В твоих глазах звёздная пыль

Прошла неделя со дня рождения Дами. То, что произошло в тот день, снова и снова повторялось в сознании Джиёна, и это вызывало у него смешанные и необъяснимые чувства. Всё это время он не мог спать спокойно, так как его гложило чувство вины. Всякий раз, когда он закрывал глаза и проваливался в неспокойный сон, разозлённый и обезумевший Сынхён преследовал его во снах. Он точно знал, что за ложь и за разрушение отношений ни Сынхён, ни Дами его ни за что не простят. На следующий день после дня рождения Дами приехала к брату, в слезах выкрикивая, что Сынхён бросил её без объяснения причины. «Это была моя ошибка, почему он тогда наказывает её за то, что сделал я?» — ему казалось, что чувство вины и гнев медленно поедают его изнутри. Джиён чувствовал себя беспомощным, поэтому всё, что он мог сделать - это извиниться. Сначала Дами не могла понять, почему он извиняется, но когда он в подробностях рассказал ей, что случилось раньше, она буквально взорвалась от злости. Он никогда не видел её столь разъярённой, как в тот день. Она продолжала в слезах кричать на него и ругаться; в порыве злости она даже выпалила, что лучше бы у неё никогда не было такого брата, как он. — Ты никогда не упускаешь возможности сломать мою жизнь. Я ненавижу тебя! — последнее, что она сказала, прежде чем уйти, громко хлопнув дверью. На той неделе Квон успел тщательно обдумать всё и, особенно, свои чувства к Сынхёну. Всякий раз, когда он думал о том случае, у него начинало болеть сердце. Поначалу он думал, что ему так плохо из-за того, что он плохо питается в последнее время. Но в глубине души он понимал, что чувствовал себя ужасно из-за того, что заставил предмет своего обожания искренне ненавидеть себя. Теперь, вероятно, Сынхён не то что не станет с ним никогда разговаривать, а даже смотреть на него ему станет противно. Мысль об этом мучила Джиёна больше всего. Однажды он лежал на кровати, изо всех сил пытаясь заснуть, как вдруг ему пришло сообщение от Дами. Он быстро сел на кровати и прочитал его. «Нам нужно поговорить, я заеду к тебе сегодня» «Похоже, она наконец остыла», — подумал он. Спустя 3 часа ожидания и гаданий, о чём она вдруг захотела поговорить, раздался звонок в дверь. Он тут же вскочил со своей кровати и взволнованно открыл дверь. — Я знал, что ты простишь меня, Дам- Хеюн? — удивился Джиён. Ему стало жутко интересно узнать, зачем она сюда пришла. Она волновалась за него из-за того, что они долго не виделись или, может быть… теперь она знает о том, что произошло тем вечером? Но тогда она бы не улыбалась, как сейчас. — Какой у тебя милый новый образ. Могу я войти? — он задумался на несколько секунд, не понимая о чём она говорит. Но потом до него дошло, что она имела в виду его небритое лицо. На этой неделе он был слишком занят, раздумывая обо всех тех проблемах, которые у него возникли, к тому же, у него было что-то вроде депрессии, поэтому ему было совершенно некогда бриться. — А… да, войди, — сказал он, нервно почёсывая затылок. Бог знает, чего стоит ожидать от неё. Она села на диван, а Джиён ушёл на кухню. Он достаточно долгое время не выходил из дома, поэтому он ничего другого не мог предложить Хеюн, кроме как чашки чая. — Итак, где ты был всё это время? И почему у тебя тёмные круги вокруг глаз? — она спросила его. — Эм-м, что? А, да я просто нормально не высыпаюсь из-за работы, ну, ты понимаешь… — он солгал. На самом деле, он взял целый месяц отпуска, чтобы иметь возможность отойти и забыть об этом случае и с началом новой жизни вернуться на работу. — А что ты здесь делаешь? — она бросила на него вопросительный взгляд. — Я имею в виду, почему ты не позвонила мне перед тем, как приехать? — поправил он себя. — Хм-м. С каких пор ты начал меня спрашивать, зачем я пришла? — спросила она обидчиво. — Ладно, неважно. Разве ты не хочешь мне кое-что рассказать? — «Кое-что»? О чём ты? Я тебя не понимаю, — как и ожидалось, она застала его врасплох. Он всегда не умел лгать. — Видишь, я была права, — она провела по его подбородку кончиком указательного пальца и широко улыбнулась. — Хорошо. Давай я помогу тебе. Это «кое-что» связано с моим братом, — сказала она, наклонив голову влево и несильно оттолкнула чужое лицо пальцем. О, Боже. Теперь он точно понял, что его ожидают большие неприятности. — Ч-что ты говоришь? Я… Это… Я имею в виду- — Давааай, просто скажи мне, пока я готова услышать это от тебя. — Эээ… Это… Не пойми меня неправильно, я только хотел помочь, но… не важно, это не важно. — Почему ты так поступил? Я сразу перейду к делу: он всё рассказал мне, и я поняла, что ты добился того, чего хотел. Хорошая работа, я очень рада за тебя! -сказала она с широкой усмешкой. — Что ты имеешь в виду? — Я имею в виду то, что тебе удалось заставить его влюбиться в тебя! — его челюсть отвисла от услышанной новости. «Что это было? И почему она выглядит такой счастливой? Или это нормальная реакция для человека, когда он узнаёт, что его брат влюблён в его парня? Так странно» — Эм? В-влюбился в меня? — фактически, одна только мысль об этом заставляла его чувствовать себя так, будто он оказался на небесах, поэтому он не смог сдержать глупой улыбки. — Да, как ты и услышал, — она встала, повернулась к нему спиной и начала играть пальцем с прядью волос, а это означало, что она нервничает или расстраивается, но пытается скрыть свои эмоции. Но Джиён не мог этого заметить, будучи сосредоточенным на своих мыслях. — Хеюн-ши… Хеюн-а, не то, что бы я… — Не нужно скрывать этого и, тем более, чувствовать себя виноватым, — она прервала его. — Я должна кое-что важное сказать тебе, — она сделала паузу, и он неуверенно кивнул ей, чтобы она продолжала. — До тебя я всегда встречалась с девушками. Но.. когда ты предложил мне встречаться, я не могла тебе отказать, потому что не хотела потерять тебя. — Ч-что? — спросил он, совершенно поражённый. «Она серьезно? Я никогда и подумать о таком не мог» — удивился он. После услышанного он запутался ещё больше. Что теперь делать? Упрекнуть её в неверности и во лжи? Ведь он по-настоящему любил её, а она, получается, только пользовалась им. Или же забить и просто признаться ей в чувствах к её брату? Ведь, по идее, это не должно её обидеть. И, тем более, теперь он знает, что эти чувства взаимны. — Позволь мне продолжить, пожалуйста, — она повернулась к нему лицом, широко улыбнулась и хлопнула в ладоши. — Вот почему я решила помочь вам обоим! Что ты на это скажешь? — Помочь нам в чём? Между нами ничего нет и не было, — солгал он, но мысли пронзительно кричали в его голове о том, что это его шанс. Но что он должен был сделать? — Почему ты продолжаешь мне говорить, что между вами ничего нет? Он признался мне сам, а ты думаешь, что я не замечала, как ты на него смотрел и как нервничал, когда тот говорил с тобой? Не вриии! — протянула она. Её поведение напрочь сбивало Джиёна с толку. — Это было очевидным? — случайно вслух произнёс он. — Но, Хеюн… на самом деле, ничего подобного нет, это только твоё воображение, — попытался он соврать, отчаянно надеясь, что она поведётся. — Ты не умеешь врать, забыл об этом? — её улыбка стала ещё более широкой. — Просто скажи мне, что Сынхён для тебя значит? — Ну, Сынхён… Ты ведь не возненавидишь меня, правда? — она кивнула. Она же только что говорила, что поможет им быть вместе, поэтому он решил, что может довериться ей и рассказать о своих истинных чувствах. Он посчитал, что терять ему нечего. — Я не знаю, как и когда это началось, но я безумно влюблён в твоего брата, Сынх… — он не успел договорить, как вдруг она ударила его со всей силы, не на шутку разозлившись. Она что-то тихо проговорила, забрала свою сумочку и выбежала из дома.   — Хеюн, подожди, пожалу… Дами?! Ты… Ты слы… то есть, когда… э.. — он собрался было побежать за Хеюн, но остановился, увидев стоящую в дверях ошарашенную Дами. Судя по её широко раскрытым глазам, она действительно всё слышала.   — Ч-что я только что услышала? Т-ты что, правда влюблён в Сынхёна? — спросила она, чувствуя себя полностью преданной. «О Боже, мне конец» — подумал измученный Джиён.