Почему бы Вам просто не пойти...?

      Харьков поймал взгляд Кипелова и нервно хихикнул. Кипелов замер, голубые глаза забегали по квартире. Андрей отвернулся к ёлке, еле сдерживая приступ смеха. Аня молча хлопала глазами, явно не понимая, что происходит. Белоброва переглянулась с Ксюшей, и обе прыстнули со смеху. Одной Але было всё равно. Она уже полезла за подарками в один из мешков. — Эй. — Ксюша улыбнулась, наклоняясь к девочке и забирая её с колен Немоляева, который, казалось, вообще находился в прострации. — Малышка, сначала ты должна рассказать стишок. Ты же подготовила стишок? — Аля закивала, довольно улыбаясь. — Ты была в этом году очень хорошей девочкой, вот мы и решили прийти к тебе всей семьёй. Правда, дорогие? — девушка наступила кому-то на ногу. Судя по стону — Кипелову. — Да! — в один голос загомонила «делегация», Кирилла согнали со стульчика и поставили на него малышку.       Аля поправила розовенькое платьишко, подняла головушку, отчего рыжие кудряшки подпрыгнули, и, плохо, но старательно выговаривая слова, начала читать стихотворение Агнии Барто. Все вокруг умилённо улыбнулись, слушая. …, а тем временем, Максим и Ларс, таща за собой практически бессознательного драммера, медленно, но верно направлялись к квартире вокалиста. Ларс, конечно, предлагал бросить Лаптева, ведь «авось не пропадёт, и не там просыпался», но Флаер упёрся, что Андрея надо донести. Это уже по-свински, бросить товарища посреди Москвы. Особенно возле «Китай-города». Мало ли, что случится.       Лаптеву же было параллельно кто, куда, когда и зачем его тащит. Ему весело, ему хорошо, всё прекрасно. Новый Год, товарищи! — Ничего, уже немного осталось… — пропыхтел Максим, вздыхая и удобнее перехватывая руку Лаптева. — Макс, напомни мне, чтобы в следующий раз я отобрал у него бутылку. — Ларс сжал губы в тонкую ниточку, нахмурившись. — И чтобы я заставил его похудеть! — Да ладно тебе. Не такой уж он и тяжёлый. — Это ты — не такой уж тяжелый. — басист тяжело вздохнул. — А он — кабан. У Максима не было сил спорить дальше. Хоть и хотелось. — А почему мы не вызвали такси? — спустя несколько минут подал голос Ларс. — Потому что они не знали, где мы находимся… — снова пропыхтел Самосват. — А сейчас уже смысла нет вызывать, мы почти дома. — Блять, Макс, иногда я тебя ненавижу. — Я знаю.       За этой светской беседой наши путники добрались до пункта назначения. Обоим уже не хватало сил на разговоры, хоть бы просто до квартиры дойти… Взвалив на себя непосильную ношу (тоесть, Лаптева) наши герои загрузились в лифт. Пока Макс нажимал кнопку своего этажа, Андрей успел обвить руками талию Ларса и упереться лбом в стену. — Макс, ради всего святого и Мелисова, прошу, пропиши ему поджопник! — взмолился басист, закатывая глаза. Максим рассмеялся, прописывая барабанщику лёгкий пендель, от которого тому, в прочем, ни холодно, ни жарко не стало.       Внезапно лифт остановился, скрипнув старым механизмом, и лампочка, освещающая небольшое пространство, замигала. Ларс, пытающийся отодрать от себя Лаптева, нервно сглотнул. — Блять. Только сломанного лифта нам не хватало. — мужчина недовольно зыркнул на Самосвата. — Чёрт белобрысый, ты куда меня сегодня ещё затащишь?! — Илья, да не нервничай ты так. — Максим развёл руками. — Он так часто. Скоро опять поедет, не паникуй только.       Мамонтов наконец-то отодрал от себя Андрея и, усадив его на пол, горько вздохнул. — Только не говори, что я так проведу весь год…       К счастью, буквально через минуту, лифт снова скрипнул и продолжил своё движение. Ларс мысленно поблагодарил всех известных ему богов и богинь, даже пообещал свечку в храме поставить, снова опираясь на стенку кабинки, Максим устало потёр переносицу, придерживая сумку с деньгами, (прим. Cantor — Инкасатор от бога!), а Андрей просто спал, привалившись к стене.       Наконец-то лифт остановился и открылся. Макс вышел и его пятая точка подсказывала, что что-то не так. А пятая точка никогда не ошибается! — Эй, я его один что ли потащу? — послышался недовольный голос Ларса и парень поспешил к нему. — Извини. — закинув руку драммера на своё плечо, Макс поморщился от запаха перегара. Как его в квартиру-то тащить? Альке пока рано химию изучать, тем более органические спирты и их испарения.       Илья, поднапрягшись, поддержал Андрея, пока Максим доставал ключи. Щелчок и дверь поддалась, не смотря на подмёзший замок. Втащив уже уснувшего Лаптева в квартиру, вокалист прислушался. Ни звука, кроме голосочка его Альки. Переглянувшись с басистом, парень быстро стянул ботинки и куртку, убрал пакет с гонораром в шкафчик над зеркалом и быстро прошёл в комнату. Ларс, в это время, запихнул Лаптева в одну из комнат, быстро накрывая пледом.       Если бы удивление Макса можно было записать в виде формулы, то она бы никогда не достигла предела. Ну представьте, заходите Вы к себе домой, а там столпились какие-то левые Дедушки Морозы со Снегурками, Ваш лучший друг стоит за ёлкой и истерически ржёт (благо, беззвучно), а Ваша сестрёнка стоит в самом центре всего этого безобразия и старательно читает стишок, который Вы разучивали с ней целый месяц… -…Мася! — малышка прервалась, оборачиваясь на шаги и спрыгнула со стульчика, подбегая к брату. Взгляд «конклава» переместился за Алькой, теперь прожигая Макса. Парень обнял девочку, поцеловав в мягкую щёчку и подняв на руки. — А что происходит? — неуверенно спросил он, закусив губу. Судя по звукам сзади, Ларс окаменел. — Дедуськи Молозы при… сли! — Аля нахмурилась, взмахнув маленькими ручками. — И Снегуло… чки!       После этих слов повисло недолгое, но неловкое молчание. Голос подал, спасая ситуацию, Кипелов: — А мы, заметив какая хорошая девочка тут живёт, — вокалист сверкнул добрыми голубыми глазами. — Все вместе приехали! — Да!.. — согласно закивала Белоброва, всё так же теребя косичку. — Мы с Великого Устюга приехали! — А мы из Карелии! — ляпнул Кирилл, тут же отхватывая от Ани. Ксюша хихикнула, но тут же покосилась на Харькова. — А-а…, а мы из Владивостока. — выпалил он. Девушка закатила глаза. Басист он и есть — басист!       Максим мысленно отвесил фейсплам. Андрей уже просто умирал от беззвучного смеха, изредка издавая звуки непонятного происхождения.       Одной Альке было пофигу. Очухавшись, музыканты буквально завалили малышку подарками, каждый чмокнул в лобик, и пожелал счастливого Нового Года, обещая придти в следующем году. Максим мысленно перекрестился, но натянул улыбку, благодарно кивая каждому. Всё же, люди бросили все свои дела и приехали к нему, чтобы поздравить его маленькую сестричку, хотя в принципе, они — чужие люди. Или… да кого он обманывает? Все они — большая и дружная семья, и сейчас Макс как никогда понимал, что это — великое счастье. — Спасибо вам. — пока малышка разбиралась в цветных свёртках на пару с Лобашёвым и очнувшимся от потрясения Ларсом, Макс вышел проводить ребят. — Нет, правда, я не знаю… — Брось, Макс. — Немоляев приспустил бороду, довольно улыбаясь. — Не знаю, как остальным, а мне даже понравилось. — Да, Максим, всё хорошо. — Екатерина Юрьевна подошла, потрепав Максима по плечу. — Мы только рады были тебе помочь. — женщина улыбнулась. — Детям нужно дарить сказку… — …какой бы бредовой она не была. — согласно крякнул Харьков. Площадку наполнил весёлый смех.