Mon amour, mon ami

Утро было солнечным. Этот факт Мэнел подметила сразу, как открыла глаза. По её комнате раскинулся ковёр из солнечных узоров, создаваемых лучами, проходящими сквозь ажурные занавески. Так всегда было перед Мерет-эн-Гилет. Осень словно бы отступала, позволяя эльфам наслаждаться Пиром Звёздного Света. Тауриэль встретила подругу прямо у её дома, на рыжеволосой было зелёное платье, а сама она без устали говорила о том, что праздник совсем близко. Они словно бы поменялись ролями. Обычно Мэнел была соловьем, который возвещал всех о новом дне, который всё щебетал о празднике, о погоде, обо всем на свете. Рыжеволосая просто ощущала, что подруге это необходимо, пыталась восполнить те эмоции, которые Глиндмэнел всегда дарила окружающим. Когда они оказались в условленном месте, Леголас и Мельтир уже ждали их. Принц про себя отметил, что несмотря на молчаливость, Мэнел выглядела чуть более "живой" и его это порадовало. Мельтир же сразу подметил странность того, что перед Мерет-эн-Гилет девушки выделил время для него. - Я уж думал, что вы вовсю готовите платья, выдумываете причёски и репетируете речи для возлюбленных, - смеялся эльф, ведя их к беседке, в которой он решил устроить пикник. Из-за мокрой травы пришлось немного видоизменить саму суть пикника, но это мало заботило эльфов. - А Леголас наверное уже думает, куда прятаться от настойчивых поклонниц, - подхватила шутку Тауриэль и все дружно рассмеялись. "И одна из нас уже пополнила их сонм", - печально подумала Мэнел, но в ту же минуту решительно отмахнулась от навязчивых мыслей, переключая внимание на друзей. Как только они раселись в беседке и Мельтир разлил всем в бокалы фруктовой воды, эльфы притихли, понимая, что их друг хочет сказать что-то важное. - Поднимем же тост, друзья мои, за счастье, - произнёс он, поднимая бокал. - За счастье, - вторили эльфы, выпивая содержимое. - И пусть ничто в этом мире не станет ему преградой, - подметил Леголас. - Да, друг мой, - потянул Мельтир, - желание быть счастливыми сподвигает нас на многие, даже безумные поступки. Такой поступок хочу совершить и я, - и после недолгой паузы, словно собравшись с мыслями, эльф решительно добавил: - Я отправляюсь в Валинор. Я хочу найти Элениэль и назад я больше не поверну. Мэнел и Тауриэль ахнули, а Леголас лишь потрепал друга по плечу. Конечно, он знал, что именно собирается сказать Мельтир. Ведь именно с араненом тот советовался, именно ему изливал душу всякий раз, когда на него находили муки печали. - Я рада, что ты решился, Мельтир, я искренне хочу, чтобы ты был счастлив, - произнесла Тауриэль, кладя свою ладонь поверх руки эльфа и бросая едва заметный взгляд на Леголаса. Затем, эльфийка словно задумалась о чём-то, глядя куда-то сквозь. - Мельтир, ты прекрасный эльф. Ты как никто заслуживаешь право быть рядом с любимой. Я уверена, что Валинор - это именно то место, где она ждёт тебя, мой друг, - Мэнел поддалась неожиданому порыву и обняла эльфа. Он прижал девушку к себе в ответ и тихо, так, чтобы слышала только она, шепнул ей: - Спасибо, Мэнел, я желаю тебе влюбиться также сильно. Это прекрасно. Отстранившись, девушка смахнула набежавшие слёзы. Даже она не могла сказать, что вызвало их: весть о том, что Мельтир уезжает, или те слова, которые он ей сказал? - Когда ты планируешь уехать? - Внезапно поинтересовалась Тауриэль, переводя взгляд на эльфа. - В ночь празднования Мерет-эн-Гилет. Тогда отходит отряд с теми, кто хочет уйти, звезды укажут нам путь и осветят наши тропы. - А те...кто хочет уйти...таких много? - Рыжеволосая эльфийка едва подбирала слова, Леголас резко поднял на неё глаза, что не укрылось от внимания Мэнел. Принц внимательно глядел на эльфийку, а та всё внимание обратила на Мельтира. - Около дюжины, в основном это те, кто живут в Средиземье уже очень давно и хотят покоя, - ответил Мельтир, вновь разливая по бокалам фруктовую воду. Больше тему Валинора они не затрагивали. Остаток пикника прошёл так, как и хотела Мэнел. Они смеялись, шутили, а эльф, который совсем скоро навсегда их покинет, старался всеми силами запомнить улыбающиеся лица своих друзей. Он не сказал им, но он сомневался, что именно в Валиноре он найдет свою возлюбленную. Сейчас он ставил на карту абсолютно всё. У него не было права на ошибку, как не было и дополнительного шанса. Он знал это, но, как говорят, любовь творит с нами совершенно удивительные вещи.

***

Возвращаясь домой в сопровождении рыжеволосой, Мэнел подметила, что та словно ушла в свои мысли. Она слабо реагировала на замечания подруги, отвечала односложно и все всматривалась куда-то. - Ты сейчас мыслями совсем не здесь, - потянула эльфийка уже на подступах к месту, где они обычно расходились. - Прости, птичка, - внезапно Тауриэль остановилась, заставляя сделать Мэнел то же самое. Рыжеволосая взяла подругу за руку и внимательно взглянула в глаза. - Послушай, пообещай мне одну вещь. Что бы не случилось с нами, мы всегда останемся подругами. Неважно, как поступлю я или поступишь ты. Просто пообещай мне, что никогда не будешь осуждать меня, птичка. Мэнел оторопела. Эльфийка говорила быстро, словно боясь передумать, ее руки слегка подрагивали от волнения. - Конечно, - девушка ответила не задумываясь, - так было всегда, Тау, ты моя самая близкая подруга. Но к чему это ты? Тауриэль порывисто обняла Мэнел, ее всю била мелкая дрожь. - Спасибо тебе, птичка...спасибо. Сразу после этих слов, так и оставив без ответа вопрос подруги, Тауриэль ушла в сторону своего дома, оставля Глиндмэнел наедине со своими мыслями и домыслами. Как в тумане светловолосая эльфийка дошла до дома, а в ее голове крутились слова подруги: "Просто пообещай мне, что никогда не будешь осуждать меня...". Осуждать за что? Может, за чувства к Леголасу, но если Тау заговорила об этом, значит, она догадывается, что Мэнел тоже неравнодушка к принцу. Неужели поведение настолько её выдало? Но если именно обэтом говорила Тау и она догадалась... не значит ли, что догадался и принц?

***

Вечер. Дом Тауриэль. - Ты окончательно приняла решение? - Принц стоял на пороге дома девушки, а та, явно не ожидавшая гостей, сейчас куталась в шаль, закрывая дверь за пришедшим. - Да, Леголас, я не хочу больше обманывать ни Мэнел, ни саму себя, - проговорила Тауриэль, глядя на взволнованного аранена. Тот после пикника долго не находил себе места. Не дожидаясь утра он решил выяснить все у девушки и сейчас понимал, что от осознания правды ему действительно стало легче. - Я не хочу, чтобы ты скрывала это от неё. - И я не хочу, но иначе никак. Ты же знаешь. Конечно, он все знал. Поэтому Леголас без лишних слов просто обнял девушку, вдыхая приятный аромат трав, исходишвий от её волос. Впервые за долгие пять лет ночь перед Мерет - эн - Гилет не была чем-то печальным для Тауриэль. Впервые она не думала о Кили, ведь совсем скоро наступала та ночь, когда они так долго говорили в недрах темниц Владыки. Та ночь, когда ей пришло в голову, что никто в целом мире не понимал её так, как он. Неужели освсем скоро все будет по-другому?