Но ведь мне было слишком скучно!

      Сижу. Дуюсь. И нет, это не он истеричка. Это я идиот. А вообще-то, он заслужил! Ладно-ладно, я всё-таки идиот. Но только чуть-чуть!       Простить-то это малолетнее чудо без мозгов я простил. Но ведь это не значит, что я не буду мстить?       То, что лишить его секса я могу только до следующей течки, я понимал прекрасно. Но ведь это целых три месяца издевательства над ним! (То, что и над собой тоже, я как-то не подумал). Впрочем, после похода к врачу, оказалось, что и не три вовсе. А хорошо если два, а то и меньше. Из-за истерики и нервов цикл сбился, так что ждать мне течку нужно каждый день во всеоружии, ибо начаться она может весьма непредсказуемо. Вести себя весьма осторожно и вне дома находиться поменьше, чтоб не случилось никаких непоправимых происшествий. Дину я об этом говорить не стал, пусть готовит себя к долгим месяцам воздержания. Побольше помучается. Какой я добрый, однако.       Потребовал с него клятвенного обещания — без моего прямого разрешения он меня и пальцем не тронет. Ну, а вот потом начал, собственно, измываться. Тут весьма пригодилась пошлость Рика, который каждый день не уставал делать из меня конфетку. Белья всякого эротично-ажурного надарил. Так что по дому я ходил фактически голый, оплетённый лишь этим самым недобельём. Вёл себя настолько провокационно, насколько вообще мог. Научился походке «от бедра». Взглядом его раздевал. На стульях исключительно раздвинув ноги сидел, а это вообще-то жутко неудобно, если соединить с фактически полным отсутствием белья. А уж сколько я мороженого съел, ложку облизывая и посасывая! Сколько чупа-чупсов ушло «на пососать»... Сколько бананов ушло «на покусать»! Сколько я на себя воды пролил — эротично ж, блин. Сколько варенья с пальцев слизал. Волосы задолбался поправлять в замедленном темпе. Говорил всё с придыханием. Как только не выгибался!       И что я в ответ получил? Да-ни-чер-та! Как будто ему вообще без разницы. Никакого возбуждения-хотения с его стороны. Вообще ничего! Я ему нравлюсь или как? Да у него даже банально не встал ни разу! Да у меня, блин, встал, а у него нет! Как по мне, так неудивительно, что я «чутка» разозлился.       Полез за игрушками, достал ароматическую смазку, измазался весь, на кровати растянулся, стонать начал в голос. Думал, проймёт. Даже не зашёл, сволочь импотентная.       Пришлось его имя выстанывать, себя лаская. Зашёл. Посмотрел. Вышел. Оделся и хлопнул входной дверью. НЕТ, ВЫ ПРИКИНЬТЕ?! Я тут весь такой из себя на кровати, готовый, блин, уже на всё, и по барабану мне уже и на его наказание, и на возраст, и на обман, да и на всё остальное тоже.       Да как он вообще уйти-то смог? Да я сам себя хотел, пока в зеркало смотрел! Влажные волосы разметались по подушке, одна рука ласкает уже вставший член, вторая комкает простынь. Рот чуть приоткрыт — воздуха не хватает, глаза полуприкрыты, губы блестят — приходится облизывать каждые секунд тридцать, пересыхают от горячего дыхания. Ножки чуть раздвинуты, на носочках стоят, дрожат. Попа слегка приподнята, сам на спине немного выгнулся вверх.       Да как тут можно меня не захотеть?!       Вот теперь и сижу. Дуюсь. Один. В пустой квартире. Меня не хочет мой же альфа. А он мне, между прочим, метку поставил. И что мне теперь делать? Своему я не нужен. Да и любому другому тоже уже не нужен. Ничего умнее, как решить напиться, я не придумал. Заранее извинился перед миром, авось прокатит. И набрал Рэса. — Принцесса?!       Хриплый голос на другом конце провода был не настолько сильно рад, насколько я себе предполагал. — Спасай!       Кажется, Рэса подкинуло на кровати, а потом с неё же и сбросило, ибо послышался чересчур громкий удар, а потом привычный уже отборный мат. Хоть что-то в этой жизни не меняется. — Сейчас буду!       Трубку бросили до того, как я успел ещё хоть что-то сказать. Ну и ладненько. Вот и здорово. Значит, пить я буду не один. Если меня не прибьют раньше, чем я его уломаю напиться. А чтоб меня не убили, мне нужны свидетели. Вызваниваю Рика, тут всё просто. Он за любую необъяснимую хрень. А вот с Лемом пришлось повозиться, уламывая приехать вот прям сейчас. Обещание сильно не дёргать и в клуб не тащиться сработало.       Оставалось надеяться, что Рик не будет наводить марафет и придёт через пару минут, то есть раньше Рэса. Что-то я раньше не задумывался, но у нас компания подобралась вся с короткими именами. Удобно.       Во входную дверь забарабанили. Хоть бы Рик. Топаю. Открываю. Рэс. Везёт мне. Смотрю на его морду лица и не понимаю, с чего вдруг такое охеревшее выражение. А потом до меня дохо-о-одит. Что я тако-о-ой дебил. Я же весь измазанный смазкой, с влажными растрёпанными волосами, и из одежды на мне только то самое недобельё, которое надел после ухода Дина, а то поддувать начало. Радует, конечно, что я не в той пошлой позе. Но и этого моего вида хватает. У Рэса падает челюсть. А в ответ джинсы говорят, что кое-что другое встаёт. И это на меня меченого! Ну всё! Истерика! — Даже у тебя вста-а-ал! А у него не вста-а-ал! Он меня не лю-у-убит!       Слёз нет, видимо, Земфиры для эффекта не хватает, но вот срывающийся голос и подвывания присутствуют. Рэс всё ещё в прострации. На лестнице появляется Рик. Я сбиваюсь и начинаю кашлять. Ой, что сейчас будет... — За-а-айки-ебла-а-айки... Ё-о-обушки-воробушки... Кака-а-ая картина!       О господи, этот его зоопарк в речи меня доконает когда-нибудь. Бросил им, чтоб сами заходили, знакомились и развлекались. Уже из комнаты прокричал, что последовательность они тоже сами выбирают, а мне нужно полчаса времени. Быстро сбегал в ванну, оделся, приполз на кухню. Офигел.       Сидит на столе Лем. Рыжие волосы растрёпаны, щёки горят, глаза сверкают. И за талию обнимает Рэса, притягивая к себе ближе. Рэс спиной стоит, но я прям чувствую, как он улыбается. И глаза у него однозначно светятся восторгом. По-другому на нашего Лема на смотрят. — Ну, как тебе? Они так уже минут пятнадцать сидят, пока ты возишься. Ещё минут пять просто в коридоре стояли, но тут уж я не выдержал. На кухню перетащил, тут поатмосфернее будет. Наш рыженький себе истинного нашёл.       Рик стоял, облокотившись о косяк слева буквально в метре от меня, также уставившись на новую парочку. Разве что у него на лице не было такого матерно-удивлённого выражения, как на моём. И такой красивый он был в этот момент. Я уже и забыл, что Рик бывает не только разукрашенной пошлой куклой, но и весьма обычным омегой. С чувствами, желаниями и мозгами (что тоже весьма важно). Не удержался и сфоткал его такого. Серьёзного, с немного грустной улыбкой и тоскливым взглядом. В домашних шмотках, почти что без косметики. И с кудряшками. И зачем он каждый день так малюется? Давно бы уже своего учителя закадрил, будь чуточку уверенней в себе и перестав, наконец, создавать себе каждое утро новое игрушечное лицо.       Решил, что я сегодня буду играть роль купидона, раз уж со своей личной жизнью полная... Ну, вы поняли. Отправил по почте сообщение преподу с фоткой Рика. Сказал, что если хочет себе такого в единоличное домашнее пользование, то пусть прибегает по такому-то адресу. Через полчаса квартиру затопил жуткий писк дверного звонка. И пока я не допёрся до двери, он не смолкал. Да у них даже привычки одинаковые! Садисты-затейники!       Вообще-то, препод наш так себе. Нет, как учитель он великолепен. А вот как альфа — ничего особенного. Да, высокий. Да, красивый. Ну так почти все вокруг такие. Объясняет он весьма интересно, если какие-то истории или примеры выдаёт, то аж заслушаешься. Но чем он зацепил нашего Рика, я без понятия. По счастью, и не мне об этом думать надо.       Не спрашивая, проходит в коридор. Смотрит на не изменившуюся картину на кухне. Хорошо хоть мужик умный, никаких разборок устраивать явно не собирается. Да и мой вид внешний, видимо, свидетельствует лишь о тихом домашнем вечере, а никак не о внеплановой оргии. — Где моё чудо?       Ка-а-ак он это произнёс... Столько нежности, тепла и любви! Не такой, как бывает у подростков в периоды полового созревания. А просто размеренной, плавной. И чуть-чуть восхищения, смешанного с ожиданием встречи. Наверное, это снимок так подействовал, ведь домашнее чудо довольно сильно отличается от привычной размалёванности. Рик прокричал что-то из гостиной, спрашивая меня, кто там ещё припёрся. Прям захотелось пойти и рот ему с мылом вымыть, заразе такой. Весь момент же испортит!       Но нет, препод наш — непробиваемая особа. Хотя, именно такому рядом с Риком и место. Так что он лишь улыбнулся колкости и прошёл на звук родного голоса. Как итог — расширившиеся глаза Рика. Сначала удивление. Потом радость, которая дорастает до счастья в одно мгновение. А потом паника, скатывающаяся в истерику. — У-у-у, всё, забирай его давай. А то он сейчас тут в обморок от испуга грохнется. И ты это, убедил бы его, что он и так красивый. — Сегодня я вас прощу, но впредь попрошу обращаться ко мне на «вы».       Я уже успел испугаться, что натворил что-то страшное. Вдруг ещё заставит что-нибудь дополнительно делать, а я ведь и так весьма загружен. Ну хорошо, мне просто ой как не хочется, я же самая настоящая ленивая... Ну как раз то, что у меня с личной жизнью. — За исключением моментов, когда мы будем видеться парами. Благодарю за вечер. И фотографию. Пока.       И мне подмигнули. МНЕ ПОДМИГНУЛ ПРЕПОД. Куда катится мир? А Рика тем временем взяли на руки аки принцессу и вынесли из квартиры, кивнув мне ещё раз напоследок. В окно полюбовался, как друга аккуратно посадили на переднее сидение машины и увезли практически в закат. Ну ладно-ладно. Просто в ночь, поскольку закат был где-то час назад. Зато теперь моя роль купидона выполнена на отлично. Можно и напиться.       А, нет, нельзя. Сначала надо с парочкой на кухне разобраться. Пришлось тащиться обратно. И чуть ли не полчаса талдычить одно и то же — что пора бы им своё гнездо вить. Как об стенку. Меня не то, что не слышали. Меня даже не ощущали.       Пришлось вылить на Лема кувшин воды. Чуть не схлопотал за это от тут же взбрыкнувшего альфы. Но фраза «твоему омеге нужна помощь в раздевании, и, желательно, не у меня дома» подействовала просто волшебно. Собрались они секунд за тридцать. Пришлось одолжить им плед, а то переодеваться Лему не давали, но и застудить не хотели. Напоследок шепнул Рэсу, что рыжик будет потрясающе выглядеть в его вещах, за что был награжден участившимся дыханием сразу обоих. Ну и, собственно, тишиной одиночества у себя в квартире. — А вот теперь можно и напиться!       Кажется, я когда-то уже обещал себе, что пить я больше не буду. Но именно тогда же я понял, что являюсь самым ярким представителем особей вида «идиот обыкновенный, мозгами обделённый». Что-то мне подсказывает, что это вид вымирающий. И я даже знаю, что...