Тайны священных рощ

      — Сила трав велика, но они должны быть собраны ночью и вложены в руку покойника. Есть травы, чтобы вызывать любовь или чтобы вызвать бесплодие, но только знахари фоморов знают секреты их силы — и не раскроют их никому, кроме посвященного. Дей сосредоточенно болтал в воздухе склянкой, выточенной из полупрозрачного кварца.       — Ну что, получилось что-нибудь?       Дей осторожно плеснул жидкость в котёл, и наваристый бульон, соприкоснувшись с зельем, мгновенно вспыхнул — так, что пламя взвилось до потолка.       Дей открыл рот, секунду пытался совладать с собой, а затем чихнул.       — Не клади больше анемон, — Девон покинул своё место около окна, где стоял до сих пор, и, остановившись рядом с Деем, принялся разглядывать оставшееся содержимое котелка.       — Я не клал анемон, — проворчал Дей и, повернувшись к столу, принялся разглядывать разложенные на столе травы. — Я же не совсем дурак, Девон. Знаю, какой эффект даёт анемон. Это просто лечебная трава.       — Да, если его не нагревать.       — Может, дело в вербене?       — Нет.       — Тысячелистник?       — Нет.       — А это что? — Дей ткнул в пучок травы, лежавший на краю стола.       Девон приблизился к нему и, взяв пучок травы в руки, поднёс его к лицу. Принюхался и тоже чихнул.       — Это вообще какой-то сорняк.       — Может, дело в нём?       Девон внимательно посмотрел на ученика.       — А зачем ты его клал?       — Хотел посмотреть, какой будет результат.       Девон закатил глаза.       — Прошлые три раза не было этого сорняка! — поспешил добавить Дей. — И вообще, где ты взял этот рецепт?       Девон не ответил ничего. Отвернулся и молча двинулся к двери, так что Дею оставалось только скрипнуть зубами и двинуться следом за ним.       — Не делай так, — крикнул он в спину своему наставнику, — как только я задаю неудобный вопрос, ты просто отворачиваешься и уходишь от меня! Девон, я так не могу!       Девон по-прежнему не отвечал. Он покинул келью и остановился на скалистом карнизе, глядя на долину Армы, как делал в таких случаях всегда.       — Ты сам хоть раз пробовал его? — продолжил допрос Дей. Он тоже вышел и теперь стоял у Девона за спиной.       — Да.       — Так кто научил ему тебя?       Девон поджал губы, и Дей видел, как гуляют по его скулам желваки.       — Риган, да?       Ответом была тишина.       — Почему ты никогда не рассказываешь о нём? Он ведь учил тебя?       — Близится Бельтайн.       — Что?.. — Дей поперхнулся вопросом, который готов был сорваться с его губ.       — Я сказал, что приближается Бельтайн, — повторил Девон и повернулся лицом к нему, — Риган пропустил Самайн и Имболк, но я уверен, что он не упустит случая появиться на Бельтайн. И тогда ты сможешь познакомиться с ним сам.       Дей зябко повёл плечами.       — Не уверен, что я бы этого хотел.       — Тогда зачем ты допрашиваешь меня? Думаешь, мне приятно о нём вспоминать?       Дей секунду в недоумении смотрел на него.       — Я просто хочу чуть лучше тебя узнать, — сказал он растерянно. — Девон, ты ведь никогда не говорил, что тебе неприятно об этом вспоминать.       Девон не ответил ничего. Развернулся и молча двинулся в направлении кельи, рассчитывая сбежать. Дей остался стоять на краю, оторопело глядя ему вслед, но уже через несколько мгновений взял себя в руки и окликнул Девона.       — А есть зелье, которое может заставить забыть? — спросил он, когда тот чуть повернул голову на звук.       — Да.       Он помолчал, и когда Дей уже перестал рассчитывать на ответ, добавил:       — Это оно не получается у тебя.       Дей широко распахнул глаза.       — Поэтому мы всё время пытаемся его восстановить, да? Ты хочешь забыть то, что Риган делал с тобой?       — Он ничего не делал со мной! — Девон резко повернулся к нему. — И нет, я не собираюсь больше ничего забывать!       — Больше…       Наступила тишина. Девон зло смотрел на Дея, ненавидя его за то, что тот понимает сказанное с полуслова… И себя — за то, что не может держать за зубами язык.       — Девон, почему ты не помнишь меня?       — Я помню тебя! Ты каждое утро будишь меня, никогда не можешь прожарить мясо настолько, чтобы оно не вязло в зубах, и постоянно задаёшь вопросы, на которые я не хочу отвечать! Если бы я и хотел, то вряд ли смог бы тебя забыть!       — Но ты не помнишь, что знал меня давным-давно, — Дей шагнул вперёд, не обращая внимания на тон Девона и его разъяренный вид. — Ты не помнишь, что я умею читать. И не помнишь, что уже обучал меня травам и звёздам, и…       Дей не договорил. Девон схватил его за плечи и рванул на себя. На секунду в глазах Дея мелькнул страх, потому что лицо Девона в эту секунду было таким же, как тогда, когда он силой взял его — в глазах плескался опаляющий жар.       Догадка Дея оказалась от истины недалека. Девон прижал его к стене и накрыл рот Дея губами, заставляя замолчать. Он целовал его жадно и зло, так, что в голове юноши промелькнула мысль, что если бы он и хотел вырваться, Девон попросту не отпустил бы его сейчас.       Но затем Девон отстранился, и хотя в глазах его, глядевших прямо на Дея, горел всё тот же пожар, он лишь поймал в ладони лицо ученика и принялся гладить его по волосам — бешено, быстро, почти зло.       — Девон, да что с тобой… — пробормотал Дей растерянно и сам коснулся щеки учителя рукой.       Девон зажмурился, и руки его остановились, а через секунду он уткнулся в волосы Дея лицом.       — Никогда не спрашивай меня о нём.       — Девон…       — Я не хочу помнить ничего, что было до тебя.       — Но…       — Я ненавижу его. Это всё, что тебе нужно знать. Он убил моего отца. Уничтожил мой дом. Иногда мне кажется, что он убил и меня.       Дей замер и, поколебавшись несколько мгновений, осторожно опустил руки Девону на лопатки, а затем, придерживая его одной рукой, погладил по спине.       — Я правда нужен тебе? — спросил негромко он.       Девон отстранился и вгляделся в его лицо. Сглотнул и так же негромко, но твёрдо ответил:       — Да.       Дей облизнул губы.       — Но почему… Почему мы тогда…       Девон отвернулся, явно не желая отвечать, но Дей был уверен — за этим движением скрывалось что-то ещё.       — Девон… Если ты думаешь, что я обиделся на тебя за тот раз, то всё давно прошло. Я уже сказал тебе: я просто хочу быть с тобой. Пусть даже и так.       Девон поджал губы, и когда его взгляд снова устремился на Дея, в глазах опять полыхал огонь.       — Ты хочешь этого?       Дей судорожно кивнул.       — Почему? Почему ты хочешь, чтобы я снова причинил тебе боль?       Дей неловко улыбнулся.       — Не знаю. Я просто этого хочу, — он чуть заметно скосил взгляд, и щёки его порозовели, — вообще-то, у тебя не очень хорошо получается причинять мне боль. И даже когда ты наказываешь меня, у меня всё твердеет в паху, а потом всю ночь я представляю, как ты входишь в меня.       Дей закусил губу и замолк.       Девон несколько секунд недоумевающе смотрел на него, а потом ладони друида медленно поползли вниз, лёгкими касаниями исследуя спину Дея, пока не опустились ему на ягодицы и не сжали — сильно, как когда-то давно.       Дей испустил вздох, больше похожий на стон, и прогнулся, прижимаясь к Девону всем телом.       Девон склонился к его уху и, поймав зубами раковину, легонько прикусил, вырывая новый стон.       — Шутишь, — сказал он.       — Нет! — выдохнул Дей, прогибаясь ещё сильней. Ладони его крепко стиснули спину Девона, силясь ещё ближе прижать его к себе.       Девон отстранился на секунду и вгляделся ему в глаза, а потом молча подхватил подмышки — так, что Дей коротко вскрикнул от неожиданности — и втащил ученика в дверной проём, а затем уронил на скамью, на которой спал.       На секунду Дея всё-таки охватила паника, когда высокая фигура Девона заслонила ему солнечный свет, но затем Девон двумя быстрыми движениями стянул с себя пояс и сбросил на пол балахон, и Дей замер, любуясь на его стройный, будто ствол тиса силуэт.       — Я люблю тебя… — прошептал он и протянул руку, чтобы коснуться груди Девона. Это было по-другому, не так, как когда Дей купал его, и от одного осознания возможностей, которые теперь открылись ему, у Дея потяжелело в паху. Он приподнялся на локтях, и, воспользовавшись этим, Девон тут же приподнял его за бёдра, высвобождая тунику, и, так же легко развязав второй пояс, вытряхнул из балахона.       — Я хочу видеть тебя, — сказал он негромко, когда Дей, уже обнажённый, мотая растрёпанной головой, по новой попытался устроиться на лежанке. Сделать этого он не успел, потому что Девон наклонился и принялся целовать его — сначала в губы, затем спустился ниже и, покусывая шею, спустился на грудь. Поймал губами сосок и втянул между губ, заставляя Дея застонать.       Девон поймал ладонями колени Дея и развёл в стороны — резко, как и в прошлый раз, так что у того перехватило дыхание, но сказать или сделать Дей не успел ничего. Девон спустился ниже — запечатлел последний поцелуй на животе ученика и, поймав губами член Дея, втянул его в себя.       Дей прогнулся, подаваясь навстречу, почти инстинктивно запустил пальцы в волосы Девона и стиснул затылок, прижимая плотнее к себе.       Девон заглатывал его член целиком, легко впуская в горло, как будто делал подобное не в первый раз — и от этой мысли у Дея вдруг кольнуло в груди. Он не хотел, чтобы Девон целовал кого-то ещё.       Девон, будто почувствовав его настроение, отстранился. Протянул руку куда-то вбок и, роняя склянки, стоявшие на сундуке, выловил среди них флакончик с маслом.       Дей пристально следил за каждым его движением. Ожидание боли накрыло его. Но когда пальцы Девона принялись поглаживать вход, не было ничего подобного тому, что случилось в прошлый раз, только легко зудели краешки ануса, требуя ещё. И Девон давал ему ещё — пальцы его то и дело ныряли внутрь, так быстро, что Дей не успевал сжаться — и тут же выскальзывали назад. Взгляд Девона перемещался с лица Дея на его раскрытую промежность и назад, и от осознания того, насколько он открыт сейчас, сердце Дея билось сильней, а дышать становилось тяжелей.       Свободной рукой Девон поймал член Дея и провёл от основания до конца, а затем надавил на головку, размазывая капельку жидкости вокруг отверстия.       Дей рвано выдохнул: «Не могу…» — и, наклонившись над ним, Девон тут же вошёл в юношу одним рывком. Дей застонал и тут же обвил ногами его бёдра. Глубоко внутри разгоралась жажда, и с каждым толчком она становилась только сильней.       Дей выгнулся и застонал, впился в спину Девона ногтями, оставляя красные следы, и Девон тоже прогнулся, загоняя член так глубоко, как только мог.       Пламя, похожее на то, что недавно полыхнуло до потолка, обожгло обоих, накрыв горячей волной, и Дей издал последний, больше похожий на скулёж стон. Он продолжал удерживать Девона руками и ногами, не выпуская его из себя, и тот обмяк, попросту упал на него.       Девон тоже тяжело дышал, и руки его почти непроизвольно гладили Дея по волосам.       — Ещё… — пробормотал Дей.       Девон понимал его. Впервые в жизни в постели с другим человеком ему было по-настоящему хорошо, и хотя тело уже получило своё, он тоже хотел ещё.       Девон осторожно высвободился из рук Дея. Вышел из него и упал на спину, глядя на вход.       Дей тут же перевернулся, устраиваясь у Девона на груди, и зажмурился на секунду, а затем открыл глаза и, улыбнувшись, попытался перехватить взгляд Девона. Тот смотрел в пустоту перед собой, и после нескольких безуспешных попыток Дей сдался. Коротко поцеловал Девона в плечо и, устроившись на только что поцелованном месте щекой, принялся кончиками пальцев рисовать руны на груди любовника, исследуя каждую впадинку на его теле.       Девон, кажется, не замечал его движений. Он был где-то далеко, и когда он наконец заговорил, Дей вздрогнул.       — Ты прав, — сказал он. — Я не помню тебя.       Дей замер, внезапно почувствовав себя чужим и неуместным здесь, но когда он попытался отстраниться, Девон не отпустил его. Он наконец-то повернулся и посмотрел Дею в глаза.       — Я не знаю почему, Дей. Я сказал правду. Не думаю, что я мог бы забыть тебя.       — Но ты забыл, — Дей отвёл взгляд, но уже через секунду снова посмотрел на Девона.       — Не только тебя, — продолжил тот, — Я помню казнь. И помню школу. Но не помню ни отца. Ни мать. Ни тебя.       Дей сглотнул. Теперь он внимательно смотрел Девону в глаза.       — Как это понимать? — спросил он.       — Не знаю, — Девон пожал плечами, — и не хочу знать.