Кто ты?..

Ранее утро приносит много снега, солнца и хорошего настроения. Тина улыбается снежинкам, кутается в шарф и крепче прижимает к себе рождественский подарок для Марка. До встречи остается еще полчаса, когда она подходит к полюбившейся ей кофейне. «Провидение» — гласит празднично украшенная вывеска. Тина тихонько хмыкает, думая, что в ее жизнь в последнее время слишком часто вмешивается Судьба, и мягко толкает дверь. Над своей головой она различает знакомый звон колокольчика. — А, юная леди, любящая какао! — радостно приветствует ее Эдвин и машет рукой. — С Рождеством! Тина смущенно улыбается, желая доброго утра в ответ, и идет к стойке, поспешно разматывая шарф. В кофейне очень тепло и пахнет какао, пряниками и корицей. Удивительно волшебное сочетание, напоминающее о доме. Поглощенная своими мыслями, Тина не сразу замечает рядом с Эдвином молодого человека в черном меховом пальто. Он стоит к ней в пол-оборота, и она успевает разглядеть четкий, красивый профиль и сияющий блеск в темных глазах. А потом незнакомец поворачивает голову, встречаясь с ней взглядами, и время словно застывает. Тина замирает, едва дыша и не смея пошевелиться. Это Сила. Сдерживаемый сгусток чистой силы, вибрация которой ощущалась и знакомо, и странно. Странно, потому что подобная ей еще не встречалась. Интуиция вопит, что с этим человеком опасно связываться, что сила, может быть и обузданная, но если вырвется — подгребет все и всех под собой как лавина. И не убежать, и не спрятаться. Тину трясет, но она не замечает этого и делает робкий шаг вперед. Ей вдруг приходит в голову мысль, что она не задумывалась над очень многими вещами, пока не случилась эта встреча. Пока она не столкнулась с проявлением Силы, которая очень пугала и в то же время олицетворяло для нее… безопасность? «Безопасность», — беззвучно повторяет про себя Тина, ощущая, как сердце совершает невероятный кульбит. То, что она так отчаянно искала все это время. Не понимала, что она в поиске. Удивительная все-таки вещь — встреча. «Безопасность», — вновь повторяет про себя Тина, ощущая, как ее накрывает умиротворение. Конечно, можно стать лучшей ученицей Ильверморни, нарисовать на теле кучу рун, окружить себя друзьями и взрастить уверенность в себе, но даст ли это чувство безопасности? В Тине, оказывается, много страхов: за себя и Куинни, за Марка, тетушку и своих друзей. Она знает, что ничего не вечно. Что она, как это не прискорбно, не в состоянии повлиять на суть вещей. Даже если выучит еще сотню заклинаний. Никто не дает таких гарантий. Но рядом с этим человеком, в его обволакивающей ауре она чувствовала себя в безопасности. Как будто ее крепко обнимает отец, и ничто в мире не сможет причинить ей вреда. Ничто и никто. Уверенная, сдержанная сила, за которой стоит твердость духа и сердце, способное сострадать. Тине ужасно хочется согреться в этой силе, отгоняя глупые-глупые страхи, и обрести четкую уверенность в будущем. Она зажмуривает глаза и делает глубокий вдох, выныривая из некого подобия транса, и внезапно понимает, что все это время молчала и некрасиво, в упор разглядывала незнакомого мужчину. Почти пялилась. Ее щеки заливает румянец, и Тина смущенно кашляет, бормоча извинения. Впрочем, кажется, незнакомец ничуть не раздражен столь пристальным вниманием к своей персоне. Он едва слышно хмыкает, наклоняя голову на бок, и хочет что-то сказать, но, к счастью, его прерывает Эдвин. — Не распугивай мрачным видом всех моих посетителей, Грейвс, — строго говорит Эдвин и ставит перед ним чашку кофе с очень знакомым ароматом. — Все-таки Рождество. А вы, юная леди, подходите ближе, мой друг не кусается. Тина опасливо приближается, надеясь, что краска уже сошла с ее щек. Мистер Грейвс чуть-чуть сдвигается, освобождая ей место, и она негромко говорит «спасибо», стараясь не смотреть ему в лицо. И вдруг замечает одну интересную деталь. Движение правой руки мистера Грейвса немного неестественно, как будто имело место быть какое-то ранение. Совсем как у… — Итак, — Эдвин снова появляется из ниоткуда и ставит перед Тиной большую кружку горячего какао. — Хорошо, что вы оба здесь. Я давно хотел представить вас друг другу. Тина украдкой бросает взгляд на мистера Грейвса, и тот, кажется, тоже слегка удивлен неожиданным поворотом беседы. — Эдвин, — негромко говорит он, отставляя в сторону чашку с кофе. У мистера Грейвса очень приятный баритон; Тина улыбается про себя, думая, что нельзя очаровываться одним и тем же человеком несколько раз за один и тот же день. Но она единственная, кто попадает под его обаяние, Эдвин же, ничуть не впечатленный легкой угрозой в голосе своего друга, уверенно продолжает: — Цыц, господин аврор! Вы мне потом еще спасибо скажите. Юная леди… простите, до сих пор не знаю вашего имени, позвольте вам представить моего упрямого друга. Старший аврор, Персиваль Грейвс. Грейвс, та девушка, благодаря кофе которой ты не умер от холода и тоски в тот ужасный день. Кажется, ситуация доставляет Эдвину ни с чем несравнимое удовольствие. Мистер Грейвс несколько меняется в лице, и Тина снова оказывается под его пристальным наблюдением. Только на этот раз в его глазах нечто новое, чему она не может дать объяснения. Нечто, похожее на нежность. Ей становится ужасно неловко и прежде, чем он успевает что-то спросить, Тина быстро выпаливает: — Это благодарность. Мистер Грейвс удивленно поднимает бровь, и Тина поспешно объясняет, тараторя и спотыкаясь на каждом слове. — Я получила поддержку от незнакомого человека, когда она была мне нужна больше всего на свете. И я подумала, что могу ответить тем же: отправить какой-нибудь дар незнакомому человеку. Пусть это даже будет обычная чашка кофе. Она надеется, что не выглядит глупой девчонкой в его глазах. А потом спрашивает себя, с каких пор ее волнует мнение незнакомых людей? Незнакомых ли?.. — Спасибо. Это был очень вкусный и своевременный кофе, — мистер Грейвс тепло улыбается, слегка приподнимая уголки губ, и его лицо мгновенно меняется, становясь более открытым и мягким. Тина улыбается в ответ, ощущая, как приятно разливается тепло в груди. Эдвин негромко откашливается. — Ну что ж. Свою миссию выполнил. Итак, мисс. Что желаете сегодня? — Я сегодня с другом, — отвечает она, нехотя отрывая взгляд от мистера Грейвса. — Он пока опаздывает, поэтому еще одну чашку какао, пожалуйста. — С маршмэллоу и взбитыми сливками? — уточняет Эдвин, Тина кивает, и он отходит к кофе-машине. — Ваше имя? — Порпентина, — машинально отзывается она. Ей оно не особо нравится — странное, старомодное и тяжелое, но каким-то образом оно делает ее старше, а значит, со стороны взрослых можно ожидать меньше снисходительности. — Чудесное имя. Тина хмыкает. Желает доброго дня мистеру Грейвсу и идет занимать места себе и Марку, ощущая, как ей в спину летят два взгляда: изучающий, окрашенный тихой радостью, и доброжелательно-веселый. На миг у нее появляется совершенно сумасшедшая мысль — а вдруг он?..-но Тина отгоняет ее, усмехается самой себе и устраивается в пуфиках у окна. На улице до сих пор идет снег. Марк должен прийти с минуты на минуту, и Тина улыбается, предвкушая встречу с другом. Впрочем, встречу, произошедшую сегодня, она тоже не скоро забудет.