Удалённый (доступ)

Есть пара вещей, которые Бокуто узнал о своём потенциальном убийце за последние четыре дня. Первое: имя. Да, серьёзно, Акааши Кейджи всё-таки заставил его не только познакомиться, но и, о боже, (почти) соблюдать вежливость, что по меркам Бокуто совсем немыслимо. Второе: он оказался вполне неплохим и интересным человеком. Бокуто очень радовало то, что Акааши («Какое счастье, теперь не надо извращаться и придумывать ему прозвища у себя в голове», — первое, что пришло в голову после знакомства) мог поддерживать беседу почти на любую тему и, в отличие от многих собеседников, отвечал если не мгновенно, то очень и очень быстро. Третье: никаких коварных планов он не строил. Серьёзно, в это было поверить труднее всего, но в диалогах он всегда казался таким… нормальным? И ничто из этого не отменяло того факта, что Бокуто с ним было вполне комфортно и интересно переписываться, и посему вышеупомянутый смотрел на телефон каждые несколько секунд, чтобы убедиться, что светло-голубая лампочка уведомления о личном сообщении вдруг не загорелась. Ах да, и ещё. Факт об Акааши Кейджи номер четыре: он очень редко пишет первым и заканчивать беседу тоже не любит. Хотя откуда Бокуто вообще знать, что тот любит, а что нет, вы знакомы всего пять дней, из которых два кое-кто из вас постоянно подозревал другого в покушении на свою жизнь и здоровье. И вот это вообще называется нормальным знакомством? Видимо, в двадцать первом веке понятия о знакомствах сильно меняются. — Хей, Акааши? — Да? Бокуто снова возрадовался наличию у них диалога и тому, что ответ приходил в течение пары секунд. Либо Акааши сутками втыкал в экран телефона, прямо как Кенма, либо у него стоят уведомления на Бокуто. Если второе, то есть ещё два варианта развития событий: о-господи-это-так-приятно-он-меня-ценит и о-господи-он-что-ненормальный-что-ли-раз-следит-за-мной. Учитывая время их знакомства, скорее второе. Но задумываться об этом никто пока что не спешил. Ах да, и имена в переписках они давали друг другу сами, так что выглядело это скорее так. Заноза в заднице: Хей, Акааши? Мамкин сатанист: Да? Заноза в заднице: Ты точно ничего не планировал? Он наверняка уже задолбал своего новоявленного знакомого с этим вопросом. Во-первых, он был слишком недалёк чтобы понять, что даже будь Акааши убийцей, он ни за что не признается. А во-вторых, это можно было легко определить по реакции. Параноидальная заноза в заднице: Эй, смени обратно! Мамкин сатанист: И не подумаю. Параноидальная заноза в заднице: Тогда я буду мстить!!! Подозрительный мамкин сатанист: И что? Параноидальная заноза в заднице: То есть хочешь сказать что тебе недостаточно… Параноидальная заноза в заднице: …тогда всё будет ещё страшнее. Подозрительный мамкин сатанист: Жду не дождусь. Временами сообщения от Акааши были похожи на сообщения, которые пишут чат-боты. Бокуто иногда даже сомневался, что он вообще человек. Но раз писал со своей страницы и даже один раз прислал фото (которое на какое-то время поместилось на фон экрана блокировки, потому что настолько хорошо выглядеть просто нельзя), значит человек. Подозрительный мамкин сатанист, временами промышляющий эксгибиционизмом: О боже. Подозрительный мамкин сатанист, временами промышляющий эксгибиционизмом: Ещё длиннее не мог придумать? Звучало как вызов, а вызовы Бокуто всегда с охотой принимал. Что ж, время включать всю свою изобретательность и фантазию… Одинокий подозрительный мамкин сатанист, временами промышляющий эксгибиционизмом, окончивший филфак и посему размышляющий о смысле жизни и собственном одиночестве: … Одинокий подозрительный мамкин сатанист, временами промышляющий эксгибиционизмом, окончивший филфак и посему размышляющий о смысле жизни и собственном одиночестве: Можно я просто поменяю обратно? Меня всё вполне устраивало. Параноидальная заноза в заднице: Ну ладно. Параноидальная заноза в заднице: Признаю, переборщил, это уже слишком долго. Просто мамкин сатанист: Не думал, что ты знаешь такие слова как эксгибиционизм. Параноидальная заноза в заднице: Сам себе удивляюсь. Параноидальная заноза в заднице: А вообще, это меня друг заставил запомнить. Просто мамкин сатанист: Уже боюсь спрашивать, каким образом. Просто мамкин сатанист: Но всё-таки спрошу. Параноидальная заноза в заднице: Опытным путём. На таких моментах ладонь Кенмы прочно впечатывалась в его лицо, а владелец обеих частей тела поспешно уходил куда подальше, чтобы феромоны идиотизма не распространялись и на него тоже. Бокуто вполне ярко представлял, как сейчас по ту сторону экрана Акааши точно так же сжимает в руке мобильный, а другой закрывает глаза, сам мысленно удивляясь тому, насколько безнадёжную ему удалось найти жертву. Да, Бокуто ещё об этом помнил. И до полной безопасности забывать не собирался. Просто мамкин сатанист: Ясно. Бокуто сделал самую удручающую в мире мордашку. Он всегда терпеть не мог такие ответы, когда интонации собеседника непонятна. Кто знает, что он имел ввиду под этим словом или словами, может, Бокуто ему давно уже надоел, и тот пишет только чтобы отвязаться? Может, он просто не знает, как ответить? Может, он просто хочет поскорее закончить разговор? А может, Акааши — это бот, как и думал Бокуто? Ну нет, эта мысль была совсем ни к чему, потому что Котаро до жути быстро привязывается к новым вещам и людям, поэтому принимать факт, что его (хорошо, только в перспективе) Акааши не существует. Да не, лучше пока имя обратно сменить. Заноза в заднице: В смысле «ясно»? Заноза в заднице: Ты мог бы выразить свои эмоции более понятно? Да, Бокуто отлично понимал, что сейчас пишет как ревнивая жена, и плевать, что знакомы они всего ничего, но ему же скучно, да и пообщаться не с кем. Просто мамкин сатанист: Лучше бы вышли на улицу, чем сидели целый день в квартире и переписывались со мной. Просто мамкин сатанист: Прямо сейчас очень хорошая погода. Ещё одно сообщение в таком духе и он будет готов биться головой об стену. Всё-таки Акааши либо бот, либо абсолютно бесчувственный и бездушный (если такое возможно). Хотя после разбитой в хлам машины посомневаться всё-таки стоит. Заноза в заднице: Ну Акаашиииииии!!! Просто мамкин сатанист: Никто не говорит о том, что телефон нельзя взять с собой. Заноза в заднице: А вдруг ты не увидишь, что я тебе написал? Просто мамкин сатанист: Я всегда вижу, когда мне пишут. Вывод номер два: у него реально стоят уведомления на Бокуто. Чёрт, а ведь приятно. Хотя судя по его осведомлённости о том, что происходит в мире, Акааши просто не выпускает телефон из рук, а возможно, ждёт сообщений и мигающего индикатора уведомления так же, как и Бокуто. А, ну и вывод номер один, который Бокуто сделал ещё возавчера: Акааши довольно чутко относится к его чувствам, эмоциям и переживаниям, поэтому старается не напрягать его лишний раз. Как бы то ни было, общаться с ним было приятно и интересно. Кейджи делает его намного более счастливым, пока Куроо и Кенмы нет рядом, так что будь что будет. То, что он — временная замена (вероятнее всего) не очень хорошо, но есть в нём что-то такое… Такое. Это даже описать нормально нельзя. Каждый раз, когда он пишет, Бокуто чувствует, будто он сидит здесь, рядом, разговаривая с ним, по обыкновению не выражая на лице почти никаких эмоций. И плевать, что Котаро ни разу не видел Акааши вживую и не знает, как звучит его голос. Пока что увидеть его лично — самое большое желание, которое рано или поздно должно исполниться, даже если они сейчас в тысячах километров друг от друга. Но это вряд ли, потому что в инстаграме слишком много панорам Токио, а значит круг поиска сжимается до радиуса одного города. С тринадцатью миллионами жителей. Ну, всё же чуть проще, чем семь миллиардов, не правда ли? Заноза в заднице: Ну ладно. Всё-таки если он выйдет на улицу, то есть крохотный шанс, что где-нибудь там, среди небоскрёбов, витрин и скверов, он встретит Акааши. И нет, не важно, сколько они друг друга знают, потому что для привязчивого Бокуто прошли будто не то, что недели, скорее даже месяцы. И совсем не важно то, что Акааши знает о нём практически всё, а вот он об Акааши — нет. С этим он, по данному себе же обещанию, будет разбираться потом. А пока что почему бы и не сходить куда-нибудь? Как раз за углом недавно открылась новая кофейня, почему бы и не сходить, если делать всё равно больше нечего. Было всё ещё немного обидно за несостоявшийся челлендж, но теперь ничего не поделаешь. Либо ждать ремонта машины, либо приезда Куроо, и до того, и до другого ждать минимум неделю, так что выбирать особо не приходится. Погода была и вправду очень хорошая: светило солнце, на небе ни облачка, птички поют, красота, одним словом. В голове на удивление пусто: думать о чём-то совсем не хочется, да и не нужно, в общем-то. Асфальт почти высох после ливней в последние несколько дней, и гулять было вдвойне приятнее, осознавая, что теперь будет становиться только теплее. Неприятно было думать о страховке и лампочках, но это уже второстепенно. Кофейня оказалась такой же приятной, как и погода снаружи: светло-бежевого цвета обои, много картин и фотографий, цветы, теплые тона и запах кофе. Очень даже уютная обстановка, располагающая к перерыву на кофе. Если бы. Бокуто моментально спрятался за ближайшую стену и стал искать более-менее незаметный стол, ну или хотя бы пути к отступлению, потому что прямо за вот этим углом сидит гроза всея ютуба, именуемая Матсуханой. Точнее так: Матсукава Иссей и Ханамаки Такахиро, которых давным-давно зашипперили фанатки, и которых теперь так для удобства и называют, потому что создаётся ощущение, что они не отлипают друг от друга ни на секунду. У них даже все фотографии совместные. У них даже твиттер один на двоих. И канал на ютубе тоже. Что они чёрт возьми творят? Ну, вообще-то как они считают своим долгом обстебать всё и вся, и в этом, вроде как, и состоят все их занятия/увдечения/хобби (нужное подчеркнуть). А если конкретнее, то они записывают видео, где просматривают соцсети других блоггеров и стебут. В общем-то и всё. Но каждый раз попадаться им весьма неприятно. Бокуто становился объектом их насмешек трижды, и после каждого из них он почти впадал в депрессию. В данной ситуации лучшим выходом было скрыться. Бокуто разлохматил укладку на голове, чтобы сделать её максимально непохожей на его обычную причёску, и как можно более уверенно и непринуждённо направился к выходу, засунув руки в карманы джинсов и наклонив голову так, что черно-белые пряди почти скрывали глаза, но… Но не тут-то было. — Ой, смотри, кто это тут у нас! — Неправильно говоришь. — Ладно. Такс-такс-такс что тут у нас? — Это же Бокуто Котаро! — Ахаха, наконец-то! За них двоих было ещё стыднее, чем за себя и Куроо вместе взятых. Уже одно нахождение с ними в одном помещении означало не только быть закиданным шуточками с ног до головы, но ещё и потерять несколько пунктов своего IQ. Хотя Бокуто терять было нечего, так что может быть он ещё выйдет живым из этой битвы. — Как же хорошо, что ты сюда зашёл! Кажется, в помещении начинает пахнуть горелым. — Макки, кажется у нас предвидятся обновления! Рука Бокуто невольно потянулась к лицу, чтобы прикрыть глаза во всем известном жесте. Потому что другой реакции эти двое почти никогда не вызывали. Дело в том, что несмотря на то, что других они критикуют и стебут, сами они вытворяют не меньше дерьма, чем их жертвы. — Может быть вы всё-таки дадите заказать мне кофе? — почти вежливо поинтересовался Бокуто, которого, он мог поклясться, проигнорировали. — Ты посмотри что он со своей причёской сделал. — Наверное всё настолько плохо, что он теперь скрывается. — Нужно срочно об этом твитнуть. — Именно. Взывать к их разуму (которого нет), видимо, абсолютно бесполезно. Бокуто хотел удариться головой об стену так сильно, чтобы стереть все воспоминания о Матсухане. — Я пойду. И куплю. Себе. Кофе. — Эй, куда же ты, мы не договорили! Но в плане своих желаний и их выполнения Котаро могли позавидовать даже самые упрямые бараны, настолько тот был непреклонен. Бокуто сказал, что свалит — Бокуто свалит, какие-то проблемы? Но увы, его схватили за запястье и остановили насильно, видимо настолько сильно Матсухане хотелось его дружески расспросить о жизни. Как только бессмысленные вопросы посыпались на его бедную лохматую голову, в кармане завибрировал телефон. Уведомление. Просто мамкин сатанист: У вас что-то не так? Надо же, видимо Акааши слишком прозорлив. Просто мамкин сатанист: Вы не писали уже сорок две минуты, это на восемнадцать минут дольше, чем в прошлый раз. Или он просто машина. Усиленно делая вид, что слушает бессмысленный трёп Матсукавы и Ханамаки (потому что действие обратное может плохо закончиться), Бокуто набирал ответное сообщение. Акааши мог оказаться единственным спасением сейчас, так что нужно использовать любую возможность, чтобы ретироваться отсюда как можно быстрее и с наименьшими потерями. Просто мамкин сатанист: Если вам очень сильно надо свалить, то можете сделать вид, что звоните мне. Заноза в заднице: АКАААШИ ПОМОГИИИ!!! Заноза в заднице: Стоп как ты узнал, что мне нужно сваливать? Просто мамкин сатанист: Догадался. Либо Акааши экстрасенс, либо все-таки машина. Бокуто до сих пор не может понять, но тем и интереснее. Почему-то его тянет ко всему неизвестному и непонятному. Бокуто наигранно удивился, и как можно более естественным голосом протараторил что-то в стиле «Ой-мне-тут-друг-звонит-простите-мне-нужно-выйти», прислонил телефон к уху и неестественно-громко начал говорить. — Да-да, что тебе нужно, мать твою, я тут очень занят, — и покосился на Матсухану, которые вылупились на него и даже, о господи, замолчали. Матсукава, более разумный из них двоих, махнул рукой вроде «Иди, раз так нужно», на что Бокуто благодарно кивнул, и поспешно выбежал из кофейни. Ну ладно, вылазка прошла неудачно, может, в следующий раз больше повезёт. На мгновение ему показалось, что он слышал смех из динамика телефона. Нет, не-е-е-ет, быть того не может. А, это же парочка, которая рассказывает друг другу какие-то шутки и смеется. Вот это уже реально паранойя в чистом виде. Лучше пойти домой, залить кипятком обычный растворимый кофе из ближайшего супермаркета, переписываться с Акааши и перестать уже думать о каком-то преследовании. Которого, вроде как, нет. Но гарантировать этого никто не может.