Untimely

— Эй, мы же договаривались! — Хань вовремя успевает остановить привычно проверяющего время на телефоне Минсока своей ладонью. — Не при мне, пожалуйста. — Извини, я забыл. — Минсок рассеянно убирает телефон в карман и мысленно сетует на свою глупость — это же надо было изменить тему на телефоне с привычного минимализма на что-то более интересное и яркое. Большие цифры и дата на экране блокировки теперь назойливо напоминают (через пять минут, десять, двадцать — он нехотя отсчитывает время до восьми часов вечера) Минсоку о самой главной проблеме, которую никто из них пока решить не в состоянии. — Раньше этого не было. Ты что, волшебник? Как смог провернуть такое? — а вот полюбопытствовать Ханю никто еще пока не запрещал, да? — Ну, это обычная фишка всех современных телефонов. Можно изменить внешний вид экрана, значков. Короче, ерунда. Забудь. Хань завистливо поджимает губы и возвращается к решению алгебры для Минсока, которому сложно и лень в ней разбираться. Их чертово обещание сводит с ума. Минсок не может заснуть, думая о том, что будет дальше и вообще будет ли когда-нибудь, ведь… с каждым днем он все ближе к выпуску, а они так ничего и не поняли. Быть может, разница во времени настолько большая, что Минсок больше никогда не увидит Ханя. И это его нисколько не радует. Как, впрочем, и нынешняя ситуация с обещанием. — А вдруг мы зря это придумали? Вдруг все не так плохо и… — А если все хуже, чем мы можем предположить? — Хань поворачивается к Минсоку и зачем-то накрывает его ладонь своей, немного сжимая. Этот жест заставляет Минсока смущенно зардеться и признаться самому себе: все давно вышло из-под контроля. Минсок уже сомневается, что их отношения можно назвать исключительно дружескими, ведь друзья не прикасаются друг к другу так. А еще друзья не убиваются каждый вечер в восемь, просто потому что не хочется возвращаться к реальности и расставаться до следующего дня. — Ты мне нравишься. И я бы не хотел, чтобы оставшееся время мы провели, зная, насколько все будет хуево. — Очень оптимистично. — Минсок хихикает и не пытается убрать свою руку из влажной ладони Ханя. Хотя тут уже не разберешь, кто волнуется больше: Минсок, не знающий, куда отвести взгляд, или слишком прямолинейный Хань с его неожиданными признаниями и действиями. Время в обществе Ханя проходит слишком быстро, чтобы можно было вдоволь наговориться и не скучать примерно следующие часа двадцать два. Минсок даже позволяет себе нацарапать под партой дату их первой встречи в этом кабинете, пока Хань усердно корпит над примерами и уравнениями. В кабинете заметно темнеет, но Минсок не может включить свет, чтоб не привлекать к себе внимание и, разумеется, видеть Ханя рядом. Перспективы у них, надо признаться, почти нулевые. Приходится изрядно напрячь зрение, чтоб разглядеть время на часах над дверью. Минсок специально не достает телефон, к чему лишний раз не напоминать им обоим о неприятной теме? Вместо привычных сокрушений по поводу скорого ухода Ханя Минсок кладет голову ему на плечо и закрывает глаза. Ему так теплее и спокойнее. — Ты че, уснул? — Хань дотрагивается до волос на лбу и наклоняется ближе, чтоб прислушаться к дыханию Минсока. — Нам скоро уходить. — Да, я знаю. — но Минсок не двигается, только обнимает Ханя и довольно выдыхает в шею рядом с белым воротником школьной рубашки. От Ханя в этом месте сильнее всего пахнет одеколоном. — Давай еще немного так посидим. Хоть вечность. Если получится. Когда вся школа начинает суетиться из-за новогодних праздников, Минсоку приходит в голову чудная идея сделать Ханю какой-нибудь маленький подарок. Вообще, если говорить честно, то с подарками и идеями для них у Минсока всегда были проблемы. Количество карманных денег не позволяет подарить что-то хорошее, поэтому Минсок спускает все на различные красивые (и обычные) конфеты, упаковывает их в праздничную обертку и вручает Ханю на следующий день. А потом сокрушается, что таким долбоебом быть невозможно: Хань не может взять ни пачку, ни конфету. — Я даже не подумал о том, что у нас есть такие трудности... — Ничего, — Хань благодарно — почти без задней мысли — обнимает Минсока. — Мне все равно очень приятно. Коробочка с конфетами так и остается у Минсока, но он упорно носит ее каждый день в школу, где-то в глубине души надеясь, что однажды Хань сможет попробовать хоть одну... ну, если однажды в кабинете произойдет какой-то сбой. — Съешь одну, — однажды заявляет Хань и внимательно следит за тем, как Минсок закидывает мятный леденец себе в рот и довольно жмурится. — Вкусная? — Думаешь, я хотел тебя отравить? — Минсок улыбается, а потом кивает головой. — Вкусная. — У меня есть дикая идея. - Хань пододвигается поближе и с крайне серьезным выражением лица продолжает: - Но ведь это мои конфеты, так что… обведи ей губы.  — Эм… ты серьезно? - Минсок чуть не давится конфетой и с опозданием осознает всю суть этого странного предложения. — Но ведь это же мой подарок. Я имею право хотя бы попробовать. Не то чтобы Минсок не представлял себе ничего подобного ранее - это смущает и будоражит одновременно. Впрочем, против он тоже ничего не имеет. Минсок медленно ведет зеленым леденцом по губам, а потом замирает, смотря, как Хань приближает свои губы к его. Уже в который раз Минсок чувствует себя глупой и влюбленной девочкой, которая с нетерпением ожидает своего первого поцелуя, сердце словно замирает на те несколько секунд, пока Хань еще не касается своим языком сладких мятных губ. Ни один их них не скажет, в какой момент все зашло слишком далеко, в какой момент Хань забыл обо всем, прикасаясь к губам Минсока своими и, проникая языком в рот, превращает все в настоящий глубокий поцелуй. Минсок не отталкивает Ханя, ведь глупо отрицать то, что ему хотелось этого поцелуя не меньше последние несколько мгновений, растянувшихся на чертову вечность. Сама мысль о том, что они стоят посреди школьного кабинета и целуются так, словно в этом нет ничего такого, подстегивает Минсока прижаться к Ханю еще ближе и положить руки на плечи, целиком отдаваясь своим новым и волнующим ощущениям. — Вкусная, мятная, — шепчет Хань в губы покрасневшего Минсока, а потом целует еще раз, последний, прежде, чем отойти. — И ты вкусный. Мне понравилось. Вот так просто. Вкусный. Понравилось. Минсоку тоже понравилось, скрывать этого он не собирается, строить из себя недотрогу — тоже, поэтому достает из коробочки еще одну конфету и прячет ее в руке. — Не хочешь угадать, какой вкус будет у следующей конфеты? — С удовольствием.