Великий Избранный

— Не против, если я тебя представлю? — памятуя о её опасении всего незнакомого, склонился Тайфун к Тине, когда они остановились у двери в «детскую». Малышка уверенно кивнула, вымытая и накормленная руками лаборантов под чутким надзором кота (который потребовал, чтоб после люди не мешали ему растить своих детей), от чего теперь сияла белизной шкурки. — Кто это, папа?! — Лилия подскочила и кинулась к вошедшим, как только те переступили порог, принявшись возбуждённо обнюхивать гостью. Тина попыталась спрятаться за лапами взрослого, но куда там — убежать от маленького урагана-то, дочери своего отца! Розик грациозно (насколько грациозно может двигаться месячный котёнок) поднялся с зелёной лежанки и со скрытым интересом на морде посеменил к остальным. — Это Тина. Она осталась совсем без никого, и поэтому будет жить с нами. Тина, это твои новые брат и сестра, Розик и Лилия. Не обижайте друг друга, — и отошел на лежанку. — А что случилось с твоими родителями? — Лили не собиралась угомонятся. Тайфун даже не успел среагировать, неожиданно новенькая показала личико и в своём стиле отляпнула: — А что случилось с вашей мамой? Тайфун напрягся. Ух, какие темы задели с самого начала. Но малыши и не думали злиться друг на друга. Вместо этого Лили, где стояла, плюхнулась на зад и, словно приняв справедливую ответку, спокойно мяукнула: «Понял, принял». «А ведь действительно, — подумал кот, оценив выражения морд каждого, — Дети прекрасно поняли друг друга, как реально обстоят дела и что эти темы лучше не затрагивать». — У тебя странные глаза, — впервые подал голос Розик, — И пятна тоже. У котов таких не встречаются. Ты что, скрытый далматинец? И нападёшь на нас во сне? — Тайфун готов был поклясться, что за тягуче-певучем отстранением сына проскакивала не опаска, а наоборот, заинтересованность. И если бы Тина ответила положительно, тот, вероятно бы, восхитился. — Это у твоей сестры странные глаза, — слегка обиженно проворчала девочка, хотя и сама знала про необычность своих глаз. Вторую часть предложения она решила проигнорировать, оставив Розика самому решать. — Вообще-то, получается, я теперь и твоя сестра, — весело заметила Лили, получив подтверждающий кивок отца с лежанки. — Отлично, теперь меня будут окружать две девочки, — а сейчас Тайфун так и не понял, было ли в тоне Розика недовольство, или лишь простая констатация так что решил не вмешиваться. — Больше котят — больше веселья! — воскликнула Лилия. — Так значит, мы теперь будем дружить, играть вместе? — неуверенно шепнула Тина. — Мы не просто друзья! — её названная сестра приблизилась и положила лапу на холку кошечки, — Мы теперь всегда будем вместе, готовые любить и подставить плечо! — В общем, ты можешь легко делать то, что Лили сейчас проделывает с тобой, — намекая на лапу малышки-ураганчика, на которую та чуть ли не всем весом упиралась, на холке Тины, шутливо пояснил брат. Лили спешно убрала лапу, принявшись извиняться. — Ничего, уличным приходиться быть сильными, — перебрала плечами пятнистая. — Так ты с улицы? — удивилась сестра. — Да, но благодаря… папе я здесь, — принимающе-благодарно улыбнулась девочка новой семье, на что получила зеркально-тёплые искренние улыбки всех её членов.

***

Отдел праздновал именины одного из своих офисных работников. В одном из залов для совещаний устроили фуршет, каждый поприносил что-то своё: кто купленное, а кто — лично приготовленное. Никто не мог бы объяснить, на кой чёрт сюда потянуло Тайфуна. Точно не ради еды — своей ему вполне хватало, а опускаться до выпрашивания деликатесов у людей — увольте. — Эй, Тайфун! — и уж точно не ради встречи с кем-то близко знакомым. Нет, абсолютно точно нет. Но убегать сейчас, особенно от Рэя, было бы глупо. — Чего? — нехотя повернулся к подходившему человеку кот. — Есть разговор. — Я не хочу с вами говорить, — пусть от таких слов было горько внутри, но общаться нормально в последнее время у них не выходило. Тайфун крепко подозревал, что Рэй выступал послом троицы. Ведь чего вдруг именно он решил первым заговорить? — Ладно, ты меня раскусил, меня подослали, — примирительно поднял руки мужчина, — Но мои намерения от этого не ослабятся. — Ты отстанешь, нет, вы отстанете, если мы поговорим? — показательно устало вздохнул кот. — Клянусь, коли ты сам того захочешь. — Вот как? — заинтересованно «проснулся» Тайфун. Человек недвусмысленно промолчал. Значит, Рэй решительно намерен его переубедить вернуться, ага? Сам кот отнюдь не горел желанием возобновить общение. Если бы его и дальше не трогали, он бы продолжил игнорировать людей с холодной отчуждённостью. Однако, раз Рэймонд хочет попробовать перевернуть его отношение, будучи готовым приложить немало сил, почему бы зверю не принять вызов вместо того чтобы сбегать? Это игра, в которой ставка мужчины — любое внимание Тайфуна, а ставка Тайфуна — его твёрдая позиция. Человек выглядит очень уверенным в себе, но и кот не лыком шит, как он думал. Ну, посмотрим ещё, кто кого! И Тайфун окунулся с головой в предстоящее «сражение». — Так давай, выкладывай! — Предлагаю отойти, где потише.

***

Кот и человек молча играли в гляделки, проверяя терпение друг друга. Тайфун не желал начинать говорить, мол, тебе нужно, ты и спрашивай, я и так делаю одолжение, сидя сейчас с тобой. Рэймонд сам понимал, что завязывать беседу ему, так что сейчас, казалось, просто испытывал, накалял атмосферу. Когда зверь почувствовал, что почти подошёл к краю, мужчина, наконец, «отмер». — Что происходит? Тайфун вскинул брови. Серьёзно? Вместо того, чтобы шлифовать шифер, они будут копать фундамент? То есть, кот думал, что Рэй сейчас начнёт причитать (если он вообще это умеет) по поводу того, что «негоже домашнему коту так вести себя» и так далее по списку. Но это? — Неужели вы сами не понимаете? Рэй устало вздохнул. — Пожалуйста, попробуй поговорить со мной как со мной, а не с посыльным. И да, я не понимаю. Кот окинул собеседника прищуренным взглядом. Диалог с Рэем, настоящий, именно с Рэем, а не с тем, что он обычно из себя изображает — очень странное дело. Это похоже на разговор с другой, скрытой, но частью себя. Он умудрялся представать эдаким «чёрным зеркалом». Причём, предугадать, с каким именно «Я» ты столкнешься — невозможно. Чаще всего это что-то настолько противоположное твоей теперешней внешней личности, что становится страшно: как можно хранить в себе такое, и не вылезет ли внезапно ЭТО наружу когда-то? — Скажи, — прервал мужчина размышления зверя, откинувшись на спинку дивана, — Твоё отношение к нам объясняется «мяур-трауром», как говорит Сьюзан, то есть, мауербауертрауригкейтом, или есть обоснованные причины? — руки разложились на спинке мебели, нога закинута на ногу. Тайфун попытался успокоиться — в конце концов, разве происходит что-то выходящее за рамки? Они лишь ведут весьма милые переговоры. — Не знаю, как по мне, причины весьма адекватные. — Адекватируй, — усмехнулся человек и получил секундную кривую, удерживаемую улыбку визави на новое слово. — Ты типа мой психолог сейчас? — Как хочешь. Я лично планировал побыть другом. — Друзья не ведут допросы, — осклабился зверь. Рэй молча глянул своим взглядом «поверх съехавших на нос очков», намекая на предыдущий ответ. Кот обречённо вздохнул, понимая, что придётся выкладывать всё подчистую, собрав чувства в такие ограничающие слова. Либо его просто понесёт. — Когда всё произошло… и даже немного раньше, вы были рядом. И вы, вероятно, думали, что такое может произойти. Сэм мне в морду намекал, уж в том, что и ты до такого додумывался, я не сомневаюсь. И, тем не менее, вся ваша проницательность не уберегла Её. Ладно я, ослеплённый чувством дурак — и свою вину я совсем не отрицаю, — но вы, взрослые независимые люди, могли бы предложить хоть что-то, а не ждать. Мало того, я почти уверен, что вам было наплевать на Розиту, как вы уже через следующий день вели себя, словно ничего не произошло, — с каждым словом голос всё больше пропитывался чёрной ледяной ненавистью, — А не так ли вам всё равно на меня? Или на моих детей? — Кстати о детях, — Рэй вскинул палец, будто не замечая похолодевшей атмосферы в комнате. — ТЫ СЛЫШАЛ, О ЧЁМ Я ГОВОРИЛ?! — бешено гаркнул Тайфун. Мужчина замер с поднятым пальцем, затем медленно его отпустил, пробормотав что-то вроде: «Ладно, об этом потом» и потянулся за прихваченными бутербродами с маслом и красной икрой. — Я тебя понял. И готов объяснить всё честно, наконец-то. Смысл фразы не сразу дошёл до кота. А когда дошёл, тот впал в ступор. Вот так просто? Неужели, сейчас…? — Погоди, что? — Какую невероятную икру несут лососи Аннет. Хочешь? Она поделилась выращенным на её ферме. — Ааа, нет, — растерялся в мыслях Тайфун, — Так, не вздумай меня отвлекать! Ты. Сейчас. Выложишь все карты? — Ага, — театрально улыбнулся человек, — На самом деле, мы оба сейчас выкладываем карты. Хотя, нет, ты пока выкинул только младшие, но уже выкинул. — Давай, твой ход, — с азартом мысленно потёр несуществующие ладони кот. Наконец-то, игра начала набирать обороты. Рэймонд, прожевав кусок, без особых интонаций заговорил: — По идее, да, когда ты только остался на наше попечение, мы выхаживали тебя только ради обещания Гарри. И, само собой, ради эксперимента. Однако со временем я, да и другие тоже, говоря про весь офис, заметили твою не только внешнюю необычность и, в конце концов, просто привязались. Поверь, сейчас ты дорог каждому из нас, никто не проигнорировал твою резкую перемену отношения к людям. Не знаю, как много ты слышал, но мы вообще-то скучаем, по тем временам, когда ты не сторонился людей, как комаров в болоте. — Извини. Ты слышал мои причины, — потупился зверь. — Ничего. Слушай, — спокойно ответил, как махнул рукой, визави, — Относительно Розиты, — она была и остаётся для нас кошкой, пусть и твоей возлюбленной и матерью твоих котят. И пусть даже с нашими системами ИИ. Мы грустим о ней не больше чем хозяин по питомцу — и, поверь, это немало. Но только лишь человек всегда будет человеком для человека, если ты понимаешь. Прости, я осознаю, что тебе неприятно это слышать, но такова правда… — Жестокая и беспощадная, как раз в твоём вкусе, — хмыкнул Тайфун, — И всё же, я всё равно выбрал бы её. — Что до котят — они твои кровные дети (ну, кроме одной, но об этом позже). Пусть ты никого не подпускаешь к ним, для нас нас они важны как минимум поэтому. Но советую задуматься о приучении их к людям, а то позже будет поздно. Камон, вы живёте в офисе посреди мегаполиса! У вас всё есть, а ты хочешь отделить семью от людей? — Но я… я и думать не могу о доверении моих детей людям. Мне от этого… неудобно и… неприятно зябко, — кот перебрал лапами и содрогнулся, словно по спине мурашки побежали. — И что ты хочешь? Поселить их на улице? — НЕТ! — Тайфун с ужасом вспомнил место, из которого он забрал Тину. Рэй вскинул брови, дивясь настолько бурной реакции. — Вы. Не. Посмеете. Выкинуть. Моих. Детей. На улицу, — цедя каждое слово прорычал зверь. — У нас не будет выбора. Ты нам его не оставляешь, — флегматично пропел человек, — Такими темпами они не найдут хозяев. Ты ведь не думал, что мы оставим всю эту ораву в офисе? У нас всё-таки не питомник. О, или мы сможем сдать их в приют. Не знаю, что у зверей считается лучше. Или хуже. — Ты угрожаешь мне? — всё так же зло, но уже с опаской в голосе перебил кот. — Нет, рисую реальные перспективы, — он снова потянулся за бутербродом. В комнате воцарилась тишина. Тайфун переваривал услышанное, Рэймонд переваривал бутерброды. Как бы кот не хотел остаться со своими чадами навечно, по всему выходило, что лучше котятам найти хозяина, но для этого их отцу нужно принять людей, чего тот пока не готов сделать. Искренность обязательна. Притворство малыши учуют, и кто знает, как эта ложь на них повлияет. — Я не могу, — мяукнул надтреснутым голосом зверь, на подкорке пронеслось воспоминание о «игре со ставками». Что ж, кажется, он уверенно проиграл. Мужчина внимательно повернулся к нему. — Что не можешь? — Не могу измениться. Не могу, так сказать, простить вас. Сам знаю, что не за что. Но не могу, — голова в грусти опустилась, так, чтоб Рэй не видел его глаза. Хотелось оказаться где-то подальше, да хоть в стены просочиться, но только не представать таким слабым перед Рэем. Перед Сьюзан, перед Сэмом, но только не перед ним, только не перед чёрным зеркалом. Тайфун вздрогнул: диван скрипнул и на голову легла сильная большая ладонь. Но не опасно-сильная, а… надёжно-? Ладонь легко провела до загривка и вернулась на лоб, затем повторила действие и так снова. Боже! Как давно его никто не гладил! Когда он вообще в последний раз чувствовал человеческие касания? Какие к чёрту «игры» и противостояния? Против его воли на свет прорывалось мурчание. Вместе со всхлипами. Неужели это действительно Рэймонд? Или его рука подчиняется не хозяину, а каким-то своим правилам? — Ты не будешь в одиночку справляться с проблемами, мы с тобой, — послышался голос откуда-то сверху, но довольно близко. Достаточно, чтоб кот, подняв голову, встретился с понимающими глазами, на дне которых залегло сочувствие. — Иногда то, что мы считаем мёртвым, долго ещё не хочет умирать. Ты ведь всё ещё видишь её? Мужчине не пришлось уточнять, кого он имел в виду. Тайфун неуверенно кивнул. — Ты думаешь, я из-за этого… такой? — Кто знает. Возможно. Но тебе точно следует это отпустить. Вся прелесть прошлого в том, что оно прошлое. — Розита была лучшей моей любовью. И она была бы прекраснейшей матерью. — Не говори «прекраснейший роман в жизни». Скажи лучше: «первый». Кот слегка уже приободрённо наклонил голову вбок. Они играют в цитаты? * — Никто не встречает свой идеал дважды. Да и один раз редко кто его находит, мне повезло, — после этих слов Тайфун мгновенно сник, — если это можно считать везением Рэй решил промолчать. То ли просто вспоминал, что ещё можно сказать. Кот нервно хихикнул шипящим смехом. — Снова, — и опять засмеялся, — снова вы убеждаете меня продолжать жизнь, верить, как тогда с хозяином. Не кто-либо: вы. Вы заставили меня тогда жить, и к чему это привело? — Всё что происходит в мире, это просто события. В них нет ничего хорошего, или плохого. Даже смерть — разве это что-то необычное? Мы все состоим из атомов и они никуда не деваются, когда мы умираем. А жизнь… жизнь просто парадоксальное явление, чем бы оно по-настоящему не было. Забавно, ведь истины в большинстве своем открываются нам именно в виде парадоксов, — объяснил-парировал человек. — Но взять конкретно одно существо с чувствами, каково ему, даже верь он в это? Жизнь - не чёртова сказка! — Но в наших силах сделать её такой. Тайфун замер. В наших силах… в наших силах… А ведь действительно. Ну конечно! Они не обязаны действовать так, как того желает судьба, преподнося разные подарочки. В наших силах… В конце-концов, мы есть хозяева наших чувств и наших действий. Мы строим свою жизнь, свой мир. И у нас — абсолютно неважно, кого можно причислить в это «нас» — имеются силы для этой стройки. И не обязательно, и далеко не всегда нужно для этого бороться, чтобы в итоге что-то терять. — Но боги скоро отнимают то, что дают, — вставил Рэй. Тайфун понял, что последнее предложение сказал вслух. — Что ж, я готов поспорить и попротивостоять. — Спорят только безнадёжные кретины, — весьма неуместная цитата и в устах Рэя, и в общей ситуации, учитывая, что они последние полчаса только и делают, что спорят. Тем не менее, ответить можно и на эту нелепицу. — Пусть. Раз так, то я готов хоть все силы положить на сражение за то, что получил. Чего бы это ни стоило. Рэй посмотрел на него с каким-то… даже восхищением и отеческим поощрением. Моргнул и, словно наставление, произнёс: — Дерзай. — Тогда давай уже сюда эту икру, — облизнулся кот.

***

— Не знал, что ты тоже любишь философию, — муркнул кот, лёжа на спине под боком у человека, когда они закончили все мелкие технические детали про взаимоотношения и котят, — Мне казалось, ты больше по точным наукам. А ты вот какой. Рэй рассматривал шерсть Тайфуна и не сразу ответил. — Транцендентализм. Моя философия. — Вот как? Поэтому ты такой, — зверь резво перевернулся и воззрился на собеседника, — Ты сам хоть понимаешь, в чём его суть? Мужчина поднял бровь и ответил громким молчанием, скрывая усмешку. — А, ну да, «мы априори познаём в вещах лишь то, что вложено в них нами самими»**, — устало продекламировал кот, показывая своё отношение к сложности трансцендентализма. — И снова к реминисценции? — Не совсем, как я понимаю. Но почти, — Тайфун тяжело вздохнул, положив голову на лапы, чем заставил забеспокоиться человека. — Что такое? — Предчувствия никогда меня не обманывали, но я так и не научился их слушать. — Предчувствия вообще зверей редко обманывают. — Даже навеянные дурным сном? — голова немного приподнялась. — Особенно. Воцарилась недолгая пауза. — Судьба достаточно жестока, чтобы охватывать нас предчувствием. — А ожидание неизвестности — самое ужасное, что может происходить в жизни, — Рэй, чёртово зеркало, всё-таки вытянул из закромков его души какую-то глубокую скрытую сущность, и теперь они, человек и кот, звучали абсолютно одинаково. Мерзкая и страшная ситуация, если задуматься. — Надо заканчивать, — хлопнул по коленям Рэй и встал, — Слишком много сегодня звучало «в жизни». Надо возвращаться, а то так и до фатализма недалеко. — Ага, — кот тоже поднялся и потянулся. — Надеюсь, — обернулся мужчина, — увидеть тебя в ближайшее время вернувшимся в наши ряды, — и у самой двери добавил: — Если что, я этого не говорил. — Разумеется, — показались зубы в усмешке. Кажется, Рэй не поверил. Дверь закрылась. Кот снова принял грустное выражение. Надо же, как время быстро летит. Ещё чуть-чуть и ему придётся прощаться с малышнёй, как любому домашнему питомцу-родителю. Как и его маме. Эх, как-то она там… Тайфун решил развеяться на свежем воздухе. После таких переговоров нельзя оставаться в четырёх стенах, а то, гляди, взорвешься как консервы от сложных мыслей. Ветреность улиц — самое то место, где будет думаться проще, и мысли не застоятся. Дурацкое предчувствие. Снова не молчит. В последнее время оно вообще почти не молчит. С тех самых пор, как он… Увидел Розиту? Раньше, намного раньше, возможно, аж до Гарри. Чуйка, чтоб её, спасибо что хоть сна не лишает. Почему бы не наведаться в ветклинику? С детьми ничего не случится, отныне они под защитой и вниманием работников, а там он давно не был. Раз уж у него проскочила такая мысль и его от неё не воротит, определённо он готов туда вернуться. И Тайфун направился к клинике. «Маленькое здание посреди высоток, так ли уж легко тебя оставить и забыть?» — крутилось в голове кота, пока он вспоминал все моменты, связанные с ветклиникой. Животные, которым он помогал, да и сами ветеринары. Столько имён, столько морд и лиц… Все и не вспомнишь. Чем ближе он подходил, тем более его тянуло внутрь: хотелось поскорее встретиться со старыми знакомыми и узнать новости. Люди на ресепшене — о, счастье! — узнали кота и радостно поприветствовали. Хотя можно было заметить нотку неуверенности, сомнения, не убежит ли он. Они ведь помнили, из-за чего Тайфун покинул их. Зверь сразу направился в питомник, к долговременным постояльцам. Что было здесь здорово, так это то, что почти здоровые неконфликтные животные жили не в клетках, а просто в отделениях и имели свободу передвижений. Сразу на входе ему встретилась поджарая бело-рыжая кошка, что спокойно вылизывала лапу. — Эй, привет! — поздоровался Тайфун. Кошка резко прекратила и с возгласом отпрыгнула подальше от гостя. — Кот! Откуда ты взялся? Не приближайся ко мне! — зашипела она, приседая на лапы. — Воу, спокойно, я не враг. Я просто пришёл спросить… — Знаю я вас, котов. Каждый может так говорить, а потом… — кошка запнулась, но глаза её засверкали ещё больше. Кот понял: она его боится. И по вполне логичным причинам. Хоть кошка и была немаленькой, в крови Тайфуна текла кровь мейн-куна, что делало его больше почти любого сородича и, соответственно, сильнее. — Прости, я не собираюсь тебя трогать. Просто пришёл, как старый друг, проведать это место. — Хэй, что за шум, — из-за угла вышла пара немолодых насупленных котов. И Тайфун понял: слишком давно он не был тут, вряд ли можно будет встретиться со знакомыми. Значит, надо представиться по-новой. — Я Тайфун. Когда-то я часто наведывался сюда общаться с постояльцами и помогать им и развлекать, — огласил кот, пока в комнату прибывало всё больше незнакомых заинтересованных морд. — Тайфун?! Раздери меня пёс, если я не ослышался! — донеслось с задних рядов и вперёд выпрыгнул серый вислоухий кот. Тайфун удивлённо раскрыл глаза: — Егерь? У этого кота не было настоящего имени, только кличка, данная слушателями его истории. Егерь помнит свою жизнь лишь с момента «очнулся, вокруг лес». Как породистый кот там оказался - абсолютно непонятно. И он, совершенно не ведая как и почему, решил, что ему надо охранять свой новый дом от любых напастей. В итоге, прежде чем его забрали в клинику, он успел провести на природе несколько лет, перезнакомившись с местными жителями и заработав хорошую репутацию, и выучил много недоступного простому городскому питомцу. — Ай-ай-ай, Тайфун, негоже так надолго пропадать, не предупредив! — Егерь подошёл и лапой взлохматил шерсть на голове старого приятеля, получив неловкую совестливую улыбку того, — Видишь, как новенькие косо на тебя смотрят? Отбой, братва, дышите спокойно! Даже ты, Карла! Тайфун — надёжнейший друг, нам стоит быть признательными за его помощь нашим «старикам»! — Ну, знаешь ли, Егерь, я не могу быть уверена ни в одном незнакомом коте, — буркнула та бело-рыжая кошка, видимо, Карла, и гордо удалилась. Все начали понемногу расходится, оставляя пару вести свой диалог. — Хм, действительно, — задумался серый, — Так чего тебя так долго не было? Тайфун вздохнул. — Любовь. Семья. Дети. — Ааа, понимаю, — усмехнулся Егерь, — Как Розита? Кот вздрогнул. Слышать, как кто-то так легко спрашивает о ней, было очень тяжело. Особенно в здании, где она… — Умерла. Не пережила рождение. — Оу, — собеседник неловко заморгал, осознавая, что невольно сделал приятелю больно, — А котята? — Все живы. — Слава богу. То есть, не то чтобы, я имел ввиду… — Не оправдывайся, Егерь. Просто давай сменим тему. Какие у вас новости? — У нас, — вислоухий снова подобрался, возвращая своё обычное состояние, и втупился суровым обвиняющим взглядом в гостя, — пропал важный элемент морального и психического выздоровления пострадавших. Видишь, что творится? У всех гиперболизированные фобии то того, то этого. — Брось, дружище, вы не беспомощные слепые котята. До меня ж справлялись как-то. — Но с тобой — лучше. Ладно, прекращаю. Новости, новости… Ничего, выходящего за рамки. Хотя нет, пару дней назад… Впрочем, тебе стоит увидеть это своими глазами. Идём! — Что там такое? — спросил Тайфун, но пошёл за проводником. — Ты не поверишь. Я бы и сам не поверил, если бы своими глазами не узрел. — Неужели чупакабра? — неверяще предположил кот, усмехаясь. — Ууувииидииишь, — загадочно пропел Егерь через плечо. — Если чупакабра, то спешу разочаровать, так чаще всего выглядят простые хищники, болеющие чесоткой. Серый промолчал, не переставая улыбаться. Они прошли в реабилитационную, где в одной из клеток лежал… малюсенький серо-жёлтый, даже золотистый щенок. — И что? — скучающе вопросил Тайфун, — Думаешь, я щенков не видел. — Приглядись. Уж ты-то должен узнать. Кот так и поступил. Внезапно его глаза округлились и он вскрикнул: — ЭТО ВОЛЧОНОК? — Тише, перебудишь всех, — громко прошептал Егерь. — Ну, ладно, — отошёл зверь, — Странно, что он именно здесь, в простой городской ветклинике, но ведь вокруг города лес, разве нет? — Та да, но волки там не обитают. И в соседних лесах тоже, поверь мне, а это очень далеко. Я пытался вычислить по его запаху хотя бы направление, поскольку ничего знакомого доселе не встречал, и понял: юг. — Юг? Это всё, что ты, Лесничий, можешь сказать? Вислоухий молча красноречиво долго и внимательно посмотрел визави в глаза. Тайфун вздохнул. — Может, его перехватили у браконьеров, или ещё что… Он не просыпался пока? — При мне нет, — мотнул головой Егерь. — Хорошо, — «вообще-то, хорошего мало». — Всё это очень странно. Где его стая? Где его родители?.. Я попробую следить за ним и, может, узнаю что-нибудь. — Не знаю, чем ты хочешь ему помочь, но удачи! — махнул хвостом на прощание серый. Тайфун продолжил задумчиво сидеть перед клеткой, следя за размеренно поднимающимся животиком при вдохе. Хммм…

***

«Что за… в этом мире происходит», — шагая по заборам, зверь так и не подобрал описания общей ситуации, которая с ним в последнее время происходит, — «Это всё сразу не может происходить со мной. Ну просто не может». Флешбек Волчонок вскоре проснулся и непонятным взглядом воззрился на успевшего было заскучать кота. Тогда Тайфун понял, что, скорее всего, они не смогут поговорить, потому что: 1) щенок слишком мал, ещё меньше его котят, возможно, едва ли ходить нормально начал; 2)они не то что разных видов, но и разных семейств, соответственно, языки разнятся. Но, была ни была, раз взялся, дело надо было закончить. И старший заговорил, пытаясь повторить собачье произношение. — Привет. Давай познакомимся? Я Тайфун, а тебя как зовут? — помятуя о том, как нелегко было знакомиться с Тиной (откуда ему знать, что не все хоть сколько-нибудь странные дети не такие наученные и опасливые), зверь сразу решил играть на детской наивности и изображать не безопасность, а дружелюбие. — Ты кот, — констатировал кроха, хорошенько разглядев незнакомца. — Верно, — плавно кивнул Тайфун. — Коты — друзья, — не обращая внимания на реплику старшего продолжал размышлять малыш. И внезапно он, подойдя ближе к решетке, невинно заявил, перейдя на (!)кошачье мурлыканье, — Кот помогать Волчонку? Конец флешбека «Это просто невероятно», — продолжал кот, начиная лезть по стене утеплителя на крышу, — «Он ведь почти младенец, которые вообще едва говорят, а этот уже и на чужом языке чешет. Это фантастика, кем бы он себя не считал и кем бы он ни был на самом деле». Флешбек — Что? — несметно удивился кот, от неожиданности с собачьего перейдя на свой родной, — Ты понимаешь и говоришь на кошачьем? — Дя, — полутявкнул-полу-муркнул щенок, из-за чего звук получился похож на фырк. — И что означает «Коты — друзья»? В чём я должен тебе помочь? — не унимался гость, уже не думая, понимает ли его малец. — А-у-рум, — произнеся по слогам, волчонок (у которого действительно золотилась шерсть) поставил лапку на железные прутья, словно хотел дотронуться до нового знакомого, — Зовут. Коту это до чёртиков напомнило, как знакомятся люди. И он — совершенно невольно и неосознанно — поставил и свою лапу на сетку, в место, где находилась лапа собачьего. — Коты — соседи, — меж тем, когда они оба опустили конечности, начал отвечать кроха, — У мы договор. Это хорошо, — он широко улыбнулся. — Где ты живёшь? Что случилось с твоими родителями? — после первого шока старший попробовал вновь говорить на языке понятнее для щенка. Однако, тому это, кажется, не требовалось: он продолжал отвечать на иностранном. — Большооой лес, вода, горы, — восторженно перечислял золотистый, — И Стая — папы и мамы принца Аурума! — своё имя он уже увереннее произносил, но, постойте, принц? И как же этот принц попал к людям? Ответ на так и не заданный вопрос не заставил себя ждать. — Только… я и мама был одни, когда мама пропала… Конец флешбека Тайфун активно взбирался всё выше, пока не достигнул края крыши. Ветер, не скованный каменными джунглями, тут же рванул в морду, обжигая нос морозом. «Так просто не может быть, чтобы со всеми детьми, окружающими меня, происходило несчастье. Что за чёртовы проделки судьбы? Услышала, что я решил с ней бороться, и теперь, вместо «оставить в покое» у меня вот ЭТО вот всё?» Глаза зацепились за закат. Жёлтый, не по-зимнему. Среди густых, почему-то серых, а не разукрашенных туч. «Как шерсть того мальчика» — снова вспомнилось коту и он помотал головой, отгоняя образ. Аурум в итоге попросил его провести домой, будучи, как казалось, полностью уверенным в положительном ответе. Мол, кот — друг, и не откажется помочь самому «принцу». Адли***, на удивление просящего, кот ответил, что подумает и незамедлительно удалился. Куда отвести? Очевидно, довольно далеко, но КУДА? Да и не сможет он это сделать, с маленьким триумвиратом-оравой. «Или…? Если коты — их соседи и союзники», — спало на мысль зверю, там бы могла жить его семья? И не пришлось бы отдавать детей другим хозяевам. У них бы вообще не было бы хозяев, — «то… Что вообще за коты?» «…в той стороне, куда улетают птицы. Много котов живут в лесу, под открытым небом, как одна семья, за стеной из гор… живут там так долго, что смогли создать кошачий рай… там охотно жалуют гостей, особенно из далёких земель. Тогда я поняла, что это моя судьба, во что бы то ни стало дойти туда», — внезапной молнией пронеслось воспоминание в голове кота. Чем дальше, тем яснее становился такой знакомый, родной голос. То ли это место? Почти сто процентов, ближе нигде не живут коты и волки одновременно. «Ты продолжала мечтать о кошачьем рае, Рози? — задумался вдовец, — И… мечтаешь ли до сих пор?» Сильный порыв ветра метнул листья и пыль в морду. Не останавливаясь на этом, природа унеслась за кота и со стуком и лёгким гулом ударилась в металлические трубы вытяжки. Кот спустился с парапета, подошёл и вгляделся в зеркальную поверхность труб. Ну, и что он видит? Красивый юный кот, выглядящий старше, чем есть из-за своих размеров и особенно выражения глаз. Серьёзные, немного холодно-циничные и настороженные, где-то даже печальные; в них больше не было искры детской непосредственности, жажды игр и приключений. Он больше не видел во всём в жизни ценность, только цену. Кто же он такой на самом деле? Тот, кто будет одиноко доживать бесполезную жизнь, уже никогда не будучи прилежным человеческим компаньоном, или всё же в его пороховницах остался порох, не вымоченный в слезах, и он сможет что-то сделать? Остаться с дорогими котятами, помочь Волчонку и воплотить в жизнь мечту любимой. Предпочтёт ли он приключения стабильности и спокойствию? Несомненно, даже после всего пережитого, у него не отнять то, чем он является. Но готов ли он подвергнуть малышей опасности? Что ж, если это обеспечит семье свободу, риск оправдан. Если он вообще будет серьёзный. Кот вскинулся и подскочил, яростно глядя в глаза отражению, словно ожидавшему, когда же он это сделает. — Я не домосидец! Я — боец и готов сражаться до последнего вздоха, до последней седой шерстинки! И я никогда не сдамся рутине, и больше ни за что не отпущу родных! — прокричал он зеркалу. С торжеством заметил в глазах отражения боевой настрой, азарт, радость идеи и даже что-то вроде насмешки. Насмешки над судьбой. «Посмотрим, кто кого» — это его кредо, его желание, его цель. И упаси боже стоящих на его пути, ибо он

нашёл

смысл.

«Гори, но не сжигай, иначе скучно жить. Гори, но не сжигай, гори чтобы светить…»