Comfortably Numb

Стоя перед зеркалом, уже в третий раз Шион старательно переделывала косу, чтобы прядки лежали более аккуратно. Времени оставалось все меньше, поэтому она спешила, и каждая новая попытка была хуже предыдущей. На пятый раз добившись более менее удовлетворительного результата, Шион выскочила в коридор и радостно поскакала на кухню. Она схватила со стола сверток с готовой едой, запихнула его в дорожную сумку и вышла из своей квартиры. За последние несколько недель в Конохе прибавилось суеты. Со смертью Курокава Шого закрылся и его район развлечений. Оставшиеся без хозяина таю, официанты и повара и другие работники быстро разъехались, а буйную энергию сотням посетителей тратить было некуда. На улицах сновали толпы бездельников, которые раньше большую часть своего времени просиживали в кабаках и за игровыми столами, а остальную часть — в поисках денег. Теперь они как мертвые души блуждали по деревне, ища себе подходящее занятие. Многие радовались смерти Курокава Шого, так как взимать долги с них больше некому, и продолжали веселиться в скромных маленьких кафе, которые едва справлялись с наплывом клиентов. На улицах было шумно и людно. Из-за того, что ситуация в Стране Рек стабилизировалась, беженцы стали перебираться обратно. Они суетливо носились по деревне, покупали веревки для связывания своих вещей, нанимали повозки и собирали еду в дорогу. От этого на рыночной площади было не протолкнуться. Шион пыталась добраться до цветочного ларька, но враждебная толпа у овощного ее не пропускала, решив, что она хочет купить что-то без очереди. Тяжело вздохнув, она прошла в обход. Шион обогнула несколько ларьков с обратной стороны и добралась до заветного. Ее взгляд сразу упал на букет белых хризантем. Перед ней была всего пара клиентов, и Шион решила никого не поторапливать. Хозяйка ларька во время того, как заворачивала букетик своей клиентке, без остановки трещала: — …а он мне «Хакушу не нарушает никаких законов». А я ведь предупреждала этого Сенджу Тобираму, что этот район надо закрыть, жалобы писала, а он не слушал. Наглец. Разговаривал со мной, как будто у меня маразм. Такой же распутник, как и этот Курокава Шого. Ну вы наверняка слышали уже. Завел шашни с замужней женщиной, женой убитого, между прочим. Она куноичи, у них было какое-то общее задание, а сейчас уже живут вместе, вы представляете? Но, конечно, во всем виновата она. Знаем мы, как это бывает. Ни один мужик не вскочит, если женщина не позволит… — На вас-то уж точно никто не вскочит, — буркнула Шион, когда точка ее кипения была пройдена. Другие клиенты резко обернулись, а хозяйка подняла удивленный взгляд, и две ее нарисованные карандашом брови-ниточки изогнулись на половину лба, сморщив кожу. Только она открыла рот, чтобы начать перепалку с Шион, как та протянула ей сложенные купюры и произнесла: — Я возьму этот букетик хризантем. Сдачи не надо. Девушка схватила цветы и тут же выскочила, услышав что-то нелицеприятное в свой адрес. Она быстро зашагала на выход с рынка, а потом двинулась по истоптанной за последнее время дороге в сторону кладбища. Смерть Тэнджи ее шокировала. Когда она говорила с ним последний раз, вела себя по-настоящему паршиво, и не успела попросить прощения за это. И он уже не услышит ее слов никогда. Хождение на кладбище было лишь самоутешением, и ничем больше. День ото дня Шион отпускала боль и вину, и спустя время его смерть станет для нее совершенно обыденным фактом. Это пугало ее, но она чувствовала всю неизбежность этого процесса. Шион смахнула с надгробия несуществующие пылинки, и положила букет цветов у основания. — Еще раз прости меня, Тэнджи, — произнесла она вслух, чувствуя, как сердце сжимается от печали. — Я сегодня ухожу, поэтому несколько месяцев не увижу тебя… Кхм. Ками-сама, зачем я все это говорю? Она закатила глаза и присела на корточки рядом с надгробием. В необходимости разговаривать с мертвым Тэнджи ее убедила Сэри. Сказала, что так станет легче. И это действительно было так. Шион и вправду каждый раз после очередного катарсиса перед надгробием чувствовала себя лучше. Выговариваясь, она лишь быстрее снимала с себя вину перед ним и свыкалась с его смертью. А стоило ли? Может, правильнее было бы мучиться и дальше, ведь в какой-то степени она тоже была виновата в его смерти? Шион даже не знала, что из возможных вариантов лучше: то, как сложилось в реальности, или если бы Тобирама не застал ее в камере Какузу, и она сбежала бы вместе с ним. Тэнджи был бы тогда жив. Или по крайней мере не умер бы ради того, чтобы Какузу смог завладеть его сердцем. Но как бы тогда сложилась ее жизнь? Полная неизвестности судьба, ежедневная лотерея — это стало бы ее буднями. А так же вереница смертей, которые пришлось бы совершать для безопасности. Какузу не объявлялся с последнего раза, как Шион видела его. Ей казалось, что между ними остались неясности, но разыскивать его ради выяснения ей уж точно не хотелось. Не только потому, что ей придется нарушить несколько законов, а значит стать отступницей. Но и потому, что при мысли о нем у нее все еще шли приятные мурашки по спине, и это пугало ее намного сильнее. Похлопав по надгробию, Кисараги вышла. Если бы она собиралась быстрее, смогла бы напоследок попрощаться и с Тобирамой. Но времени не осталось совсем. Она бегом помчалась к воротам из Конохи, потому что там ее уже должны были ждать. Чтобы сократить себе путь, Шион решила активировать свою технику и пробежаться напрямик, сквозь заботы и чужие дворы. И как ей показалось, почти никто этого не заметил и даже ничего не кричал ей в след возмущенным голосом. Увидев роскошный экипаж, охрану и прислугу, которая проверяла наличие всего необходимого, Шион поняла, что не опоздала. Она поздоровалась с начальником охраны Накагава Тецуро и закинула свою дорожную сумку к остальным вещам. — Только попробуй уйти не попрощавшись, — раздался знакомый голос над ухом. Шион обернулась и смущенно опустила взгляд перед Тобирамой. Он пришел ее проводить вместе с Сэри и маленьким Йоичи. — Ну я собиралась долго, а опаздывать на задание не хотелось, поэтому… — Просто обещай, что будешь почаще писать, — улыбнулась Сэри. — И не забывай, что осенью в Стране Рек бывают затяжные дожди. — Я не простужусь, — пробурчала она. — Но те носки надевать буду. И писать вам тоже буду, еще устанете получать соколов. — Лучше сосредоточься на своей миссии, а поиск и задержание Сацумы оставь остальным. — Да, да, — махнула рукой Шион. — Скучнейшая помощь в восстановлении столицы и дворца. У меня там с собой целая инструкция от Хаширамы прописана, — она махнула рукой на свою сумку. К экипажам подошла группа шиноби Конохи и, уважительно поприветствовав Тобираму, сложила свои вещи в повозку. — Думаю, там все в сборе. Так что я лучше пойду. Тобирама сам наклонился и крепко стиснул Шион в своих объятиях. Да так, что девушке показалось, будто она слышит хруст своих ребер. Сэри была намного нежнее. Она обняла мягко и похлопала Шион по спине. — Через месяц-другой увидимся и с тобой, да? — девушка присела на корточки, чтобы попрощаться с Йоичи, и голубоглазый мальчик обхватил ее шею своими маленькими цепкими ручками. — О, какой же ты милый, — произнесла она, отпустив его, и Йоичи попросился к Сэри на руки. — Обязательно напиши, когда прибудешь на место, — потребовал Тобирама. — Знаю, да, — кивнула Шион. — И я знаю, что это самое сложное для тебя, но… — он сложил руки на груди и строго посмотрел на нее. — Постарайся никуда не ввязываться. Я говорю «постарайся», потому что знаю, что приключения сами найдут тебя. — О! А это, кажется, была почти шутка! Еще немного практики, и у тебя получится однажды рассмешить кого-нибудь. Он сменил строгость на широкую улыбку. Сенджу так редко это делал, что Шион просияла от одного его вида. Еще раз махнув на прощанье, она направилась вперед к роскошной крытой повозке. Она хотела поздороваться с Накагава Тецуро, но внутри его не было. Шион осмотрелась по сторонам, но не увидела молодого человека, а ведь только по его просьбе Хаширама выделил группу шиноби в помощь с обязательным участием Кисараги, а так же бригаду плотников и разнорабочих. — Добрый день, — раздался голос Тецуро у Шион за спиной. — Что-то все сегодня ко мне подкрадываются, — она обернулась. — Привет. После неловкой паузы и пристального взгляда друг другу в глаза, Тецуро промолвил: — А я решил купить в дорогу немного… Вот, будете? — он протянул ей палочку с нанизанными креветками в кисло-сладком соусе. — Буду, это ж мое любимое, — она с радостью взяла и принялась уплетать. — И давай на «ты», я уже просила. К ним подошел начальник его охраны. — Тецуро-сама, пора выдвигаться, — он открыл дверцу повозки, приглашая его подняться. — Я хочу немного пройтись, — он кивнул мужчине, и тот молча закрыл дверцу и дал сигнал на то, чтобы двигаться. Тецуро взглянул на жующую Шион и спросил: — Если ты, конечно, согласна, чтобы я пошел рядом. — Да, конечно, — с радостью кивнула она, и они вместе с экипажем двинулись на выход их Конохи. — Не представляю, как можно одному столько времени ехать в этой душной повозке. Ну только если спать. А тебе удобно в такой-то одежде? Он смущенным взглядом окинул свой многослойный шелковый наряд. — Я по привычке так оделся, — улыбнулся он, и Шион увидела легкий румянец на его бледном лице. — Редко путешествую. — Если что, на ближайшей остановке можешь переодеться, — предложила она. — Это будет разумно, — Тецуро улыбнулся. Шион перешагнула через границу Конохи и обернулась. Тобирама с Сэри и Йоичи все еще провожали ее взглядом. Девушка махнула им рукой, и развернулась, глядя вперед на свою свободную дорогу.