От огня огонь

      Как показал личный опыт, нет ничего хуже, чем потерянная цель. Квара долго не могла понять, что такого существенного исчезло из её жизни, раз в душе поселилась серая, всепоглощающая апатия. Когда у Фарлонг кончились идеи союзов, их бравый отряд перестал наведываться за пределы крепости. Все силы пошли на укрепление обороны, закупку провизии, обучение и вооружение солдат. Молодой колдунье было отчаянно скучно.       Вновь вернувшееся чувство безграничной свободы больше не приносило ей должного удовольствия. В жизни Квары не было ни друзей, ни врагов, чтобы отвести на них душу. Только периодически вспыхивающий гнев. Без элементаля крови и постоянного чувства опасности стало как-то одиноко. Огонь жёг ей вены, требуя освобождения, но Квара не могла найти ему применения.       Она сама не понимала, чего хотела. Пустота внутри росла, что обычно не предвещало ничего хорошего… для окружающих. В последнее время она подумывала навестить отца, но постоянно отодвигала эту мысль в сторону.       Неизменное присутствие Бишопа было подобно медленно распространяющейся скверне, тяжёлой меланхолии, неспешно заполняющей мысли. Чтобы скинуть с себя разрушительное влияние, Квара бунтовала каждый раз, когда Бишоп в её присутствии открывал рот, язвила и ставила под сомнение каждое его решение. Собрания рыцаря-капитана всегда сопровождали перепалки, потому никто не удивлялся, а, наоборот, присоединялся. Даже убийственные взгляды Бишопа не останавливали колдунью: чувство страха за свою жизнь давно притупилось. К тому же колдунье просто доставляла удовольствие его злость и чувство, что не только она может вестись на провокации.       Их общение с Бишопом стало болезненным с тех пор, как Квара спасла ему жизнь в Топях. Порой даже ей казалось, что пора бы перестать вести себя как ребёнок, но слова слетали с языка сами собой. Хотелось верить, что она просто отвечала ему взаимностью, однако всё было не совсем так. Истинные причины были намного более постыдными, и Кваре совсем не хотелось о них думать.       Однако с некоторых пор к рыцарю-капитану она старалась подходить как можно реже, если позволяли обстоятельства.       Возле двери в тронный зал как всегда топтались многочисленные просители, беглая знать и торговцы. Несколько подозрительных на вид личностей проводили Квару взглядом и продолжили шептаться между собой. У колдуньи не было других знакомых, кроме друзей Фарлонг — остальные по большей части уже умерли, — поэтому она с небольшим удивлением узнала среди просителей лусканского наёмника Джелбуна. Квара решила подойти поближе.       — Оу, привет, красавица! — добродушно воскликнул Джелбун, заметив её.       — Что ты здесь делаешь?       — На службу напрашиваюсь — нынче на Берегу Мечей прибыльнее места не найти.       Колдунья фыркнула и закатила глаза.       — Ах да, забыла: ты же только о деньгах и думаешь.       — Вот-вот, — подхватил Джелбун её интонацию, — они мне за брата, за лорда, за бога — не в прямом смысле, конечно, — но надо же мне во что-то верить! Пока в мире есть золото, серебро да хоть жалкий медяк ценится — быть стабильности. Нет мне места в планах Короля Теней, жуть там одна и смерть. Так что я здесь у вас двух зайцев убиваю, — уже непринуждённо закончил Джелбун, отметая всякую серьёзность. Пусть мотивы его были исключительно корыстными, шкуру свою наёмник ценил больше.       Между ними повисло неловкое молчание. Джелбун продолжал улыбаться и без стеснения рассматривал Квару.       — И как… служба? — произнесла она, чувствуя, как горят щёки.       — Пока никак, — честно ответил наёмник, затем перевёл взгляд куда-то в сторону, чуть помолчал и внезапно спросил: — Если ты не занята, можешь помочь в кладовой?       — Ну пошли.       Все присутствующие не без интереса и зависти смотрели вслед Джелбуну, гадая, что он сделал такого, что с приближённой капитана дружбу завёл. Подозрительные личности вновь зашептались, предлагая навестить Нишку — уж воровка-то собратьев поймёт и обязательно что-нибудь провернуть поможет!       — Сегодня капитан не принимает. По всем вопросам можете обращаться ко мне, — под командный голос Каны часть просителей, поникнув, разошлась.       Насвистывая подслушанную в таверне мелодию, Джелбун повёл Квару в подземелье.       — Она со мной, — горделиво сказал наёмник двум серым плащам у двери, и те, переглянувшись, молча пропустили Квару.       Присвистнув, Джелбун огляделся. Небольшой склад был под завязку набит зерном на любой вкус, бочками с элем, ящиками с солёной рыбой и вяленым мясом. В помещении было довольно прохладно — благодаря какой-то магии. Квара чувствовала работу Сэнда и только усмехалась: быстро же эльф скатился от службы в Академии до прислуги.       Наконец Джелбун определился с выбором и перекинул небольшой мешок с пшеном за спину, а правой рукой прижал к груди небольшой ящик с рыбой. Глаза же до сих пор шарили по сторонам, определяя, можно ли ещё что-нибудь забрать.       — Возьми во-он тот ящик, — немного подумав, Джелбун кивнул куда-то за спину Квары. — Я мог бы и сам дотащить, но в одну ходку быстрее управимся.       — Тогда следовало тягловую лошадь пригласить, — отрезала Квара и горделиво подняла голову.       — Пойми, не для себя же таскаю, не для капитана — всё детям! Стыдно тебе должно быть.       — Ладно, ладно, только без сентиментальных соплей, — вздохнула Квара. Сначала она попробовала приподнять ящик — он оказался довольно лёгким. — Но это в первый и последний раз, — на всякий случай добавила она, чтобы не казаться в глазах Джелбуна безотказной. Всё-таки между скукой и услугой была разница.       — Само собой.       Мысленно Квара поблагодарила Джелбуна за то, что они прошли стороной все многолюдные места — не хотелось потом выслушивать в таверне смешки в свой адрес. Они прошли двор и встали у ворот. Стражники насторожились, заметив Джелбуна, нагруженного казёнными припасами, но, признав следующую за ним Квару, без вопросов пропустили за пределы крепости. Зато Квара почувствовала неладное, но продолжала подыгрывать наёмнику. Что бы он там ни удумал, спину прикрыть точно не успеет.       Джелбун повернул к одинокой хижине фермера, с виду кажущейся заброшенной. Однако кое-кто в ней всё-таки жил, причём далеко не в одиночестве. Навстречу наёмнику вышел Волк — мальчик-сирота, который переселился за капитаном из Невервинтера в Крепость-на-Перекрёстке. В хижине ждали и остальные члены их «стаи» — такие же чумазые дети, одетые в обноски.       Квара осталась стоять на улице, но Джелбун и Волк этого даже не заметили.       — Разбирайте, бандиты, — наёмник поставил припасы на пол и помог вскрыть ящик. — Этого на неделю должно хватить.       Дети, словно настоящая голодная стая, набросились на рыбу. Кто-то опустил руку в мешок и, собрав пригоршню сырого пшена, отправил себе в рот. Лица у детей были счастливыми.       — Эй, это ещё надо приготовить, — Джелбун снова завязал мешок и отставил в сторону.       — Спасибо, очень выручил, — точно взрослый, Волк с важным видом пожал наёмнику руку.       Квара чувствовала себя очень глупо. Когда Джелбун вновь вспомнил о ней, колдунья высказала всё, что за это время успела придумать.       — Так вот зачем я тебе понадобилась? — в сердцах воскликнула она и всучила Джелбуну оставшийся ящик, с силой ударив им в грудь. — Для глупого воровства? Как у тебя только наглости хватило меня приплести… использовать!       Казалось, она была готова испепелить наёмника на месте, а тот, не обращая на истерику колдуньи никакого внимания, открыл ящик и продемонстрировал содержимое.       — У тебя был пустой, так что вор здесь только один — и это я. Давай, веди меня к Кане.       Он бросил бесполезный ящик на землю и протянул вперёд руки. Багровая от злости колдунья ударила его по запястьям, не находя даже подходящих слов.       — Да ты… ты просто…       — Не стесняйся, дорогая, скажи, какой я плохой.       Рядом громко прокашлялся Волк, и Джелбун мгновенно спрятал руки за спиной.       — Тут вообще-то дети, — сказал он, — шли бы вы… в крепость.       — Если раздобуду одеяла, то завтра принесу, — отчитался наёмник и, попрощавшись с мальчиком, пошёл обратно к крепости. Квара поплелась следом, продолжая бурчать:       — Ты мог бы попросить кого-нибудь выделить этот мешок с зерном, а не воровать.       — Правда? — нарочито удивлённо спросил Джелбун. — И у кого же?       Квара действительно не знала, кто отвечал за провизию: она привыкла приходить в таверну, где Сэл всегда предлагал какое-нибудь блюдо, любую выпивку. Щёки снова вспыхнули, но на этот раз не от злости. Джелбун не казался удивлённым.       — Почему ты это делаешь, рискуешь? — только и спросила колдунья.       — Они не станут воровать у своих. В первую очередь тут кормят солдат и рабочих, остальные едят за свой счёт. Эти бандиты вполне спокойно обожрут целую армию, так что лишняя помощь им не помешает.       На миг Квара увидела в придурковатом наёмнике совсем другого человека — неравнодушного к бедам, но скользкого, как водный дженази. Джелбун шмыгнул носом, вмиг разбив романтическое видение.       Он предложил встретиться ещё раз, и Квара даже не имела ничего против. От мысли, что она кому-то помогла, было ни горячо, ни холодно. Ощущения были важнее.       Вопреки ожиданию, что эта встреча будет последней, Джелбун и Квара начали видеться почти каждый день — ненадолго, мельком, обмениваясь парой незначительных фраз, но так даже было лучше. За короткий промежуток времени они не успевали друг другу надоесть. Он называл её «огненной, но холодной, как долина Ледяного ветра», и Кваре это очень льстило. Впервые кто-то нахваливал её способности и не корил за дерзкий характер, потому что сам был не лучше.       Джелбун любил привносить хаос в распланированную жизнь крепости, каким-то образом выводя из себя даже непробиваемую Кану. Среди новичков-сержантов наёмник был самым несносным и острым на язык. Общий подготовительный курс он прогулял, поэтому не мог быть зачислен в состав офицеров. Возможно, он мог бы получить второй шанс, если бы пожелал, да и сказалась непреклонность Каны. Вскоре люди начали шептаться и гадать, что же он такого сделал или сказал «правой руке» рыцаря-капитана, что впал в немилость.       Таверна распределяла слухи, точно какую-то заразную болезнь. За ужином серебряные плащи, не скрываясь, обсуждали новенького сержанта и, судя по громкому хохоту, дела у Джелбуна шли неважно.       — Да он её отшил — точно говорю! — смеясь, говорил один из магов.       — Не смеши меня, это Кана его отшила! — спорил кто-то из его товарищей.       Квара признала тех самых магов, что помогли им отбить Крепость-на-Перекрёстке у лусканцев. Их глупый спор внезапно привёл колдунью в бешенство, казалось бы, абсолютно без причины. Хотелось встать и заявить этой гогочущей солдатне, что Кана ни при чём — это Фарлонг не могла нормального назначения дать.       С удивлением Квара заметила, что Бишоп поднялся с места и пересел к отряду магов. Смех за столом тут же стих. Как бы ни силилась, услышать его речь за музыкой и шумом голосов она не смогла.       Эльф по имени Вейл, что возглавлял отряд, с серьёзным видом кивнул Бишопу, что-то сказал в ответ, встал из-за стола и поспешно направился к выходу. Следом за ним из таверны потянулись остальные серебряные плащи.       Любопытство победило: Квара немедленно уселась напротив Бишопа и попыталась выведать подробности разговора.       — Вместо детских споров им следовало взяться за работу, — с неприязнью сказал он.       — А что, собственно, случилось?       — Если ты про спор, то Джелбун Два Пинка опять что-то сделал не так. Впрочем, я не удивлён.       Коверкая имена, Бишоп выглядел не старше серебряных плащей. Квара насупилась и упёрлась в свою правду, даже не заметив, как ловко Бишоп увёл тему разговора.       — За языком следи, — тихо, но довольно чётко сказала она, — ты даже не понимаешь, о чём говоришь.       Внимательный взгляд Бишопа прожёг Квару насквозь. Запоздало осознав, что именно ляпнула, колдунья покраснела.       — Помнится, ты всегда высмеивала всяких остолопов, а теперь что изменилось? Неужто он тебе… понравился? — Бишоп с усилием выплюнул последнее слово.       Щёки предательски горели, что было красноречивей любого сказанного слова. Бишоп фыркнул.       — Я тебя и раньше не сильно уважал, но ты перешла все границы.       Это уже было слишком. Чувствуя, что начинает закипать, Квара сжала под столом руки в кулаки и как можно чётче произнесла:       — Тогда исчезни с глаз — и жить станет легче.       — Мы заперты в одной крепости.       — Ненадолго.       Несколько мгновений, растянувшихся вечностью, они смотрели друг в другу в глаза, пока Квара, вскочив с места, не закончила их противостояние. Бишоп одним махом прикончил свою выпивку и грохнул о стол кружкой, не заботясь о том, как это со стороны выглядит.

***

      После каждого разговора с Сэндом Фарлонг чувствовала себя странно. То он сражал заточенным, как копьё, интеллектом, затыкая за пояс любого собеседника, то рубил с плеча какой-нибудь неприятной Истиной. В любом случае она чувствовала себя немного глупо: исход общения всегда был разным, и рыцарь-капитан не знала, к чему стоило готовиться. В этот раз, вместо обещанных ответов, эльф с ходу предложил Фарлонг обучение основным техникам Убийц Волшебников.       — В ответ я попрошу держать новые знания в тайне, — невозмутимо говорил Сэнд, не обращая никакого внимания на попытку его перебить. — Тренировки потребуют не более двух часов в день, если не считать медитаций на закате, чтобы успокоить разум. Доверившись источнику магии, ты научишься отражать заклинания — думаю, стоит приложить немного усилий, чтобы овладеть столь важной техникой…       — Нет уж, спасибо, — едко вставила Фарлонг, как только эльф сделал паузу. — Я понимаю, к чему ты клонишь: хочешь моими руками от Квары избавиться, как щит меня готовишь!       — Скорее, как меч, — тем же ровным голосом уточнил Сэнд и усмехнулся. — Моя дорогая, каждое мгновение тобою кто-то пользуется: Нашер и Девятка, торговцы и бандиты, лусканцы… даже Касавир — для удовлетворения своих честолюбивых фантазий. А я предлагаю тебе ещё одно оружие против Теневых Убийц. Как бы судьба ни сложилась, это знание тебе пригодится.       Сложив руки на груди, Фарлонг долго всматривалась в невозмутимый лик эльфа — как всегда непроницаемый, загадочный и немного отталкивающий из-за пренебрежительного взгляда, присущего всем эльфам. Она снова не знала, как стоит реагировать: радоваться возможностям или же насторожиться.       — Верь магии, рыцарь-капитан, — продолжил Сэнд, так и не почувствовав сопротивления. — Не отказывайся от того, чего просто не понимаешь.       На этот раз остроухий осведомитель Нашера попал в самую больную для Фарлонг точку, и женщина невольно поморщилась. Не осталось сомнений, что она лишний раз потешила самолюбие Сэнда, получила больше новых вопросов, чем ответов, и, возможно, только что выставила себя наивной идиоткой.       Но эльф ей всё прощал. Он мог случайно забыть покормить Джарала, пока кот не вгрызался ему в пятки, но о своей цели Сэнд помнил совершенно чётко. Средствами же он не разбрасывался.       Их отвлёк громкий шум во дворе. Рыцарь-капитан, уже привыкшая к внезапной тревоге, выскочила из башни и устремилась на поиски Каны или Касавира.       — Нежить идёт!       Крик часового подхватили солдаты. Не было ни суеты, ни паники: ворота крепости захлопнулись, за ними выстроились серые плащи, а лучники заняли стены. Один за другим на улицу высыпали все спутники капитана, готовясь принять бой. Сама Фарлонг взбежала по ступеням, чтобы занять позицию повыше и рассмотреть угрозу. Сумерки сгущались, и небольшой отряд противника практически слился с наступающей тьмой. Только вспышки пламени на поле говорили о том, что на территорию крепости кто-то проник.       — Они отступают, — прокомментировал Касавир, вздыхая с облегчением.       — Придётся их догнать — там был Теневой Убийца, — встрял Аммон Джерро. — Другого подходящего случая проверить список имён не будет.       Фарлонг нехотя с ним согласилась.       — Похоже на ловушку, — пробормотала гитзерай, и капитан снова кивнула, чувствуя, как закипают мозги. Советники окружили её, ожидая решения.       — Я согласна, что имена нужно сначала опробовать. Вдруг лусканская ведьма обманула?       — Лишившись скальпов, эти уродцы стали похожи друг на друга, как кокосовые орехи, — напомнила Нишка. — Не то чтобы мы и раньше каждого по именам знали, но как быть?       Аммон посмотрел на неё, как на идиотку.       — Читать весь список, конечно! Ну, чего мы ждём?       Подгоняемый его криками, отряд капитана в полном составе вышел за ворота крепости и устремился в погоню. Квара заметно отстала, но и не хотела лезть к нежити первой — это дело Келгара и Касавира. Радовало, что Бишоп ушёл достаточно далеко, чтобы не злить её ещё больше. Его отсутствие компенсировал Сэнд: периодически бросая на колдунью странные взгляды, он подозрительно молчал.       — Запыхался? Возраст уже не тот? — не удержалась от шпильки колдунья, хотя и сама заметно устала от бега и давно перешла на быстрый шаг.       — А у тебя, видимо, лишний вес? — огрызнулся эльф, и Квара заметно успокоилась.       Внезапно Сэнд резко остановился, но не успела она снова пошутить по поводу его возраста, как сама заметила что-то странное в поле. Огонь, что Фарлонг видела со стены, тихо пожирал остатки собранных колосьев и низкую пожелтевшую траву, а чуть дальше чернело что-то бесформенное, похожее на сваленное в кучу тряпьё. Сэнд меньше брезговал, поэтому сразу подошёл к мертвецам. Небольшой магический огонёк осветил поле.       — Дьявол, это же Вейл, — сквозь зубы прошипел эльф, мгновенно узнав собрата. — А вот и Севанн…       Светлая одежда с серебряными вставками не оставляла сомнений, что перед ними упокоился отряд магов. Квара прекрасно помнила их — всего несколько часов назад виделись в таверне, когда к ним подошёл Бишоп и… что он им сказал? Что заметил на дороге отряд нежити, а рыцарь-капитан якобы велела тех устранить?       Если раньше Квара и блефовала, не имея на руках доказательств, то теперь уверилась: Бишоп скрывал намного больше, чем казалось на первый взгляд. Стоя ночью в поле посреди изуродованных трупов солдат, она только сейчас осознала, насколько серьёзными могут быть последствия её сговора с Бишопом.       Колдунья прислушалась к себе, но не почувствовала ни вины, ни тревоги. Сердце продолжало биться ровно, когда она изучала застывшее лицо Вейла. Этот эльф ей никогда не нравился, хоть и виделись они два раза. Для серебряного плаща он был чересчур бесхребетным и глупым, любил перекладывать свою работу на других и даже подчинённым не рассказал о дисциплине. Не то чтобы Квара когда-то в своей жизни соблюдала правила, но и в армии она не служила. Смерть Вейла лишь доказывала его бесполезность.       Чья-то рука схватила её за локоть и с силой развернула к себе. От неожиданности колдунья взвизгнула, но вмиг замолкла, увидев в магическом свете лицо Бишопа. На скуле расползался огромный лиловый синяк, а в остальном он был в полном порядке. Он перевёл взгляд с трупов на двух магов.       — Пока вы тут в поле отходы закапывали, мы натолкнулись на лагерь Теневого Убийцы. Разведчики явно свой хлеб зря едят, раз проморгали его.       — Или же их всех убили, — предположил подоспевший Касавир. На его огромном щите красовалась заметная вмятина.       — Тогда они заслужили смерть, — пожал плечами Бишоп.       Несмотря на побитый вид, Фарлонг выглядела счастливой. Как победитель она продемонстрировала Сэнду ещё один осколок серебряного меча.       — Отвлекать гада довольно утомительно, но мы его окончательно убили! Да и это ещё не всё, — она кивнула жрице, предлагая рассказать хорошую новость.       — У нас достаточно осколков, чтобы отковать серебряный меч.       — Но сначала придётся найти дух кристального дракона, — проскрежетал Аммон Джерро, который меньше остальных пострадал в схватке с нежитью, а потому держался весьма бодро для человека столь преклонного возраста. — Я уже имел дело с ним и потому не думаю, что мне стоит вас сопровождать.       Сэнд, конечно же, не удержался от острот:       — Остались в Фаэруне те, кто тебя не знает? Или хотя бы не пострадал после встречи?       — В любом случае, — перебила его Фарлонг, — дракон — звучит слишком серьёзно. Сначала нам нужно подготовиться.       — И похоронить мертвецов, — довольно хладнокровно добавил Касавир. — Я отдам нужные распоряжения.       Бишоп не забыл напомнить паладину, что тот начал злоупотреблять положением.       — «Отдам распоряжения», — передразнил он. — Звучит по-королевски. Не боишься превратиться в толстого лорда, что на доспехи свои только со стороны смотрит и по былым дням вздыхает?       Касавир убедился, что рыцарь-капитан ушла достаточно далеко, чтобы не услышать его ответа. Незачем ей было лишний раз переживать за чужие предчувствия.       — Не боюсь, — вздохнул он, — потому что не доживу до старости.       Бишоп был доволен его ответом и всячески поддерживал самоубийственные стремления. Жаль лишь, что долго ждать приходится.       До рассвета было ещё много времени, но трупы с полей убрали практически сразу — нежити в окрестностях им сейчас хватало. Фарлонг проследила, чтобы Вейла и его отряд похоронили с почестями, и поплелась в крепость, оставив полыхающие погребальные костры в прошлом.       Заполучив ещё одну часть меча, фрагмент в её груди резанул так сильно, что слёзы навернулись на глаза. И Сэнд ещё удивлялся, почему Фарлонг сторонится магии? Однако со временем она будто научилась сдерживать силу осколков. Всё-таки она пока числилась Носителем и не собиралась прогибаться под куски древних железяк.       Спать совершенно не хотелось, и дело было не только в застрявшем осколке. Ночной воздух был пропитан тревогой и суетой: солдаты ещё не отошли от внезапного нападения Теневого Убийцы. Это был первый опыт защиты крепости, хоть и недолгий, поэтому сержанты и Кана по горячим следам выискивали возможные недочёты. Спутники Фарлонг тоже не спешили расходиться.       Завернув во внутреннюю часть крепости, рыцарь-капитан остановилась, завидев у дверей в тронный зал Свет Небес. Аасимарка при полном параде ждала старта третьего этапа своего глупого испытания, в котором Фарлонг даже не хотела участвовать. Но почему-то приходилось.       — О, боги, только не она снова! — рыцарь совсем не по-рыцарски ломанулась в обратную сторону, но столкнулась с массивным щитом Касавира, словно со стеной.       — Капитан, ты что… убегаешь? — тёмный взгляд паладина заставил Фарлонг устыдиться инстинкта самосохранения.       Свет Небес заметила её, но с места не двигалась, прекрасно понимая, что другим путём, кроме как через неё, капитан домой не попадёт.       — Сэнд, быстрее, кидай на меня все превращения, какие есть!       — Ты собираешься жульничать? — правая бровь Касавира поползла вверх.       Фарлонг слишком хорошо запомнила два предыдущих боя и не собиралась снова залечивать многочисленные раны и переломы. С каждым этапом бой становился всё сложнее и сложнее, совершенно не гарантируя окончательную победу.       — Я собираюсь выжить! — воскликнула леди капитан и немного безумно рассмеялась.       Сэнд послушно исполнил приказ, обрадовавшись про себя, что Фарлонг наконец доверилась магии, пусть и в силу драматичных обстоятельств. Её усилила «кошачья грация» и «бычья сила», немного подумав, он добавил «защиту от стрел» в качестве подстраховки — за спиной аасимарки виднелся арбалет.       Заметив, что происходит, к ним подтянулась Зджаэв.       — Возможно, я могу помочь.       Гитзерай взмахнула копьём. Яркое сияние окутало Фарлонг и впиталось в кожу. Ничего необычного она не почувствовала. Напоследок Квара одарила капитана «медвежьей выносливостью».       — Только мне кажется, что мы создаём чудовище? — заметила она, изогнув тонкую бровь.       — Ненадолго, — вздохнул Сэнд. — Надеюсь, этого хватит, чтобы мы могли вернуться в постели до рассвета.       Если Свет Небес и занервничала, то не подала вида, даже не шелохнулась. Рыцарь-капитан подошла к чудаковатой воительнице и попробовала для начала устранить недоразумение дипломатическим путём, однако аасимарка была непреклонна:       — Сразись сейчас или подожди, когда будешь готова, но я не уйду.       Солдаты и сержанты собирались вокруг места предстоящего поединка, образуя кольцо. Джелбун Два Клинка, как самый ретивый, предложил сделать ставки, и Келгар с удовольствием его поддержал. А где звенели монеты, там уже была и Нишка.       — Ладно! — краснея от злости выпалила Фарлонг. — И стоило внимание привлекать?       — Это часть твоего испытания, — невозмутимо промолвила аасимарка.       Она начала отсчёт времени до поединка и учтиво поклонилась своему противнику. Фарлонг уже знала, что передышки ей не дадут, и занесла Коготь Рашада над правым плечом. На этот раз она решила воспользоваться приёмом Ки сразу. Как только бой начался, воительница обрушила град мощных ударов, но Свет Небес подставила щит, успешно отразив большую их часть, затем контратаковала.       Солдаты, офицеры и друзья капитана, затаив дыхание, наблюдали за дуэлью. Казалось, обе женщины были примерно равны по силе и ловкости. «До окончания действия заклинаний», — добавлял Сэнд про себя. Он был не особо азартным эльфом, но всё же переживал за Фарлонг. Никогда не знаешь, как поведёт себя осколок волшебного меча чужой расы — вдруг под тяжестью магии превращения да от резкого движения в сердце вопьётся? И прощай спасение мира.       От резкого удара Фарлонг отлетела спиной вперёд, ноги заплелись, точно у пьяницы, правда, упала она на заботливо подставленный Касавиром щит. Рыкнув что-то не совсем достойное, она небрежно смахнула кровь с губ, рассечённых ударом латной перчатки, и снова бросилась на Свет Небес. Тело казалось ей лёгким, а запас сил — безграничным. Прекрасное ощущение.       Клинок аасимарки отскочил и оставил на руке Фарлонг глубокую царапину, но кровь едва успела выступить, как шрам мгновенно затянулся. Рыцарь-капитан удивлённо выпучилась, едва не подставив шею под удар. Может, благословение Зджаэв и творило чудеса, но голову к телу вряд ли бы прирастило.       Медленно, но верно Фарлонг одержала уверенную победу без единой царапины. Свет Небес признала поражение и поздравила капитана с победой. Несмотря на жуткие раны, воительница продолжала стоять на ногах и спокойно разговаривать, что наводило на мысли об очередном волшебстве.       — Ты тоже сильный боец, — сказала Фарлонг, стараясь не язвить. — Я принимаю тебя в наши ряды… хотя ты могла просто подойти к Кане и записаться.       Касавир был в восторге, что Свет Небес примкнула в качестве нового сержанта, Келгар забрал свой выигрыш, а солдаты молча разошлись по койкам.       Когда действие заклинаний подошло к концу, Фарлонг устало осела на скамейку у палаток рабочих, лицо её было странно сосредоточенным. Поворочав языком во рту, леди капитан выплюнула выбитый аасимаркой зуб.       — А это магия исправит?       — Боюсь, что нет, — честно ответил Сэнд.       — Зубные феи могут, — радостно сообщил Гробнар, — ну и гоблины, конечно — они просто мастера мелкого ремонта! Могут сделать железную челюсть, похожую на капкан.       — Звучит заманчиво, — не на шутку заинтересовалась Нишка, и Сэнд невольно поёжился, представив это ужасное зрелище.       Постепенно двор опустел. Только молчаливые серые плащи хранили покой у ворот и на стенах. Лунный эльф стоял подле капитана, ожидая вердикта, и Фарлонг вновь его не разочаровала:       — Ладно, Сэнд, я согласна, — она опустила взгляд в землю, — только я совсем не в ладах с магией.       — У калишитов она в крови. Главное, не сомневайся в себе.       Чтобы не возникло новых вопросов и подозрений, эльф развернулся и быстрым шагом направился в свою мастерскую, что по совместительству стала ему домом. Не следовало показывать капитану подозрительно довольную улыбку.