, что с тобой? – перепугался не на шутку Гинтоки, наблюдая, как подросток укладывается на диване. – Что ты с ним сделала, ведьма? – зло выкрикнул он в адрес Лесли, которая и сама была в шоке от происходящего.       - Н-ничего, – произнесла она и мотнула головой. – Клянусь, я просто заварила чай.       - Врешь ты все, коза, – отрезал мастер на все руки. – Он тебя отверг, и ты решила от него избавиться. Эгоистка хренова, что мне теперь без него делать, а? Об этом ты подумала? Конечно, нет!       - Тихо, тихо, – с улыбкой прервала его гневную тираду Фея, подняв кружку и понюхав остатки ее содержимого, – он просто спит.       - Спит? – не поверил своим ушам блондин.       - Да, – кивнула Мастер, – Лесли – фея мира грез и стоит ей только добавить, в качестве эксперимента, в зелье любое вещество, как моментально получается снотворное. Милая, я ведь просила…       - Но я все делала точно по рецепту, – недоумевала та, – честно.       - Вообще-то это я лунную пыль на сахар поменял, – сознался кот и хихикнул.       - Ах ты, шаверма, – взвилась девушка и, соорудив все из того же золотистого песка швабру, принялась гоняться за котом, с переменным успехом попадая по нему. Вскоре к ним присоединился Рори, сообщивший, что взболтал чайник по дороге, и попадать стало уже двоим.       - Ох, совсем дети, – покачала головой Крестная, проводив их взглядом и снова повернувшись к Гинтоки, который крепко прижимался к брюнету. – Не беспокойся, никаких страшных последствий действие этого напитка не принесет. В конечном счете, сон тоже замечательно восстанавливает силы. Сейчас скажу, чтобы его перенесли...       - Без меня вы его никуда не потащите, – предупредил мастер на все руки.       - Конечно, нет, – согласно кивнула дама, мягко улыбнувшись, и протянула ему порцию напитка для возврата в прежнее состояние, предварительно уменьшив чашку до размера наперстка. – А пока он отдыхает и ты подрастешь.       Темно. А почему? Непонятно. Замком открыл глаза, потом закрыл - разницы никакой. Он сел на кровати и озадачился: совершенно незнакомое место. Как он сюда попал вообще... Последнее, что помнил подросток - гостиная, потом он пил чай, а затем...       - Выспался? - донесся до него знакомый голос и подросток, повернув голову, имел возможность лицезреть напарника в прежнем состоянии. Он сидел с ногами на подоконнике и настороженно смотрел в сторону Хиджикаты.       - Гинтоки... - немного растеряно произнес брюнет, разглядывая того, словно видел впервые, - ты уже в норме?       - Угу, - кивнул тот и, словно в подтверждении своих слов, встал на ноги. - Ты-то сам как? В порядке?       - Да вроде бы, - замком подошел к окну и привалился к стене с противоположной от блондина стороны.       Некоторое время они помолчали, изучая пейзаж за окном: темные силуэты деревьев, перемежаемые мягким светом окон в городе, и лишь мельком бросая друг на друга короткие взгляды.       - Я тут, пока ты спал, подумал немного, - нарушил тишину Гинтоки, - и у меня к тебе вопрос: если бы эта Леси, или как там ее, оказалась в твоем вкусе, кого бы ты выбрал: меня или ее?       Да, вопрос просто до неприличия глупый, эгоистичный и вообще мало подходил для продолжения беседы, но отчего-то было очень важно услышать от замкома на него ответ. А зачем ему это собственно надо, он понимал плохо. Вот что происходит, когда мозг за день перегружать размышлениями, да еще и не по разу. Нет, Хиджиката издевается что ли? Стоит и нагло молчит.       - Ответь мне, - не выдержал блондин.       Замком тяжело вздохнул и принялся изучать ворону на дереве. Этот кучерявый маньяк, он что, совсем тупой? Ему ведь уже пообещали, что не бросят, так зачем снова заводить об этом разговор. Тем более они давно встречаются, если конечно мастер на все руки не врал. Хотелось надеяться, что нет.       Он посмотрел на старшего товарища, нервно поглядывающего то на него, то на пол, и внезапно в голову пришла мысль: неужели тот ждет, что Хиджиката свое обещание подкрепит чем-то… посущественней? Ага, а чем?       Кстати, а почему подросший Гинтоки из всего своего прежнего набора одежды, так заботливо упакованного кем-то из аманто в дорогу, надел только юкату? Вроде, не жарко совсем… И что ему спокойно не стоится, непонятно: вон опять живот чешет… Ой, только не говорите… вот же извращенец! Не успел прийти в себя, как уже вон чего захотел! Нет, нет, он не готов! Если для их прежних отношений это было нормально, то сейчас…       Можно, конечно, попробовать его просто поцеловать и обойтись, так сказать, минимальными усилиями. А если этого не хватит? Замком принялся накручивать на палец прядь распущенных волос, но резко прекратил сие занятие. Ведет себя как девчонка, черт подери! Ладно, будем действовать по ситуации.       Опасаясь передумать, он подошел к блондину и, обхватив его лицо руками, мягко, хоть и немного неуклюже, поцеловал.       - Доволен? – поинтересовался он у едва не сползшего по стене от неожиданности Гинтоки.       - И? И что это сейчас такое было? – переспросил в свою очередь мастер на все руки, незнамо зачем крепко вцепившись брюнету в запястья.       - Ну… это ответ на твой вопрос, – немного неуверенно сообщил подросток. – Не понравилось? Или может надо повторить?       Блондин не ответил. Не понравилось? Напротив. Даже слишком. А вот насчет повторения это… надо хорошо подумать. Скорее всего, не надо, но если он сейчас об этом скажет, то никем больше, чем парой знакомых, им не бывать. Вот и славно, будут как раньше цапаться по любому поводу, спорить по поводу своих вкусовых пристрастий и никогда он Хиджикату больше не обнимет и собственная фантазия с тележкой непристойностей, как она это регулярно делала в последнее время, приставать не будет. От осознания последнего стало немного грустно.       - Кошмар какой-то, – Гин-сан не заметил, как произнес это вслух и тут же сглотнул, увидев, что замком обиженно отвернулся. – Ой, Хиджиката-кун, ты чего?       - Ничего, – злобно рявкнул подросток и попытался освободить руки. – Пусти меня, мне идти надо.       - Куда это ты собрался? – с подозрением поинтересовался блондин.       - Пойду совершенствовать свою технику поцелуев, – огрызнулся брюнет, краснея от смущения, - раз уж это все так плохо было. Сейчас, только объект подходящий найду…       - Я вот тебе дам, сейчас! Объект он искать пошел, – возразил Гинтоки активно сопротивляясь вырывающемуся Хиджикате. – Что за привычка такая: пытаться при любой возможности свалить от меня налево!       - У кого же тогда мне учиться? – язвительно поинтересовался подросток и пнул напарника в колено. – У тебя что ли? Сомневаюсь в эффективности сего действа.       - Ну и зря. По мне так сразу не скажешь, но я очень одарен в этой области, – ляпнул «потенциальный учитель» и, поскользнувшись в пылу сражения, свалился на замкома. – Короче, я тебя сам научу.       Доигрался, репетитор хренов, ругался на себя блондин, когда поцелуи, непостижимым для него образом, переросли из легких, едва ощутимых, в более страстные, а выпустить "прилежно учащегося" Хиджикату стало просто нереально. Что ты теперь собираешься делать и как остановить все это безумие? А надо ли… Не думал о последствиях своих поступков раньше, так стоит ли начинать в такой момент?       Он вздрогнул, внезапно осознав, что маленький "демон-искуситель" успел забраться руками ему под юкату и в данный момент вырисовывает ими на спине «эксперта» непонятные узоры, слегка царапая при этом кожу и распаляя Гин-сана все больше. Понимал ли Хиджиката, что даже если захочет, убежать уже не сможет? Кажется, понимал, да он и не пытался этого сделать. Ни тогда, когда Гинтоки ласкал его тело, постепенно спускаясь все ниже и останавливаясь лишь для того, чтобы стянуть с замкома штаны, ни когда тот, раздвинув ноги брюнета, совершенно пошло облизнулся, устроившись между ними.       - Ги..Гинтоки, – не выдержав, выдохнул замком, ощутив руку блондина на том самом месте, которое расположено пониже спины.       - Что-то не так? – пьяно отозвался тот, едва сдерживаясь, чтобы не причинить Хиджикате совсем неуместную боль.       Подросток помотал головой и зажмурился. Ведь прекрасно понимал, что до этого может дойти, а теперь страшно, едва ли не до слез. Как так-то? Дурак мелкий! Пусть бы уже поскорее все это закончилось… Хотя нет, передумал он, чувствуя, как Гин-сан снова касается губами его шеи и плеч, пусть еще немножко продолжиться.       - Все нормально, – отозвался он, ерзая под «учителем», - не останавливайся, только давай побыстрее.       Нормально, да? Вот врушка мелкая, кого обмануть пытается, улыбнулся блондин. И, наверное, стоит сделать, как просит замком, но когда он собственно руководствовался его мнением? Вот именно… Может только пару раз такое и было.       Смех смехом, а стоило только первому тягучему стону сорваться с губ брюнета, как терпеть дальше стало просто невыносимо и Гинтоки, позабыв про все свои нежности и крепко прижав к себе замкома, проник в послушно прогнувшееся навстречу тело.       Хиджиката сдавленно зашипел и судорожно схватился за плечи партнера. Больно… не сильно и вполне ожидаемо, но все-таки... Нет, промелькнула мысль, он не может этого показывать, но на деле вышло иначе. Блондин все прекрасно увидел, скорее даже почувствовал: нежно поцеловал и принялся шептать какие-то бессвязные, но такие теплые и успокаивающие глупости.       Постепенно боль отступила, и Хиджиката, захлебываясь в собственных непривычных, но до безумия приятных ощущениях, робко начал двигаться навстречу Гинтоки, зарываясь пальцами в кудряшки на голове последнего.       Тот, в свою очередь не уступая замкому в круговороте эмоций, жадно сжимал его бедра и двигался все быстрее. Наверняка, на коже брюнета останутся синяки и придется долго извиняться, но это все будет потом… не сейчас… завтра…       - Почему я должен тащить эту хреновину? – ругался блондин утром следующего дня, подтянув и покрепче ухватив выскальзывающую из рук статую антилопы, размером со среднюю собаку.       - Потому что ты сам решил это сделать, – покладисто отозвался Хиджиката, удобно устроившись у старшего коллеги на спине.       - Знал бы, что она такая большая, ни за что бы не взял. Ты должен был меня отговорить, – продолжал бурчать мастер на все руки.       - Прости, – улыбнулся подросток, – но ты сам просил, чтобы я с тобой не спорил…       - Кстати, напомни мне, почему я еще и тебя на себе волоку? – Гинтоки остановился и посмотрел через плечо на замкома.       - Потому что у меня колено болит, – вздохнул тот и, слегка покраснев, добавил, – ну и там еще… по мелочи…       - Что бы у тебя там не страдало, я к этому отношения не имею, – безапелляционно сообщил блондин, запихивая воспоминания о недавних событиях на самую верхнюю полку шкафа собственного сознания и подпирая его стулом, – оправдываться не собираюсь и компенсировать твои неудобства не намерен.       - Конечно, конечно, – закивал Хиджиката, подумав, что повтора произошедшего он и сам вряд ли допустит. Не сегодня, это точно. А вот на следующей неделе…