Прошу любить и не жаловаться

В половину шестого я стою напротив дома, указанного по адресу, который наскоро записала на чистой странице ежедневника. Передо мной обычная пятиэтажка из серого потёртого кирпича, теряющаяся в рядах таких же стандартных пятиэтажек в далеко не самом элитном районе города. Ничего примечательного. Я неловко переминаюсь с ноги на ногу, раздумывая о том, могу ли я позвонить в квартиру Романова сейчас или лучше ещё полчаса погуляю на улице. Дурацкая привычка приезжать раньше, если плохо знакома с местностью. Побоялась, что заплутаю в лабиринтах домов. Но здание, в котором живёт мой классный руководитель, оказалось найти до смешного просто, оно находится буквально возле автобусной остановки, до которой я доехала. Ещё раз сверяюсь с маршрутом, проложенным в Гугл-картах, чтобы убедиться, что нигде не ошиблась, делаю глубокий вдох и захожу в подъезд, порадовавшись, что на двери нет кодового замка. Поднимаюсь на самый верхний этаж и нажимаю на кнопку звонка. Пока жду, разглядываю корявые надписи, прочерченные в краске на стене. Тут и нецензурные выражения, и признания в любви, и рисунки разные. Прям не стена, а летопись подъезда. Спустя пару минут ожиданий дверь мне открывает Олег Анатольевич, собственной персоной. В первые секунды я замираю с открытым ртом. Мужчина встречает меня в одних свободных штанах на голое тело, оставив на обозрение накачанный торс с татуировкой в виде какого-то китайского иероглифа на боку. Я невольно засматриваюсь на рельефные мышцы и тут же краснею, заметив усмешку на лице Романова. Он ведь мой учитель! - Ты рано, Вишня, - замечает мужчина, отступая в сторону, чтобы пропустить меня в квартиру. - Боялась опоздать, - бормочу, быстро снимая кеды и осматриваясь вокруг. Мысленно отмечаю, что внутри квартира выглядит лучше, чем снаружи. Ремонт явно сделан недавно, а мебель почти новая. Я знаю это, потому что в свободное время мама таскает меня по всем мебельным магазинам, ведь ей срочно понадобилось сменить обстановку в новой квартире. Теперь я не только могу отличить дорогую мебель от дешевой, а даже невольно подмечаю все царапины и неровности. Ещё немного и смогу работать экспертом в этой области, ей-богу. - Проходи в гостиную, позанимаемся там, - прерывает мои размышления голос Романова. Мужчина кивает на дверь в конце небольшого коридорчика, а сам исчезает в одной из комнат. Молча киваю и бреду в указанном направлении. Проходя мимо одной из закрытых дверей слышу шум льющейся воды, но решаю, что мне просто почудилось. В моём воображении Олег Анатольевич почему-то обязательно живёт один. Гостиная оказывается просторной и довольно светлой. Тут стоят мягкие белые диваны и кресла, на стене висит плазменный телевизор, а стеклянный кофейный столик завален какими-то модными глянцевыми журналами. Что-то в моей голове явно не складывается. Кажется, это называется когнитивный диссонанс. Олег Анатольевич заходит в комнату через несколько минут со стопкой учебников в руках. Теперь помимо штанов на нём чёрная футболка без рисунка, которая, однако, не скрывает красоты его тела, выгодно подчёркивая торс и руки. Мужчина усаживается напротив меня и спокойно раскладывает учебники, сдвигая в сторону журналы. А он довольно ответственно подходит к своим обязанностям. Снова нестыковка. - С чего начнём? - спрашивает Романов, поворачиваясь ко мне. - Всё равно, - пожимаю плечами, мельком взглянув на его наручные часы. В девять я должна быть дома. - Думаю, я одинаково хорошо знаю все периоды истории. - Посмотрим, - хитро улыбается мужчина, потянувшись за верхним учебником. Следующие сорок минут он спрашивает меня по всем темам истории древнего мира, и я почти без запинки отвечаю на вопросы. В моих интересах доказать свою осведомлённость и поскорее избавиться от необходимости посещать внеурочные занятия. Нам даже удаётся поспорить на тему эволюции. Увы, Романов почти без труда одерживает победу. - Что ж, зато ты хороша собой, - с ухмылкой произносит мужчина, когда я, скрипя зубами, признаю своё поражение. - А умной быть девушке совершенно не обязательно. - Эй, - возмущаюсь я, обиженно скрещивая руки на груди. - Я всего на один вопрос не ответила! - Шучу, - смеётся Олег Анатольевич, откладывая учебник в сторону. - Ты не только ангельски прекрасна, а ещё и чертовски умна, - произносит он, что заставляет меня покраснеть от смущения. Романов решает сменить тему. - Чай, кофе будешь? - Чай, - отвечаю, решив, что неплохо было бы сделать перерыв. Мой мозг закипает. Романов выходит за дверь, а я остаюсь разглядывать обстановку комнаты. В углу находится книжная полка, на которой ровными рядами располагаются книги в потрёпанных временем обложках. Булгаков, Достоевский, Гоголь... А он, очевидно, поклонник русской литературы. К тому же, любит поэзию, судя по сборникам со стихами Есенина, Маяковского, Бродского. Я так увлекаюсь рассматриванием корешков, что не замечаю, как в комнату входит кто-то ещё. Услышав негромкое покашливание я оборачиваюсь и едва не вскрикиваю от неожиданности. Передо мной стоит совершенно незнакомая девушка. Но какая девушка! Я вроде бы и не ценительница женской красоты, но невольно засматриваюсь на незнакомку. Она высокая, худенькая, с правильными чертами лица и от природы пухлыми губами. У неё большие карие глаза и аккуратная родинка над верхней губой, что делает без того миловидное лицо ещё более выразительным. Полотенце, которое девушка обмотала вокруг тела едва скрывает упругую грудь и длинные ноги. - Ты к Олегу? - спрашивает она спокойно, вглядываясь в моё лицо. Голос её звучит музыкой в ушах. - Я... я... - заикаюсь, растерявшись. Где же Романов так долго? - А вы? - единственное, что срывается с моего языка после затянувшейся паузы. Глупый, наверное, вопрос. Вполне логично, что она не просто так мимо проходила и решила вдруг помыться в душе моего классного руководителя. Судя по всему, она его девушка или даже... - Я здесь живу, - фыркает шатенка, протягивая мне руку. - Ксения. - Я... Ярослава, - отзываюсь, немного отходя от пережитого шока и пожимая её хрупкую ладошку. - Я ученица Олега... Анатольевича. Лицо девушки проясняется. Мне даже на секунду кажется, что она выдыхает с облегчением, и её большие глаза смотрят на меня уже не так строго. - Точно, он ведь предупреждал, - вспоминает Ксения, хлопнув себя ладошкой по лбу. - А я его жена...