Let's meet the dawn together

      — Может ты все-таки скажешь куда мы едем? — Гуку уже не сиделось на месте. Они ехали около часа и даже то, что рядом Юнги не смогло побороть неусидчивость парня, но никакого недовольства небыло. Ему нравился сидящий рядом и улыбающийся Мин. Блондин откровенно наслаждался поездкой, давно он не испытывал такого. Громкая музыка, ветер, который просачивается в салон через приоткрытое окно и треплет волосы… И дополняющим штрихом был Чонгук. Автомобиль заполнился мелодией, которую Юнги знал наизусть, вплоть до аккордов каждого инструмента, но, видимо не он один. Гук, улыбаясь, подпевал и делал это очень даже хорошо. Прикрытые глаза, приподнятые уголки губ и то, как он пел, все это указывало на то, что песня определенно нравится парню. Атмосфера в машине была на столько уютной и радостной, что Юнги просто не верил этому. Если бы он не вел машину, то, скорее всего, прикрыл бы глаза и, откинувшись на спинку кресла, наслаждался бы голосом шатена.       — Нравится песня? — Гук открыл глаза и кивнул. Эта песня была одной из его любимых. Юнги перевел взгляд на парня, делая музыку тише — Она моя. — Блондин гордо задрал нос и засмеялся. Рядом с этим Чонгуком ему действительно было хорошо и по-домашнему уютно. Мин не собирался говорить шатену, куда он его везет, потому что сам был точно не уверен стоит ли. Они знакомы буквально нифига, но эта ночь проложила между ними какую-то связь, которая, несомненно, радовала Юнги. Ведь раньше он только и делал, что остерегался и старался не подпускать к себе людей… А сейчас, всего за пару встреч, не хочется ни на секунду отпускать этого парня от себя. Всего за пару встреч этот парень вызвал столько эмоций и, где-то внутри, Юнги надеялся, что не потеряет мальчишку. Хотя бы не в ближайшее время, иначе, его затея отвезти Чонгука в одно из самых уединенных мест будет самым идиотским поступком.       Лицо Гука слегка переменилось. Улыбка осталась, но вот глаза. В них четко читалось не то восхищение, не то удивление. Шатен смотрел прямо в глаза и явно хотел что-то сказать. Парень закусил губу, и резко поднес свой телефон прямо к лицу Юнги. Хохот залил всю машину и блондин снова ловит себя на мысли, что ему нравится улыбка Гука. И голос. Когда парень пел его песню, Юнги сразу подумал о том, что заставит Гука спеть для записи.       Остальные пятнадцать минут поездки Чонгук все время фотографировал Мина, делал селфи и, в конце концов, выпросил таки у блондина его id в Какао. Шатен незамедлительно скинул все фотки, а на словах «Попробуешь куда-нибудь выложить, ты — труп» снова засмеялся, показывая свой инстаграм. Однако, отделался младший лишь подзатыльником. Машина остановилась и парни вышли на улицу. Вокруг не было привычных небоскребов и воздух не был наполнен городской пылью. Чонгук огляделся и не увидел ничего, кроме небольшого домика, стоящего прямо перед лесом, за которым шли железнодорожные пути. Он выглядел заброшенным, но что-то подсказывало парню, что это далеко не так. Юнги положил руку на плечо младшего и они направились именно к этому дому. Блондин достал ключи, чтобы открыть дверь, но тот, кто был внутри, опередил парня. В проходе стоял улыбающийся Хосок.       — Я как услышал, что машина подъезжает, сразу понял, что это ты. О, здравствуй Чонгук, не ожидал, что ты здесь появишься так скоро. — Хоуп отошел от двери, пропуская гостей внутрь. Гук не смел идти вперед Юнги, поэтому просто повторял то, что делает старший. Внутри дом оказался довольно-таки просторным, чего нельзя было сказать с улицы. Парни шли по коридору, Юнги и Хосок о чем-то разговаривали, но Гук не обращал внимания. Сейчас он шел и разглядывал все вокруг. Стены, на которых сходили обои, были украшены разными плакатами, немного мусора, валяющегося в углах… Коридор расширился, у правой стены была лестница, ведущая на второй этаж, чуть левее стоял небольшой диванчик с парой подушек и пледом. За диваном стояла комнатная пальма, а чуть дальше — дверь. Еще два двери находили по бокам от Гука. Старшие парни зашли в ту, что была слева. Шатен последовал за ними и первое, на что он обратил внимание, была гирлянда, висящая по всему потолку. Помещение освещалось не только ею, а еще небольшим прожектором и настенными светильниками. В этой комнате были совмещены кухня и гостиная. На полу разместились разные пуфики, кресла, у дальней стены стояли низкое полки, напичканные всем чем только можно. Около них стояла неплохая аудиосистема. На стенах, как и в коридоре — плакаты, только здесь были не обои, а неравномерно положенная краска, из-за которой появлялись некие неровности. В углу стояла огромная коробка с одеждой и тележка из супермаркета, в которой тоже лежала одежда. У стены, противоположной той, где находилось подобие кухни, стоял большой диван. На полу стояли банки из-под пива и упаковки из Макдональдса. Возможно кто-нибудь бы, увидев все это, сразу бы захотел покинуть это место, но не Чонгук. Ему нравилось здесь. Весь этот бардак, непринужденная обстановка… Все это наводило на мысли о том, что те, кто тут живут — свободны.       — Не стой как вкопанный, лови. — Юнги кинул парню банку пива, а себе достал апельсиновый сок, что было логично, ведь он за рулем. Блондин подмигнул Гуку и включил аудиосистему ногой. Все предметы в комнате моментально задрожали, особенно те банки, которые стояли у ног шатена. Он не успел сообразить, что происходит, как вторая волна более громких басов прошлась по комнате и отдалась где-то в груди. Хосок моментально начал танцевать, а его лицо выказывало самый настоящий кайф. Трэк нельзя было назвать подвижным, так же нельзя было включить его в список тех, на которые накладывают тексты, однако Хоупу это не мешало показывать свое мастерство в танцах. Юнги, допивая сок, смотрел то на Гука, то на танцующего друга и весь его вид говорил: «Смотри мелкий, это моя гордость. Это мое окружение». И Чон смотрел, без возможности отвести взгляд. Хосок вытворял своим телом такие движения, которые Гук никогда бы не смог повторить, хотя бы потому что его пластика не на том уровне. Но музыка затихает и сменяется более спокойной мелодией, нежели предыдущая. Хоуп останавливает свой танец и снова смеется, стукаясь с Юнги кулаками.       — Ну как? — Хосок подошел к Чону и уселся на пол, прямо перед ним. — Думаю, раз наш дедуля Юнги привез тебя сюда, то он уверен в тебе. — Его улыбка ослепляла. Смотря на этого парня настроение автоматом поднималось и хотелось веселиться вместе с ним. Но все было не так просто и Гук это понимал. Он всегда знал, что самые лучшие люди в этом мире — самые несчастные. И сейчас, находясь здесь, он чувствует себя именно в своей тарелке. С теми людьми, с которыми ему нужно быть. — Ээй, хватит стесняться, Гуки, мы же не кусаемся. — Хосок поднялся с пола и завалился на диван, доставая телефон. — О, Намджун уже освободился, говорит, что минут через десять будет. Так ты мне расскажи, вы чего тут забыли? Тем более в такой солнечный день. И почему ты тогда раньше не приезжал, раз тебя спокойно выпускают из больницы? — Юнги подошел ближе к парням и уселся на то место, где ранее сидел Хосок. Гук отстранился от спинки дивана, облокачиваясь локтями о колени. Всего лишь сменил позу, но от самого себя не скроешь, что хочется быть ближе к блондину. В таком положении их разделяли жалкие полметра и это устраивало шатена.       — Просто захотел, давно мы тут не собирались. Да и надо бы проверить оборудование. Я хоть и доверяю Джуну, но мы оба знаем, что он — ходячая машина для разрушений.       — Все на столько плохо? — Чон сделал глоток, переводя взгляд с одного хена на другого.       — Ну, не то что бы совсем… Но да, если он к чему-то прикасается, то это ломается. Поэтому мы запрещаем ему сдавать на права, а то мало ли что. — Хоуп встал с дивана и пошел к холодильнику, достать еще баночку пива. Возвращаясь обратно на диван, он плотнее задернул штору. — Он ужасно неуклюжий, но все компенсируется его умом.       — Да, наш Нам действительно дохрена умный. — Юнги забрал у Хосока банку и, сделав пару больших глотков, вернул. Глаза Гука моментально округлились, а рот слегка приоткрылся. — Не волнуйся, даже если я накидаюсь, то мы можем остаться здесь. Ты ведь взрослый парень, не думаю, что твой отец будет сильно волноваться. — Юнги поднялся на ноги, доставая сигарету. — Если уж ночами по больнице шастаешь, то одна ночь, проведенная в слегка маргинальной компании — не убьет тебя. — Блондин усмехнулся и вышел из комнаты. Не потому что курить нужно в каком-то определенном месте, нет. Всего лишь из-за того, что Гук не переносит запаха сигарет. Именно поэтому парень направился туда, куда младший вряд ли зайдет — в свою студию. Открыв дверь, Мин тяжело выдохнул. Эти стены выслушали столько текстов, столько мыслей, что казались самыми родными. Раньше он приезжал в этот дом каждые выходные, ровно до того момента, пока врачи не сказали, что показатели ухудшаются. Завешенное черной тканью окно, старый, как мир кожаный диван, куча дорогой аппаратуры и, созданная собственными руками, звукоизолированная часть комнаты. Теперь он четко осознавал, что он дома. Включив компьютер, парень чиркнул зажигалкой и закурил. Сейчас им двигало желание удивить Чонгука не меньше, чем это сделал Хосок. Быстро настрочив другу сообщение о том, чтобы тот выключил музыку в гостиной, блондин подключил микшер с контроллером и надел наушники. На манер органиста вскинул руками и принялся творить.       — Хех, выпендрежник. — Хоуп подскочил с дивана и в следующий момент вся комната снова задрожала от внезапно появившихся басов. Радостная улыбка Хосока сменилась на ту, с которой он танцевал пару минут назад. Чонгук не понимал откуда идет звук, ведь аудиосистема была выключена, но через мгновение заметил, что прямо над его головой висят три большие колонки и усмехнулся. — Да хватит уже стесняться, Чон Чонгук. Уверен, что ты неплохо двигаешься. — От Хосока шатена спас ни кто иной, как Намджун. В руках у парня были пакеты и Гук ринулся помочь.       — Я еще сутра понял, что день хорош, но когда ты написал, что наш дедуля тут… Я был в небольшом ахуе. — Джун отдал пакеты Гуку и с широкой улыбкой пожал руку Хосоку. Как раз в этот момент басы снова усилились и Намджун, зажмурившись и пританцовывая, направился к одному из пуфиков. — Очень рад тебя тут видеть, Гуки. И если он так выпендривается только из-за того, что ты тут, то можешь тут жить. — Все трое засмеялись и принялись разбирать пакеты. — Скоро приедет Джин, так что мясо не засовывайте в морозилку. — Намджун расставлял упаковки с хлопьями на полки.       — Вы тут все вместе живете? — Гук положил кусок мяса на тарелку и принялся выкладывать яйца.       — Ну да.Правда планировалось, что Юнги тоже тут жить будет… — Хосок опустил голову и тяжело вздохнул, но через секунду снова улыбался. Гук не знал, ломала ли жизнь этих ребят. Знаете, один человек может сломаться из-за полученного замечания по учебе, другой даже на похоронах близкого будет стойко держаться. У каждого свой предел. Но даже если и ломала, то они стойко все выдержали. Или выдерживают, он не знает.       Через минут двадцать приехал Джин и привез еще один пакет с продуктами. Гук заметил, как Намджун мельком коснулся его ладони, забирая пакет, какими глазами он смотрел на розоволосого парня, который сразу же начал ругать младшего за то, что он снова расставил хлопья не в том шкафу. Так же видел, как Нам с тяжелым вздохом начал исправлять свою ошибку, пока Джин приветствовал Чона и ругал Юнги за то, что не предупредил о приезде с младшим. Атмосфера вокруг немного поменялась, воздух заполнился домашним уютом. Все эти мелочи, которые произошли с приходом «мамочки», перевернули представления Чонгука об этом месте. Чтобы не мешаться, пока все заняты готовкой, парень решил найти Юнги.       Мин настолько погрузился в создание трэка, что совсем не заметил, как за его спиной появился Чонгук. Присутствие постороннего в комнате он заметил лишь из-за того, что младший облокотился на ручки кресла. Блондин резко повернул голову, снимая наушники и хотел было уже начать гневную триаду о том, что сюда вход строго воспрещен, но не смог. Не смог из-за того, что лицо Гука находилось в паре сантиметрах от его. Глаза младшего бегали из стороны в сторону, рассматривая каждую линию лица напротив. А Юнги смотрел в эти темно-карие, немного напуганные глаза. Хотелось, чтобы это длилось вечно. Он слышал, как стучало сердце Чона и видел, как расширяются его зрачки. В ушах гудело собственное сердце, а внутри бушевало лишь два чувства: желание и страх. Да, Мину было страшно, потому что ни разу в жизни он не чувствовал ничего подобного. А если быть точнее — никогда раньше он не ощущал этого за такой короткий срок. Сейчас нужно было либо отступить, либо хватать Гука за шею и…       — Там Намджун и Джин приехали. Начали готовить и я решил не мешаться. — Гук резко выпрямился и зашмыгал носом. В комнате очень сильно пахло сигаретами. Юнги, прикрыл глаза и тяжело выдохнул. Хорошо, что ему не пришлось выбирать. Заметив манипуляции младшего, Мин поднялся с кресла, закрыл программу и, включив первый попавшийся трэк-лист, вышел из комнаты. Чонгук не сразу пошел за ним. Парню срочно нужно было успокоить сердцебиение и выровнять дыхание, ведь то время, которое они с Юнги смотрели друг на друга, парень не дышал.