Let's meet the dawn together

Спустившись в гостиную, Юнги чуть ли не сбил Джина. Вовремя отпрыгнув, старший лишь вопросительно вскинул руками и пошел обратно к плите. Вся комната была заполнена запахом домашней стряпни, а у Хоупа уже текли слюни, но подходить к эпицентру аромата он не осмеливался. Намджун же, по всей видимости, был отстранен от готовки, поэтому просто сидел рядом со своим хеном и слушал рассказ о том, как у того прошел день. Все это немного пугало Мина, ведь на столько домашним и уютным это место никогда не было. В определенный момент здесь вообще невозможно было находиться. Но, видимо, все меняется. Прошлое остается в прошлом и нужно двигаться дальше…  — Юнги, куда Чонгука дел? — спрашивает Хосок, при этом не отрывая взгляда от сковородки. И Мину снова не приходится отвечать на поставленный вопрос, потому что Гук заходит в комнату и усаживается на диван. — Так… Может вы все-таки останетесь на ночь? У тебя же по любому твои мази и таблетки с собой, как обычно. — Хоуп перевел взгляд на друга. Улыбка все еще сияла на лице русого парня, но в глазах Чонгук видел грусть. Намджун тоже переключил внимание на Мина. Парни ждали ответа от Юнги, и ждали именно положительного. А блондин сидел и, словно в прострации, смотрел в одну точку. В его голове выстраивался алгоритм действий, слов и… Снова все проблемы исчезают. Точнее — Чонгук убирает их, словно ластик стирает ошибки, допущенные карандашом.  — Да, отец, все в порядке. — Чонгук мило улыбается четырем парням, моментально повернувшихся к нему. — Мы с Юнги останемся у его друзей. Да, они знают о болезни. — Шатен закусывает губу и теребит пальцы. — Нет. — Юнги усмехнулся, вставая со своего места и направляясь к холодильнику. — Не волнуйся, все под рукой. — Блондин достал банку пива, отдавая ее младшему. — Да. Завтра он будет в больнице. Спасибо, передай маме, чтобы тоже не волновалась. До завтра. — Чонгук нахмурил брови, непонимающе разводя руками.  — На данный момент в этом доме есть только пиво. — Юнги что-то усердно высматривал в своем телефоне, направляясь к полкам. Намджун любезно подсказал, что футболки в третьей секции второго уровня и, с улыбкой во весь рот, хлопнул Хосока по ладони. — А раз ты так любезно вызволил меня из больницы, то я не собираюсь терять такой шанс нажраться до полусмерти. — Юнги кинул кожанку на подлокотник дивана и в следующую секунду снял с себя футболку. Чонгук смущенно отводит взгляд от молочной спины. Он прекрасно понимает, что ничего такого нет в том, чтобы увидеть голую спину парня. В раздевалке, после тренировок, и не такое увидеть можно. Но это Юнги, парень, что с первой же встречи заставляет серотонин вырабатываться в таких количествах, что первичные потребности уходят на второй план. Парень, заставляющий вспомнить обещание, данное самому себе три года назад, и подумать о том, что это самое идиотское обещание в жизни. Юнги подошел к Хосоку, попадая в поле зрения Гука. Сейчас на нем была кофта, похожа на ту, в которой он ходил по больнице. Такая же безразмерная и, точно так же, открывающая вид на выступающие ключицы. Джин сразу же завопил о том, что так он не избежит прямых попаданий лучей на кожу. Намджун быстро достал свой телефон и начал тыкать старшему в лицо, повторяя, что все в полном порядке. — Джин, все действительно в порядке. Тем более я сейчас все открытое кремом замажу. — Юнги снова подошел к холодильнику и, достав мазь, вручил ее Хосоку.  — Прям как раньше. — Хоуп начал смазывать шею и открытую часть плеч Юнги. Отдельное внимание он уделил ожогу, который не давал Гуку спокойно рассматривать блондина. «Как раньше», что бы это значило? Хосок уже ухаживал вот так за Мином? Хотя, чему удивляться, если блондин должен был тут жить. Делая последние мазки на ключицах, Хосок размазывает оставшийся крем по лицу друга. Гуку сейчас кажется, что он буквально может прикоснуться к тем нитям, которые связывают этих двоих. — Готово, босс. — Хосок кинул мазь куда-то на столешницу и, получив одобряющий кивок, снова уселся на свое место.  — Погнали, мелкий. — Юнги берет ключи и выходит из комнаты. Гук, немедля, направляется за ним. Погода изменилась до неузнаваемости. Все небо заволокло тучами и казалось, что вот-вот где-то вдали сверкнет молния и все небо разразится громом, а затем начнется сильный ливень. Блондин уже занял водительское место и включил музыку, а Гук все еще стоял и рассматривал небо. Он не особо любил такую погоду, но именно сейчас красота неба была сравнима с картинами великих художников. Оттенки фиолетового и серого перекликались друг с другом. Где-то проглядывались розовые цвета, а где-то выступал глубокий синий. Легкий ветерок окутал Гука, но Юнги прекратил эти любования громко включенной музыкой. Чон быстро занял пассажирское место, Мин завел пикап и тут же тронулся с места. Юнги крепко держался за руль, на столько крепко, что костяшки его пальцев побелели. Гук не сводил глаз с блондина и, даже более того, открыто пялился на него. В машине играла знакомая всем песня One Republic — I Lived, Чон знал ее наизусть. Как только заиграл припев, Юнги переключил радио на другую волну.  — Не люблю эту песню. — Блондин остановил машину около небольшого магазина, но выходить не спешил. Он откинулся на спинку сидения и перевел взгляд на младшего. Чонгук смотрел куда угодно, лишь бы не на Юнги. Ему все еще было тягостно осознавать, что Мин ему симпатичен. Он боялся посмотреть на него, потому что обязательно сначала задержится на губах блондина, потом очертит линию скулы, засмотрится на небольшой нос и остановится на глазах. Однако у Юнги были немного другие планы. Вытаскивая ключ зажигания, блондин наклоняется к бардачку и, совершенно случайно, его губы оказываются в паре сантиметров от губ Чонгука. И вот, Гук смотрит прямо в глаза, по телу пробегают мурашки, а дыхание опаляет щеку. Сердце бешено стучит где-то в глотке. Теперь уже Юнги рассматривает лицо парня напротив. Родинка под губой заставляет остановить взгляд именно там. Моментально становится очень душно. Мин приоткрывает рот, и Гук молится на то, чтобы в следующую секунду Юнги что-нибудь сказал. Блондин приближается и чихает, прикладываясь головой о колено младшего. Гук громко выдыхает, прикрывая глаза и откидываясь на сиденье. Блондин трет лоб и очень мило морщится, а младший благодарит всех богов на этом свете. — Отвратительный парфюм, Гуки. После такого умозаключения старшего, парни все-таки направились за алкоголем. Долгие дискуссии и препирания закончились компромиссом — пятью литрами виски и столько же текилы. В придачу к алкоголю Чонгук закинул в тележку пару упаковок рамена, несколько бутылок Coca-Cola и чипсы. Последнее оправдал тем, что сначала будет пить пиво. Звонок Намджину дал понять, что и этим они не отделаются. Пришлось покупать так же огромную упаковку стирального порошка, несколько рулонов туалетной бумаги и средство для посудомойки, а также блок сигарет, ведь запасы Юнги остались в больнице. Пока блондин рассчитывался, Гук грузил покупки в багажник, надеясь, что дождь не пойдет до того, как они приедут обратно. Оплатив покупки, Юнги остановился у входа в магазин, прикуривая сигарету. Чонгук же облокотился на капот машины и достал телефон. Куча сообщений от Тэхена, очередной срач в конфе класса и пара сообщений от отца, в которых фотографии инструкций по применению таблеток его любимого пациента. Решив, что срач менее важен, Гук открыл диалог с Тэ Абонент: ТэТэ Ты — неблагодарная свинка, знаешь об этом? 13:10 Гуки, ты действительно свинка. Забрал у меня Шугу ( Знаешь, как мне без него тут скучно? 13.20 Еще и не отвечаешь Т-Т Стой, подожди, нет, у меня в головушке всплыла самая бредовая мысль 14:01 Я ТЕПЕРЬ НА 100000000% УВЕРЕН, ЧТО МОЯ МЫСЛЕНКА ВЕРНА! Ты же сейчас у Шуги? 14:05 Не вздумай, Гуки. Я не вытерплю этого еще раз. Ладно я, о себе подумай. Или ты не помнишь, что было в прошлый раз? 14:06 Чон Чонгук, не вздумай повторяться, я тебя умоляю. Да, Шуга хороший, но Гуки…. Прошу тебя, возвращайся домой, пока не поздно. 14:13 Позвони мне, как прочитаешь. Я волнуюсь за тебя, и ты это прекрасно знаешь 14:15 Заметив движение в свою сторону, Чонгук скинул Тэхену голосовое сообщение и отключил сим-карту. Сейчас он не хотел думать о прошлом, но и о том, что будет дальше — тоже. Сейчас для него важно только то, что происходит сейчас. К черту все, жизнь одна, один момент и этим нужно жить. Отрываясь от прошлого, даже если оно не отпускает, разрезать все связывающие нити и жить дальше.  — Прости, но думаю, что минут двадцать ты потерпишь запах табака. Но ночью всем будет немного поднастрать. Думаю, тебе тоже. — Юнги залез в машину, а следом за ним и Гук, думающий о том, что к этому запаху он не будет долго привыкать.  — Меня абсолютно не интересует, какого хера вы заставили нас так долго ждать… — Юнги отдал Намджуну пакеты с алкоголем, — …но меня устраивает количество и качество выпивки, вы прощены. — На весь дом играла музыка, заставляющая непроизвольно двигаться в такт. Джин, не проронив ни слова, достает из холодильника все запасы пива, которые там имеются и помещает в холод алкоголь покрепче. Хосок рассыпает чипсы по глубоким тарелкам, а Намджун приносит из соседней комнаты, которая, кстати, оказалась кладовкой, огромные подушки. Юнги закидывает промтовары в эту же кладовку и уходит на второй этаж. Чонгук искренне рад и взволнован. Намджун предлагает ему переодеться в более удобную одежду, и Гук соглашается. Ему тут же вручают футболку с шортами, а собственные вещи просят отнести куда-нибудь подальше от этой комнаты. Юнги тоже решил одеться поудобнее. Ведь лучше пить в полном комфорте. В прошлый раз его пьянка закончилась тем, что блондин стянул с себя неудобные джинсы, чем напугал одногруппниц Хосока, но посмешил парней, и охрана выкинула их веселую компанию из бара. Юнги усмехнулся, в тот раз было действительно весело. Сейчас же он думал о том, что, спустя четыре месяца, снова ощутит вкус алкоголя, снова расслабится и, возможно, в его голове родится гениальный текст, который можно будет продать за неплохие деньги. Блондин стянул с себя джинсы, откидывая их куда-то в сторону дивана.  — Юнги, я оставлю вещи у тебя? Нам сказал, что… — Блондин, закинув голову, указывает рукой в сторону того же дивана, куда секунду назад улетели его джинсы. Юнги небыл закомплексованным парнем, спокойно переодевался и раздевался при других людях. Но когда он уединялся, когда точно был уверен, что хотя бы пять минут можно постоять в одних лишь боксерах, и никто не посмеет ему помешать, но ему мешали — вот такие моменты он ненавидел. А сейчас его уединение нарушил никто иной, как Чонгук. Парень, который, словно детонационная волна, за долю секунды заставляет все тело содрогнуться, распространяющийся по всему телу и разносящий в щепки все устоявшиеся мысли. И вот он, стоит на расстоянии вытянутой руки в его же шортах и футболке Хосока. Взгляду Юнги открыты прекрасные ноги Чонгука и не менее шикарные руки. Если бы Мин мог, он бы запер этого парня, так нагло ворвавшегося в его жизнь, в собственной комнате и не выпускал бы. Он делает один шаг, второй и блондин замечает, что лицо парня залито краской, а глаза снова бегают, как и в машине. И в который раз за день Мин думает, что этот Чонгук слишком правильно воспитан, что у него совершенно другие мысли, нежели у самого блондина. Но от этого желание забрать в свою собственность именно Гука только растет. Юнги делает всего два шага, и они стоят вплотную друг к другу, как совсем недавно в больнице. Только вот сейчас никто не играет. Оба осознают, что как минимум — симпатия, но о максимуме ни один из них даже не решается думать. Одна ночь, изменившая их взгляды друг на друга и заставившая так тесно взаимодействовать. Все можно было скинуть на гормоны у одно и жесточайший недотрах у второго, но нет. Так было бы слишком просто. Или же проще было бы просто оттолкнуть сына главврача от себя, как и всех остальных? Всех тех, кто так жаждал оказаться рядом, но был отвергнут? Рука Юнги снова лежит на шее младшего, который, переборов весь свой страх перед блондином, обвил его талию руками. Мину нравится, как он влияет на этого парня, но он хочет большего. Он не привык ждать. Нужно все и сразу. Моментально. Руки младшего, наконец, прижимают сильнее, Юнги почти скалится, когда парень наклоняется к его уху…  — На сколько я помню, ты хотел накидаться в стельку и именно для этого мы остались. — Блондин засмеялся. Этот мелкий говнюк только что опрокинул его на лопатки, вернув на Землю. Точно, это конечная цель сегодняшнего дня. Нажраться до беспамятства, отдубасить Хосока подушкой и получить пиздюлей в ответ, заставить Нама, наконец-то, затащить свою принцесску в постель и уснуть где-нибудь посреди ванной комнаты от того, что таблетки несовместимы с алкоголем. Вот он, план на сегодняшнюю ночь. — И если тебе приспичило поиграть, то я не против. Но если все это зайдет на столько далеко, на сколько даже ты спланировать не смог, то ко дну пойдем вдвоем… Раз уж вдвоем и начали. Юнги отталкивает Чонгука, но лишь для того, чтобы надеть шорты и взять младшего за руку. Не забыв поменять трэк-лист, они все же спускаются вниз, где ребята уже очень активно заливаются алкоголем. И, по всей видимости, претендент на вылет уже найден. Джин во всю ластится к Намджуну, допивая третью банку пива. Хосок же рассказывает очередную веселую историю из колледжа. Завидев друга, Хоуп моментально переключился на него с просьбами пустить сюда двух одногруппниц, которые обязательно привезут с собой еще алкоголя. Легкий кивок и музыку, заполнившую весь дом, перекрывают радостные крики. Хоуп строчит сообщение о том, что девушки прямо сейчас могут выезжать, а Чонгук протягивает Юнги банку пива. Вечер только начинается, но чертовы огоньки в глазах Хоупа уже заставляют содрогнуться. А кого-то — дожидаться начала веселья.