Praeclarus Anguis

Глава 3. Любимец старосты (I)

      — Будет лучше, если ты проснешься сейчас, Гарри. Разумеется, если ты планируешь посетить завтрак.       Чья-то теплая рука мягко и неспешно потрясла его за плечо, тем самым уговаривая вернуться на грешную землю, а когда Гарри распахнул глаза, первое, что он увидел — склонившегося над его лицом Тома. В комнату проникал странный, чуточку рассеянный свет через окна общей спальни; староста Слизерина уже успел облачиться в черную мантию, разгладить ее подол и прикрепить к груди сверкающий, как изумруд, значок. Наверное, это был первый раз, когда Гарри позволил себе свободно рассмотреть человека, который в будущем станет лордом Волдемортом. До этого момента у юноши совсем не было времени повнимательнее изучить парня. Вчерашней ночью, в Большом зале, он был слишком занят и просто проигнорировал его появление. Неудивительно, почему сейчас Поттер так сильно удивился, наконец осознав, кто стоит перед ним.       Эхо из Тайной комнаты в самом деле значительно уступало той величественности, с которой говорил реальный Том Марволло Риддл. Даже сейчас, когда юноша был спокоен и расслаблен, он оставался этаким королем в здешних владениях и умело «метал молнии». Ужасающая своей силой аура, которая, к слову, сейчас держалась в кулаке, давила, пусть и не настолько сильно, как тогда, на темном кладбище, однако Гарри вполне этого хватило, чтобы его проняла нервная дрожь. Темные глаза Тома, такие, какими они были накануне ночью, плотоядно пожирали Поттера, когда он медленно сел на кровати. Прическа Риддла была идеальной — каштановые волосы ровно лежали на голове.       Гарри же казался абсолютной противоположностью со своей смятой одеждой и «вороньим гнездом» на голове.       — Завтрак, — еще не до конца проснувшись, кое-как пробормотал Гарри. — Да, завтрак, — он неспешно поднялся с кровати и с неким удивлением уставился на небольшой стол, наличие которого обнаружил только сейчас.       — Ты чего? Если ни разу не видел столов раньше, то представляю, каким будет твое удивление, когда ты поймешь, что притащил его из собственного дома, — в замешательстве высказался Том, услышав со стороны Гарри тяжелый вздох.       Неприкрытая горечь сквозила в словах юноши, когда он упомянул о доме.       — А… Да, — спешно исправился Поттер. — Да, это он, — на удивление, содержимое его багажа едва ли не мгновенно преобразилось, согласно предыдущим словам. Его мантия сменила малиново-красную отделку на слизеринскую — серебристо-зеленую; перья, чернила, портмоне и книги лежали на месте. Чары, уход за магическими существами, трансфигурация, защита от темных искусств, даже зелья.       Ах да… Северус Снейп просто не мог преподавать последний предмет в 1942 году.       — Эй, Том, — Гарри откинул голову назад, чтобы взглянуть на юношу, — кто преподает «зелья» в Хогвартсе?       — «Зелья?» Наш декан — Гораций Слагхорн. Он неплохой человек, — сказал Ридл. — Почему спрашиваешь?       — Мой учитель отказался давать мне этот предмет, пока я не получу «превосходно». У меня только это…       — «Тролль?» — Гарри с остервенением швырнул в него подушкой, в то время как Том, хохоча, словно гиена, поднял руку, чтобы поймать снаряд.       — Я получил «выше ожидаемого», зазнайка, — огрызнулся Гарри. — Что же касается тебя?..       — «Превосходно». Причем по всем предметам, — улыбнулся Том, словно Чеширский кот, и бросил подушку обратно. — Все-таки мне нужно держать лицо.       — Разумеется, — недовольно проворчал Поттер, натягивая мантию на плечи. Уже отчаявшись хоть как-то пригладить или укоротить свои волосы, юноша просто провел рукой по голове. — Ты говоришь, как Гермиона.       — Кто это? — Риддл сделал небольшой, почти угрожающий шаг вперед. — Девушка?       — Ну да, подруга… Не больше, девушки у меня нет вообще.       — Хм… Почему нет? Я просто не могу представить, что у тебя с этим проблемы. Особенно с такими яркими глазами, — чужие же очи снова потемнели. — Великий Салазар, очень яркие!       — Мои? — Гарри против воли залился постыдным румянцем, а голос неожиданно подпрыгнул на пол-октавы выше обычного. — Флирт? Ты флиртуешь со мной, Том?       Как все могло обостриться настолько быстро?       Молодой человек, выше его на целую голову, подошел ближе. Преодолеть расстояние, оставшееся между ними можно было одним крохотным шажком.       — И что бы ты сделал, если бы я сказал: «Да?»       Сказал?.. Но он?.. Зачем?.. И почему Том подозрительно склоняется к нему?..       — Я-я? — это лучшее, что сейчас мог придумать рассеянный, пустой мозг. Глаза не отрываясь смотрели на чужие губы, находящиеся в непозволительной близости от его собственных. Том медленно приближался.       — Эй! Вы двое! Если не собираетесь целоваться, пошли на завтрак!       — Эйвери!!! — Том резко выпрямился и отпрянул, едва ли не мгновенно оборачиваясь. Зрачки дрогнули и тут же превратились в опасные щелки, на радужке танцевали непредсказуемые блики. Гарри не мог предположить, что именно, но нечто (скорее всего, тяжелое и сделанное из стекла) пролетело в опасной близости от человека. Судя по оставшимся на стене черным кляксам и уродливым брызгам, — этой вещью оказалась чернильница.       — Следи за собой, Риддл, — дико хохоча, довольный Эйвери, которому посчастливилось не столкнуться с убийственным взглядом Тома, скрылся за дверью. Судя по всему, это был предок того Эйвери, которого знал Гарри.       — Мерзавец, — прошипел парень и одним движением растрепал себе волосы.       Еще сильнее запутавшись от сложившийся ситуации, ошеломленный Гарри оказался очень рад, что Эйвери вошел именно в тот момент, а сейчас же юноше пришлось убирать уродливые разводы со стены.       — Готов, Гарри? — спросил Том, как только последнее черное пятно исчезло из виду.       Гарри молча кивнул, все еще не решаясь заговорить после такого близкого контакта с… А с чем, собственно? Поцелуем? Весьма жестокая уловка, особенно от этого человека. Том продолжил идти нога-в-ногу с ним даже после того, как они покинули слизеринские подземелья и вышли в оживленную часть замка. Оба держали путь в Большой зал.       И вновь все было таким, каким осталось в памяти — переполненным, ярким и оглушительно громким. Зеленый стол был заполнен до отказа вкусной едой и едва ли не скрипел от ее обилия. Домовые эльфы постарались на славу. Пара девушек громко смеялась и активно целилась локтем в чужой бок. В самом конце стола, ближе к резным дверям, третьекурсники устроили битву едой. Внезапно Гарри почувствовал мягкое прикосновение руки Тома к его запястью. Парень потащил его в дальний конец стола и неожиданно усадил на скамью по левую сторону.       — Ешь, — велел юноша и свалил в тарелку Гарри все, что попалось по руку. — Ты худой.       И ничто, увы, сейчас не могло отвлечь внимание Тома Риддла.       Тыквенный сок немного расплескался на столешницу, когда кто-то рядом с Поттером с грохотом свалился на скамью.       — Новая рыбка в сетях, Том? — человек, отдаленно напоминающий лицом хорька, с черными патлами, громко захохотал.       — Я обладаю властью. И я сужу, кто способен на что-либо, а кто никчемен, — пристальный взгляд Тома остановился на собеседнике и потяжелел. — Так что нет, Лестрейндж.       Двое других мальчишек подавились смешками.       — Мальсибер, Нотт, тихо! — парочка резко подскочила и затухли так же быстро, как пламя от свечи. На мгновение даже возникло ощущение, что в них бросили оглушающее заклинание. — Где сейчас Эйвери?       — Наверное, где-то на другом конце стола со своей подружкой-семикурсницей.       — Уверен, Розье?       — Вполне, — названный пожал плечами. — Почему спрашиваешь? — тихо хрюкнул юноша.       — Он хорошо знает, почему я… недоволен этим утром, — взгляд Риддла быстро метнулся в сторону Гарри, который едва ли не похоронил свое лицо в яичнице.       Поттер откусил слишком большой кусок и судорожно закашлялся. Том с силой постучал его по спине, да так, что очки Гарри умудрились улететь и смачно спикировали в чужую миску с кашей. Юноша только тяжко вздохнул и успел выловить чужую вещь из сероватой жижи, прежде чем волшебник понял, что конкретно произошло. Риддл протер их салфеткой, а затем отчислил линзы заклинанием.       — Не торопись, — с упреком сказал маг.       — Ты прямо-таки как курица-наседка.       — Что, кровь в мозг ударила, не дает нормально соображать, Риддл?       — Я, кажется, предупреждал вас. Прикусите языки, — прорычал староста, заставив компанию вновь втянуть голову в плечи. — О, смотри, идет профессор Слагхорн с расписаниями.       Слагхорн был широк в обхвате, пуговицы жилета были готовы в любое мгновение оторваться и разлететься по помещению, словно смертельные снаряды. Короткие светлые волосы отдаленно напоминали солому. Такие же светлые моржовые усы лежали поверх губ, а глаза слезились.       — Хо-хо, Том! Ты действительно человек слова. Взял новичка под свое крыло, может быть, еще пригласишь его в клуб?       — О чем Вы говорите, профессор? Пока что он всего лишь голубь среди воронья.       — Ох, юноша, хватит цитировать Шекспира, — захихикал мужчина.       — Он был полукровкой. И, пусть большинство его пьес написано для магглов, я считаю, что некоторые все же стоит прочесть. Хотя бы для того, чтобы развлечься и отдохнуть, — юноша снова отпустил руку на плечо слизеринца. — Профессор, я уверен, Вы уже слышали о Гарри Поттере. Он будет посещать Ваши занятия, несмотря на то, что его успехи невелики. Он весьма нервничает, потому как считает, что заработает «Тролль».       — Хо-хо! — снова рассмеялся волшебник, его живот нервно сотрясался при этом. — В нем есть огонь. Я уже вижу — он приглянулся тебе, — Слагхорн неспешно вручил ученикам их расписание. — Жду встречи, мистер Поттер.       — Благодарю, сэр.       Стоило Слагхорну отойти, как Том с интересом глянул в собственный листок, а затем быстро скосил глаза в чужой, незаметно сравнивая. — Судя по расписаниям, у нас совпадают все предметы кроме «Чар». И у тебя есть окно, в то время как у меня «Нумерология».       — А что у тебя во время «Чар»?        — Маггловедение, — на лице у Риддла расплылась зловещая ухмылка, а глаза приобрели хищный блеск. Он наклонился к уху Гарри и пылко зашептал: — Зная своего врага, зная его предшественника и его деяния, будет легче принять верное решение. Геллерт Гриндевальд идеально описал магглов.       Гарри с трудом удалось подавить дрожь во всем теле; по определенному ряду причин он невольно вспомнил о Темном лорде и о том, как получил шрам на лбу в виде молнии. Нет. Нельзя позволить ему обмануть себя. Нельзя его слушать. Он пришел сюда, чтобы изменить его!       Если так пойдет, то, черт подери, он сам вскоре станет одним из Пожирателей смерти. Бороться с Орденом Феникса он не сможет, а Том станет Волдемортом и никогда не отступиться от своих планов.       Ведь на самом-то деле, никакой он не Волдеморт.       Все оказалось куда более запутанным, чем Гарри ожидал.       — Пойдем, у нас «Трансфигурация» через десять минут. Ее ведет профессор Дамблдор. Он не очень любит опаздывающих студентов, — Том встал со скамьи и отдернул мантию. В его голосе сочился яд.       — «Останься», — передразнил кто-то.       — Лучше не медлить! — двое мальчишек успели соскочить со своих мест прежде, чем Том смог их поймать.       — Ты действительно дашь им сбежать?       — Верну вечером, если не забуду.       — Сомневаюсь, что ты забудешь.       — Да, не забуду, — Том улыбнулся так, будто был готов зажарить своих одноклассников на вертеле.       Так или иначе, пока что Том не мог заставить их сожалеть о затеянном и поэтому задумчиво мерил широкими шагами зал.       Классная комната 1942 года не особо сильно отличалась от кабинета МакГонагалл. Самой «неожиданной вещью» здесь был сам профессор Дамблдор.       Рыжие густые волосы, точь-в-точь как шерсть у Живоглота, лицо, более молодое, но уже изрезанное морщинами. Гарри не удалось подавить смешок. Том с удивлением приподнял бровь, но ничего не сказал, когда они заняли свои места.       — Что?       — Ничего. Просто шерсть у кота моей подруги была такого же цвета, — похоже, смех Тома оказался слишком громким, чтобы привлечь ненужное внимание профессора.       — Что смешного, мистер Риддл? — с любопытством поинтересовался старик.       — Ничего, профессор. Гарри рассказывал о коте своего товарища. Я не думаю, что это настолько важно, чтобы афишировать на весь класс.       — Ах да, у нас же новый ученик, — голубые глаза стрельнули в сторону Поттера из-за половинок очков. — Могу я спросить, как вы сдали мой предмет на С.О.В?       — Достаточно хорошо, — пожимая плечами.       — Замечательно. Просто замечательно. Вы не возражаете, если я задержу вас немного после занятия?       — Разумеется.       Неужели он сделал что-то не так?       — Я не задержу вас долго, мистер Поттер, — стоило Дамблдору развернуться и отойти, как Том скорчил недовольную гримасу и едва слышно буркнул о том, что профессор придурок.       — У тебя какие-то разногласия с профессором? — достаточно невинно поинтересовался Гарри, уже заранее зная ответ на свой вопрос.       — Разногласия? Пожалуй, есть парочка. Он преследовал меня с первого дня нашей встречи, когда вручил письмо из Хогвартса. Все учителя считают меня ангелом, наследником великих кровей и гением, кроме Дамблдора, конечно.       Н-да… Здесь было место паранойе и огромному эго.       — И почему же ты для него такой один?       — Я похож на него. И я знаю, что он представляет из себя на самом деле.       — И кто же он?       — Старый манипулятор. Кукловод, который дергает за ниточки так, что они даже не подозревают, что действуют не по собственной воле, — Том зашипел, аки змея, и впился недовольным взглядом в спину профессора и подтянулся, словно готовясь к прыжку. — Гляди на него, сидит так, словно он самый благородный.       Дамблдор, казалось, не замечал чужой враждебности.       — Я уверен, вы все помните из своего первого курса «Трансфигурации» имеет четыре уровня сложности, — сказал он. — Возможно, наш новичок хочет напомнить нам о них.       — О, — Гарри прекрасно помнил, с каким остервенением Гермиона била его и Рона по голове книгой с верными ответами. Мог бы он только их запомнить. — Трансформация. Пропадание. Заклинание. И…       — Обратная трансформация, — Том придвинулся настолько близко, что только Гарри мог услышать его неоценимую подсказку.       —…И обратная трансформация.       — Замечательно, мистер Поттер. Десять балов Слизерину, — произнес старик. — Обратная трансформация действительно самый сложный из четырех этапов, но я думаю, вы все усвоили его еще в прошлом году. Мисс МакГонагалл, — Гарри с трудом подавил в себе желание активно побиться головой о парту, — пожалуйста, помогите мне раздать чашки.       Девушка со светлыми волосами, такая же серьезная, как в будущем, Минерва МакГонагалл встала из-за стола и начала раздавать предметы на скорую руку. Когда она проходила мимо их стола, Гарри заметил на ее груди отличительный знак старосты.       Стараясь скрыть непонятную жалость во взгляде, Минерва покачала головой и ушла. Том нахмурился.       — Это те самые чашки, которые вы трансформировали на втором году обучения из мышей. Так вот, сейчас ваша задача — вернуть мышам их первозданный вид. Приступайте.       — Пожалуйста, будто это проблема, — Том взмахнул палочкой над чашкой и она тут же преобразилась в нормальную мышь, которая, к слову, сразу же рванула к краю стола. Гарри тревожно вскочил, когда рука Тома с грохотом опустилась на стол. Кончиками пальцем юноша брезгливо поднял мышь за хвост. Похоже, смотреть, как пищит и извивается бедное животное доставляло Тому какое-то мрачное удовольствие.       Гарри уже хотел открыть рот, чтобы попросить Тома прекратить издевательства, как животное неожиданно вылетело из рук юноши и, пролетев через весь кабинет, мягко опустилось на ладонь к Дамблдору.       — Потрясающе, мистер Риддл, как всегда. Однако попрошу вас в будущем не издеваться над моей чашкой.       Том картинно скрестил руки на груди и откинулся назад, показательно фыркнув. Гарри несколько неуверенно глянул на свою кружку, прекрасно зная, что за ним наблюдают.       После двадцати минут мучений волшебнику таки удалось сдвинуться с мертвой точки. Чашка исказилась и теперь отдаленно напоминала погнутую щетку для обуви. Юноша с неким раздражением глянул на хмыкающего соседа.       — Не всем суждено родиться гениями, Том.       — Как категорично, — с обманчивой насмешкой произнес Риддл и резко схватил Поттера за запястье. — Смени угол, это избавит от лишних движений палочкой. «Трансфигурация» более целомудренная, чем «Чары». Так что перестань махать палочкой, словно бабуин.       К концу урока чашка Гарри больше походила на большой кусок китайского фарфора, нежели чем на грызуна.       — Зелья здесь неподалеку.       — Я догоню тебя, Том. Мне надо… — Гарри кинул многозначительный взгляд в сторону учительского стола.       — Точно… — с отвращением выплюнул юноша. — Я подожду снаружи. Постарайся побыстрее, ладно? Подземелья в другом конце замка.       Когда Риддл покинул класс, маг неуверенно подошел к столу.       — Я сделал что-то не так, профессор?       — Не так? Нет-нет, что вы. Присаживайтесь, пожалуйста. Я постараюсь не сильно задержать вас, — Гарри быстро оглянулся в поисках ближайшего стула и плавно опустился. — Время. Такая непостоянная вещь на самом-то деле, согласны? Такая хрупкая и капризная. Его легко нарушить, поэтому эта область магии тщательно контролируется. Парадоксы бывают очень опасными. За ее использование могут отправить прямиком в Азкабан, — Дамблдор взял небольшое блюдце с желтыми конфетками. — Лимонный шербет?       — Эм… — парню потребовалось не так уж и много времени, чтобы прийти в себя от осознания факта, что он может загреметь в тюрьму, и оторваться от аппетитных сладостей. — Нет, профессор, спасибо.       Дамблдор неопределенно пожал плечами, поставил блюдце на стол и вытащил одну из долек.       — Я уверен, вы задаетесь вопросом — есть ли у меня необходимость говорить с Вами об этом? Да, я узнаю это кольцо, — Дамблдор нырнул в стол и достал точную копию безделушки. — Я сделал его на седьмом году обучения просто из интереса и решил не регистрировать. Надеюсь, я немного подправил его и дал Вам инструкции, прежде чем так грубо вручать.       — Я…       — Не стоит паниковать, Гарри. Просто понадеюсь, что я послал тебя сюда по очень уважительным причинам. Внимательно следи за кольцом.       — Я… Сэр…       — Желаю вам удачи, Гарри. Думаю, она понадобится вам, учитывая ваши цели. Ну, а теперь, не пора ли вам идти в кабинет «Зелий»?       Гарри в спешке выскочил из класса, резко свернул за угол и едва ли не сбил человека. Как оказалось, несчастной «жертвой» стала МакГонагалл, а не Том, как того ожидал Поттер.       — Извини, я тебя не заметил, — быстро изменился он.       — Это хорошо. Я ждала тебя, Поттер. Нам надо поговорить прежде чем он вернется. Слушай меня внимательно.       — Он?       — Том, — сухо шепнула девушка. — Ты новенький. Ты еще не знаешь его, но уверена, что он напоминает тебе какого-нибудь принца на белом коне. Это ложь. Он очень жестокий и мерзкий человек. Манипулятор, змей, — МакГонагалл быстро оглянулась, чтобы проверить, не стоит ли кто в тени. — Будь осторожен.       Гарри и так все это прекрасно знал. Даже лучше, чем нынешняя Минерва. Вот только почему она ему помогает?       — Почему я должен быть осторожен? — нужно убедиться.       — Почему? Потому что он одержим тобой; Том Риддл смотрит на тебя, как нюхлер на безделушку! Раньше он никогда себя так не вел, и я не могу понять причину… Но будь осторожен!       — Типичная, добрая представительница Гриффиндора. Тебе не хватает обязанностей старосты на своем факультете, Минерва? — Том улыбался, однако его глаза были наполнены ледяной яростью и не сулили ничего, кроме неприятностей. Гарри охватила нервная дрожь. Он также заметил, что девушка только слегка съежилась под этим взглядом. — Пойдем, Гарри. Мы можем опоздать.       — Точно, «Зелья». Спасибо за разговор, — Поттер коротко глянул в сторону Минервы.       Том непринужденно опустил руку на его плечо и, мрачно глядя на МакГонагалл, увлек юношу за собой.