Учитель Джи

*** — Как проходит обучение? — поинтересовался Пиандао, вызвав Азулу в приемную после утренней тренировки. — Никогда бы не подумала, что мне наскучит метать в детей огненные шары. Пиандао неопределенно хмыкнул и пригласил Азулу сесть за низкий столик. — Опять каллиграфия? — спросила она, опускаясь напротив учителя. — Спасибо, откажусь. — Ты запрещаешь Жонгу тренироваться? — Тренироваться? То есть быть мишенью? Не думаю, что ему понравится. Азула решила, что сейчас Пиандао выдаст очередное философское изречение, но их прервал встревоженный Фат. Остановившись в дверях, он с неслабой одышкой выговорил: — Господин, к вам гость. Пиандао насторожился, и Азула, заметив его тревогу, живо вскочила на ноги. В поместье никогда не было гостей, за исключением учеников и их родителей, поэтому визит, к тому же без предупреждения, показался странным. Но сильнее их всполошила реакция Фата, обычно спокойного и невозмутимого. — Это он? — Азула сорвалась на сиплый нервный крик. Фат отчаянно замотал головой, наверняка догадавшись, что она имеет в виду Зуко. — Кто?! Азула не заметила, когда Пиандао успел подняться и схватить ее за руку. В несколько широких шагов преодолев расстояние до стены, он распахнул деревянные створки, толкнул Азулу в потайной коридор и смерил строгим взглядом. — Сиди тихо. Как только он захлопнул створки и вернулся к столику, чтобы принять прежнюю позу, из коридора послышался громкий и бодрый окрик: — Эй, учитель, вы дома? Всего за одну секунду на лице Пиандао промелькнули озарение, облегчение и удивление. Заметив это, Фат все так же безмолвно и рьяно закивал головой. — Фат, — позвал гость, показавшийся в дверях приемной. — Сокка, — кивком поприветствовал его Пиандао. — Не ожидал увидеть тебя. Наблюдая из-за резной створки, Азула глубоко вздохнула и попыталась успокоиться. Гостем оказался не Зуко и не его армия; это обнадежило, но все равно она не была рада такому повороту событий. Сокку она узнала сразу. С момента их последней встречи прошел год-полтора, и он не сильно изменился. Разве что стал немного выше ростом и шире в плечах. И по-прежнему оставался лучшим другом Аватара и Хозяина Огня. — Учитель, — Сокка был сама серьезность, а его поклон — образцом приветствия. И только после того, как он выпрямился и сел на ковер, Азула осознала: Сокка — ученик Пиандао. На первый взгляд это казалось невообразимым, но, взвесив все факты, Азула пришла к выводу, что герои войны все же могли быть знакомы, несмотря на огромную разницу между ними. Но чтобы болван из Южного Племени Воды… чтобы великий мастер меча Пиандао принял в ученики такого, как он… Когда Сокка заговорил, Азула решила прервать свои размышления и сосредоточиться на цели, что привела его в Шу Дзинг. — Учитель, я рад видеть вас в добром здравии, но, если честно, прибыл сюда по делу. Как бы сказать… с деловым предложением. — Ты возмужал, — заметил Пиандао, — но оратор из тебя по-прежнему неважный. — Мда, — Сокка почесал затылок, — умеете вы испортить момент. — Ты говорил о предложении, — напомнил Пиандао. — Да. Видите ли, мы с Аангом, помните его? Аватар. — Я помню. — Так вот, мы с ним и Зуко, который новый Хозяин Огня, точнее, они без меня… — Сокка прервался, чтобы состроить кислую мину, затем ударил себя по щекам и продолжил. — Недавно все мы загорелись идеей возвести новый город. Достаточно большой, он будет построен на всей территории бывшей колонии народа Огня на западном побережье Царства Земли. Вся прелесть в том, что Республиканский город, так мы его назовем, будет открыт для людей любой нации. Как маги огня и маги земли в колониях заводят семьи, так жители всего мира смогут идти рука об руку, забыв о прошлой вражде. Слушая этот «бред вполне в духе Аватара», Азула подумала, что в ораторском мастерстве Сокка все же преуспел. — Разумеется, мы еще не все спланировали, — продолжил Сокка, — осталось много нерешенных вопросов. И в одном из них, я надеюсь, сможете помочь вы, учитель. — В чем же? — В управлении Объединенной Республикой. Мы думаем организовать Совет, состоящий из представителей каждой нации. Только так можно выносить решения, которые удовлетворят все народы. — Справедливо, — Пиандао задумчиво обвел пальцами бороду. — И ты предлагаешь мне место в этом Совете? — Мы почтем за честь, если вы примете наше предложение. Сокка снова склонился в вежливом поклоне. А когда выпрямился, то медленно повернулся к деревянной створке, за которой застыла Азула. Она была уверена, что не шелохнулась, не проронила ни звука, но Сокка смотрел пристально, будто догадался или почувствовал ее присутствие. — Это очень лестное предложение, но я не могу его принять. Пиандао поднялся и отошел к окну, выходящему на площадку для тренировок. Сокка последовал его примеру, и Азула смогла спокойно вздохнуть. — Как видишь, — продолжил Пиандао, — я вновь открыл школу и преподаю боевые искусства. И не могу бросить своих новых учеников. Сокка облокотился о высокий оконный проем, посмотрел вниз и понимающе усмехнулся. — Знал, что вы откажете. Но не мог не попытаться. — Очень похоже на тебя. Кстати, ты хорошо следишь за своим метеоритным мечом? Хотел бы я на него взглянуть. — Э… тот меч, — Сокка виновато отвел взгляд, но решился признаться. — В общем, я его потерял. — Это тоже на тебя очень похоже, — заключил Пиандао, и пусть он стоял к Азуле спиной, она знала, что он улыбнулся. — О, точно, можно мне погостить у вас пару дней, учитель? — взбодрился Сокка. — Добираться сюда своим ходом без Аппы оказалось не так просто. У Пиандао не было другого выбора, кроме как согласиться, и все равно Азула задохнулась от возмущения. *** — Вы сошли с ума? — закричала она, ударив ладонью по письменному столу. Кабинет Пиандао находился на верхнем этаже башни, где их никто не мог услышать. — Нет причин для беспокойства, — ответил Пиандао. Он как раз заканчивал письмо — официальный отказ от членства в Совете, адресованный Аватару и Хозяину Огня. — Нет причин? — Азула в который раз поперхнулась воздухом. — Вы хоть представляете, что будет, если он увидит меня в поместье? — Догадаться несложно: ведь во время столетней войны вы были по разные стороны. Азула всплеснула руками и уперла их в бока. Пиандао, как ни в чем не бывало, прошел к окну, на котором ждал драконий ястреб, привязал к его лапке письмо и только тогда удостоил Азулу ответом. — Я понимаю твои опасения, но и ты пойми — мой отказ бывшему ученику неприемлем. Сокка не дурак, каким ты его считаешь: не разреши я ему остаться, он бы заподозрил неладное, и завтра замок был бы окружен армией. — Знаю, — Азула устало опустилась на жесткий стул у стеллажа с книгами и картами. — Что будем делать? — Запрись в своей комнате, скажи, что неважно себя чувствуешь. Я дам Фату соответствующие указания. Не считая сегодняшний, остался один день, переживешь. — Да... А где сейчас этот Сокка? — Обедает вместе с учениками. — Замечательно, — Азула отсалютовала рукой, но для злости у нее не осталось сил. — Почему бы и нет? Так и вижу, как Янлин без умолку рассказывает ему о молодой и талантливой учительнице магии огня. Пиандао тяжело вздохнул — он тоже порядком устал за этот долгий день. *** Пока ученики, а главное, незваный гость, были заняты в столовой, Азула прокралась в свою комнату и закрыла дверь на засов. Часом позже она услышала короткий стук — заранее оговоренный с Пиандао, а после с Фатом, сигнал. — Я принес обед, — сказал Фат и передал через порог поднос. — Постарайся не выходить до ужина. А ночью можешь выбраться в купальню. — Как обстоят дела? Фат помолчал — очевидно, обдумывал, стоит ли рассказывать, — и в конце концов ответил: — Сокка на тренировочной площадке. Демонстрирует ученикам свои умения фехтовальщика. — Надеюсь, он сам упадет на меч, и мне не придется его убивать. — Не хотелось расстраивать, но скажу, — Фат наклонился к Азуле. — Он прошел обучение у господина Пиандао всего за несколько дней. Сокка победил меня и сумел ослепить господина в бою. Меч, что он выковал из метеорита, был одним из лучших, что когда-либо побывали в нашей кузнице. — Хвалишь его? — Просто докладываю, — заверил Фат. — Я приду ближе к ужину. *** Вечером в дверь снова постучали и, отперев, Азула буквально затащила Фата в комнату. — Рассказывай, — потребовала она, опустив поднос на прикроватную тумбу. Все несколько часов в заточении она могла думать только о том, что происходит в поместье. — Янлин все разболтала. — Я так и знала! И? — И, — замялся Фат, — Сокка несколько раз порывался познакомиться с молодой красавицей, которая преподает магию огня. — Это плохо. — Учитывая его любопытство — намного хуже, чем можно себе представить. Лучше ночью в купальню не выходить. Цокнув языком, Азула вытолкала Фата за дверь, захлопнула ее и уперлась лбом в гладкую деревянную поверхность. — Чем я все это заслужила? — пожаловалась она двери и неожиданно для себя услышала позади тихий скрип оконных петель. — Эээ… — донеслось со стороны окна. Азула широко распахнула глаза, медленно обернулась и увидела сидящего на подоконнике Сокку. Полных пять секунд они молча таращились друг на друга, пока Сокка не выпалил: — Ты?! Он потянулся за бумерангом, и Азула воспользовалась моментом — подбежала к окну и обеими руками зажала Сокке рот, едва не вытолкнув его наружу. Она хотела окликнуть Фата, но была откинута в сторону и ударилась спиной о тумбу, повалив с нее поднос. С громким звоном чашка разбилась, и ее содержимое оказалось на полу, вперемешку с осколками. Когда Азула поднялась, Сокка успел достать бумеранг и приставил острием к ее горлу; она в ответ направила на него руку с зажженным на кончиках пальцев пламенем. В коридоре послышались поспешные шаги, дверь, которую Азула не успела запереть на засов, распахнулась, и в комнату вбежал Фат, а следом за ним Пиандао. — Что здесь происходит? — Учитель… — начал Сокка, но Пиандао уже сам все понял и обратился к Азуле. — Джи, я говорил тебе запереть дверь. — Он влез через окно. Пиандао прикрыл глаза, а Фата больше взволновала разбитая тарелка и пропавшая даром еда. — Учитель, — вновь попытался объяснить Сокка, — эта девушка не та, за кого себя выдает. Она беглая принцесса народа Огня Азула. — Тише! — хором шикнули на него все трое. — Вы… вы все знали?! Знали, кто она такая, и привели ее сюда, чтобы обучать детей? — Успокойся, Сокка, — Пиандао открыл глаза. — Нам всем нужно серьезно поговорить. Убери бумеранг; Джи, погаси пламя; Фат, приготовь зеленый чай и проследи, чтобы все ученики были в своих комнатах. У нас впереди долгая ночь. *** Говорил Пиандао, остальные молча сидели за столом и избегали смотреть друг другу в глаза. Когда рассказ прервался, Сокка залпом допил остывший чай и забарабанил пальцами по столешнице. — Значит, у вас договор? — уточнил он, сжав кулак. — Я верю вам, учитель, но, зная Азулу, не могу всего так оставить. — Она была твоим врагом, это трудно принять. Но и с Хозяином Огня вы не всегда были друзьями. — Азула бросила мою девушку и отца в тюрьму на Кипящей Скале. — Я отдала много подобных приказов, а насчет твоего отца — не принимай на свой счет, я его не знала. — Не усугубляй положение, Джи, — посоветовал Пиандао, заметив недобрый прищур Сокки. — Она выстрелила молнией в Аанга и хотела напасть на мою сестру. Вы знаете, чем грозит хотя бы одно прямое попадание. — А разве ты не нападал на меня с мечом? Не говори, что это были детские игры и ты махал им возле моей головы только для виду. — Это другое, — заспорил Сокка. — Разве? Будь ты сильнее, история могла закончиться иначе. Или ты жаждешь мщения? Можешь попробовать убить Зузу, и мы будем квиты. — Вот об этом я и говорил, учитель! — Довольно, — спокойно прервал Пиандао. — Вы оба прошли долгий путь, но разными дорогами. От принцессы народа Огня многого требовали, как и от сына вождя Южного Племени. Поэтому я прошу тебя, Сокка, закрыть глаза на вашу вражду и никому не рассказывать о той, кого встретил в моем поместье. Как я понял, именно этого желают Аватар и Хозяин Огня — чтобы все народы жили в мире. Сокка промолчал: он не хотел перечить учителю. — Вернемся к этому разговору завтра, — предложил Пиандао. — А сейчас нам всем лучше отдохнуть.