Олени лучше, чем люди

13 марта, 1837 Копендаген       

Дорогой Кристофф,

       Что-то произошло. Я не могу понять, вспомнить, что именно. Мне очень холодно, мое тело сковывает дрожь. Сердце ужасно болит и колотится. Я начинаю забывать. Память опять отступает от меня! И Кристофф, мне очень страшно. Но я буду бороться, обещаю! Ещё не конец. Это просто приступ, я знаю. Известие о смерти Их Величеств поразило меня. Теперь я ещё больше беспокоюсь о ней. Я хорошо понимаю твои чувства к фрау Йенсен. Я испытываю к ней омерзение, хоть никогда не видел её. И искренне, ещё больше надеюсь, что у тебя выйдет с Бертой. Я не могу прийти себя, от известия о смерти. Это для меня было полной неожиданностью, как и для всего твоего королевства. Но, возможно, это хороший знак. Пусть ему земля будет пухом, конечно, но Его Величество был плохим королём. Возможно, Его преемник будет лучше управлять страной. Но я искренне соболезную Их Высочествам. Он был хорошим человеком, храбрым и мужественным. Мне снился кошмар, о том, что ты провалился в прорубь, а я не смог тебя спасти. И мне стало страшно холодно. А ещё, мне снилось, будто я убил мечом всю свою семью. Я убил их, беспощадно, их, безоружных. Меня пытались остановить. И когда я осознал это, я проснулся. Я ведь действительно могу убить их, неужели меня терзает такая ненависть к братьям? И вновь, вновь холод, терзающий холод пронзил меня. У меня нет сил писать больше, прости. Я просто болен. Прошу, будь осторожным. Скоро, совсем скоро я заберу тебя и не буду больше волноваться о тебе.       

Твой друг, Нильс

       P.S: Я проиграл мелодию на пианино. Передай композитору, чтобы он назвал своё имя и адрес. Возможно, я поручу ему написать музыку ко всему либретто. Тексты я думаю закончить послезавтра. И меня весьма насмешило, как ты пользуешься бутылочкой.       

С наилучшими пожеланиями, Нильс