Не обжигай сердце любовью

      Сон. Юна проснулась, надеясь, что всё произошедшее было сном. Девушка заснула в том же положении, в котором рыдала, смотря на труп мужчины. Ким потёрла глаза и направила взгляд вперёд. Это не было сном, всё на яву. Даже понимая всю ситуацию, сил у студентки на слёзы не хватало.       Кровь на спине засохла, но полосы ран тем не менее жгли и прожигали душу изнутри. Кровь и слёзы на щеках смешались и высохли на грязной рубашке. Руки Ким посинели и дрожали от боли и страха. Находясь в рассеянном состоянии, Юна сидела и слипшимися глазами смотрела в потолок. Девушка пересела на бок и на дрожащих ногах попыталась встать. Единственной целью на тот момент был душ.       Включив горячую воду, Юна зашла в кабинку, не снимая одежду. Ким прижалась к холодному кафелю и закрыла покрасневшие глаза. Струйки воды обжигали грудь девушки через прилипшую рубашку, от которой Юна избавилась, порвав её. Жизнерадостный цвет волос уже порядком бесил и делал больнее своей яркостью. Девушка прогнила внутри, её уже ничего не спасёт. Лучи солнца ложились на обнажённое тело Ким покрытое гематомами и ожогами окурков сигарет Юны, которые находил отец. Коленки Ким подкашивались, когда девушка тянулась за полотенцем, которое пропиталось кровью студентки.

***

      Девушка находила лишь один выход из ситуации, который не сильно радовал. На большее Юна не была способна, да и затуманенный разум не подкидывал больше идей. Поэтому последний раз глянув на труп, девушка вышла из прогнившей насквозь квартиры. Каждый шаг тяжело давался Юне, но тем не менее, Ким торопилась успокоить свою душу. Брюки до боли сжимали и без того костлявые ноги девушки, отчего хотелось кричать, если бы силы позволяли.       Из-за побледневшего лица девушки с синяками на всю щёку прохожие нередко оглядывались, а некоторые и останавливались, чтобы узнать состояние Юны, да только она игнорировала их. Был только рассвет, а людей на улице было достаточно, чтобы не привлечь к себе внимание, но всё равно находились те, кого интересовала тихо плачущая Ким. Юна просто шла дальше и забрела в тихий и безлюдный район. Спотыкаясь на ровном месте, Ким царапала руки и разбивала колени в кровь, но всё равно вставала и продолжала свой путь с камнем на сердце.

***

      Заброшенная стройка. Тяжёлые шаги раздавались эхом по всем этажам "жилого" дома. Каждый чёртов шаг заставлял сердце Юны биться в обратном ритме, а зубы сжимать, чтобы снова не чувствовать солёный привкус слёз на искусанных до крови губах. «Головокружение с тяжёлым дыханием скоро прекратится, совсем скоро», — одна единственная мысль девушки заставляла её улыбаться, но не долго.       Железная дверь с трудом поддаётся Ким, но всё же с душераздирающим скрипом отворяется. Свежий воздух ударяет в лицо, а глаза ослепляют солнечные лучи рассвета. Юна поддаётся вперёд, закрыв глаза от облегчения. Она так давно не чувствовала лёгкость, отчего искренне улыбалась, подойдя к краю. Её лёгкие заполнялись свежим воздухом, а рёбра приятно заболели, когда Юна потянулась.       Сколько бы девушка не радовалась своей лёгкости, она знала, что прошлое не исправишь, а все пути к счастливому будущему перечёркнуты. Именно поэтому она стояла на краю здания и, забыв улыбку, которой недавно светилась, чувствовала невольные влажные дорожки на щеках.       Ещё один шаг к концу и чьи-то руки, обнимающие за талию со спину, буквально оттащили Ким от суицида. С острой болью щипящих ран, Юна почувствовала удар спиной о бетонный пол. Поморщившись от боли, девушка подняла взгляд на человека, которому была явно не рада, хотя тот вроде бы и спас её. От скопившихся слёз перед глазами Юны была лишь размытая картина. Протерев глаза, Ким снова посмотрела вперёд, где стоял до боли знакомый ей парень. Он склонил голову на бок и грустно наблюдал за Юной. Когда девушка вспомнила парня, тот печально улыбнулся ей. — Ты?! — Юна встала на ноги и с какой-то злостью смотрела на парня.       Именно этот парень смотрел на девушку и благодарил за помощь, которой был безумно рад. — Зачем… Зачем ты хотела умереть? — странно, наверное, но глаза парня были на мокром месте. — Тебя это не касается, — прошипела Ким, — Ты что, следил за мной? — Нуна… — Какая я тебе, нахер, нуна? Просто отвечай! — Ну… на… Смерть - это не выход. Я знаю, что тебя подтолкнуло на суицид, но, прошу, не надо. — Что? Что ты знаешь? — Ким напряглась и внимательно следила за парнем. — Твой отец… Ты убила его.       Глаза Ким округлились и тут же повисла тишина. А ведь теперь есть свидетель, который может уничтожить жизнь до самого конца. Девушка схватила парня за куртку и потянула на себя, смотря прямо в испуганные глаза первокурсника. — Откуда тебе это известно? — Нуна, я хочу помочь тебе. Я не сдам тебя никому. — Откуда тебе известно о трупе? — Я… — парень растерялся, но ответил, — я наблюдал… — Так ты следил за мной?! — Нуна… — Да ты ненормальный! — у Ким была паника. Если этот парень не даст Юне умереть, то она точно проведёт остаток жизни в камере. — Кому ещё известно? — Только мне, — брюнет обиженно смотрел на Ким и перебирал пальцы. — Зачем ты следил за мной? — Я хотел отблагодарить тебя, но после я узнал, что у тебя проблемы в семье и… Хотел помочь… Нуна, прости! — Заткнись.       Юна раздражённо растрепала волосы, обдумывая следующие действия. Общество этого паренька жутко бесило девушку, особенно, когда брюнет пристально следил за каждым движением Юны. Девушка пнула дверь и торопилась спуститься, чтобы не оставаться с этим «психом» наедине. Но Ким понимала, что она сама не лучше. Сама же стала как и её отец, избивающий за незначительные оскорбления и непослушание. Сама же убила его и решила для себя, что самоубийство это выход. Ким сама себе преградила другие пути вперёд, но при этом назвала парня психом. Видимо, Юне и нужно заканчивать жизнь психиатрической клинике, ведь такие как она и должны проходить лечение. Её психика уже давно сломана и её уже не вернуть. Девушка не отрицала свою ненормальность, но никому не признавала этого факта потому что её не поймут. Не поймут по-человечески.       Шагая по искривлённым ступенькам, Юна осознавала, что идти ей уже некуда, хотя и раньше выхода у неё не было. — Стой! Нуна, я помогу тебе! — Я же сказала, отвали, — Ким торопилась убежать от парня, но боль в ногах и спине давала о себе знать.

***

      Обессиленная Юна еле перебирала ногами, чтобы дойти хотя бы до проклятого дома, где лежало безжизненное тело. Парень по-прежнему шёл за Ким, на что той уже было плевать. — Нуна, у меня есть идея, — брюнет улыбался девушке, которая шла с рассеянным взглядом, смотря лишь вперёд. — Что опять? — еле выдавив из себя слова, хриплым голосом ответила Юна. — Мы можем закопать труп в лесу, а твоим соседям и коллегам Господина Кима сказать, что тот уехал в Америку, например.       Девушка не слушала парня. Ей было плевать на него с высокой колокольни. Споткнувшись о собственную ногу, Ким, будучи в рассеянности и безысходности, которая уже делала девушку овощем, упала и продолжала лежать на мокром асфальте. Брюнет перепуганно смотрел на девушку, боясь сказать ей хоть слово ещё. — Нуна, — прошептал парень и присел, чтобы разглядеть Юну, которая была уже без сознания.       Первокурсник вздохнул и поднял Ким на себе. Зная куда идти, парень направился к дому Юны. Состояние девушки парня ничуть не пугало, он знал, что Ким ничего не ела который день и вся эта депрессия, которая давила на Юну, не хило сказалась на её здоровье. Но тем не менее, он переживал за Ким, к которой сам себя привязал. Он восхищался этой девушкой, которая хорошо прятала свои чувства ото всех, но парень читал её как открытую книгу. Он видел её слёзы, злость, разочарование, грусть, депрессию, ненависть и улыбки, которые Юна хотела оставить незамеченными. Именно из-за этого парня Ким улыбалась, но прятала искорки в глазах, когда находила очередной контейнер с вкусной, домашней и тёплой едой и записку со словами поддержки. Парень всё замечал и хотел подружиться с ней, но боялся, поэтому следил за Ким, которая всегда ходила еле живая, но хорошо притворяясь, что живёт в шоколаде. Причин её слёз студент не знал, но догадывался. Он не был тем человеком, которому плевать на проблемы незнакомых ему людей. Да и Юна не была ему незнакома. Студент лично готовил ей, чтобы обрадовать девушку. На душе парня становилось теплее, когда Ким улыбалась маленьким подарочкам от студента. Со временем он понял, что питает чувства к Юне, отчего он и решил помочь с трупом. Парню не хотелось, чтобы Ким, имеющая мечты, гнила в тюрьме. Но спрятать труп тоже грех, на который брюнет был согласен ради будущего Юны. Не любив студентку так сильно, парень никогда бы не поступил так незаконно.

***

      Дверь квартиры была не запертая, поэтому студент легко открыл её с Юной на руках. Невыносимая вонь стояла на весь дом, где пахло не только трупом. Первокурсник положил девушку на диван и пытался привести её в чувства. Тяжёлые веки Ким подрагивались, но не открывались. Парень направился на кухню, чтобы приготовить хоть что-нибудь съедобное для Юны, но всё, что он нашёл в холодильнике — прокисшее молоко и масло. Обыскав все шкафчики, студент нашел один несчастный рамён, который тут же принялся заваривать, терпев бардак и вонь на кухне. Студент подошёл к Ким с тарелкой рамёна и попытался снова привести Юну в чувства запахом еды. Девушка медленно открыла глаза и перевела взгляд на парня с тарелкой. Студент помог принять сидячее положение и протянул лапшу быстрого приготовления девушке. Та, не сказав ни слова, начала жадно есть, не обращая на парня внимания. — Нуна, — тихо произнёс брюнет, — я спасу тебя. Мы закопаем труп и ты сможешь жить на свободе.       Парень улыбался девушке, которая смотрела на него, не отрывая взгляда. — Зачем ты хочешь мне помочь, — прохрипела Юна. — Разве должна быть причина? Я хочу, чтобы ты была счастлива. — Такие желания из ниоткуда не появляются. — Я хочу отблагодарить тебя, — студент уже не знал как отмазаться. — Ты уже отблагодарил. Этого достаточно. — Не для меня! Нуна, прошу, ты можешь мне доверять.       Юна оценивающе посмотрела на парня и замолчала. Брюнет выглядел безобидным и милым парнем, но такое решение было трудно принимать. Ким вздохнула и ответила: — Ох, ладно. Как зовут-то тебя? — А… Чон Чонгук, — парень счастливо ответил девушке, чему Юна по-доброму усмехнулась. — Чонгук, значит… Сегодня выходим на дело.