Но дело не в этом

Харуно недоуменно стоит позади мужчины. Страшно, дико, самой не верится. Она и вот вляпалась в такое! Какаши Хатаке молчалив, погружен в свои думы. За дверью какая-то возня. Сакура нервно теребит свои розовые пряди, думая, что по ту сторону кто-то связанный ворочается и скоблит двери. Однако когда мужчина открывает двери, Харуно готова пискнуть от смеха — с виду старенький мопс пытается гавкать, но из-за анатомии носа у него это походит больше на хрюканье. А потом оно, то беж животное, завидев хозяина, начинает буквально визжать, крутиться вокруг себя. От радости маленький товарищ писается на месте, и лужица тут же покрывает пол. — Это Паккун, мой боевой товарищ. Он уже в почетном возрасте, — оборачивается Какаши, как-то виновато глядя на новую сожительницу. — Он, кажется, зовет Бетмена, — на лице Харуно недоумение лишь зашкаливает, ибо гортанные звуки собаки ужасны, и она реально зовет Бетмена. Бет-ме-е-е-е-н! — Да, а еще он храпит, как пьяный мужик, — умиляется со своего питомца хозяин. Сакура в душе кривится. Не очень-то хорошее соседство с собакой. Она старая, по-любому с кучей болячек, жить ей осталось не долго, но Харуно к ней непременно привяжется, а потом будет горе. Ну, когда зверек отправится на небеса собачьи. — Проходи, а я за тряпкой, — Какаши так резко и фамильярно переходит на ты, но у девушки нет времени на возмущение. Потому что пес, затихнув после переизбытка эмоций, тут же настораживается по отношению незнакомки. Тут же подходит и начинает обнюхивать, а потом… просто берет и писает на туфли, начиная лаять и закапывать задними лапами невидимую землю. — Э… — только и разводит руки в стороны Сакура, не зная, что ей делать. Пора бежать, понятно? Однако мужчина выходит, как понимает Харуно из ванной, с тряпкой в руках и начинает убирать за псом. — Он меня пометил, — сдавленно говорит Харуно. Стыдоба-то какая! — Значит, я не ошибся, — улыбается Какаши сквозь маску. Морщинки вокруг глаз собираются, и создается очень теплый взгляд. Сакура даже на секунду забывает, что ее бросили. Что сердце разбито. — А сколько вам лет? — вдруг она выпаливает. Это надо быть сумасшедшей, чтобы припереться к незнакомому мужчине домой на постоянное место жительства. И это просто идеальный вариант. Потому что она больше ни ногой к Саске, пусть там и остались ее вещи. Домой она тоже не хочет — родители ее выпотрошат расспросами о разрыве. И что делает Сакура Харуно, всегда такая правильная и рациональная? Правильно, принимает самое абсурдное предложение в своей жизни. — Тридцать пять, — не оборачиваясь и продолжая убирать, отвечает мужчина. — А мне восемнадцать, — робко говорит Сакура. У нее нет таких взрослых знакомых, а тут сожительство. — Я еще раз повторяю: абсолютная субординация и ничего личного, — он смотрит на Сакуру снизу вверх такими серьезными и мрачными глазами, словно иная вариация ему неприятна. — И что, я просто буду жить тут? — она вновь в замешательстве. — Ну, — он чешет свою светлую макушку, а глаза вновь улыбаются, так как морщинки собираются, — будешь мне рассказывать о своем опыте. О влюбленности и переживаниях. Возможно, мы проведем пару опытов. — Опытов? — она дико покосилась на мангаку. — Например, посмотрим какой-то романтический фильм, почитаем книгу. Что делают влюбленные? Что делают те, которые начинают испытывать интерес друг к другу? — он говорит так буднично, что ей не по себе. Психопат, что ли? — У вас что, никогда не было отношений? — она выпаливает бестактный вопрос, который ее вдруг интересует больше всего на свете. — Скажем так, это было не совсем то. Иными словами на твоем языке — я задрот, понятно? Игры, комиксы, можно сказать, что придуманные миры меня интересовали куда больше реального. И вот мне тридцать пять, я занимаюсь тем, что люблю, но в отношениях я ни черта не смыслю. — Да уж, — тяжело вздохнула Харуно. Они сняли обувь, причем туфли Сакуры были испорченны фатально, и Какаши пошел показывать новой соседке апартаменты. Харуно пораженно косилась на огромную студию. Посредине помещения стоял массивный стол с принадлежностями. — У тебя почерк красивый? — рассеяно спросил Какаши. — Ага, — рассматривая совсем не скромную обитель мужчины, прошептала она. Внимание привлекали стеллажи. Тут тебе и книги, и манга, и комиксы, и визуальные новеллы, и диски с фильмами. — А где я буду… жить? — спросила она, обнаружив лишь только матрас рядом с лоджией. — За последним стеллажом. Харуно последовала в указанном направлении. Маленькая комнатка. Кровать тебе, пожалуйста, стол, стул и шкаф. — Ты учишься? — раздалось позади вдруг, да так, что Сакура от неожиданности подпрыгнула. Мужчина, пусть и выдерживал некое расстояние, но был близко. Харуно сглотнула. Да уж, маньяк с писающей собачкой, которая вызывает Бетмена. Она хмыкнула, поворачиваясь и улыбаясь своим мыслям. И на душе вдруг стало спокойно. — Да, хочу стать судмедэкспертом, — горделиво говорит Харуно. — Очень интересно, потому что я тогда у тебя буду консультироваться — вдруг захочу нарисовать триллер. Хрюканье раздалось где-то снизу. Паккун вначале пометил Сакуру, а потом прошел в комнату и, даже не соизволив поднять лапу, присел и напрудил лужу. — Вот же… собака! — расстроено прошептал Какаши, подхватывая своего четырехлапого писуна, и понесся за тряпкой. Харуно ухмыльнулась, закрывая глаза. Из прихожей доносилось хрюканье и причитания Какаши.