Всё относительно

      Сейчас Тяжёлая тишина ночи давила на сознание. Пробиралась в самые укромные уголки души, круша все замки и стены. Когда ты в одиночестве, ночь вытягивает из тебя самые горькие слезы, а если нет - самую искреннюю правду.       Мерное дыхание и тепло Алана не давало погрузиться в грустные мысли. Когда рядом с тобой человек, которому ты небезразличен, мир вокруг неуловимо меняется. Казалось бы, всё идёт привычным ходом, но кофе по утрам теперь надо варить на двоих.       Я провёл ладонью по коротким русым волосам, ощущая их запах, который наполнял меня противоречивыми чувствами. Я карал себя за то, что позволил этому парню расшевелить мои чувства, что влюбился в него. Но искреннее тепло и нежность Алана стали для меня едва ли не смыслом жизни. Я ещё раз пропустил сквозь пальцы взъерошенные пряди, тем самым потревожив парня. Алан глубоко вздохнул, вытянулся во весь рост, поудобнее устроился, обнимая меня, и приоткрыл глаза.       – Ты чего не спишь?       – Не хочется.       Сонный взгляд блуждал по моему лицу.       – Почему?       – Хороший вопрос, – ухмыльнулся я.       – Все о нём думаешь? – светлые брови нахмурились.       В голосе послышались нотки обиды и резкой горечи. Я лишь виновато улыбнулся в ответ.       – Просто ещё не прошло достаточно времени.       Алан кивнул и сел на кровати. Босые ступни коснулись пола, одеяло соскользнуло в сторону, открывая взгляду подтянутое тело. Я невольно залюбовался, порой мне казалось, что я могу смотреть на Алана часами, и просто восхищаться его внешностью. Это было странно, так как в первую встречу с ним, я посчитал его не более чем просто симпатичным и обаятельным парнем.       Тем временем Алан прошёл на кухню, где уже во всю чем-то шуршал. Вернувшись, он поставил на мою тумбочку стакан воды и упаковку со снотворным.       – Выпей, ты себя только мучаешь.       – Я не хочу стать зависимым от лекарств.       – А иначе ты не спишь по три дня! Пожалуйста, следуй рекомендациям врача.       Я притянул Алана к себе за руку и заставил сесть рядом.       – Иттан, – лицо парня оказалось очень близко, - не испытывай моё терпение.       – А я его испытываю? – губы невольно растянулись в глупой улыбке.       – Не то слово.       Алан нависал надо мной, от него веяло теплом и запахом клубничного зефира. Вот чего он так задержался на кухне, покушать ночью – наше всё.       – Сладкоежка, – я обхватил его за талию и прижал к себе.       Сладкие губы на мгновение соприкоснулись с моими, но через мгновение Алан отпрянул с решительным выражением лица.       – Ничего подобного, пока не выпьешь таблетки.       – Зануда, – прошипел я, но, всё же, сделал, что от меня просили.       И почти сразу же получил то, что хотел. Сладкий язык скользнул между губ, слизывая с них горечь лекарства, руки обвили мою шею и плечи, прижимая ещё сильнее. Алан, который любил спать голышом, сейчас бесстыдно восседал на мне с очень довольным выражением лица. Неожиданно для себя я осознал, что у меня давно не было так спокойно на душе. А бессонница вовсе не из-за чувства тревоги, как это было раньше, а из-за желания не упустить и секунды проведённую вместе с Аланом.

***

      Полугодом раньше Всем привет, я Иттан, и я всё ещё колумнист в одном небольшом глянцевом журнале. Два месяца назад, когда уже думал увольняться с работы и пустить все на самотёк, я встретил одного парня по имени Алан. Тогда, валяясь пьяным в парке, я и подумать не мог, что этот человек так бесцеремонно вломится в мою жизнь и решит её изменить. Правда это не мешает мне продолжать медленно спиваться.       Какая же проблема в этот раз, спросите вы? Я не всё не могу разобраться в своих чувствах к Алану. Тупее причины для запоя не придумаешь. А всё потому, что когда мы рядом, моё поведение непроизвольно меняется - вместо импульсивного раздражительного человека, появляется робкий парниша с наивными глазами. И это невероятно бесит. Вместе с тем, когда мы порознь, он занимает все мои мысли, не было ни дня, чтоб мы не списались или не созвонились. Мы вроде как стали лучшими друзьями. Или даже немного больше, потому что милые улыбки, быстрые нежные поцелуйчики и обнимашки с нашей первой встречи никуда не делись. Это даже можно назвать отношениями. Наверное. Я не спешил с выводами, а Алан меня не торопил. Хотя, когда я очередной раз начинал изворачиваться от объятий, всё чаще стал замечать, некое подобие раздражения на лице Алана.       Тем не менее, сейчас я не чувствую себя так одиноко, и что самое главное – есть кому меня забрать с бара, когда я в хламину и при этом не задавать лишних вопросов.

***

      – Я уже рядом, стою на светофоре. Потерпи пару минут.       – Алан, мне холодно, а ещё меня тошнит, – нытье – моё второе я, и, как мне казалось, сейчас самый подходящий случай, чтоб поплакаться.       – Скоро буду, подожди немного.       Я присел на лавочку в сквере у бара, молясь не потерять равновесие и не грохнуться лицом в асфальт. Холодный весенний ветер пробирался под одежду, щипал разгорячённое алкоголем лицо, начал моросить дождь.       – Чудесная погодка, не находишь?       – Просто заебись, – машинально ответил я, и только потом осознал, что голос подошедшего со спины человека я слишком хорошо знаю и желал бы не слышать его до конца своих дней.       – Как поживаешь, Иттан? – приторная улыбка расцвела на лице высокого парня. Он обошёл лавку и остановился напротив меня.       – Йорг…       Парень снял очки, которые больше дополняли его стильный образ, чем служили по назначению, и пристально посмотрел мне в глаза. Его серебристые в лунном свете волосы сверкали от водяной пыли, а карие глаза казались чёрными.       – Давно не виделись, – улыбка стала шире. – А ты себе не изменяешь, я так погляжу? Всё ещё ищешь утеху в алкоголе?       – Не твоё дело, – прорычал я. Наконец-то первое оцепенение спало… и тут же пришло второе. Я не мог ничего из себя выдавить, только смотрел в эти внимательные черные глаза и задыхался от невысказанной злобы.       – Ну-ну, чего сразу хамить? Давай нормально поговорим. Если ты, конечно, способен, – Йорг смерил меня презрительным взглядом. – В таком то состоянии.       Я открыл было рот, чтоб ответить, хотел сказать, что нам не о чём говорить, хотел уйти отсюда, но продолжал неподвижно сидеть.       – Хм, ты такой потешный, когда выпьешь, – Йорг шагнул ближе, его рука легла мне на плечо. – Тебя подвезти до дома?       – В этом нет необходимости, – звонкий голос Алана вывел меня ступора, и я тайком выдохнул.       – Добрый вечер, – мёд в голосе блондина так и лился. – Неужели у тебя появились друзья, Иттан? Я так рад за тебя!       Я попытался встать, но рука Йорга крепко меня держала. Алан стоял в двух шагах от нас и не понимал, что происходит и что делать дальше.       – Иттан, я настаиваю. Мы ведь так давно не виделись, давай поболтаем по душам, ты мне про своего нового ебаря расскажешь, – Йорг бросил внимательный взгляд на Алана. – Ничего такой, у тебя всегда был хороший вкус.       "Черт, как же я ненавижу этого лицемерного ублюдка". Я опустил голову, не хотел видеть эти карие глаза, но все равно ощущал их цепкий взгляд.       – Чего глазки прячешь, шлюшка? – Йорг искренне рассмеялся.       Но внезапно его смех оборвался. Одновременно с этим, рука, держащая меня за плечо, дёрнулась и соскользнула вниз по рукаву. Я вскинул голову, и увидел потрясную картину: Йорг корчился на земле, держась за лицо, а над ним нависал разъярённый Алан.       – Неплохо для начала, – поднимаясь, промямлил блондин. – Весьма неплохо.       И рывком кинулся на Алана, сбивая его с ног. События стремительно развивались, и их ход мне абсолютно не нравился. Ещё меньше мне это стало нравиться, когда на шум из тени вышли дружбаны Йорга. А ещё меньше – когда понял, что у меня не двоится в глазах и их таки больше чем один. Естественно первым порывом было добраться до дерущихся первым и разнять их. Но как только я поднялся на ноги, мир качнулся перед глазами, и я невольно сел обратно.       Шум драки нарастал. Черт-черт-черт… Что делать? Хмель быстро выветривался с головы, я судорожно пытался что-то придумать.       – А я больше не достоин внимания?       Йорг скосил на меня глаза. Он стоял в паре метров и со злорадной усмешкой на разбитых губах наблюдал, как его ребята избивали Алана.       – Извини, что отвлекаю от зрелища, – я снова встал, в этот раз тело слушалось меня значительно лучше. – Настолько волнуешься за свою мордашку, что завёл себе дрессированных собачек для потасовок?       Усмешка сползла с лица Йорга. Я знал, как его задеть и сейчас во всю этим пользовался. Слишком женственная внешность и утончённость Йорга были его достоинством и недостатком одновременно. В детстве он натерпелся издевательств от сверстников из-за миловидного лица и хрупкого телосложения. Это не помешало ему построить себе карьеру модели, но от детских комплексов не так то и просто избавиться.       Я понимал, что злить Йорга – плохая идея, потому что, вопреки всему, дрался он очень хорошо, но я искренне надеялся, на какое-то чудо. И оно произошло.       – Разошлись все, быстро! – Бас охранника бара громом пронёсся над улицей.       От этих слов Йорг злобно оскалился, но, всё же, кивнул своим парням и отступил назад. Алан стоял, наклонившись, и упирался руками в колени. С его губ тонкой струйкой стекала кровавая слюна, на щеке начинал темнеть синяк. Так ужасно я давно себя не ощущал. Я чувствовал себя виноватым из-за произошедшего и не представлял, что мне сейчас стоит сказать или сделать.       – Вы как? Всё нормально? – Охранник подошёл ближе к нам. – Вызвать скорую?       – Не стоит, всё в порядке, – Алан выпрямился, показывая, что стоит на своих двоих уверенно. А затем повернулся ко мне: – Идём.       От холода в его голосе, по коже пробежали мурашки. Как провинившийся ребёнок я поплёлся за ним. Я ожидал, что он вызовет такси, но Алан упрямо шёл к своему видавшему виды мотоциклу.       – Ты в состоянии водить сейчас?       – Садись, – Алан кинул мне в руки шлем.       – Может лучше на такси?       – Я сказал, садись!       Какую-то долю секунды я ещё раздумывал, но почему-то решил, что сильнее злить Алана не стоит.

***

Как только мы зашли в квартиру, Алан почти сразу рухнул на пол. Ну, скорее быстро сел. Слабый свет лампы освещал его левую половину лица, которая была залита кровью из рассечённой брови, глаз заплыл, а на скуле красовался синяк. Алан молча разулся, я помог ему снять куртку и, в полусогнутом состоянии, он похромал в ванную, держась за стены. Да, дела действительно плохи.       – Ты как?       – Могло быть и лучше, – сидя на бортике ванной Алан со стоном стянул с себя футболку. На рёбрах темнели многочисленные синяки, а на руках ссадины.       – Может вызвать врача?       В ответ Алан только отрицательно мотнул головой и сплюнул кровью.       – Принесу чего-нибудь холодного приложить.       На кухне я понял, что меня буквально трясёт. Спросите, неужели я так сильно за него переживаю? Да. И не собираюсь больше себе врать об этом. Пусть мы знакомы не так давно, но успели сильно сблизиться. Это не первый случай, когда Алан ввязывался в потасовку, для него поводом могло послужить абсолютно всё, начиная от прямого оскорбления, заканчивая «косым взглядом того мудака», и он даже не считал нужным себя сдерживать. Что уж, такой у него вспыльчивый характер. Но сегодня всё было немного по-другому… Встреча с Йоргом нарушила и без того шаткое равновесие.

***

Алан недовольно морщился, кривился и стонал, но послушно держал у лица пакет со льдом.       – Ну и зачем ты полез в драку? – Я делал вид, что увлечённо роюсь в аптечке. Алан зло глянул на меня правым глазом.       – А зачем ты снова поплёлся бухать?       Я продолжал перекладывать с места на место коробочки с лекарствами. Алан тяжело вздохнул.       – Когда ты уже выберешься из своей депрессии? Когда перестанешь сводить на нет всё, что я для тебя делаю?       Эти слова, сказанные полушёпотом, были наполнены такой болью, что внутри у меня все сжалось.       – Знаю, это может сейчас звучать эгоистично, но… ты хоть раз подумал обо мне? Каково мне, видеть тебя в полуживом состоянии, каждый раз как забираю тебя по ночам в барах. Подрываться на рассвете и ехать за тобой в другой конец города, потому что ты всё пропил и не можешь даже вызвать такси. Вытаскивать тебя с полицейских участков, разбираться с мудаками, с которыми ты по пьяни разосрался и многое другое…       – Мог и не делать этого. Если я бы знал, что ты меня будешь упрекать этим…       – Суть в другом, – перебил меня Алан. – Я хотел и хочу это делать. Я хочу тебе помочь.       Я замер, пытаясь прогнать эту гулкую пустоту, разрастающуюся в груди.       – Я хочу тебе помочь, – после короткой паузы продолжил Алан, – но как, если я ничего о тебе не знаю?       Я боялся этого разговора больше всего. Знал, что он будет, и молил всех богов, чтоб он произошёл как можно позже. Может я надеялся, что к тому времени смогу найти подходящие слова, или всё разрешится само собой, я не знаю… Хотелось что-то сказать, извинится за своё поведение, но понимал, что слова могут сделать только хуже, в их искренность могут просто не поверить. Хотелось как-то искупить свою вину, но ничего не мог сделать, потому что боюсь, что меня отвергнут навсегда. Можно развернуться и уйти, но потом я никогда не смогу всё исправить. А оставаться рядом просто невыносимо, потому что понимаешь всю свою ничтожность.       – Иттан?       Голос Алана вывел меня из ступора, я сфокусировал взгляд на своих побелевших пальцах и с недоумение уставился на сжатую в руках аптечку. Я рвано выдохнул и поставил несчастную коробку.       – Эй?       Алан сидел на бортике ванной и всё так же прижимал к лицу пакет со льдом. Свободной рукой он притянул меня за пояс джинсов.       – Всё в порядке?       – Да… – мой голос сорвался до хриплого полушёпота.       Впервые в жизни я растерялся. Я смотрел в глубокие светлые глаза, но не мог понять все те эмоции, что в них читались.       – Прости, – повисла пауза, а я всё не мог найти слова. – Я не знаю… Наверное, я запутался.       Да, я запутался. Более того, боялся начать распускать этот тугой комок спутанных эмоций. Можно было бы признаться Алану в симпатии, рассказать о Йорге, в конце то концов, не пудрить мозги человеку и строить из себя недотрогу. Но всё это пропитывалось боязнью, что меня не поймут, высмеют, попытаются воспользоваться.       – Кто тот парень? – Алан убрал лёд от лица и обнял меня за талию.       – Его зовут Йорг. Он…       – Твой бывший?       Я коротко кивнул. Не знаю, каким чувством/местом/органом Алан понимал происходящее и помогал мне подобрать слова, но был безумно благодарен ему за это.       – Он что-то хотел?       – Разве что поиздеваться, – я грустно усмехнулся.       Повисла неловкая тишина. Ну, по крайней мере, мне так показалось.       – Йорг работает в модельном бизнесе, мы познакомились в кафе у работы, – я не смог сдержать тяжёлый вздох. – Мы довольно быстро сошлись, жили вместе. А потом я ему надоел.       Алан смотрел на меня снизу-вверх и, похоже, не верил своим ушам.       – Что? - спросил я у него.       – Да ничего, просто...       – Ну, ты ж возмущался, что я ничего о себе не рассказываю, слушай теперь.       – Я так понимаю, разошлись вы на не самой приятной ноте.       – Именно… С громким скандалом, дракой и полицией.       Я смотрел прямо в зелёные глаза, и рассказывал всё, как было и есть. Что я чувствую, чего боюсь, чего бы мне хотелось и к чему стремлюсь. Что, кажется, влюбляюсь в него и просто цепенею от этого чувства, не хочу отступать назад, но и не могу решиться сделать шаг навстречу. Я рассказывал то, что так долго во мне копилось, рассказывал о той боли, которую никому не мог доверить.       Когда слова закончились, Алана смотрел на меня опустевшим взглядом. Но руки все ещё крепко держали меня за талию.       – Ты не замёрз? – я провёл ладонью по коротким русым волосам. – Идём в комнату.       Я нежно убрал его руки и собирался выйти с ванной, как Алан схватил меня за запястье. Там у меня была татуировка, самая свежая из всех – Иггдрасиль. Разлапистые ветви и корни этого древа повторяли и скрывали тонкие линии шрамов.       – Ты хотел покончить с собой из-за этого ублюдка?       – Понимаю, сейчас это выглядит немного нелепо...       – Но… Я не понимаю этого, – Алан отрицательно качнул головой. – Жизнь слишком дорога, чтоб расстаться с ней самому, что бы ни случилось. Разве так можно?       Я лишь виновато улыбнулся. Пальцы на запястье ослабели, выпуская мою руку. Я слышал, как Алан шёл следом за мной, со сдавленным стоном лёг на кровать.       – Извини, – я тяжело вдохнул. – Прости за Йорга, и что всё так обернулось.       – Спасибо тебе.       Я вскинул голову и столкнулся взглядом с Аланом.       – Что открылся.       – Отдыхай, тебе нужно поспать…       – Останься, – перебил меня Алан, увидев, что я собираюсь уходить.       – Мне нужно идти, у меня статья не окончена, а завтра собрание.       – Останься.       М-да, упрямства этому малому не занимать, а я так и не научился ему возражать. Я обошёл кровать и, не раздеваясь, лёг рядом с Аланом. Он успел только взять меня за руку, прежде чем погрузится в тяжёлый чуткий сон.

***

Сигаретный дым смешивался с запахом кофе. Я сидел на кухне, рассматривая парк за окном, дождь всё продолжал моросить, небо затянуло низкими серыми облаками до самого горизонта.       В соседней комнате послышался шорох, затем неровные шаги в коридоре.       – Иттан? – в дверях появился Алан. Выглядел он паршиво, хоть отёк спал с лица, но синяк пройдёт ещё нескоро. Он мило улыбнулся, хотя это было больно, из-за разбитой губы. – Я уж подумал, что ты ушёл пока я спал.       – Ждал, пока ты проснёшься. Но отлучиться на пару часов мне действительно надо. По работе, – уточнил я, на всякий случай. – Хочешь кушать?       – Да как-то не очень. Я позже поем.       – Ладно, – я поднялся из-за стола, потушил сигарету в пепельнице на подоконнике и взял куртку, которую оставил вчера здесь на стуле. – Лежи, отдыхай, если что – звони.       – Хорошо.

***

Совещание было неимоверно скучным, но пришлось слушать и вникать. Затем беседа с начальством о моём не совсем приемлемом поведении и дедлайнах, которые дышат мне в затылок, почти вынужденный поход в кафе с коллегами, и долгая пробка на дороге. Вернуться удалось не через пару часов, как обещал, а поздно вечером.       — Я дома.       В ответ была тишина. Запоздало пришла мысль, что Алан сейчас спит, и я мог его разбудить. Тихо прокравшись вглубь квартиры, я включил свет на кухне, поставил на плиту чайник, подготовил заварник и две чашки. Выкурив сигарету, наблюдая за вечерней улицей, всё решил зайти в комнату и проверить, как себя чувствует Алан.       Дверь в спальню была немного приоткрыта, я толкнул её, и моему взгляду предстала пустая комната.       — Алан? — происходящее не укладывалось в голове, ведь он никуда не сегодня не собирался. — Алан!       В слабой надежде я заглянул в ванную, туалет, кладовую. Кроме меня в квартире никого не было.       В смятении я вернулся на кухню. После недолгих размышлений, я решил позвонить Алану. Где бы он ни был: в магазине, в парке, у друзей или в баре, я за него переживал, и чувствовал странную необходимость удостовериться, что с ним всё в порядке.       Гудки мерно звучали в трубке. Это был уже третий звонок, Алан упрямо не отвечал. Я решил ещё немного подождать, хотя в груди засело тревожное чувство. Не выдержав и пары минут, я снова взялся за телефон и продолжил названивать. Внезапно, гудки прекратились, а том конце послышался голос:       — Алло?       По коже прошёл мороз.       — Алан?       — Добрый вечер. Меня зовут Миа, я дежурная медсестра центральной городской больницы. Вы Иттан, верно?       — Где Алан?       — Алан Коулман поступил к нам пару часов назад по скорой помощи. На данный момент он находится в операционной.       — Что случилось? — я чувствовал, как тело начинает бить озноб.       — Молодой человек попал в аварию. Иттан, вы являетесь родственником? Нам не удалось связаться с родителями пациента, вы могли бы передать его близким информацию о случившимся или приехать по адресу…       В миг на кухне воцарился гнетущий вакуум, давящий своей звенящей тишиной. Моё тело оцепенело, а время будто остановилось. Я отдалённо слышал голос медсестры, чётко понимал произошедшее, но отказывался верить, хотя понимал — это не может быть злой шуткой.       — Я скоро буду.

***

Я примчался в больницу ближе к ночи, нашёл дежурную медсестру, с которой общался по телефону и сразу же начал требовать подробности.       — Состояние Алана сейчас стабильное, — успокаивающим голосом ответила Миа. — Поверьте, всё самое страшное позади.       — Вы не знаете, как всё произошло? Алан всегда аккуратно ездит, как он мог попасть в аварию?       — Наша задача — медицинская помощь пострадавшему, остальное вам стоит уточнять в полиции.       — Я могу его увидеть?       — К сожалению, к нему сейчас нельзя. И, да… Увы, но страховка мистера Коулмана не покрывает всех расходов. Ряд медикаментозных препаратов надо будет оплатить дополнительно.       — Это не важно, обеспечьте ему всё необходимое, а счёт вышлите на моё имя.

***

Закончив всю тягомотину с документами в больнице, я отправился было в полицию, но так как была уже ночь, мне ничего толком не сказали, кроме как явиться в участок утром.       Столь длительной и тревожной ночи у меня ещё не было. Я вернулся в больницу и до самого рассвета сидел под отделением реанимации, где держали Алана. В конце концов, я узнал, что он получил лёгкую черепно-мозговую травму, множественные ушибы и несколько переломов. Но меня заверили, что боятся абсолютно нечего и Алан быстро поправится.       В отделении полиции же мне сказали, что это был несчастный случай. Из-за скользкой от дождя дороги, Алан не справился с управлением мотоцикла, вылетел на встречку и врезался в машину, водитель которой, в итоге, требует возместить ущерб, и, даже, выдвигает обвинения.       Когда я более-менее переварил всю эту информацию и уже почти смирился с произошедшим, в кабинет к следователю зашёл ещё один человек.       — Привет, Иттан. Как малыш Алан? С ним всё хорошо? А то выглядел он вчера крайне паршиво.       Приторный голос, трогательная улыбка и холодные карие глаза, смотрящие прямо тебе в душу.       — Йорг…