Тайны священных рощ

      — Ну не знаю, Ингвар, у друидов тоже яйца есть, разве не так?       Дей замер за углом коридора, прислушиваясь. Трёп воинов туата не очень-то его интересовал — но часто служил источником полезной информации о том, что происходило вокруг.       — Есть-то есть, — Ингвар негромко хохотнул, — только как бы он твои не отмахнул одним взмахом серпа.       Второй стражник, Куруфин, сердито засопел.       — Дурацкие у тебя шутки, Ингвар. Я с тобой всерьёз говорил!       — Да что тут может быть серьезного, а? Втрескаться в Великого Ученика. Он же никого не подпускает к себе.       — Никого-никого, — в голосе Куруфина послышались высокомерно-довольные нотки, будто он знал что-то, чего не мог знать никто другой, — а по ночам… — и он зашептал что-то Ингвару на ухо, так что Дей уже не мог разобрать слов. Ингвар при этом негромко хихикал после каждых нескольких слов.       — Что здесь происходит? — Дей шагнул вперёд, и оба воина мгновенно вытянулись по струнке вдоль колонн, украшавших дверной проём.       — Приветствуем, господин, — ответили ему разом два голоса, и тут же стражи склонились в поклоне.       — О каком друиде шла речь? — спросил Дей уже тише, делая ещё шаг вперёд. Ингвар — более молодой из двух Горностаев, хихикнул, а Куруфин покосился на дверь.       — И что, — Дей с любопытством посмотрел на Куруфина, — тебя он в самом деле заинтересовал?       Куруфин, который хоть и был постарше, но тоже едва пересёк порог, когда уже можно посещать Самайн, чуть заметно покраснел.       — Вы же знаете, — делая задумчивое лицо, которое совсем не шло к его золотистой бороде, протянул он, — сиды всегда привлекали людей.       — Да ты бы ещё в богиню влюбился, — Ингвар хлопнул напарника по животу, затянутому в кожаный доспех, и хохотнул.       — Все сиды? — Дей поднял брови.       — Ну, кроме вас, разумеется! — тут же поправился Куруфин. — Вас и вашего отца! То есть, я хотел сказать…       — По-моему, тебе лучше молчать, — спокойно прервал его Дей. — А услышу ещё скабрезные шуточки о нашем госте — отрежу яйца без всякого серпа.       Дей оправил новую шёлковую тунику, надетую по случаю визита Ученика, и положил ладонь на полотно двери. Ему было страшно. Впервые за всё время, сколько он себя помнил, Дей боялся, что не справится с собой. Он не понимал, почему этот сид вызывает у него такой панический страх — ведь он уже знал Девона раньше, и тот даже обещал ему новую встречу. Ведь он, в отличие от воинов туата, не боялся ни друидов, ни сид.       Вот уже три дня Девон гостил в его тереме, но об обряде пока речи не шло. С Деем он говорил лишь раз, в день своего прибытия. Поклонился, пересказал волю богини и попросил предоставить ему комнату для уединения. Дей приказал проводить друида в заранее приготовленные покои, и больше Девон оттуда не выходил.       Девон на взгляд Дея изменился не слишком сильно — он был таким же холодным, как и шесть лет назад, и его таинственность так же точно манила к себе. Возможно, именно поэтому Дей не испытывал страха — для всех остальных Девон был Великим Учеником, Дей же видел в нём того мальчишку, который когда-то навсегда покорил его.       Дей постучал в деревянную дверь и, выждав несколько секунд, но так и не получив ответа, вошёл.       Девон стоял перед окном и смотрел на холмы, поросшие редкими деревцами — туда, на восток, где некогда простирались земли Ястребов.       Дей прокашлялся, но Девон, как и в прошлый раз, не обернулся и не посмотрел на него.       — Я хотел узнать, всё ли у вас хорошо, — сказал Дей негромко. Тишина, царившая в комнате, давила на него, и он чувствовал — о чём бы ни думал сейчас Девон, ничего из происходящего здесь для него не может быть хорошо.       Девон молчал, и Дей продолжил:       — Вам нравятся ваши комнаты? Я подбирал их специально для вас.       — И поэтому окна выходят на восток? — Девон резко развернулся, и в малахитовых зрачках его был лёд.       Дей невольно сглотнул, его будто проткнули насквозь копьём.       — Я был не прав? — растерянно спросил он. — Вы хотели бы другие комнаты? Я немедленно распоряжусь…       — Перестань, — Девон шагнул вперёд и остановился напротив него. — Комнаты не изменят ничего.       Дей на секунду прикрыл глаза, силясь справиться с собой, глубоко вдохнул.       — Для меня важно, — спокойно сказал он, вновь поднимая веки и глядя на Девона в упор, — чтобы вам было здесь хорошо. Пожалуйста, если что-то будет беспокоить вас — немедленно дайте мне знать.       На губах Девона мелькнула злая усмешка.       — Ты так боишься второго из друидов?       Глаза Дея едва заметно расширились.       — Я не боюсь вас, — обиженно произнёс он.       Девон фыркнул.       — Ты весь дрожишь.       Дей не смог ответить ничего.       — Почему ты выбрал именно эти комнаты? — Девон сделал ещё один небольшой шаг вперёд.       Дей сглотнул. Взгляд Девона странно действовал на него, лишая воли и любого контроля над собой.       — Я хотел, чтобы ваши комнаты были рядом с моими, — совсем тихо сказал он и тут же понял, что пропал.       Усмешка на лице Девона стала ещё холодней.       — Вот как, — он протянул руку и коснулся щеки Дея — сначала только кончиками пальцев, разгоняя под кожей стайки мурашек, так что дыхание Дея сбилось, а сердце застучало быстрей, а потом взял её в ладонь целиком, заставляя Дея запрокинуть лицо и вытянуться струной — тот был почти на голову ниже его. — И на что ты рассчитывал, мальчик? Что тебе нужно от меня?       Дей молчал, чувствуя, как тонет в оказавшихся совсем рядом с ним глазах. Дыхание Девона было так близко, что холодные струйки воздуха касались его виска.       — Поговорить… — выдавил наконец Дей. Получился едва заметный шёпот.       — Поговорить? — Девон с деланным удивлением распахнул глаза, ему явно было смешно. — Быть может, ты хочешь предложить мне заговор?.. Против богини или Великого Друида?       — Нет!       — Быть может, ты хотел напомнить, как некогда они предали меня?       — Нет!       Дей вырвался из его рук — хоть Девон толком и не держал его, сделать это оказалось неожиданно тяжело — и отшатнулся назад, тяжело дыша.       — Нет! Вы не в своём уме! Я никогда не помышлял ни о чём таком!       — Так что же тебе нужно от меня?! — рявкнул Девон, и ветер из окна всколыхнул его волосы — будто надвигалась буря.       Дей всё ещё тяжело дышал. Он полностью сосредоточился на том, чтобы успокоить взбесившееся сердце, и только вернув себе контроль над собственным телом, произнёс почти спокойно, хотя голос его всё ещё немного дрожал от обиды:       — Вы когда-то обещали… обещали, что… — Дей сглотнул, — покажите мне свою магию. — «Вы даже не помните меня?» — бился в голове вопрос, но вслух его Дей так и не произнёс, — я просто… просто хотел увидеть вас. Обрадовать вас. Вот и всё.       Не дожидаясь ответа, он стрелой выскочил из комнаты и, не обращая внимания на недоумённые взгляды, бросился к себе.       Теперь уже Дей жалел, что покои Девона оказались так близко от его собственных — ему без конца казалось, что он слышит шаги и дыхание друида за деревянной стеной.       Сжимая кулаки, он мерил шагами комнату, но всё ещё не мог справиться с собой. Пока, спустя час или около того, в дверь не раздался стук.       — Да, — откликнулся Дей. Он не хотел видеть никого.       — Филид Алонос хотел бы с вами говорить, — молодой воин, показавшийся на пороге, отвесил Дею поклон.       — Пусть войдёт.       — Простите, — воин покосился на стену, — Алонос просил, чтобы вы сами навестили его.       Дей проследил за взглядом вестника и скрипнул зубами.       — Хорошо, — процедил он и решительно направился к выходу.       Алонос ожидал его в небольшой комнатке — в отличие от сидов, рядовые воины туата жили в комнатах по десять человек, но филиду, как и другим приближённым старшего Горностая, полагалось лучшее жильё.       — Почему мы говорим здесь? — спросил Дей, оглядывая стены, украшенные шкурами диких зверей. На одной из них висели лук со стрелами — на другой арфа, но Алонос явно не собирался сегодня играть. Он сидел на узкой кровати в углу, покрытой пуховыми перинами и застеленной меховым покрывалом, и смотрел на вход. — Неужели ты тоже боишься его? Алонос кивнул так, как будто ответ разумелся сам собой.       — Я боюсь, что ты натворишь бед, — спокойно произнёс он вслух.       — Отец позволил мне поехать в Арму. Он позволил мне пригласить Девона… Ученика в мой дом.       — Твой отец не учёл, что ты приглашаешь не друида… Ты пригласил Девона, сына Ястреба.       — Он давно прощён.       Алонос покачал головой и встал. Подошёл к сундуку, стоящему в углу, и, достав из него флягу с цветочным вином и две простые деревянные чарки, разлил напиток, а затем одну протянул Дею.       — Я не твой отец, Дей. Я думаю не как король.       — И что? — Дей оставался зол на Девона и на самого себя, но всё-таки принял вино и сделал глоток.       — А то, мой мальчик, что иногда мне кажется, я лучше его понимаю тебя.       — Ты филид, — спокойно ответил Дей, — твоя судьба — понимать сидов и людей.       — Дело не в судьбе, — Алонос ткнул пальцем ему в лоб, — дело в тебе. Ты кажешься сообразительным и взрослым, но, может быть, потому, что ты всегда был умнее других детей, ты и остался ребёнком в свои прошедшие двадцать один Самайна.       Дей стиснул зубы. Мало кто в доме позволял себе разговаривать подобным образом с ним, но Алонос в чём-то был прав — за те годы, что Дей провёл в туате, от него он узнал о жизни больше, чем от отца.       — Ты видишь всё через дымку собственных иллюзий и надежд, — продолжил Алонос и тоже сделал глоток, — но ты не видишь его таким, каков он есть.       — Зачем мне видеть его, — произнёс Дей растерянно, — он просто проведёт ритуал и всё.       Алонос усмехнулся и покачал головой.       — Он уничтожит не духов, а тебя.       — С чего ты взял? Ему вообще наплевать на меня.       Алонос снисходительно посмотрел на Дея.       — Дей, забудь про него. Я же вижу, что творится в твоей молодой голове. Впрочем, точно ли в голове?       На секунду Дей стиснул зубы, а затем поднёс чарку к губам и залпом осушил её.       — Это всё, что ты хотел сказать? — жёстко спросил он.       — Ты не услышал ничего.       — Тогда до встречи, Алонос. У меня ещё много дел.