Хроники Нарнии 3.Я не отдам тебя!!!

*************** Все были очень рады, когда корабль покинул, наконец, Драконий остров. Едва он вышел из залива, как подул попутный ветер, и ранним утром следующего дня они подо¬шли к острову, который видели на горизонте с драконьего полета. На острове, низком и покрытом зеленью, обитали только кролики и дикие козы, но по развалинам каменных лачуг, старым черным кострищам, обломкам оружия и костей, они поняли, что еще недавно здесь жили люди. – Пираты потрудились, – сказал Каспиан. – Или дракон, – добавил Эдмунд. И еще одну вещь они нашли на острове – крохотную лодочку, лежавшую на песке у воды. Она была сделана из кожи, натянутой на плетеный каркас, и едва достигала в длину четырех футов. Весло было ей под стать, и все решили, что ее изготовили для ребенка, или же этот остров когда-то населяли гномы. По размерам она вполне годилась для Рипичипа, поэтому ее взяли на корабль, а остров назвали Горелым, и еще до полудня отплыли от него. Пять дней ветер гнал корабль на юго-восток, и на пути не было ни островов, ни рыб, ни морских птиц. Потом целый день шел дождь. Юстэс проиграл Рипичипу две партии в шахматы и, рассердившись, снова стал таким, как прежде, а Эдмунд пожалел, что они не поехали в Америку. Тут Люси взглянула в кормовое окно и сказала: – Кажется, дождь кончился. А это что такое? Все поднялись на ют и увидели, что дождь действительно кончился, а стоящий на вахте Дриниан пристально вглядывается в какой-то предмет. Точнее говоря, то был не предмет, а гряда гладких валунов, расположенных футах в сорока друг от друга. – Нет, это не камни, – произнес Дриниан. – Пять минут назад их там не было. – Глядите, один исчез! – сказала Люси. – А вот появился новый, – добавил Эдмунд. – Поближе к нам, – заметила Эллис. – Ну и ну! – сказал Питер. – Кажется, эта штука движется сюда. – И гораздо быстрее нас, – откликнулся Дриниан. – Через пять минут она догонит корабль. Все затаили дыхание, да и как не затаить, когда за вами по пятам гонится что-то неизвестное. Но оказалось еще хуже, чем они ожидали. Внезапно у левого борта вынырнула страшная морда – зеленая, в лиловых шишках, вроде лошади без ушей. Огромные глаза вполне могли видеть сквозь темную толщу воды, в разверстой пасти сверкал двойной ряд острых зубов. Голова раскачивалась на очень длинной шее, но поднималась выше, еще выше, и все поняли, что это не шея, а тело, и перед ними не кто иной, как Морской Змей. Изгибы его длинного хвоста виднелись где-то позади и поднимались над водой через равные расстояния. Голова была уже выше мачты. Все схватились за шпаги, но шпагой до чудовища не до¬станешь. – Стреляй! – скомандовал командир лучников, и на Змея посыпались стрелы, но они лишь скользили по коже, словно по железу. Люди застыли, ожидая удара. Но удара не было. Змей взметнулся еще выше, за ярд от мачты, и стал спускаться с правой стороны борта не на переполненную людьми палубу, а в воду, так что корабль оказался, словно под аркой. Арка эта уменьшалась и с правой стороны уже почти касалась борта. И тут Юстэс (он изо всех сил старался наверстать потерянное, ибо дождь и шахматная неудача отбросили его назад) впервые в жизни совершил геройский поступок. У него в руке была шпага, которую одолжил ему Каспиан. Когда змеиное тело оказалось совсем рядом, он вскочил на фальшборт и принялся его колоть. Он ничего этим не добился, только сломал вторую Каспианову шпагу, но для начала и это неплохо. Остальные бросились ему на помощь, но Эллис пронзительно крикнула: – Не колите его! Такой миролюбивый призыв в устах Эллис, словно она была командиром, был столь непривычен, что, несмотря на опасность, все обернулись к нему. А Эллис, завопив: «Толкайте его, толкайте!», взобралась на фальшборт перед самым Змеем и, упершись спинкой в огромную чешуйчатую спину, изо всех сил начала толкать ее. Немногие поняли сразу, что она задумала, и устремились ей на помощь. Но когда, мгновение спустя, голова Морского Змея снова появилась из воды у левого борта, все стало ясно. Чудище петлей охватило корабль и теперь затягивало его. Если бы это удалось, от корабля остались бы одни щепки, и Змей без труда выловил бы людей, одного за другим. Единственный шанс на спасение состоял в том, чтобы как можно быстрее сдвинуть петлю назад, вдоль корабля, и сбросить ее с кормы, или, что то же самое, протолкнуть корабль сквозь петлю, пока она не затянулась. Питер так переживал за Эллис что ничего не замечал и когда он оказался рядом, толкнул её в тот момент, когда Змей ударил о палубу своим хвостом. Они упали прям по середине корабля. - Быстро, вставай, вставай Эллис, - закричал он помогая ей встать, - ты как? - Все в порядке, - и она снова убежала. Конечно, одному Рипичипу это было не легче, чем сдвинуть собор, но он толкал Змея, пока его самого, совсем обессиленного, не оттолкнули в сторону. Мгновение спустя вся корабельная команда, кроме Люси и обессилевшего Рипичипа, вытянулась двумя длинными ряда¬ми вдоль фальшбортов. Каждый упирался грудью в спину стоящего впереди, и общее усилие передавалось последнему человеку, упиравшемуся в Змея. В течение первых тягостных минут, показавшихся часами, ничто, на первый взгляд, не менялось. Слышался хруст суставов, капал пот, раздавалось тяжелое хриплое дыхание. Потом все почувствовали, что корабль начал сдвигаться, а петля чуть дальше от мачты. Теперь надо было спешить: все зависело от того, успеют ли они протолкнуть петлю над ютом или она окажется слишком тугой. Ют был совсем рядом, а тело Морского Змея нависло так низко, что с десяток человек быстро за¬брались наверх, встали рядом, и принялись толкать петлю. Дело пошло лучше, и надежда вспыхнула с новой силой, но тут все вспомнили про высокую резную корму. – Топор! – хрипло прокричал Каспиан. – Толкайте, тол¬кайте, не останавливайтесь! Услышав крик Каспиана с верхней палубы, Люси (которая знала, где что лежит) слетела вниз, в трюм, схватила топор и бросилась по лестнице на ют. Но не успела она подняться, как раздался оглушительный треск, словно упало высокое дерево – то ли Змея слишком сильно толкали, то ли он сдуру решил затянуть петлю потуже, но резная корма обломилась, корабль сильно тряхнуло, и он оказался на сво¬боде. Все так устали, что одна только Люси увидела в воде петлю Морского Змея, которая быстро уменьшалась и наконец исчезла. Позже Люси утверждала (хотя, конечно, ей могло и померещиться), что на морде Змея появилась идиотская улыбка. Как бы там ни было, умным его не назовешь – вместо того, чтобы преследовать корабль, он нырнул вместе с обломком кормы под воду, словно только и мечтал, что о деревянном хвосте. А корабль был уже далеко. Люди вповалку лежали на палубе, охая, отдуваясь и постепенно приходя в себя. Наконец, они заговорили, потом засмеялись, а коща из трюма принесли бочонок вина, совсем развеселились и даже выпили за Юстэса (хотя он ничего толком не сделал) и за Рипичипа. ************* После этого плыли еще три дня и видели вокруг только море и небо. На четвертый день подул сильный северный ветер, море заволновалось, а после обеда началась настоящая буря. Но как раз в это время по правому борту заметили землю. – Если ваше величество не возражает, – сказал Дриниан, – попробуем подойти на веслах с подветренной стороны и переждем на острове непогоду. Каспиан согласился, все сели на весла, но только к вечеру добрались до острова. С наступлением сумерек вошли в небольшой залив и бросили якорь, но на берег сходить не стали. Проснувшись утром, они увидели перед собой зеленоватую воду и суровый остров, поднимавшийся вверх одинокой скалистой вершиной, над которой, гонимые с севера, проносились тучи. Мореплаватели спустили лодку, нагрузи¬ли ее пустыми бочками и поплыли к берегу. – В залив впадают два ручья, – сказал Каспиан, сидевший на корме. – Из какого будем брать воду? – Не все ли равно? – отвечал Дриниан. – По-моему, из то¬го, что восточней. Туда меньше грести. – Сейчас пойдет дождь, – сказала Люси. – Что правда, то правда, – сказал Эдмунд, ибо по лодке забарабанили капли. – Тогда поплывем к западному ручью. Там есть деревья, можно укрыться. Эллис сидела молча и смотрела как Кейт разговаривает с Питером и смеется «Может тот момент мне просто снился а?» думала она. Он вел себя будто ничего не произошло. – Правильно, – сказал Юстэс. – Чего зря мокнуть?- Но Дриниан упорно держал прежний курс. – Они правы, Дриниан, – заметил Каспиан. – Давай-ка поворачивай к западу. – Как угодно вашему величеству, – недовольно буркнул Дриниан. Вчерашняя непогода доставила ему немало хло¬пот, да и не любил он, когда в его морские дела вмешивались несведущие люди. Все-таки он переменил курс, и как впоследствии оказалось, правильно сделал. К тому времени, когда набрали воду, дождь прекратился, и все решили взобраться на вершину холма, чтобы осмотреть окрестности. Идти сквозь жесткую траву и вереск было трудно и, если не считать чаек, они никого не встретили. Добравшись до вершины, они обнаружили, что островок крохотный, не больше двадцати акров. Море отсюда казалось огромней и пустынней, чем с палубы и даже с мачты. – Как все-таки глупо, Люси, – тихо сказал Юстэс, глядя на восток, – плыть, плыть и плыть, даже не зная, куда. – Но говорил он скорее по старой привычке и вряд ли так думал. С севера по-прежнему дул сильный ветер и на вершине холма было холодно. – Давайте спустимся другой дорогой, – предложила Люси, когда они собрались уходить. – Пройдем немного и выйдем к тому ручью, к которому плыл Дриниан. Все согласились, а Эллис было все равно она думала о Питере, «раз так, какое мне дело да него? Сама ведь и виновата, говорила же ему что ничего не выйдет, что у нас ничего не получится..Мой характер не изменить, а ему нужна милая, красивая, добрая, как Кейт. Что ж пускай все идет своим чередом. Я буду готова, когда настанет момент, и тогда все Питер, ты будешь счастлив», и они минут через пятнадцать добрались до второго ручья. Там оказалось интереснее, чем они ожидали: из маленького, но глубокого озерца, окруженного валунами, по узкому руслу тек к морю ручей. Ветра здесь не было и все присели отдохнуть на большой валун, густо поросший вереском. Но один из них (то был Эдмунд) тут же вскочил. – Черт! Камни какие-то острые!.. – сказал он, нащупывая что-то в зарослях. – Ого! Да ведь это не камень, а рукоять меча! Какая ржавая. Наверное, пролежала здесь много лет. – Судя по виду, она из Нарнии, – заметил Каспиан, под¬ходя к Эдмунду. – Я тоже на чем-то сижу, – сказала Люси. – На чем-то тяжелом! Эллис посмотрела в сторону Люси и увидела на чем она сидит. Это оказалась заржавленная кольчуга. Тут все вскочили и, на четвереньках, принялись обшаривать густой вереск. Нашли шлем, кинжал и несколько монет – не полумесяцев из Тархистана, а полновесных нарнийских львов и дубов, таких же, какие можно увидеть на базаре у Бобровой за¬пруды или в Беруне. – Может быть, только это и осталось от одного из наших лордов, – сказал Эдмунд. – И я так думаю, – согласился Каспиан, – но от какого именно? На кинжале нет никаких знаков. Как он погиб? – И как нам отомстить за его смерть? – добавил Рипичип. – Тут что-то не так, – сказал он. – Этот лорд погиб не в сражении. – сказала Эллис – Почему ты так думаешь? – спросил Каспиак. – Нет костей, – объяснила Эллис. – Если бы его убили, меч забрали бы, тело оставили. Здесь наоборот: меч есть, а тела нету. – Его мог убить хищный зверь, – предположил Питер. – И умный, – сказал Эллис. – Кольчугу снял! – А может, дракон? – сказал Каспиан. – Ну уж нет, – уверенно сказал Юстэс. – Дракон не снял бы. Я-то знаю. – Пойдемте лучше отсюда, – сказала Люси. После того, как Эллис заговорила о костях, ей больше не хотелось здесь оставаться. – Как хочешь, – сказал Каспиан, поднимаясь. – А это все, я думаю, брать не стоит. Они обошли вокруг озера и остановились там, откуда вытекал ручей. Вода здесь была глубокая и чистая. В жаркий день кто-нибудь непременно захотел бы искупаться, и все захотели бы пить. Даже сейчас Юстэс нагнулся к воде, что¬бы зачерпнуть ее ладонями, как вдруг Рипичип и Люси закричали в один голос: «Смотрите!» так, что он забыл о воде и оглянулся. Вода была такая прозрачная, что они ясно видели дно, усыпанное крупными голубовато-серыми камнями, и там, на дне, лежала статуя в человеческий рост, вероятно – золотая. Лежала она лицом вниз, закинув над головой руки. Как раз в это время облака немного разошлись, выглянуло солнце, осветило ее с головы до ног, и Люси подумала, что такой красоты она еще никогда не видала. – Ну и ну! – присвистнул Каспиан. – Вот бы достать ее. – Позвольте мне нырнуть, ваше величество, – сказал Рипичип. – Незачем, – сказал Эдмунд. – Если она и впрямь золотая, ее не поднять. Да и глубоко здесь, я думаю, футов пятнадцать. Впрочем, минутку! Я взял с собой охотничье копье, попробую измерить глубину. Каспиан, подержи меня. – Каспиан взял Эдмунда за руку, и тот, наклонившись, стал опускать копье в воду. Когда оно погрузилось примерно наполовину, Люси заметила: – Зря мы решили, что статуя золотая. Это солнце так светит. Смотрите, копье в воде тоже совсем как золотое. – Что случилось? – послышалось сразу несколько голосов, так как Эдмунд неожиданно выронил копье. – Я не мог его удержать, – удивился Эдмунд. – Оно очень тяжелое. – Вон оно, на дне, – сказала Кейт. – Люси, кажется, права. Оно блестит, как статуя. Но Эдмунда вдруг заинтересовали его башмаки, и он, склонившись, стал их разглядывать, а потом выпрямился и вскрикнул тем голосом, которому повинуются все: – Назад! Прочь от воды! Скорее! Все отбежали и остановились, ожидая объяснений. – Посмотрите на мои ботинки, – сказал Эдмунд. – Они пожелтели, – сказал Юстэс. – Не пожелтели, а позолотели, – прервала его Эллис внимательно разглядывая ботинки Эда. – Это чистое золото! Посмотрите, это не кожа, а металл. И тяжелые, как свинец. - Откуда ты знаешь? – спросил удивленный Эд, - Знаю, разве вы не видите, это чистый металл, сверкает, как….. - Да, это металл, эта вода….- начал Эд, но… – Клянусь Асланом! – воскликнул Каспиан. – Ты хочешь сказать… – Да, хочу, – подхватил Эдмунд. – Вода волшебная. Она все превращает в золото. Мое копье стало золотым и потяжелело. Волна плеснула на мои ботинки, и они стали золотыми. Хорошо еще, что я не босиком. А эта статуя на дне… – …совсем не статуя, – тихо сказала Люси. – Вот именно. Бедняга! Теперь понятно, что случилось. Он оказался здесь в жаркий день и решил искупаться. Раз¬делся на том валуне, где мы сидели, потом нырнул… – Не надо! – вскрикнула Люси. – Мне страшно! – Мы и сами были на волосок от смерти, – заметил Эд¬мунд. – Именно, на волосок, – сказал Рипичип. – Ведь каждый мог окунуть в воду ногу, ус или хвост. – Это можно проверить, – решил Каспиан. Он сорвал ветку вереска и, осторожно опустившись на колено, погрузил ее в воду. Когда он снова вынул ее, Эллис увидела что в его руке оказалась точная копия из чистейшего золота. – Король, владеющий островом, – торжественно сказал он, и кровь прилила к его лицу, – будет самым богатым на свете. Отныне и навечно мы объявляем этот остров собственностью нарнийской короны и нарекаем его Землей Золотой Воды. Каждому, кто выдаст тайну, грозит смерть. Никто не должен знать, даже Дриниан. – Ты с кем говоришь?! – вскричал Эдмунд. – Я не твой подданный! Если на то пошло, ты мне подвластен. Я – один из четырех древнейших правителей Нарнии, а ты – вассал моего брата, великого короля. – Ах, вон что, король Эдмунд!.. – сказал Каспиан и поло¬жил руку на эфес своей шпаги. – Сейчас же перестаньте! – вмешалась Эллис. – Ну просто сил нет с этими мальчишками! Какие вы оба хвастуны, вы что дети малые?.. - Точно, прекратите, - сказала Люси Но никто их не слушал Эд и Каспиан вынули свои мечи и уже приготовились к схватке… - Стойте кому я сказала, - крикнула Эллис вставая между ними. - Эллис права, это золото будет принадлежать мне, - сказал Питер и тоже вынул свой меч. - Что??? – спросила Эллис поворачиваясь к нему. - Отойди Эллис, ты мне мешаешь,- сказал он - Я тебе не позволю, что с вами?? - Смотрите, - сказала Люси - Ой-ой-ой! – и она замолчала, задохнувшись от неожиданности. Все обернулись. Над ними, бесшумно ступая по серому вереску и ярко светясь (хотя солнце скрылось за тучей) неторопливым шагом шел огромный лев. Никто не видел еще такого большого льва. Позже, описывая эту сцену, Люси иногда говорила, что он был со слона, а иногда – что он был с лошадь. Но не размер испугал их. Они знали, что перед ними Аслан. Никто не заметил, когда и как он исчез. Все уставились друг на друга, словно пробудившись от сна. – О чем это мы с тобой спорили? – спросил Каспиан. – Я порол какую-то чушь? – Ваше величество, – сказал Рипичип, – это озеро заколдовано. Прошу вас, немедленно вернемся на корабль. Если бы вы предоставили мне честь назвать этот остров, я бы на¬звал его Островом Мертвой Воды. – Правильно, Рип, – согласился Каспиан, – хотя я ничего не понимаю. Погода, однако, получше, и Дриниану не терпится отплыть. Сколько мы ему расскажем!.. - Ну уж нет, стойте, я возьму это золото, - крикнул Питер. - Нет Питер, - крикнула Эллис. Она побежала к нему чтобы остановить, так как он шел к реке.- Стой Питер, Нет. - Отойди, вечно ты суешь нос не в свое дело, ты мне надоела, отстань от меня. - Нет, нет, - кричала она уткнувшись руками в его грудь, - остановись, это не ты, не ты.. - Эллис вода уже близко, - кричала Люси и побежала на помощь, остальные тоже. - Ты меня уже достала, ты мне надоела, так что между нами все кончено, знаешь что мне нравится Кейт, она красивей тебя и добрая, не то что ты. И ещё она не упрекает меня - говорил он и глаза покрылись какой-то темнотой.. После он рассмеялся. - Нет, - и глаза Эллис наполнились таким гневом, что она не заметила как дала Питеру пощечину, да такую, что он аж пошатнулся, и не удержав равновесие Питер упал. Не зная как, но Эллис заметила что у неё все лицо стало мокрым от слез. - Я тебя ненавижу, я ненавижу тебя Питер Певенси, король Великолепный, ненавижу, чтоб провалился ты в яму и сожрали тебя там волки. Чтоб они были такими голодными такими…..- и с этими словами она убежала… - Ты что натворил, - закричала Люси на брата, который уже вставал и не понимал что происходит(особенно тот факт почему у него так дьявольски горит щека. Люси побежала за Эллис - Что происходит, почему я оказался на земле.И что за чушь несла сейчас Эллис. Да и черт побери кто нибудь объяснит почему у меня так дьявольски горит щека? – спросил Питер потирая щеку - Оооо да ты брат не помнишь как я вижу. Скажу только одно, ты попал. Каспиан вкратце рассказал Питеру о том что он наговорил Эллис. Когда он закончил Питер взял с земли камень и кинул его со всех сил - Что б все было проклято, - закричал он. Кейт шла сзади и улыбалась. Её план уже действовал «Питер будет моим» Все возвратились на корабль и они рассказали Дриниану не так уж много, потому что им было трудно вспомнить то, что случилось за последний час. А Питеру тем более. – Когда их величества поднялись на борт, они были как будто околдованы, – говорил Дриниан Ринсу несколько часов спустя, когда Остров Мертвой Воды скрылся за горизонтом. – Что-то с ними стряслось на этом острове. Я только и уразумел, что они нашли тело одного из наших лордов. – Ну, что же, капитан, – ответил Ринс. – Значит, уже трое. Осталось четыре. Если так пойдет и дальше, вскоре после Нового года вернемся домой. Это бы хорошо, а то у меня табак кончается. Доброй вам ночи. ************ Ветер, так долго дувший с северо-запада, подул просто с запада, и каждое утро, на рассвете, узорный нос корабля глядел в лицо солнцу. Некоторым казалось, что солнце здесь больше, чем в Нарнии, другие с ними спорили. А «Покоритель Зари» плыл и плыл, гонимый не сильным, но упорным ветром, и не было вокруг ни чайки, ни корабля, ни берега. Запасы снова иссякли, и в сердца заползала тревога – быть может, этому морю уже не будет конца. Но в самый последний день, когда они усомнились, плыть ли дальше на Восток, утром между ними и солнцем, словно низкое облако, показалась земля. Эллис как могла избегала Питера, потому что боялась что когда его увидит сорвется. Она никак не могла поверить что она нашла в этом придурке, критине, ублюдке. А Питер в это время находился в своей каюте, и вспоминал слова Эллис: «Я тебя ненавижу, я ненавижу тебя Питер Певенси, король Великолепный, ненавижу, чтоб провалился ты в яму и сожрали тебя там волки…..» Эти слова звучали в его голове снова и снова…. «Какой же я полный дурак…..» и он вышел с каюты хлопнув дверью… На него обиделись и Люси и Эллис. «Что ж такое?» - Питер, - кто-то позвал его, Питер обернулся и увидел Кейт. - Кейт, - сказал он, - как ты? - У меня все хорошо, ты чего такой грустный? Питер посмотрел на Кейт, как всегда она была бесподобна… Они купили платья, когда были в Арве. Кейт и Люси их с удовольствием одевали.. Но не Эллис. Она носила какие- то лохмотья, которые нашла в Арве… А также Питер заметил что у него пропадали вещи, а потом все прояснилось, когда в них выходила Эллис. - Из-за Эллис? – опять спросила Кейт не дождавшись ответа. - Есть немного… - Ты знаешь что… Ты не виноват. Это все она. Она тебя не понимала тогда… Какая же она странная… Ты ж был можно сказать заколдован, -все говорила и говорила Кейт, - Ой, - сказала Кейт и споткнулась, во всяком случае так думал Питер, и прежде чем упасть Питер её поддержал. В это время Эллис выходила со своей каюты и увидела такую картину. Питер целуется с Кейт и обнимает её за талию. Она просто прошла мимо…Питер и Кейт её не заметили. - Ты что творишь??? – спросил Питер. - Ты мне нравишься и очень давно, ты просто не замечал этого, - сказала Кейт. - Ты знаешь что я люблю Эллис? Прости но я не тот кто тебе нужен. - Она тебя не любит, она ж тебе этого не говорила, просто использует, я слышала что она говорила про тебя Люси. - Не мели чушь, я тебе не верю, - и Питер ушел - Мы это посмотрим, - сказала Кейт и снова зашла к себе ************ Днем они причалили к широкой бухте, и сошли на берег. Места здесь были совсем иные, чем прежде. За кромкой леса лежали лужайки, аккуратные, как газоны, но тишина стояла такая, словно люди тут не живут. Деревья стояли нечасто, как в парке, под ними не было ни палых листьев, ни обломанных сучьев. Голуби ворковали в ветвях, и больше звуков не было. Потом нашим путникам открылась прямая, усыпанная песком аллея, ведущая к длинному невысокому дому, который казался очень мирным в мягком послеполуденном свете. Только они вступили на аллею, Люси почувствовала, что в туфлю ей попал камешек. Конечно, надо было крикнуть, чтобы ее подождали, но она промолчала и присела на край дороги. Шнурок у нее затянулся тугим узлом. Пока она его развязывала, спутники ее ушли далеко вперед, и когда она вынула камешек, их уже не было видно. Но тут она услышала странные звуки, и доносились они не из дома. Звуки были такие, словно много сильных мужчин бьют по земле деревянными молотками. Они быстро приближались. Люси уже сидела, прислонившись к дереву: влезть на него она не могла, ей оставалось притаиться и как бы вжаться в ствол, надеясь, что ее не заметят. Бум, бум, бум… Земля тряслась, это приближалось, но не было видно ничего. Люси подумала, что это сзади – но нет, стучало впереди, на самой аллее, даже песок взлетал от ударов; а видно ничего не было. Вдруг звуки умолкли и раздался голос. Ей стало очень страшно – вокруг было пусто, а неподалеку от нее кто-то говорил. И говорил он так: – Ну, ребята, не упустим случая! Раздался дружный хор голосов: – Вот именно! То-то и оно, не упустим! Золотые слова! Прямо в точку! Это я понимаю! – Спустимся на берег, – продолжал первый голос, – чтобы они не могли сесть в лодку, и все, как один, обнажив мечи, будем стеречь их, если они пойдут к морю. – Уж это план, так план! – заорали остальные. – Всем планам план! Ох, ах! – Эй, вы, поворачивайтесь! – прикрикнул первый голос. – Живей, живей! Снова послышался стук – сперва погромче, потом потише, пока не замер у моря, на песке. Люси понимала, что не время гадать, кто же эти невидимки. Как только удары затихли, она кинулась со всех ног по аллее. Она знала одно: надо предупредить друзей. Друзья, тем временем, достигли двухэтажного длинного дома. Рыхловатый желтый камень едва виднелся из-под плюща. Стояла такая тишь, что Юстэс сказал: «По-моему, тут пусто», но Каспиан, не говоря ни слова, указал на струйку дыма, поднимавшуюся из трубы. Ворота были открыты, и путники вошли на мощеный двор. Там они поняли, что на острове не все ладно: посреди двора, сам собой, двигался насос, и в ведра текла вода. – Колдовство какое-то, – сказал Каспиан. – Механизм! – сказал Юстэс. – Наконец-то мы попали в цивилизованную страну. - Видно тебя драконья жизнь ни чему…. – начала Эллис. - Успокойся, - предупредил Каспиан Именно в эту минуту Люси, едва дыша, вбежала во двор, и стала рассказывать, что с ней случилось. Когда ее поняли, никто не обрадовался. – Невидимки, – тихо сказал Каспиан. – Хотят отрезать нас от лодок. Хорошего мало! – А какие они? – спросил Эдмунд. – Откуда мне знать, Эд, я же их не видела! – Ну, шаги у них человеческие? – спросил Питер. – Да это и не шаги, удары какие-то, как молотком. – Хотел бы я знать, – сказал Рипичип, – видны ли они, если вонзить в них шпагу? – Кажется, скоро узнаем, – сказал Каспиан. – Но лучше уйдем отсюда. Этот, у насоса, слышит нас. Они вернулись в аллею, под защиту деревьев, и Юстэс сказал: – Прячься, не прячься, а их не видно. Может, они стоят рядом. – Дриниан, – обратился король к своему капитану, – не бросить ли нам эти лодки и не дать ли сигнал на корабль, чтобы он подошел вон туда, подальше? – Тут мелко, ваше величество, – сказал Дриниан. – Он не дойдет до берега. – Может быть, поплывем к нему? – сказала Эллис. – Ваши величества, – сказал Рипичип, – выслушайте меня. Невидимого врага надо встретить лицом к лицу. Если эти создания хотят сразиться с нами, они своего добьются. Лучше погибнуть, чем обратить к ним хвост. – На сей раз ты прав, – сказал Юстэс. – И потом, – сказала Эллис, – если Ринс и другие увидят, что мы сражаемся, они что-нибудь сделают… – Что они увидят? – печально спросил Юстэс. – Им покажется, что мы просто машем руками, забавы ради. Нависло невеселое молчание. – Что ж, – сказал Каспиан, – идем навстречу опасности. Обнажите мечи, а ты, Люси, приготовь свой лук. И они направились к морю по безмятежной траве, под тихими деревьями. Увидев лодку и мягкий песок, многие усомнились, не примерещилось ли все это Люси; но тут же услышали голоса: – Стоп, ребятки, стоп! Поговорим, обсудим. Нас пятьдесят персон, и мы не с голыми руками. – Ах, и чешет! – откликнулся хор. – Таких вожаков по¬искать. Скажет, как отрежет. Можете не сомневаться. – Я не вижу, где эти пятьдесят рыцарей, – заметил Рипичип. – То-то и оно!.. – сказал первый голос. – Не видишь. А по¬чему? Потому что мы невидимки. – Так его! – поддержали голоса. – Ну и отбрил, как по-писаному! – Подожди, Рипичип, – сказал Каспиан, а сам повысил голос. – Чего же вам от нас надо, невидимый народ? Чем мы заслужили вашу ненависть? – Нам надо не от вас, а от девочки, – сказал Главный (другие объяснили на все лады, что этот ответ великолепен). - От какой именно? – спросил Питер. - Та что меньше ростом всех вас, - сказал главный – От девочки?! – вскричал Рипичип. – Перед вами королева! – Чего там, все одно, – сказал Главный («Вот именно» – вторили прочие). – Она может нам помочь. – Чем же? – спросила Люси. – Если это грозит жизни или чести ее величества, – вставил Рипичип, – вы увидите, сколько ваших поляжет прежде, чем мы умрем. – Да ладно, – сказал Главный. – Давайте-ка присядем, долго рассказывать. Голоса поддержали его, но наши мореплаватели остались стоять. – Ну вот, – начал Главный, – дело было так. Этот остров принадлежит знаменитому волшебнику, у которого, надо сказать, не все дома. А мы ему, вроде как, служим… лучше скажу – служили. Приказал он нам сделать одну штуку, которая нам не понравилась. А почему? Потому что она нам не по вкусу… да. Отказались мы, а он рассердился, – надо сказать, он тут хозяин, ему никто не перечил, – рассердился, он, значит… что я говорил? …а, вот! Рассердился, пошел наверх – у него там все хозяйство, а мы тут живем, внизу – пошел он наверх и нас заколдовал. Уродами сделал. Скажи¬те спасибо, что нас не видно. Увидели бы, не поверили бы, какие мы раньше были. Да, не поверили бы. Ну, стали мы такие уроды, что не могли друг на друга глядеть. Что ж мы сделали? Я вам скажу. Подождали, пока он заснет, пошли наверх, взяли его книгу и стали искать, как нам отколдоваться. Не стану врать, страшно было. Искали мы, искали, ничего не нашли, хотите верьте, хотите нет. А было нам, значит, страшно, да и он мог проснуться. В общем, тянуть не буду, прямо скажу: нашли мы заклинание, чтобы стать невидимками. Ну, думаем, все лучше, чем такими уродами. А почему? Потому что лучше. Дочка моя, красавица, надо сказать – раньше, то есть, она была красавица, – так вот, дочка моя прочитала это заклинание, потому что его может читать только девица. А почему? Потому что никто другой не может, ничего не выйдет. Значит, Клипси его прочитала, а читает она – лучше некуда, – и стали мы невидимками. Попервоначалу обрадовались – все же пакости такой не видишь, – а потом и поустали. И еще одно – теперь никак не узнаешь, где он сам, волшебник. Так мы его и не видим. То ли он жив, то ли нет, то ли сидит себе наверху, то ли тут бродит. Услышать его не услышишь, ходит он босиком, тихо, что твой кот. Ну, господа хорошие, кто ж это выдержит? Вот что поведал предводитель невидимок, только еще многословней, ибо я сократил его рассказ и опустил реплики хора. На самом деле как только он говорил шесть-семь слов, раздавались восторженные крики, весьма раздражавшие наших героев. Выслушав эту повесть, все долго молча¬ли. – Не понимаю, при чем тут мы? – сказала наконец Эллис – Да я же вам все объяснил, – сказал предводитель. – Вот именно, вот именно! – радостно возопил хор. – Куда уж яснее! – Что ж, опять рассказывать? – спросил Главный. – Ой, нет! – вскричали Эдмунд и Каспиан. – Мы девочку ждали, – сказал предводитель. – Вот такую, вроде вас, барышня, чтобы она пошла наверх и прочитала в книге, как нам отколдоваться. То есть, чтобы мы были видны. Ну, мы и решили: приплывет кто-нибудь с девочкой (вот хотя бы с такой), мы их и не выпустим. А почему? По¬тому что она нам нужна. Значит, если ваша девочка нас не отколдует, мы, уж вы не обессудьте, вас поубиваем. Обижайся, не обижайся, а дело есть дело. – Где ваши мечи? – спросил мышиный рыцарь. – Что-то я их не вижу! – но не успел он это сказать, как в дерево вонзилось сверкающее лезвие. – Увидел, а? – сказал предводитель. – То-то и оно! – поддержал хор. – Скажет – как отрежет. – И метнул его я, – продолжал Главный голос. – Пока мы их держим, они не видны. – На что же вам я? – спросила Люси. – Неужели у вас нет девочек? – Хитрая какая! – взвыли голоса. – Это что ж, опять нам идти наверх? – Другими словами, – сказала Эллис, – вы просите даму о подвиге, на который боитесь послать ваших сестер и дочерей. – Вот, вот! – радостно подхватили голоса. – В самый раз! Ученый человек, ничего не скажешь! – Нет, такой наглости… – начал Эдмунд, но Люси его перебила: – Ночью мне идти или днем? – Днем, днем, чего там! – сказал Главный. – Зачем же ночью? Это в темноте? Ой! – Что ж, я пойду, – сказала Люси. – Не останавливайте меня, – обратилась она к друзьям. – Неужели вы не видите, что другого выхода нет. Их очень много, нам не отбиться. А так – может быть ничего со мной и не будет. – Да ведь там волшебник! – сказал Каспиан. - Люси я не пущу, я пойду туда, - сказала Эллис. - Нет, только она может пойти, - сказал главный - Поч..- но Эллис перебили - Это не объясняется, - крикнул вождь. – Знаю, – сказала Люси, обращаясь к Эду. – Наверное, я с ним полажу. Ты же видишь, они… не очень храбрые. – Они не очень умные, – сказал Юстэс. – Ну, Люси, – взмолился Эдмунд. – Подумай, как же можно! Спроси хотя бы Рипа, он тебе скажет. – Я ведь и свою жизнь спасаю, – ответила ему сестра. – Я тоже не хочу, чтобы меня изрубили невидимыми мечами. – Ее величество права, – промолвил Рипичип. – Если бы мы могли спасти нашу королеву, мы бы знали, что нам делать. Но мы не можем. Услуга же, о которой просят они, не пятнает ее чести. Напротив, это истинный и благороднейший подвиг. Сердце подсказывает королеве отправиться к волшебнику, и не мне спорить с нею. Все знали, что Рипичип никогда ничего не боялся, и по¬тому он сказал это, не смущаясь. Мальчики, которые боялись очень часто, сильно покраснели, но возразить не мог¬ли. Раздались восторженные крики невидимок, а предводитель пригласил всех поужинать. Юстэс хотел было отказаться, но Люси сказала: «Ну что ты, они не такие! Чего-чего, а коварства в них нет!», и все согласились, и направились к дому под радостные вопли хора. - Люси….- сказала Эллис подходя к девочке - Эллис не беспокойся, все будет хорошо, - сказала Люси и обняла Эллис