Нет места ненависти

30 января Годрикова впадина       На улице стоял тихий морозный день. Солнце медленно выходило из-за горизонта, освещая все окрестности деревеньки. POV Лили       Сегодня поистине прекрасный день, чтобы открыть парочке магглов прелести магии, которую те до этого презирали. Многие волшебники не понимали, почему люди так относятся к такому виду деятельности. А я вам отвечу — они просто боялись неизвестности. Но сегодня мы сломаем эту тонкую грань наших сознаний и ощущений.       Я медленно спустилась по лестнице на кухню, где меня уже ждали оба Поттера.       — Лили, у нас есть для тебя подарок! — радостно проговорил мой муж, держа на руках Гарри, я мягко улыбнулась, по очереди чмокнув каждого из них в щеку.       Неожиданный взмах палочки и вся кухня превратилась в зимний сад. В вазах и горшках стояли самые разнообразные цветы всевозможных оттенков и размеров, а в руках моего сына три огромные лилии, превышавшие даже его рост.       — Мама, с Днём Рождения! — прокричал Гарри.       — Спасибо, дорогие, я, право, не ожидала, — смеясь ответила я, принимая цветы из маленьких ручонок.       — Что ж, думаю, пора готовиться к встрече наших гостей. Нам предстоит подружить этих людей с чудесами нашей магии, без которой, — заметила я, глядя на цветы, появившиеся чудесным образом, — наша жизнь, похоже, невозможна.

***

      В доме номер четыре по Тисовой улице тоже кипела жизнь. Его обитатели уже давно были на ногах и во всю готовились ко встрече.       — Петуния, дорогая, а мне обязательно это надевать? — немного возмущённо спросил Вернон.       — О, Вернон, этот пиджак тебе идёт. Не возмущайся.       — Мама, мам, — малыш дёрнул подол платья матери, а та мило ему улыбнулась, — а можно я возьму с собой машинки?       — Конечно, дорогой.       Спустя час долгих сборов и споров семья Дурслей стояла около камина. Если Петуния была настроена решительно, то Вернон стоял в сомнениях, нервно поглядывая на зеленый песок в шкатулке.       — Петуния, может не надо? Неизвестно, что с нами произойдёт, да и…       — Дорогой, я уверена, что всё будет хорошо, — уверенным тоном прервала своего мужа женщина, — так, а теперь берите щепотку волшебного порошка, вставайте туда, — скомандовала Петуния, указывая внутрь камина, — и киньте волшебный порох со словами «Годрикова впадина».       Вернон неуверенно шагнул вперед и прошептал слова, отправившие его в маленькое путешествие.

***

      Все тело скрутилось, вытянувшись в пространстве. Казалось, что все органы то сжимаются, то снова приобретают нормальный вид. Голова кружилась от непривычного транспорта, но вскоре серое пространство разрезал яркий луч света, и мужчина оказался совсем в другом камине.       — Здравствуйте, Вернон, — с улыбкой проговорил Джеймс, смотря на весьма глупое лицо маггла.       — А, да, з-здравствуй — заикаясь, пролепетал Дурсль, подавая руку Поттеру. Внезапно камин издал странный звук, и оттуда спокойно вышла Петуния на руках с Дадли.       — Здравствуй, Джеймс, — поприветствовала женщина мужа своей сестры.       — Здравствуйте, привет, Дадли! Проходите.       Идя в сторону столовой, Дурсли с круглыми глазами рассматривали причудливые волшебные предметы.       Метла сама по себе подметала пол, как бы кружась в танце. Губка сама вспенивала и намывала посуду, пуская пузырьки с радужными бликами.       Пройдя чуть дальше, гости уселись на диван, ожидая прихода именинницы с сыном. Как говорится, вспомнишь Гарри, вот и он. В комнату вбегает мальчик в чёрных брюках и коричневой жилетке, надетой поверх белой рубашки.       — Привет! — сев рядом с Дадли, сказал Гарри.       — Привет! — радостно ответил тот.

***

      — Джеймс, а газета у вас имеется?       — О, да, конечно, — Поттер встал подошёл к дивану, схватив толстый бумажный сверток, — держите.       — Так, что тут у нас, — пробегая глазами по строчкам, пробормотал мужчина, — хм, Азкабан — это что?       — Тюрьма для особо опасных волшебников и волшебниц, — пояснил Джеймс, после чего Вернон вновь углубился в чтение.       — А-а-а-а! — послышался крик Дурсля, а потом и звук чего-то упавшего.       — Вернон, что с тобой? — вскочила Петуния       — Петуния, картинки движутся! Там… там всё двигается, — поднимаясь, пролепетал Дурсль.       — А у вас не так?       — О нет, Джеймс, у нас в газетах картинки не двигаются, а вот в телевизоре — да.       — Теле-что?       — Телевизор — это устройство, в котором двигаются картинки и слышно голоса, — спокойно пояснила Петуния.       Через десять минут к гостям присоединилась и именинница.       — Петуния, Вернон, Дадли, я так рада, что вы смогли придти в этот день. Для меня это очень важно, — мило улыбнувшись, поприветствовала гостей миссис Поттер.       — Просим к столу.       Все присутствующие присели за стол. Но к великому сожалению мистера Дурсля старшего стол был пуст. Нет, ну не совсем. На нём расположились тарелки, столовые приборы, бокалы, миски и даже хрустальная ваза, но также пустая. Вернон многозначительно взглянул на Поттеров.       — Как, Вернон, разве вы ничего не видите?       Дурсль ещё раз обвёл стол взглядом, убедившись, что он не идиот, и перевёл взгляд на Петунию, а-ля «Они, что, издеваются?»       — Дорогой, присмотрись, — улыбаясь, ответила женщина.       Он снова повернулся в сторону пустых тарелок и открыл рот не то от шока, не то от радости и удивления. Весь стол окутал «туман» из блестящий огоньков. Они медленно собирались в кучу, наполняя тарелки и пиалы различными яствами. Дурсль перевёл взор на вазу и заморгал глазами от увиденного. Вазу окружили миллионы огоньков и вспыхнули разом, очерчивая контуры прекрасных белых лилий.       Миссис Дурсль улыбнулась решила уже, наконец, покушать. В это время Вернон, сделав самое невозмутимое лицо, чем очень рассмешил Джеймса, последовал примеру жены.       — Хм, Джеймс, не могли бы вы передать мне кусочек помидора? Знаете, такой красный, круглый овощ, — усмехнувшись, пропел Дурсль, надеясь застать Поттера врасплох. Ведь этот овощ не находился на столе.       — Конечно, — улыбаясь как-то по-звериному ответил тот.       Джеймс взмахнул палочкой, и в его руке появился тот самый круглый и красный помидор. Прошептав ещё одно заклинание, мистер Поттер взмахнул палочкой, и помидор, превратившись в человечка, вальяжно пошёл по столу до тарелки Дурсля, встав около неё, он разделился на половинки и запрыгнул в блюдцу.       — Прошу.       — Петуния, — шепотом начал Вернон, — он ненормальный!       Неожиданно все залились хохотом. Как вдруг у Гарри, смеявшегося от такой радости, изо рта вылетели два сверкающих огонька, разделившись ещё на два, и подлетая к каждому сидящему за столом. Все, кроме Гарри замолчали, наблюдая за происходящим. Шарик над Лили вспыхнул оранжевым светом, и у ведьмы на коленях оказалась любимая книга, которую та читала ещё в Хогвартсе. У Джеймса огонёк засиял зелёным светом, и ему в ладони приземлилась давно потерянная фотография Лили Эванс, сделанная ещё на первом курсе. Перед Петунией, сверкая, вспыхнул жёлтый свет, представляя некую картинку, видимую только ей. Она была расплывчатая, но отчётливо было видно, как она, Петуния, держит на руках маленького ребенка, вокруг которого летали бабочки жёлтого цвета. В это время над Верноном сверкнул голубой шарик и все проблемы и невзгоды отступили, глупая улыбка расцвела на лице мистера Дурсля. Шарик фиолетового цвета засветился над головой у Дадли, и ему в маленькие ладошки, кружась в воздухе, опустилась волшебная палочка. Вся комната засияла красным цветов и золотые буквы разрезали воздух. ГРИФФИНДОР.       С минуту все молчали.       — Что это… это волшебство?       — Это магические всплески у детей. Они возникают обычно при сильных положительных или отрицательных эмоциях. И часто в возрасте шести-семи лет, но похоже бывает и раньше.       — А что это за огоньки и «подарки»?       — Скорее всего, это подарки будущего. Петуния, думаю, вам показали будущее. А палочка Дадли может только означать, что она может ему пригодиться исполнить что-либо. Возможно он волшебник.       — А что такое гриффиндор? — включился в разговор Дадли.       — Гриффиндор — это львиный факультет в школе чародейства и волшебства Хогвартс. Факультет смелых и благородных волшебников и волшебниц.       — Магические всплески можно ведь контролировать?       — Да, конечно. Всё зависит от того, какой эмоцией он вызван. Если положительной, то не обязательно, а если отрицательной, то нужно избавиться от очага самого воспоминания и научиться контролировать свои эмоции.       Оставшийся вечер прошёл спокойно. Никаких происшествий не было. Лили играла с детьми, показывая волшебные фокусы. Вернон и Джеймс обсуждали, где легче жить в мире маглов или в мире волшебников. Поттер рассказывал, что можно сделать с помощью магии, и Дурсль убедился, что магия совсем не опасна, а даже очень полезна. После чего он битый час пытался объяснить Поттеру, как устроен телевизор…       Тем временем Петуния сидела в кресле, погружённая в свои мысли.       Кто этот ребенок? Почему он у меня на руках? Неужели, это мой малыш? Но этого не может быть. Почему от него исходил такой волшебный поток? И бабочки, почему бабочки? Он волшебник? Но как?       Эти мысли полностью погрузили миссис Дурсль, и она потеряла счёт времени.

***

      Через два часа всё семейство Дурсль стояло около камина, собираясь домой.       — Спасибо вам за столь приятный вечер!       — О, нет, это мы должны вас благодарить, что пришли. Ждём снова в гости.       Петуния улыбнулась, обнимая сестру.       — Обязательно, — ответила женщина, — дом на тисовой улице номер четыре.       Вспыхнул зеленый огонь, забирая в своё пламя семейство Дурсль…       Этот вечер изменил многое. Он открыл глаза людям на неизвестное. И показал, что не стоит бояться неизвестного. Ведь идти дальше — это так интересно!