киты переворачиваются в небе;

джухён, девушка с выженными на солнце волосами, отточенными движениями, взглядом в сто тысяч острых игл, джухён опускает руки. этот жест академия воспринимает как предательство, и теперь она имеет честь стоять перед сонсэнимом, восседающим напротив неё в кресле. сонсэнимом, который жаждет от неё ответа. — почему ты не выстрелила, айрин? она морщится от данного ей академией имени, что не ускользает от внимательных глаз сонсэнима. женщина стучит длинными ногтями по лакированной поверхности стола. она пытается не выдавать волнения своим видом, держит руки за спиной, будто её не вызвали к учителю для самого жестокого наказания, а просто хотят дать следующую цель. — у меня закончились патроны. ложь. академия выдаёт ученицам (неплохо сказано для заведения, обучающего высококлассных убийц) ровно столько патронов, сколько может понадобиться даже в непредвиденных ситуациях (одна из которых — в случае провала миссии выстрелить себе в висок). сонсэним хмурится. — получается, ты использовала все пять патронов, включая контрольный, и так и не справилась с миссией, но смогла выжить? контрольным они называют патрон, который приберегают под подушкой на случай самоубийства. джухён поджимает губы и вытравливает во взгляде всё, что у неё внутри: лишь бы не добрались, лишь бы не смогли понять. даже несмотря на такую явную ложь, она поднимает подбородок и почти дерзко заглядывает в глаза сонсэниму. с желчью. — что ты имеешь против академии? она едва сдерживается, чтобы не усмехнуться. может поспорить, одна рука сонсэнима уже около пистолета. — ничего. и это почти правда. может, только сжатые за спиной ладони и подрагивающая нижняя губа выдаёт её. сонсэним усмехается. ей ничего не делают. за два года её преданной работы в академии одна ошибка, которую она так и не смогла обосновать — то, из-за чего её оставляют в покое, но едва она может выдохнуть спокойно даже в своей спальне. закрываются двери, расстёгивается корсет, сжимаются руки в кулаки. она почти поверила, что у неё никогда не будет слабостей, не в этой жизни. преданная своему делу, лучшая ученица без изъянов так нелепо ошиблась. не смогла нажать на курок. не выстрелила. не смогла оторвать взгляд от точёного профиля. убрала пистолет. смеётся. настолько жалко, настолько истерично, что это слишком быстро перерастает в плач. на костяшках пальцев всё ещё остались мелкие порезы после неудачного спуска с крыши небоскрёба, на котором она выявила у себя самую большую и опасную слабость. теперь ким йерим под прицелом академии. они её не оставят в покое. у неё немного отросшие волосы, чуть ниже плеч, и взгляд как у хищника, который слишком старается не выдать себя. да, она из кошачьих. у неё, вероятно, очень мягкая кожа на руках (джухён хотела бы проверить). кровать в спальне жёсткая, под одеялом душно складывать спрятанные на всякий патроны в карман, чёлка липнет ко лбу после нескольких минут такого времяпровождения, и джухён вынуждена подойти к широкому окну спальни и вынуть из потрёпанной временем тонкие с капсулой — в форточку. ким йерим приходит к ней во сне и ластится, обнимает со спины, не позволяя повернуться, чтобы порезаться об острый и пронзительный взгляд собственных карих; у джухён поднимается температура, каблуки жмут в пятках, там, где виднеется пульсирующая корка сердца, там, где она себя давно похоронила. у ким йерим кулон на шее — ключ к ее спасению. которое она так безжалостно проёбывает, вцепляясь в нежное запястье и ощущая чужой запах как свой. губы у йерим тоже очень ничего — сладкие, вишнёвые, опасные; она проталкивает язык глубоко в рот джухён, садясь к ней на колени, и откидывает голову назад, открывая вид на тонкую, почти хрупкую шею. джухён покрывает её огнём и собственным желанием. что-то вертится на языке, когда к её виску прикладывают пистолет с заряженным патроном, а она сидит в своей кровати, пылает и всё ещё где-то там обнимает свою йерим, сладость тела которой хочется ощущать всегда. — прости, айрин, ты слишком плохо себя вела, — говорит сонсэним ровным голосом, а на шее в лучах восходящего солнца сияет кулон йерим, на цепочке которого, джухён уверена, всё ещё хранится кровь. — позвольте мне наказать себя самой, — отвечает и слишком быстро для других учениц, стоявших вокруг неё, выхватывает пистолет из ослабевших рук. выстрел. ким йерим обнимает её за плечи.