Великий Избранный

Светлое небо пело мириадами птичьих голосов. Душистые поля люпинов, васильков, маргариток и одуванчиков нежно звенели пчелиными крылышками, иногда разбавляясь более низким, басовым шмелиным «бжжжжж». Липко-влажный, как сок молодой зелени, воздух стоял пока ещё свежий и прохладный, хоть знойное солнце уже подпекало. Из окна небольшого домика, окружённого ландышами, тюльпанами и другим низким садом, было видно только голубой купол и скачущих на подоконнике воробушков, нежившися в солнечных ваннах. Их чириканье лилось через открытое окно вместе с ветерком сквозь старые тюли в кухню, заполняя весь дом атмосферой наступившего мая. — Тайфууун! Иди сюда, милый! — нежный, хоть и звонкий голос за углом спугнул болтливых мелких пташек. — Я занят, мам! Потом! — ответил четырёхцветный котенок куда-то в другую комнату, стараясь залезть на верхнюю полку шкафа, где соблазнительно пахла сушёная рыба. — Тебе пора спать! Ты где? — шаги с тихим «цок-цок» когтями о деревянный пол всё приближались. — Я не хочу спать! Я хочу есть! — Тайфун, куда залез, чучело гороховое?! Ты же можешь упасть! — ахнула вошедшая черно-белая кошка. — Я не упаду, не волнуйся. Я же кот! Ты сама рассказывала, что… — Во-первых, ты не кот, а котенок, а во-вторых — хозяин будет недоволен тем, что ты воруешь его запасы. Вернись, немедленно! — Ну, мааам. Ты только понюхай: этот аромат…мм. «Так, стоп. Думаю, надо всё же вернуться в начало».

***

Посреди космической пустыни висела одиноким всадником голода чёрная дыра. За вечность своего существования пожрав всех посмевших появиться на горизонте гостей (а иногда и коллег), этот «всадник» настолько розжирел, что уже просто ломился от собственного веса, одновременно сжимаясь в точку. И когда эта точка стала бесконечно маленькой, сжатие переступило «ноль» — случился взрыв. Чёрный монстр преобразился в божественную белую дыру. Просуществовав тысячную секунды, она разлетелась звёздной волной: не материя, не энергия. Волна была намного сильнее и быстрее силы расширения вселенной, и когда она приблизилась к краю… «Нет, не настолько же далеко назад!»

***

«Привет, этот мокрый розовый котёнок — я. Я только что родился, но пока не могу осознать это счастье (или несчастье). Весь мир был сухой и громкий, но я впервые чувствовал себя… что я не одинок. Пусть у меня никогда не было братьев или сестёр, зато появилась мама. И человек, отныне и до конца — вечный спутник и старший друг. Когда я впервые открыл глаза, была ночь. Я ещё даже говорить не умел, а пополз к окну и увидел

это.

Меня, помню, не столько поразил свет фонарей или звёзд, сколько бескрайнее небо, бесконечная далёкая темнота, в которой я буквально утонул. Я откуда-то знал, что небо — не сфера, не полотно, его вообще нет, это отсутствие. Когда перепуганная мама нашла меня, я сказал своё первое слово. «Мама». Лишь позже я узнал, что то, что я за неё принял, зовётся «вселенная», «космос», а «мама» — это та кошка, что привела меня на свет. Странно, да? Почему меня назвали Тайфун? Кто его знает, это имя было дано чуть ли не до рождения. Может, я тайфун в теле кота? Было бы круто. Ну действительно, не мог же я из ниоткуда взяться? Иногда во снах я путешествовал от звезды до звезды… Почему-то по просыпании становилось немного тоскливо, словно, получив эту жизнь, я лишился чего-то другого, дорогого мне. Но уныние приходило только на время! Я всегда славился любовью к жизни! Теперь, когда мы немного лучше познакомились, можно действительно начинать!»

***

Угадать, кто кого переубедил, состроив большие разноцветные глазки: правый зелёный, левый — синий, несложно. — Ты уверен, что он не заметит? Тайфун чуть было не сказал, что много в чём уверен, но тогда это прозвучало бы как сарказм, то есть, не уверен. — А что? Ну, хоть ты могла сделать вид, что незаметно? — Могла, конечно. Только нам, если что, придется отвечать вместе, — хмыкнула кошка, скептически оглядывая горбик на ковре, под который они смели ошмётки упаковки из-под рыбы. — А вот так? — четырёхцветный подошёл и сел аккурат на холмик. Мама приподняла бровь в лёгком непонимании. — Ну помнишь, ты мне говорила, — котёнок поёрзал, — что коты садятся на проблемное место и всё проходит? Кошка рассмеялась. Да, она это помнила, вот только… — Нет, милый, это не прокатит. Этот метод самим котам не помогает, только людям. Тайфун насупился, потом с обречённым «ааэх» чисто по-человечески махнул лапой. — Ладно. Ну, подумаешь, ну покричит он немного, ну кинет тапком, или рюкзаком, или чем поувесистее. Ну поопрокидывает стулья, кресла, вазы, гоняясь за нами, а мы будем ускакивать по шкафам и шторам. Говорить не о чем, обычное дело. Но он всё равно нас любит, и ты это прекрасно знаешь! — «Обычное дело» — хмыкнула мама. — Хотя с «любит» ты не промахнулся, это точно.

***

Ложась спать, Тайфун думал, что все-таки у них веселая жизнь: за один вечер умудриться, убегая, сорвать тюль и чуть не уронить настенный плазменный телевизор — это ж надо еще постараться достать до него! — такое даже с ним с мамой не часто случается, и поэтому это круто! А что, молодому организму нужны физические упражнения. Ну и что, что для пятинедельного котенка так гонять ненормально, что другие котята развлекаются поспокойней? — Спокойной ночи, Тайфун, — лизнула его мама в коричневый с рыжеватыми шерстинками лоб, хотя выглядело это так, словно само пространство, устами матери, в ответ на мысли малыша, пожелало, нет, приказало вести себя потише. «Да уж, будет у меня «спокойная» ночка, с моей-то любовью к приключениям» — засыпая, думал кот, хотя прежде ночью никогда ничего не происходило. Никогда… До этого времени.

***

Сначала повсюду была тьма, ощутимая и вязкая, не космическая, как обычно снилось, она практически засасывала в себя, при чем со всех сторон. К отрицательному давлению примешивался странный запах. Тайфун отметил, что схоже может пахнуть от мусорного ведра, когда там долго поваляются куриные кости, только если в случае с ведром просто воняло, то тут от одного лишь вдоха котенка охватил ужас. Довольно нетипичный, надо сказать, ведь сам Тайфун обычно боялся не так… ярко, разнообразно… Не так. Благодаря тому, что малыш задумался о составе страха, он смог почти не обращать внимания на эмоции. «Охренеть, я в космическом болоте-свалке!» — подумал кот с радостью-восхищением. «Вау, да я думаю как ученый! Я еще и первооткрыватель походу! Вот везет!» — не обращая внимания на то, что он раньше не знал больше половины подуманного, и полностью забыв о ужасе, котенок продолжал радоваться возможности изучить новый объект, испытывая так называемый «научный интерес». Внезапно вдалеке перед малышом появилась жёлтая звезда и медленно, но с ускорением стала светлеть. Тьма начала убегать в стороны, спотыкаясь о саму себя. Вскоре звезда стала солнцем, а еще позже отовсюду невероятно сильно струился белый свет. Тайфун знал, что на самом деле вокруг сейчас сумерки, а свет — нечто вроде живого существа или явления, как и тьма. И действительно, через некоторое время свет просто исчез и кот оказался в послезакатном небе где-то на высоте пяти метров от земли. Одна проблема — земли не было. Только что-то вроде искусственной воды. Как стекло, но не застывшее. Но котенка смутило не это, а присутствие невидимого, но дружелюбно настроенного необычного кота. Таких котов он никогда не встречал и не думал, что кто-то подобный…и величественный вообще может существовать. Другого кота. Не земного. — Я удивлён твоей реакцией на симулятор Тьмы. И, признаюсь, восхищён, — начал с гордостью говорить неземной кот и его голос звучал аж в мыслях. Котенок засмущался, ведь не каждый день можно услышать похвалу от такого кота, аж забыл все вопросы, крутящиеся в голове. Но потом — Тайфун был уверен, что кот насупился — тот продолжил говорить серьезным, с примесью мрачности, тоном: — А теперь посмотри вниз. Через искусственную воду малыш увидел голые деревья, а под ними кошек и котят, кричащих и убегающих от агрессивных и быстрых сгустков тьмы, и котов, пытающихся противостоять тьме, но падающих, лишь только они коснутся сгустков. Тайфун испугался, еще и снова почувствовал запах ужаса. И наконец понял, что с ним не так: это был запах чужого ужаса. Ужаса, испытуемого бегущими, не способными противостоять, обреченными на страдания и гибель, котами. — Что… это? — сухими губами едва слышно промолвил малыш. — Воспоминания… Воспоминания котов, похожих на тебя, — как будто нехотя, с паузой ответил невидимый кот. — А я-то тут при чем? — осмелился грубо спросить Тайфун, поскольку решил, что хуже уже не будет. Бедные существа продолжали кричать, падая, как только думали повернуться и принять бой. Котёнок пытался сначала придумать, как им помочь, а потом просто закрыть уши, но крик, казалось, проникал прямо в голову, ломая сознание. А затем вдруг стало тихо, без звона, как обычно бывает после шума. Лишь блаженная тишина. — У тебя будет великая и сложная судьба, — спустя долгую паузу сказал кот, после чего продолжил, шепча на ухо, — Крепись, малыш, — и исчез. — Эй, подожди! Ты о чем? Кто ты вообще такой? Вернись! Не уходи! — Я никуда не уходила, — послышался голос мамы, а котенок обнаружил себя дома на подстилке, посреди ночи, — Тебе что-то приснилось? — Да нет, ничего, — кот перевернулся и попробовал снова заснуть. А вдруг получится досмотреть? Хотя, что-то ему подсказывало, что он не сможет еще долго встретится с неземным котом. Странный, однако, сон. Может, надо подготовиться к своей судьбе, как говорил кот? А хотя зачем? Раньше все было нормально и без чужих советов, тем более, во сне, так что он собирается спокойно жить дальше. Ну, как спокойно… Как получится, но не скучно. Весело. И котенок погрузился в безмятежный сон. Кто знал, что с того момента ему перестанет сниться космос и начнут сниться город и лес?